You're the dream I live in, the dream I can never awake from

«Nights with dreams are all fading too The scent permeates and lingers I’m lost looking for you…» Как только он открыл глаза, он почувствовал, что… Что что-то было не так. Он просто не мог дотянуться своими руками до чего-то, будучи ещё сонным. Вы могли бы даже слышать его мысли, будучи далеко, за несколько сотен тысяч километров, пока какая-то рука их не оборвала. Аккуратная в своих действиях рука слегка поправила его волосы, которые постоянно падали на лицо во время сна. Ох… Даже если он чувствовал себя совершенно не так, это было нормально. Его ангел был тут сейчас. Он открыл глаза снова и посмотрел на розовую голову, что слегка нависла над ним. — Доброе утро, Джун-и. — произнёс низким после сна голосом Сонхва. Его Сонхва всегда был настолько красивым? Его розовые волосы — боже, никому так не шла такая причёска, как ему — с мягким взглядом… О, он был воплощением нежности, какого не было больше в мире, И Хонджун был самым удачливым, раз встретил его. — Давай, соня. Вставай и иди есть, ты же не хочешь опоздать, верно? — мягкий поцелуй в лоб заставил Кима расплыться по матрасу ещё больше… Чёртов заботливый Хва… Он посмотрел на электронные часы за Паком и ужаснулся: чёрт, а он ведь действительно опаздывал! После резвого подъёма и одевания, Ким пулей пронёсся по лестнице вниз, забегая на кухню, где уже сидели шестеро парней. — Сегодня завтрак готовил Уён? — спросил Хонджун, который уже съел свою порцию, чтобы быстрее отправиться в студию. — Ребят, пожалуйста, просто уберите за собой, ладно? Вы же знаете, Сонхва не терпит беспорядок. Особенно на ЕГО кухне. — попросил он перед тем, как схватить свою сумку и помахать на прощание, быстро выходя из помещения. Хонджун даже не заметил, как на него смотрели другие пятеро ребят и Минги, что чуть не разрыдался прямо там. Прямо сейчас Хонджун сидел в своей студии, а взгляд его был прикован к ноутбуку, где складывалась мелодия, но он не мог сделать её правильно звучащей. Ничего не приходило ему в голову, вообще, и это начинало расстраивать его, потому что на эту композицию у него ушли часы. Что с ним не так сегодня вообще? Небольшой комок застрял в горле Хонджуна, и пальцы, что вцепились в волосы, принялись тянуть их в стороны, вымещая всё своё разочарование собой и собственной несобранностью на бедные чёрные пряди. — Хей, мы не делаем так, Джун. — мягкий голос Сонхва раздался из-за спины неожиданно, и старший нежно положил свои руки на плечи мужчины. Пак медленно и аккуратно отвёл руки Кима от его собственных волос и взял в свои. — Это так разочаровывает меня, Хва… Я просто не могу сделать её правильной. — Хонджун откинулся назад, пытаясь скрыться в объятиях Сонхва, вместо того чтобы встретиться взглядами. Он почувствовал руку, убаюкивающе поглаживающую его волосы, прежде чем услышал: — Я знаю, малыш, но это нормально. У всех бывают непродуктивные дни в любой момент времени. Возможно, тебе просто нужен небольшой отдых, а потом ты сможешь вернуться к работе и музыке уже в лучшем состоянии, чем сейчас. Сонхва поцеловал его в лоб уже второй раз за этот день, с утра не прикасаясь именно так, продолжая говорить: — Просто не мучай самого себя, Джун-и. Ты уже делаешь всё хорошо, правда. Чёртов Хва… Ему снова это удалось. — Что насчёт того, чтобы вернуться домой, хорошо поесть и принять душ перед тем как лечь спать, м? — спросил Сонхва, смотря на Хонджуна своими глазами-звёздочками, и, честно, Ким был слабым человеком. Кто он такой, чтобы отказывать, особенно после такого сверкающего и просящего взгляда? Когда Хонджун вернулся в общежитие, он нашёл всех шестерых парней, сидящих вместе уже в гостиной, но, по правде говоря, атмосфера была, ну… напряжённой… почему-то. Совсем скоро они заметили его присутствие, и первым был Чонхо: — О, хён. Ты вернулся раньше обычного. — Да… У меня сегодня ничего в голову не пришло, вдохновения нет… — Хён… — начал Чонхо дрожащим голосом. — Ты себя хорошо чувствуешь?.. Что ж… Вопрос застал Хонджуна врасплох… — Д-да… Почему я должен быть не?.. — Знаешь, ты сегодня с утра сказал… — но Хонджун быстро перебил макнэ: — О! Ребята, вы же убрали кухню? Сонхва будет в ярости, если вернётся и увидит беспорядок, помните, я говорил уже это. — Уён сильно нахмурился, и он открыл рот, чтобы возразить, но ладонь Сана накрыла его губы. — Не сегодня, Ён-а, не сегодня… — тихим, дрожащим голосом произнёс Сан, словно сдерживал слёзы. Хонджун с прямой спиной пошёл в их общую с Сонхва комнату, принял душ и сменил одежду на домашнюю, прежде чем завалиться на свою кровать. Он почувствовал себя пустым, пока матрас рядом не прогнулся под вторым весом. Его Сонхва вернулся. — Отдыхай, Джун-и. Я знаю, что ты устал. — тихо произнёс Пак, перебирая пальцами волосы на голове Хонджуна. — Мм, поспи со мной, пожалуйста? — сон уже поборол Кима, утягивая в свои лапы. Последнее, что он почувствовал перед полным засыпанием, это то, что Хва лёг рядом, аккуратно расцеловывая его лицо. Звуки были громкими. Очень громкими. Люди разговаривали, крича, и сирены оглушающе выли. Они доносились отовсюду, доставляя неприятную боль ушам Кима. Он чувствовал себя словно под водой. У Хонджуна была странная паника, не дающая сделать даже глоток такого необходимого сейчас воздуха. И ему было очень страшно сейчас, что было так нехарактерно для него. Но где Сонхва? Где его Хва?.. Могло ли это быть?.. Нет, нет-нет-нет, не могло! Сонхва в порядке, и он наверняка тоже его, Кима, ищет. Всё становилось очень сложным, и Джуну просто нужно было найти Сонхва. Хонджун встал, сбито дыша, и он чувствовал, как его пот пропитывает его пижаму, но единственное, о чём он действительно мог думать, это поиск Сонхва. В его горле застрял ком. Где Хва?.. — Хей, хей, Джун, всё в порядке. Я тут. — в подтверждение словам, его обвили две руки, тут же сжимая в крепких объятиях. — Сонхва… — Хонджун всхлипнул, стискивая кофту Пака, словно тот мог исчезнуть в любой момент. Он плакал и так нуждался в парне, что обнимал его сейчас. — Всё в порядке, дорогой, это был простой кошмар. Я прямо тут, с тобой. — Сонхва полностью укрыл его в своих объятиях, и это именно то, в чём сейчас нуждался Ким. Он почувствовал, как Хва слегка отстранился, но всё ещё держал достаточно близко, начиная раскачиваться из стороны в сторону и поглаживая волосы, чтобы Хонджун почувствовал больший комфорт. Затем Пак начал осыпать поцелуями это макушку и лоб… Эти поцелуи для Хонджуна были более значимыми, чем любые другие вещи в этом мире. Они заставляли его чувствовать себя любимым, они дарили ему ощущение безопасности. Именно так он чувствует себя всегда, когда Сонхва рядом. Парень посмотрел наверх, чтобы понять, что Сонхва смотрит прямо на него. Эти оленьи, блестящие как тысяча звёзд глаза, что вмещали в себе столько любви и заботы, смотрели на него так, словно он был самым большим сокровищем в мире. — Ты можешь снова ложиться спать, Джун-и. Я здесь и никогда не уйду куда-либо. — поцелуем в макушку Пак закрепил свои слова. И с этого момента Хонджуна снова начал сражать сон, в котором он видел только мягкую, заботливую улыбку и сверкающий взгляд оленьих глаз. Наступило утро, и Ким спустился по лестнице, вновь встречаясь со всеми остальными на кухне. — Сонхва покинул свой пост владельца кухней в этом доме? — спросил Хонджун шутливо, подмечая, что завтрак снова готовил Уён. — Хонджун-хён, нам нужно поговорить. — тихий голос Уёна заставил Кима посмотреть на него. — Что-то не так, Ён-а?.. — Тебе нужно прекратить это, хён. — Чон выглядел так, словно готов заплакать в этот же момент, пока произносил эти слова. — Что это, Уён?.. — Хонджун начал чувствовать себя не так. Что-то было не так. — Ты… Ты упоминаешь… — всхлип прервал его на короткое время, но затем он продолжил. — Ты упоминаешь Сонхва-хёна так, словно ничего не произошло, хён. — и Уён всё же начал плакать, стоило ему закончить. — Ч-что ты имеешь в виду, Уё… — Сонхва-хёна тут нет больше, Джун-и, пожалуйста… — Ты не… — Его. Больше. Тут. Нет. Его нет, хён. Он любил тебя так сильно, что выбрал тебя вместо себя, хотя знал, что он мог сделать по-другому! — слёзы бежали по лицу Уёна ручьями, и кто-то из парней тоже заплакал, пока Хонджун стоял там, рядом с ними. Он словно старался переварить то, что только что услышал. Это было ужасно. Инцидент был таким ужасным. Они все были доставлены в больницу немедленно, но их состояние было далеко от хорошего. Особенно состояние Хонджуна. — Состояние его сердца становится хуже с каждой минутой… Мы не знаем, вызвано ли это случившимся или послешоковым состоянием, но мы должны спросить главного врача, чтобы сделать правильный выбор. — произнёс доктор, сидящий рядом с кроватью Хонджуна, перед тем как с кровати сбоку, что стояла совсем рядом, донёсся голос: — А моё?.. — голос Сонхва был слабым, дрожащим и трещащим между слогами. — Ваше сердце в порядке. Не в полном, но при правильном лечении оно восстановится до нужной нормы. Это было нормально, когда пациенты интересовались собственным состоянием. Но доктора шокировал последующий после его ответа вопрос: — Нет… Если… Если ему пересадить моё сердце, он выживет? Кому-то… Кому-то нужно вернуться к остальным парням, и Хонджун им нужен больше. — из глаз Сонхва текли слёзы, когда он смотрел на другую кровать. — Если рассматривать такой вариант, то мне нужно срочно спросить об этом главного врача. — доктор покинул комнату неотложной помощи, оставляя Сонхва, пытающегося удержать руку Хонджуна в этом маленьком пространстве между ними. — Всё в порядке, Джун-и… Ты будешь в порядке… — шептал старший, продолжая. — Даже если я не буду здесь физически больше… Просто знай, что я люблю тебя… Твой Хва любит тебя до луны и обратно, до конца времён… — Ты… Ты лжёшь… Или лжёшь, или что-то другое, потому что он не мог уйти. Сонхва не мог… — Хён! — голос Юнхо прогремел на затихшей кухне. — Пожалуйста… Просто перестань делать, пожалуйста! Нас это тоже ранит также сильно, как и тебя… Хонджун просто ушёл в свою комнату, вновь держа спину прямо, и закрыл дверь. Сев на кровать и свернувшись калачиком, он позволил слезам потечь по щекам. — Джун-и… — его голос снова был тут, и ощущение рук, обвивающих его, возвратило парня в настоящее. — Сонхва! Хва! Пожалуйста… Пожалуйста, любовь моя, сходи и скажи им, что они неправы… — Хонджун умолял его сквозь собственные непрекращающиеся слёзы. Он почувствовал поцелуй на своём лбу, прежде чем услышал: — Ты знаешь, что это правда, Хони… — Сонхва смотрел на него с болезненной улыбкой, а в его глазах тоже застыли слёзы. — Нет… Нет, Сонхва, нет, мы ничто без тебя. Я ничто без тебя тут, пожалуйста… — Шшш… Шш, всё в порядке. — он прижал его ближе, перед тем как произнести: — Я никогда не оставлю тебя, Джун-и, может быть, я физически не тут, но я всегда на твоей стороне, хорошо? — Пак положил свои ладони на грудь Хонджуна, где билось сердце Сонхва Хонджуна. И всё, что Ким мог — это плакать. Он оставался в его объятиях и продолжал плакать. После этого всё изменилось. Совместной работы у их группы становилось всё меньше и меньше со временем. Они действительно не могли продолжать работать все вместе без Сонхва. Но они отлично делали всё в одиночку или в дуэтах. А Хонджун… Он продолжил писать и сочинять музыку для других артистов в компании KQ и для других людей вне её. Он также выпускал свои каверы время от времени. Отметка в календаре. Третье апреля. И ещё один кавер из серии By. Hongjoong был выпущен под названием: «3 апреля. С днём рождения, мой любимый звёздный свет 💛» И видео к каверу включало не только Хонджуна, но и видео-отрывки его самых драгоценных воспоминаний с Сонхва. Two hearts, one valve Pumpin' the blood, we were the flood We were the body and Two lives, one life Stickin' it out, lettin' you down Makin' it right Seasons, they will change Life will make you grow Dreams will make you cry, cry, cry Everything is temporary Everything will slide. Love will never die, die, die Sunsets, sunrises Livin' the dream, watchin' the leaves Changin' the seasons Some nights I think of you Relivin' the past, wishin' it'd last Wishin' and dreamin' When the moon is lookin' down Shinin' light upon your ground I'm flyin' up to let you see That the shadow cast is me… I know that, ooh, birds fly in different directions Ooh, I hope to see you again… So fly high, so fly high… Пока Хонджун смотрел, как эйтини реагируют на кавер и как многие из них оставляют комментарии о Сонхва и об их воспоминаниях с ним, он чувствовал, как засыпает. И он представлял, каково было бы заснуть и больше никогда не проснуться. Или вновь просыпаться, видя сверкающие глаза Сонхва перед собой. Темнота была единственной вещью, что он заметил. Темнота и голоса людей, разговаривающих рядом с ним, окружали его, пока он медленно открывал свои глаза, лишь бы найти Сонхва. Его Хва рядом с ним, а он на… больничной кровати?.. — Хей, хей, любовь моя, здравствуй. — нежный голос Сонхва заставил его посмотреть на него, бережно держащего лицо Хонджуна в своих ладонях. — Мы… С нами произошёл инцидент, ты был без сознания несколько дней, и врачи сказали, что ты можешь некоторое время страдать из-за тяжёлой травмы головы, но всё в порядке, я тут с тобой, малыш. Не нужно бояться больше. — и Пак оставил аккуратно прикосновение губ на макушке Хонджуна. И несмотря на то что его тело ощущалось полностью разбитым и сломанным, Хонджун медленно привстал, обвивая руками шею Сонхва, перед тем как разрыдался. — Пожалуйста, скажи мне, что это всё реально… Пожалуйста… — парень продолжал рыдать, и Сонхва бережно обернул свои руки вокруг него, прямо как в том кошмаре, произнося: — Это всё реально, дорогой, это реальность. Я здесь прямо сейчас. Всё в порядке… И Хонджун слепо верит ему. Руки Сонхва надёжно обнимают его. Грудь Сонхва — его крепкая опора, в которой он прячется. Он в порядке, пока его звёздный свет здесь. Хонджун в порядке.