Приличное чаепитие

Попов курит в кровати после секса, хотя врачи рекомендуют ему бросить. Антон всё ещё пытается отдышаться. Сегодня у них вечер воспоминаний, и в первую очередь Антону Андреевичу исполнилось 50 лет. Жаркий секс одно из самых приятных занятий их молодости. Ну и с возрастом страсть к шалостям не утихла. От их юности осталось лишь слово, тело потеряло ту стройность и красоту. Но они не потеряли самое главное — свою любовь друг к другу. С возрастом они стали ещё лучше заботиться друг о друге, стали внимательными партнёрами. Шаст напоминал о таблетках для Арса, Попов готовил особенные блюда для младшего. Они вместе ходили в поликлинику, жалуясь друг другу, что болит то тут, то там. Но ради сегодняшнего особенного дня они позабыли о болезнях. Брюнет тщательно готовился к этому дню и всё планировал. Праздник удался на славу, но особенно старенькому шалунишке понравилось его завершение, после которого Арсений курил, довольно улыбаясь успехами. — Антош, мы с тобой уже немолоды. А ты всё до сих пор боишься идти к стоматологу! Ты хоть начнёшь самостоятельно пережёвывать пищу, у тебя будет вставная челюсть и никаких проблем, — но всё равно Попов хочет уговорить его. Без зубов провалились щёки, губы стали не такими. Голубоглазый знает, что после стоматолога его любимый станет выглядеть моложе. — Арс, мне и без зубов хорошо. А тебе то как приятно, правда? — Старший улыбается, вспоминая, как здорово было совсем недавно. Таким образом Антон по привычке то благодарит, то извиняется. А после этого Попов должен в ответ радовать способного мужа. — Приятно, ты же знаешь, что самый лучший, — он целует его, а именинник морщится от запаха сигарет. — Но это же для твоего удобства нужно. Тебе просто сделают замеры, подберут челюсть и всё. Не будет боли и уколов. Я тебе обещаю, — голубоглазый и не надеется, что Шаст согласится на импланты, чтобы ему вживляли зубы, поэтому хотя бы подталкивает к безболезненному варианту. — Мне хватило того визита, когда ты обманом притащил в клинику, — вспомнил и обиделся шатен. — На обычную консультацию. Не больше, Тош. Там тебя просто осмотрели, — в который раз объясняет Арс. — Да, конечно. Снова завоевал моё доверие с помощью свиданий, а потом обманул. Я всю жизнь прожил с обманщиком, — бурчит зеленоглазый. — Все рождаются без зубов, значит и умереть такими должны. Не уговаривай меня. Хватило одного раза. — Не начинай ворчать. Давай лучше вспомним, как мы оба страдали после того казуса.

***

Через неделю Попов сдаётся. Всё это время инцидент не выходил из головы. Покалечил парня, а услуги стоматолога сейчас недешевые. Почему-то он представил, что Антону заменят родной зуб «золотым». Парень будет потом всю оставшуюся жизнь стесняться улыбаться. Но Арсу так понравилась его улыбка. Несколько раз брюнету удалось его рассмешить, и парень смеялся, широко открывая рот и топая ножками, как ребёнок. «Не могу я его бросить. Предложу ему хоть денег. От такого вряд ли кто-то откажется. Ну и возможно он согласится на встречу. Я очень надеюсь, что он мне не откажет.» — думал Попов. Он написал Антону. «После всего произошедшего он хочет меня видеть? Я так рад, что он сделал первый шаг! Но денег я не возьму. Мне просто нужна ещё одна встреча! В этот раз я точно не облажаюсь, покажу хорошее поведение. Приличное поведение, не как в прошлый раз» — по своему плану Антон и пошёл. Он старательно собирался на свидание, не желая упустить шанс на своё счастье.

***

— Арс, ну сам понимаешь, что уже поздно делать зубы. Год, может два и помру. — Я запрещаю тебе говорить такие вещи. А зубы всё равно нужны, — настаивает старший. Не самый приятный диалог после приятного времяпровождения. — Ты что ли больше не будешь мне измельчать еду? Бросишь заботу обо мне? — Спрашивает Шастун, смотря на любимого. — Я никогда не перестану заботиться. Ну, а если я помру, то как ты будешь кушать? — Нет, я за тобой пойду. Смысл оставаться без тебя в этом мире? — Такие слова делают больно им обоим. Антон ложится обратно и крепко обнимает мужчину. — Тебе просто лень будет готовить и мельчить? — Попов знает, что его возлюбленный ещё тот лентяй. Не было бы в его жизни Арса, он бы питался лапшой, запаривая её ежедневно. — Я просто привык за столько лет к тебе. И я не про привычку к твоей вкусной еде, а про жизнь. Я не смогу один, без тебя. Ты первый и последний мужчина, с которым я живу. Всю жизнь с тобой. Всю, — он переплел пальцы и сжал. — Когда произошёл тот случай, я думал, что это конец. Ты не сможешь полюбить меня после той кровавой картины. И так убивался, — до сих пор для него это остаётся самым ужасным моментом, который мог всё разрушить. — Я тоже привык. И очень тебя люблю, — он тянется за поцелуем. У самого Попова осталось ещё несколько зубов, даже много для его возраста. А на той консультации, на которую он привёл своего парня, ему сообщили, что просто слабые десна, поэтому от малейшего движения зуб мог легко выпасть. В случившемся не было никакой вины Арсения. На душе стало легче. После этого брюнет начал покупать ему творожки, йогурты, где было много кальция, чтобы укрепить. Антон всё съедал, но все равно с возрастом всё выпало. Надо же ухаживать, посещать стоматолога, хотя бы раз в год. Этого трусишка Шастун не делал, даже с условием, что Арс будет рядом, держать руку и успокаивать. — Я тоже тебя люблю. А ты немного изменился после нашей встречи. Помнишь прежнего себя? Такого скромного и правильного? — Помню. Никогда не думал, что стану таким, каким стал с собой. — Разве это я так повлиял? — Ты, конечно. Только тебя мне хочется трахать по столько раз в день, да и ночью. Только ты вызываешь во мне такое желание, — младший вспомнил тот бешеный ритм, когда они раз за разом занимались любовью. Антон вспоминал, что им было так интересно попробовать все позы, все игрушки, разные лубриканты и презервативы. Потом попробовать всё без них. В новых местах, в новых костюмах и белье. Арсений каждый раз старался и полностью погружался в процесс. Они делали всё с любовью, много целовались и касались. Не было у них никаких запретов друг для друга, всё обсуждалось и в открытую говорилось. Не было секретов и молчания. После каждого марафона они обсуждали, говоря плюсы и редкие минусы. Случалось и такое, что Антон что-то ронял на пол, а сзади уже тут как тут появлялся старший. Шасту было опасно поднимать что-то на улице, ведь он знал, что Арсений его тут же домой потащит, или в какое-нибудь укромное место, где нужно себя вести очень тихо. Попов один раз додумался зажать любимого в лифте поликлиники и поцеловать так страстно, что потом мед сестре пришлось несколько раз измерять давление шатену, убеждаясь, что его здоровью ничего не угрожает. Антон не остался должником. Дома он так потребовал от любимого, что после кувырканий чуть ли до скорой не дошло. Шаст попросил такое, что своих истинных сил Арсу бы не хватило. Поэтому он воспользовался Виагрой, неправильно рассчитал дозу и чуть не помер в Антоне. С тех пор такой ерундой они не занимались, выкинули несчастные таблетки и пользовались только остатками мужской силы и кольцом для эрекции. Попов отлично справлялся, полностью удовлетворяя партнёра. Арсений сейчас целовал губы. Знает младший эти поцелуи, после таких точно что-то будет. — Арсюш, если ты захотел мне красивую надгробную плиту с одинаковой датой рождения и смерти, то продолжай в том же духе. — Дурачок мой, я просто тебя люблю. — Быть затраханным не такая уж и плохая причина смерти. — Глупенький мой Антоша… — Попов вместо продолжения просто обнял любимого человека. — Я тебя люблю. — Я тебя тоже, — они обнялись крепче, так, как обнимаются перед сном каждый раз. Ни разу за совместную жизнь они не спали в разных комнатах, отвернутые друг к другу спиной. Поцелуй перед сном — их старая традиция, которую они будут поддерживать до самого последнего дня в жизни. «Хорошо, что тогда мы попили чай» — подумали они об одном и том же перед тем как уснуть.