Худший&Лучший

      - ебать.       Шквальный ветер ударяет в рожу мощным вихревым потоком, задувая пламя. С досадой отшвыриваю погнутую сигарету и убираю зажигалку обратно в карман, иногда это место просто непригодно для курения. Сегодня придётся дымить в туалете, но оттуда не открывается такого потрясного вида.       Территория нашего кампуса занимает довольно обширную площадь и состоит из четырёх основных зданий. Главный академический корпус, соединённый воздушными закрытыми коридорами с двумя массивными четырёхэтажными крыльями, является центром всего ансамбля, выполненного в стиле неоклассицизма, а фасад из красного кирпича, подобно тиаре, украшен по центру гербом академии. Но когда стоишь на парапете крыши и смотришь вниз, видишь только серую брусчатку - до того ровную, что хочется о неё разъебаться.       Стою на самом краю, покачиваясь подошвами вперёд-назад, ощущения над тридцатиметровой манящей пропастью просто кайф. Я часто представляю, как столкну отсюда какого-нибудь крэкера - хочу посмотреть, как его размажет притяженьем, но если спрыгну сам, будет тоже прикольно. Не то чтобы я пессимист или депрессивщик, вообще-то я опасный для социума мудак, все здесь об этом знают и держатся от меня подальше. Они обращаются ко мне только по необходимости, когда им нужно то, что могу им дать только я. И, пожалуй, ещё парочка уродов с похожим ассортиментом, но у меня-то он самый качественный.       Возвращаюсь внутрь, до конца занятия ещё минут десять, если успею быстро покурить и вернуться в аудиторию - считай ничего не пропустил. Сейчас у нас молекулярная инженерия, а следом генное структурирование, но мне хватило первых занятий для понимания того, что НеоТех ещё долго будет втрахиваться впустую. Не знаю, зачем я продолжаю на них ходить, лучше посижу в библиотеке.       На первом этаже пересекаю вестибюль и, свернув в коридор-переход, направляюсь в левое крыло. Навстречу, согнувшись и метая по сторонам нервные взгляды, идёт Ларку Манула, он тоже продавец, как по мне, он слишком дёрганый. Следом идёт Черри, невинная конфетка, на которую я дрочу последние пару месяцев. Но может и быть и дольше; не помню, когда впервые полез в штаны, представляя перед собой его смазливое личико. Давно бы его загнул, но он не из давалок, а я ещё не настолько конченый, чтобы ебать кого-то насильно, хотя знаю, что однажды опущусь и до этого.       Черри следует за Ларку на расстоянии в пару десятков шагов, выдерживая дистанцию, но я не придаю этому значения, у нашего хорошего мальчика не может быть дел с этим сутулым барыгой. Ларку, завидев меня, кривит рожу, я его бешу, потому что из-за меня он теряет покупателей, они постоянно сваливают от него ко мне. Я ничего для этого не делаю, просто он еблан-мизантроп, который не умеет работать с людьми. Он меня тоже бесит.       Черри, проходя мимо, притормаживает взглядом, смотрит на меня, будто впервые видит, а потом его глаза вспыхивают каким-то въёбанным озареньем, и он останавливается. Если бы не знал его, решил бы, что он обдолбан.       Он подвисает, начисто забыв про Ларку, и что-то быстро обдумывает, я подвисаю, потому что он слишком близко и собирается мне что-то сказать. В моей голове за секунду проносится сотня вариаций диалогов, после которых я его загибаю и жарко трахаю, но этот пацан просто разъёбывает меня своей фразой:       - Дэррек, возьми у меня в рот. А я возьму у тебя три грамма пудры.       Такого я не ожидал.       - удолбишься.       Отзываюсь с лёгкой досадой. Я вроде как не против, чтобы он покупал у меня, а не у этого чмошника, но вроде как разочарован, что он тоже подсажен.       Здесь много хороших мальчиков и девочек пудрятся и любят ботанику, но он ни разу ко мне не обращался, я даже не знал, что он принимает. Мог бы об этом догадаться, но закрывал глаза, предпочитая думать, что он не из их числа. Кажется, я слишком его идеализировал. Я имею ввиду не только пудру, но и его девственную задницу, хотя возможно ошибаюсь и с этим.       Хочу это знать. Особенно теперь, когда он так борзо подошёл ко мне первым. Мы пять лет проторчали в этих стенах, если его никто не распечатал, то мне достанется узкий и тесный джекпот. Но сейчас, когда я об этом думаю, шансы на то, что он до сих пор никем не тронут, почти нулевые. Хотя, когда я вставлю в него и начну трахать, это станет неважно, потому что жопа у него всё равно должна быть охуенная. Не зря же он здесь самый лучший.       - ну что, согласен?       Протягивает руку для пожатия, веселясь от абсурда предложенной им же сделки.       - я тебе не продам.       Отзываюсь лениво и засовываю руки в карманы, игнорируя его жест.       - почему?       На его лице такое красивое удивленье. Не каждый день ему отказывают, да ещё и отбросы вроде меня, поэтому я собираюсь его подразнить. Само собой, он получит то, что просит, я в этом заинтересован даже больше, чем он. Но сначала подкручу ему заводку.       - потому что твой честный рот потом по всем коридорам разнесёт, что я драгдилер.       - все и так об этом знают.       Моя отговорка его не устраивает. Он понимает, что это не причина ему отказывать, и я просто набиваю себе цену.       - все об этом знают и молчат. Но если заговоришь ты, у меня будут проблемы. Потому что тебе верят.       Теперь мой отказ звучит для него убедительней.       - ладно, опустим вторую часть сделки, просто возьми у меня в рот.       Продолжает меня подъёбывать с лёгким смешком в голосе. Я понимаю, что он со мной всего лишь играет.       Но ты-то, парень, понимаешь, что играешь с огнём?       - скажи, Черри, тебя кто-нибудь уже трахал?       Припечатываю его вопросом.       Такого он не ожидал.       В момент вспыхивает и опускает растерянный взгляд, поняв, что я интересуюсь им всерьёз.       - так да или нет?       Надвигаюсь на него и, прижав к стене, поддеваю пальцами за подбородок, сверху заглядывая в его прибалдевшее лицо. Его бегающий сконфуженный взгляд и румянец на щеках говорят мне о многом. Хорошая реакция, значит, буду у него первым. Ещё с минуту его прессую, наслаждаясь близостью и жаром, хлещущим от его тела, а потом отступаю на полшага, давая ему отдышаться.       - но угостить я тебя могу, идём.       Возвращаюсь за поворот и останавливаюсь в переходе, он послушно подходит следом; я захотел его угостить, само собой он не станет отказываться, а я проверю, действительно ли он пудрится или просто решил меня подразнить. Если второе, то не знаю, что у него на уме, на его месте я бы не стал со мной связываться. Отсыпаю на ладонь неполную дозу и, чуть подвигав пальцами, набиваю аккуратную горку. Если он это сделает, в следующий раз разложу ему дорожку на собственном члене.       - давай, снюхай.       Приучайся есть с моей руки.       Без возражений склоняет голову и втягивает ноздрями порошок - сначала одной, потом другой, припудривая крылья носа. Облокачивается о стену спиной, откинув голову; и, прикрыв глаза, с блаженной улыбкой отирает рукавом остатки пудры с лица, отдаваясь первой волне.       - улёёёт…       Принимает, значит хуже для него.       По крайней мере теперь мне понятно, что с ним не так, Ларку его уже припудрил, но молотый сахарок этого еблана вызывает только психозы недогона, а не эйфорию, а от моего угощенья ему сейчас по-настоящему классно. Пока он улетает, пользуюсь шансом и опускаюсь перед ним на колени. Этот пацан казался мне недосягаемым, но теперь получить его будет достаточно просто. Мои ладони скользят по его бёдрам и подбираются к ширинке, растирая по брючной ткани остатки белой пыли, а затем отстегивают металлическую кнопку с гербом и тянут собачку вниз.       - Эй…       Дёргается от неожиданности, но слишком вяло, чтоб оттолкнуть меня.       - я тебя просто дразнил, Дэррек… Меня не заводят парни.       - расслабься, Черри, закрой глаза. Я знаю, что не заводят.       Так даже интереснее, потому что я собираюсь это исправить.       Я научу тебя реагировать на мужские ласки. Нет, я научу твоё невинное тело реагировать на меня. Жаждать меня. Я вобью в тебя рефлекс - после каждой полученной дозы ждать моих прикосновений. Скоро ты начнёшь желать дозу не потому что хочешь кайфа, а потому что хочешь меня. Как тебе такое, Черри? Ты связался с самым худшим парнем, ты же не рассчитываешь уйти от меня без последствий?       Больше он не сопротивляется, кротко и покладисто терпит мои касания, разрешая изучать его тело. Постепенно обмякает и теряет концентрацию, погружаясь в свой приход. Я не напираю, выжидая, когда ему станет хорошо, а после, когда я выну его член из штанов и возьму в рот, ему станет просто отлично.       Ты не знаешь, от чего чуть не отказался, парень. Но когда узнаешь, сам ко мне придёшь и будешь умолять повторить, потому что девчонки тебе такого не предложат.       Мальчики, может, его и не заводят, но сейчас он хорошо освежён, поэтому непривередлив, ему всё равно, кто перед ним, он реагирует на мои касания, трепеща в моей руке, и входит в мой рот уже твёрдым.       Начинаю ему сосать, слегка подразнивая. Не заглатываю его член, а поигрываю языком с головкой, изматывая его своим полудействием. Когда слышу его первые тихие стоны, вбираю чуть глубже и сжимаю губы плотнее; но все ещё не пускаю дальше, мучаю его до тех пор, пока он сам не начинает вбиваться мне в глотку, перекрывая дыханье своим стояком.       Задыхаюсь, но не сказать, что мне это не нравится. Он, больше не сдерживая ни себя, ни своего голоса, нетерпеливо трахает меня в горло и стонет над моей головой, получая двойной кайф и от дозы, и от отсоса. А его пальцы рвут на моём затылке волосы, заставляя стараться для него лучше и заглатывать его целиком.       Сейчас мне так же улётно, как и ему, и для этого мне не нужна пудра, мне нужно его тело. В любой момент нас могут застукать, он думает о том же, и это только сильнее его возбуждает, он несдержанно стонет, уже не заботясь о том, что нас могут услышать. От моего умелого отсоса ему окончательно скрывает крышу, поэтому он кончает раньше времени, я бы хотел поиграть с ним ещё, но после оргазма он приходит в себя слишком быстро.       Сглатываю его сперму и, отстранившись, отираю губы рукавом. Он суетливо, но на тормозах убирает член в штаны, боясь, что, если кто увидит его рядом с плохим парнем, вся его репутация полетит к хуям. Но именно туда она и полетит, я об этом позабочусь, я отымею этого пацана по полной. Я собираюсь его сломать и подчинить себе, и первый этап для этого уже пройдён, только он об этом не догадывается. Он трахал меня в рот, и сейчас ему кажется, что это он отымел меня, но скоро наши позиции переменятся.       Поднимаюсь на ноги и нависаю над ним, склоняясь к его лицу. Мне хочется всосаться в его губы и протиснуться внутрь, так чтобы он почувствовал на языке вкус собственного семени, потому что это охуенно интимно. Он понимает, чего я от него хочу, и быстро уворачивается, не разделяя моих желаний. Нет, он их разделяет, именно поэтому в смятении смыкает губы покрепче. Хватаю его за подбородок и давлю на скулы, заставляя его рот открыться, и вторгаюсь в него, проталкивая язык.       Он тяжело дышит и впивается пальцами в мою куртку - сначала потому что хочет меня оттолкнуть, после - потому что не хочет меня отпускать. Обсасываю и кусаю его губы, он стонет мне в рот, заводясь теперь уже от поцелуя, и теряет голову даже больше, чем от пудры. Вжимаюсь своим каменным стояком в его промежность и хватаю за зад, давая понять, что это только начало. Но на продолжение уже нет времени, раздаётся мелодия, означающая конец занятий, а вместе с этим и конец первого акта. Но эта пьеса будет долгой, и разыгрываться будет под моей режиссурой.       Хватает ртом воздух, отталкивает меня и, отлипнув от стены, на ватных после оргазма ногах идёт прочь, постепенно восстанавливая дыханье и набирая скорость.       - эй, Черри.       Окликаю его с усмешкой, и он на мгновенье замирает.       - ну скажи, что не было охуенно?       Возобновляет шаг, ничего не ответив, но по походке понятно, что так всё и было.       - повторим как-нибудь.       Добавляю вслед, и это далеко не вопрос. Я знаю, что повторим.       Так же, не оборачиваясь, вскидывает руку в жесте «ОК». Ещё бы он отказался, только в следующий раз сосать будет он.       Хороший мальчик, пример для подражанья, все ждут от него большого будущего, а я жду от него незабываемого классного траха. Но это позже, а пока пусть продолжает выёбываться, в этой академии он по праву лучший.       Он скрывается за поворотом и направляется в правое крыло, я провожаю его взглядом и иду в левое. Я уже решил, что проебу вторую пару в библиотеке, хочу поглубже покопаться в нейронной биологии, но сейчас у меня слишком болят яйца. Его невинное тело так меня раздразнило, что хочется выть от тесноты в собственных джинсах. Не то чтобы это было проблемой, под рукой всегда найдутся те, кого не нужно обрабатывать долго, но с ним не сравнится никто из них.       - Рори, возьми у меня в рот.       - пошёл нахуй, Дэррек.       - делай что я сказал, и куколка Луи Чиано не узнает, что тебя в переулке трахала пятерня Донована. На что он тебя раскрутил?       - на трусики Риску Милы. Он достанет мне её трусики.       - что ты собираешься с ними делать?       - носить.       Он послушно опускается передо мной на колени и начинает сосать. Душу его своим членом, раздирая ему горло до тех пор, пока он через нос не начинает блевать кровью. После этого въёбываю его рожей в подоконник и, загнув раком, начинаю драть его в зад, потому что сосёт он просто отстойно.       Я раскатал его жопу в кровавую котлету и, кажется, выбил зуб, надеюсь, трусики Риску того стоят. Но, даже накончав ему на спину, я не чувствую удовлетворения, мне нужно больше.       Нет, не просто больше, мне нужен сам Черри. И когда придёт время, я его получу.       В стенах нашей академии много грязи, но здесь я по праву Самый Худший. А значит Самый Лучший по праву достанется мне.       Лучший ученик, будущий медалист. Через три месяца, когда тебе будут вешать эту медаль на шею, ты прогнёшься под её тяжестью и при всех встанешь на колени передо мной - перед худшим выпускником в истории этих стен.