Плюшевый мишка

      Гарри открыл нижний ящик рабочего стола.       На него смотрело блестящими пластмассовыми глазами плюшевое недоразумение.       Он вытащил на свет игрушечного медведя в полосатом свитере и тёмных круглых очках, похожих на очки самого Гарри, и рассеянно начал теребить пушистую шерсть.       Чёртов медведь лежал в столе уже ровно год; он присутствовал на собраниях авроров, принимал решения вместе с Гарри, поддерживал в минуты отчаяния и был превосходным молчаливым слушателем, когда Главный аврор изливал ему душу.       Конечно, мишка большую часть времени находился в тесном ящике и на глаза другим не показывался.       Медведь был единственной вещью, оставшейся Гарри от Драко Малфоя.       Год назад, в день рождения Гарри Поттера, Драко, находясь в изрядном подпитии, выиграл в маггловском тире, куда завалились всей толпой авроры, плюшевую игрушку и торжественно вручил её имениннику.       — Поттер, мой презент. Ты посмотри, как этот медведь похож на тебя — лохматый, в очках и с милой, тьфу, блядь, глупой мордой. Он буквально твой двойник, можешь посадить его в своё кресло вместо себя, и никто не различит.       Он почти силком всучил игрушку в руки и стремительно ушёл.       На следующий день Гарри узнал, что Драко написал заявление на перевод во французский Аврорат.       С тех пор он его не видел.       Гарри доставал медведя, когда вспоминал Драко. Кто бы мог подумать лет десять назад, что он станет жертвой безответной любви к бывшему школьному врагу. Когда Гарри увидел Малфоя в Академии авроров, — подтянутого, высокого, с шелковыми волосами и холодными глазами, — у него не было шанса устоять. Пламя полыхало в сердце, а ревность клубком ядовитых змей сжимала грудь, когда видел его с другими мужчинами.       А Драко пользовался популярностью и у мужчин, и у женщин, но сам был геем. Партнёры рядом с ним менялись с завидной скоростью. Гарри думалось, что у Драко хобби — методично складывать разбитые сердца в коробочку; вот и его сердце постигла та же участь.       — Гарри, с днём рождения! — неожиданный возглас Рона заставил вздрогнуть. — Ну что, идём сегодня в паб?       Гарри покачал головой.       — Нет, Рон. У меня нет настроения.       — И что же ты будешь делать? Напиваться в одиночестве, страдая о своей несчастной любви? — друг нахмурился и сложил руки на груди. — Мы с Гермионой думаем, что тебе следует развеяться. Год прошёл, Гарри. Пора двигаться дальше.       — Знаю, — Гарри устало потёр переносицу под дужкой очков. — Но я не хочу никого видеть. Извинись за меня перед Гермионой.       — Может, тогда придёшь в Нору? Мама испечёт именинный пирог, твой любимый. Ты так давно не был у них.       — Я как-нибудь в другой раз…       — Знаешь что, Гарри, — рассердился Рон, — это уже ни на что не годится! Может, ты не нужен одному мерзавцу, но твои друзья и близкие скучают по тебе. Подумай об этом на досуге вместе со своим замурзанным медведем.       После этих слов Рон развернулся и ушёл, не забыв хлопнуть дверью.       Гарри уронил голову на руки. Рон был абсолютно прав, и тем не менее ничего не мог с собой поделать. Гарри не хотел никого видеть, ему в тягость были любые разговоры, которые неизменно свелись бы к тому, что стоит жениться, развеяться, взять отпуск — нужное подчеркнуть.       Им интересовались многие. А вот самому важному человеку было откровенно плевать.       Гарри взял мишку в руки, любовно погладив искусственный мех, спрятал под мантию и вышел из кабинета.

***

      Солнце уже садилось за горизонт, знойная жара дала передышку до следующего дня, оставив вместо себя вечернюю благословенную прохладу.       Это маггловское летнее кафе стало излюбленным местом Гарри. Здесь было не очень много посетителей, а самое главное, никто не знал, кто такой Гарри Поттер. К тому же, подавали самый вкусный кофе в Лондоне.       Сегодня Гарри решил не ограничиваться кофе и заказал себе двойной бурбон.       — Могу ли я составить вам и вашему спутнику компанию? — чей-то мужской голос оторвал его от разглядывания тёмно-золотой жидкости в бокале.       Гарри поднял голову и увидел улыбающегося мужчину, который дожидался его ответа.       Красивый. Высокий. Прилично одетый.       Он помотал головой.       — Нет.       Мужчина помялся немного, но не стал навязываться.       — Видишь, Драко, — обратился Гарри к мишке, — из-за тебя я отказываю красивым мужчинам, потому что они — не ты.       Гарри горько хмыкнул, опрокинул в себя бокал, обжигая рот алкоголем, и продолжил:       — Целый год прошёл с тех пор, как ты исчез из Британии и из моей жизни. Я мог бы найти тебя хоть на краю света, если бы знал, что нужен тебе. Столько лет я хотел признаться в своих чувствах, но побоялся, что ты поднимешь меня на смех.       Он огляделся вокруг, опасаясь, что кто-то услышал его, но никому не было дела до его пламенной речи.       — Сейчас я думаю, может, стоило рассказать тебе? Вдруг ты дал бы мне шанс. Хотя о чём я. Ты посмеялся бы надо мной. А я не могу дышать без тебя. Весь мир сузился до одного человека — тебя, Драко.       Гарри потрепал плюшевую голову медведя. Как хорошо, что его столик стоит в углу, где лоза винограда оплетает деревянный заборчик, немного скрывающий от других посетителей кафе, — и как только тот парень углядел его? — а над головой есть навес. И никто не увидит, как он безумно наглаживает игрушку.       Гарри накрыл ноги пледом, который здесь выдавали по умолчанию, чтобы комфортнее было находиться вечером.       — А ещё я весь год дрочил на тебя, Драко. Как закрою глаза, так и вижу твоё лицо перед собой. Какие только фантазии не приходили мне в голову с твоим участием. Как жадно в них я хватал за белые волосы, погружаясь в твой красивый рот, прекращая все ядовитые колкости. Впрочем, и я тебя, в свою очередь, вылизал бы с ног до головы…       — Если бы я знал, что в твоей голове водятся такие грязные мыслишки в отношении меня, Поттер, то я не сваливал бы из страны.       На мгновение Гарри показалось, что плюшевый мишка ему ответил голосом Драко. Он протёр свои очки пальцами и снова воззрился на медведя.       — Почудится же такое спьяну, — пробормотал он.       — Мерлин, ну что за идиот, — голос раздражённо цокнул. — Повернись вправо.       Гарри неверяще повернулся и обомлел.       Перед ним стоял собственной персоной Драко Малфой с усмешкой, кривящей чувственные губы.       — Драко?.. Как ты здесь оказался?       — Ну вот, начался допрос. Мне интереснее было бы продолжить слушать про твои фантазии, — Драко издевался над ним. Он прошёл вдоль столика и уселся на соседний стул. Теперь они сидели втроём — Гарри, Драко и медведь. — Ладно, так и быть, отвечу. Год назад я в шутку, по пьяни, зачаровал медведя на то, чтобы он реагировал на моё имя, когда ты произнесёшь его. Я думал, что ты, как Главный Аврор, сразу проверишь игрушку на чары и скинешь заклинание. Но ты почему-то опростоволосился и не сделал этого. И как же я удивился, когда ты произносил моё имя тысячи раз на дню. Мишка передавал мне все слова, что ты говорил обо мне. Я слушал твои обвинения и не понимал, в чём виноват. Я слушал, как ты ругал меня — и это было привычно. Я слышал, как ты ласкал себя, шепча моё имя — сказать, что я был удивлён, значит не сказать ничего. И, наконец, я слышал твои признания в любви — и сердце недоверчиво колотилось от того, что не могло поверить, что моя любовь к тебе небезответна. И вот я здесь, Гарри… Заключив сдуру стандартный контракт с Францией, я не смог раньше, чем через год возвратиться в Британию. Передавать письма с совами считал неправильным. Я просто верил и надеялся, что ты за этот год не остынешь в своих чувствах. Но сегодня я убедился — ты по-прежнему меня любишь.       Гарри, затаив дыхание, внимал словам Драко, и каждая клеточка его тела наполнялась радостью до отказа, готовая разорваться, разбрызгивая радужную цитоплазму.       Неужели Драко тоже любит его?       Словно уловив его сомнения, Драко обхватил Гарри за шею и втянул в жаркий поцелуй. Они сталкивались языками и зубами, торопясь, сбиваясь с ритма танца страсти, в стремлении насладиться друг другом за всё бесцельно потраченное друг без друга время.       Неожиданно Драко отстранился и поднялся.       — Куда ты?..       Гарри удивлённо наблюдал, как тот придвинул стул к противоположному концу стола от них, стащил плед с его ног и накинул себе на плечи. Догадка мелькнула в мыслях, когда Драко нагнулся и нырнул под стол, становясь на колени.       — Я, конечно, предпочёл, чтобы ты, как и обещал, вылизал меня с головы до ног, но сегодня твой день рождения, а я без подарка. Поэтому возьму смелость выполнить одну из твоих грязных фантазий, — он расстегнул замок на брюках Гарри. — Тебе понравится.       Драко освободил уже вставший колом член от белья и лизнул сочащуюся влагой розовую головку.       Гарри застонал от одного вида грешного и совсем недавно недоступного ему ангела. Он, не отрываясь, смотрел, как Драко дразнит его языком, ведя по всей длине ствола, от корня и до самой щёлочки, щекоча уздечку и игриво обводя венчик головки, оставляя влажные дорожки слюны, которые подчёркивали разницу температур между обжигающим языком и окружающей средой.       Задыхаясь от спектра чувств, Гарри почти сполз со стула, шире расставляя ноги и ощущая, как ремень чуть приспущенных брюк врезался в бёдра, обостряя ощущения.       — Тебе нравится? Мне продолжать? — притворно-невинно спросил Драко, что контрастировало с развратным взглядом снизу вверх и облизыванием порозовевших губ.       — Да, продолжай, — еле выдавил Гарри, не узнавая свой голос.       И его член стремительно исчез в глубине горячего рта Драко, что выглядело абсолютно потрясающе и крышесносно. Смотреть, как сластолюбивые губы с чёткой аркой Купидона становятся растянутыми вокруг напряжённого органа, было абсолютно совершенным зрелищем. Словно созданные только для его размера — так правильно и образцово они подходили.       Гарри изнывал от желания погрузиться дальше в нежное горло, его рука невольно дёрнулась вниз и забралась в белые волосы, захватив пряди в кулак.       — М-х-м… — только и мог выговорить он, когда притянул Драко ближе к своему паху, заставляя взять член глубже.       Казалось, райские птицы запели на небесах, но, не успев насладиться их звонкими переливами, Гарри дёрнулся, услышав рядом чужие голоса. Прохожие магглы были совсем близко за хлипким заборчиком кафе. Если они заглянут с улицы внутрь оплетённого виноградом ограждения, то увидят крайне непристойную картину.       — Мы не наложили чары иллюзии, — спохватился Гарри и хотел было потянуться за палочкой, но она уже была в руках у Драко. Тот выпустил член изо рта и теперь довольно ухмылялся, крутя её в руках. На губах блестели слюна и смазка самого Гарри, что было слишком непристойным и оттого возбуждающим.       — Нет, Гарри, — прокатил его имя на языке. — Мы не будем этого делать, просто постарайся быть потише, — попросил Драко и снова вобрал в себя его член.       Гарри был готов не только согласиться со всеми предложениями Драко, он и душу продал, лишь бы тот продолжал.       — Блядь, да, вот так, — стонал он, кусая себя за предплечье свободной руки, когда Драко насаживался ртом на его пенис до самых яиц.       Было так жарко, так тесно, когда его плоть вонзалась в чужое горло, чувствительная уздечка тёрлась о бархатный язык, подводя к краю. Яйца шлепались по подбородку Драко, а на лобке ощущался кончик острого носа. Ладонь, державшая светлые волосы, вспотела, и Гарри ещё сильнее сжал кулак.       Драко сосал старательно, методично и обстоятельно, словно хотел получить «Превосходно», и это действительно было превосходно. С пошлым причмокиваньем и учащённым дыханием, когда он на секунду прерывался, чтобы вдохнуть воздуха, — со смаком, в общем.       — Сэр, вам повторить?       Чужой голос прорвался через пелену вожделения, и Гарри, к своему ужасу, обнаружил, что к столику подошёл официант и ждёт от него ответа. Драко успел накрыться пледом с головой и ближе приник к его бёдрам. Оставалось только молиться всем богам, чтобы официант не двинулся чуть левее и не заглянул под стол.       — Что, простите? — Гарри не понял, что хотели от него.       — Бурбон. Вам повторить ещё?       К чёрту бурбон и не вовремя подошедшего официанта, Драко, издеваясь, снова обхватил член ртом, начал аккуратно посасывать самую головку и насиловать языком уздечку вверх-вниз, что, безусловно, не давало Гарри сосредоточиться на ответе.       — Я… ммм… ох… да…       — Повторить? Двойной также?       — Нет-нет. Не надо, — Гарри не знал, кому точно адресует эти слова. Он хотел бы оттолкнуть Драко, но боялся пошевелиться, чтобы официант ничего не заметил.       — Хорошо. Может, что-то ещё желаете?       Гарри желал, чтобы парень убрался прочь, а он кончил.       — Да… — не смог удержаться он, когда Драко снова заглотил член глубоко в себя.       — Могу предложить наш фирменный десерт от шеф-повара.       — О нет! — выкрикнул Гарри, когда Драко сглотнул вместе с головкой, находящейся в узкой глотке. — Не надо десерт!       — Понял, — кивнул послушно официант. — Может, хотите что-то покушать? У нас есть замечательное мясо, запечённое на углях. Буквально тает на языке.       На языке Драко сейчас таял сахарной ватой его пенис, налившийся кровью и готовый вот-вот излиться.       — Не нужно, — скрипя зубами ответил Гарри, чувствуя, как напрягаются мышцы во всем теле, а на лбу появляется испарина.       — Может, могу что-то ещё предложить? — уже немного нервно спросил паренёк.       — Да! Блядь, да!       Гарри не смог остановить всеобъемлющее наслаждение, заполнившее его до краёв, и выплеснулся тугой резкой струёй спермы в узкое горло Драко, дёрнувшись на стуле и задев ножку другого. Медведь, сидящий на нём, шлёпнулся на деревянный пол мордой вниз.       Официант панически моргнул.       — Давайте я позже подойду, а вы определитесь, — и поспешно удалился.       Гарри мутным взглядом проводил его, выругавшись. Из-под стола показалась светлая макушка.       — Не стоило отказываться от мяса, тающего на языке, — подколол Драко хриплым голосом, вытирая губы и садясь рядом.       — Ты просто ужасен, — Гарри не мог отдышаться. — А если бы он заметил?       — А при чём тут я? Это ты не смог сдержаться. Хотя, признаю. Я виноват в том, что великолепен.       — Что есть, то есть, — признал Гарри и притянул к себе, прижимаясь к губам и ощущая собственный вкус на языке.       — С Днём рождения, Гарри, — прошептал Драко, утыкаясь в шею. — Надеюсь, мой подарок тебе понравился.       — Ты — мой подарок. Я так рад, что ты вернулся ради меня. Я люблю тебя.       — И я тебя люблю, — Драко перебирал слипшиеся от пота тёмные пряди волос. — Тебе больше не нужен этот медведь, чтобы рассказывать о своих фантазиях. Я выслушаю их все до единой.       — Он принёс мне счастье, — Гарри бережно поднял его с пола. — Я не выброшу его. К тому же, он милый.       — Ты тоже милый, — улыбнулся Драко, прижавшись теснее к груди Гарри. —Ты сам для меня плюшевый мишка. Мой лохматый очкастый плюшевый мишка.