Вундеркинд

Как только блондинка накрыла своими губами Лизины, почувствовала какие на вкус они сладкие. Захарова, ощутив объект обожания, сама того не поняла, как закрыла глаза, хоть этого изначально делать не желала, ведь хотела проверить Лизу, что явно не ожидала такого немыслимого поворота событий. Белокурая прекрасно знала, что девушка сейчас сидит перед ней в нескрываемом шоке, но кое-что Кристине всё же хотелось проверить: поддастся ли брюнетка поцелую Захаровой или нет? Блондинка, понимая, что ей следует проверить свои догадки, нехотя открыла глаза, посмотрев на Андрющенко. Как только Крис открыла свои голубые глаза, увидела, что темноволосая прикрыла веки, всё же не устояв перед искушением. Захарова, ухмыльнувшись тому, что брюнетка поддалась её поцелую, вновь закрыла глаза, ещё сильнее углубившись в поцелуй, который никто не желал разрывать. Если честно, светловолосая знала, что девушка ответит на её поцелуй, ведь за эти три дня она много чего поняла, и одно из этого – чувства самой Лизы. Блондинка осознала не только свои чувства, но и чувства Андрющенко, которая бегала за ней и беспокоилась, как никто другой. И только когда блондинка осознала, что испытывает Лиза к ней, поняла почему девушка тогда, неделю назад, оттолкнула её от себя и сказала, что больше не хочет общаться с ней и как-либо контактировать. Захарова понимала, что для Лизы чувства – что-то странное и неизвестное. Далеко, конечно, ходить не нужно, Кристина тоже почти что ничего не знала о симпатии и подобном, но разбиралась значительно больше и знала тоже, поэтому могла хоть что-то сложить в своей голове и получить нужный ей ответ. Захарова, признаться, не понимала, что ей делать, поскольку знала, как для брюнетки всё связанное с эмоциями и чувствами трудно и непонятно. Но кое-что блондинка знала наверняка – нельзя отпускать человека, который так хорошо относится к ней; человека, из-за которого у девушки сердце лишь при одном столкновении взглядами выпрыгивает наружу. Чувствуя, что брюнетка поддалась и ответила на поцелуй, Кристина положила девушке свои руки чуть выше талии, притягивая к себе и заставляя Андрющенко приподняться. Лиза понимала, как ей будет плохо после этого поцелуя, но она просто не смогла оттолкнуть блондинку, ведь хотела почувствовать желанные губы хоть ненадолго на своих. Черноволосая не знала, зачем девушка сделала это, но в тот момент Андрющенко не могла думать, а могла лишь чувствовать руки блондинки, что шастали по её телу; могла углубляться в поцелуй с Кристиной, немного приоткрывая рот и впуская в него ловкий язык девушки, что изучал полость рта Андрющенко, проходясь по нëбу и всё время сталкиваясь с языком обладательницы янтарных глаз, у которой они непроизвольно закрылись прямо после того, как Кристина впилась в желанные губы. И когда светловолосая перестала мыслить здраво, а поддалась своим эмоциям и алкоголю, что заиграл в её организме, словно на гитаре, сжала свои руки, что остановились на талии Лизы, и, немного привстав, лишь несколькими движениями переместила брюнетку, уложив её на кровать, на которой сама сидела несколько минут. Кристина не чувствовала, что брюнетка вырывается или отстраняется, поэтому вновь впилась в красноватые, искусанные губы девушки, теперь проходясь руками по талии Лизы более интенсивнее. Алкоголь играл в чувствах блондинки, заставляя поддаться искушению. А вот Андрющенко же хотела только насладиться теми эмоциями, что охватили её и её разум. В один из тех моментов, когда белокурая сжала талию Лизы, у девушки словно поднялись шторы, ведь она поняла, какую глупость совершила, ответив светловолосой на поцелуй. Андрющенко вспомнила, как пыталась избавиться от чувств, что поглащали её; вспомнила, как сувала себе в рот два пальца, дабы вызвать рвотный рефлекс на свои чувства; вспомнила, как резала свои запястья и кисти, заливая бордово-алой жидкостью ванную и белую плитку, на которой сидела. Поняв, что натворила, черноволосая выставила руки вперёд, отстраняясь от девушки, которая начала беспокоиться из-за того, что сделала что-то не так. – Не стоит, – сказала Лиза, мигом поднявшись с кровати. – Я что-то сделала... – хотела было спросить Захарова, как брюнетка, что прошла к двери, перебила её. – Нет, Крис. Это просто было ни к чему, – проговорила брюнетка, выйдя из комнаты. Как только темноволосая покинула спальню, прошла к себе и, закрыв дверь в свою комнату, скатилась на пол, понимая, что это конец. Девушка не послушала мозг, а сердце, и поэтому сейчас сидит возле двери, уткнувшись в свои колени. В тот момент Лиза просто не представляла, что ей теперь делать и как вести себя, если Захарова завтра всё вспомнит. Брюнетка, хоть и была атеистом, молила о том, чтобы светловолосая ни о чём не вспомнила на завтрашний день. Лиза помнила, как блондинка рассказывала ей о потери памяти из-за алкоголя, поэтому у Андрющенко были надежды на алкоголь в организме Кристины.

***

Разговоры, что доносятся через стену, заставляют Лизу проснуться и проклянуть соседей, которые опять начали о чём-то спорить. Брюнетка, поднявшись, посмотрела на время, понимая, что ей ещё осталось спать менее тридцати минут. Смирившись с тем, что сегодня она не выспится, Лиза направилась в душ, чтобы привести себя в порядок. Девушка не могла заснуть ночью после произошедшего, ведь её съедало изнутри чувство, что позволило ей ответить на поцелуй Кристины. И из-за того, что брюнетка не спала целую ночь, сейчас она выглядела не лучшим образом: у неё были синяки под глазами как от недосыпа, так и пролитых слез, которые не пересавали течь из её глаз почти всю ночь; оттенок кожи стал ещё более бледным, а глаза были красными. Всё это смотрелось не превосходно, поэтому Лиза надеялась, что душ хоть как-то взбодрит её. Выйдя из ванной комнаты примерно через минут двадцать, брюнетка прошла на кухню, дабы приготовить себе очень крепкий кофе, на которое оставалась надежда. Голова болела после пролитых слез и недостатка сна, поэтому девушка, наведя себе кофе, открыла дверь балкона и села рядом с ней, вдыхая свежего воздуха, который иногда мог помочь ей с головной болью. Как только темноволосая села на кресло возле балкона, услышала, что ей пришла смс. Взяв телефон, она увидела уведомление из телеграмма от Виолетты: «Пойдёшь сегодня?»

«Пока что, если честно, не знаю»

«Ясненько. Мне просто нужно кое-что обсудить с тобой очень важное»

«Я постараюсь прийти»

«Буду ждать)» Брюнетка, признаться, была очень взволнованна перед разговором с Кристиной, которая должна была проснуться совсем скоро. Несмотря на то, что девушка пила, она всё равно проснётся в нужное ей время, и даже без будильника. Да, были одноразовые разы, когда белокурая не могла встать под звуки сирены, но это случалось очень редко. И когда Лиза отложила телефон в сторону, услышала, как кто-то шаркает ногами о пол. Никого, кроме светловолосой и Лизы не было в квартире, поэтому девушка сразу напрягалась, затаив дыхание. Брюнетка поняла, что сейчас решится многое. – Доброе, – кинула блондинка, пройдя к раковине, чтобы попить воды. Выглядела Кристина плоховатенько. – Привет, – сказала темноволосая, у которой настолько сильно всё тряслось, что она думала, что скоро просто потеряет сознание. Такого состояния у Андрющенко не было очень давно, поэтому брюнетка, что уже отвыкла, сначала и не поняла, что с ней происходит. – Бля, голова пиздец болит, – проговорила Кристина, сев на стул, закрыв глаза. Было видно, что девушке и вправду очень плохо и она ничуть не гиперболизирует. Захарова, понимая, что черноволосая ничего не говорит, а просто сидит отдалённо от неё и смотрит в окно, подняла на девушку свои васильковые глаза, обведя ими силуэт Лизы. – Я тебе вчера ничего не разгромила? – спросила блондинка, видя, что Андрющенко переводит на неё свои янтарные глаза, ставя кружку, что всё это время была в её руках, на тумбочку. – Нет... – протянула брюнетка, в глазах которых загорелся огонёк надежды. – Это хорошо. Просто я ничего вообще не помню, что вчера вечером было, – сказала светловолосая, видя, что Лиза быстро поднимается со своего места, присаживаясь напротив Захаровой, что сузила глаза, посмотря на брюнетку. – Ебанный фирменный коктейль друга Киры, блять. Я говорила, что мешать ром с пивом и водкой не лучшее решение, – сказала Кристина, видя, что темноволосая выглядела не очень хорошо. – Таблетку дать от головной боли? – спросила Лиза, оживившись после того, как узнала о том, что Захарова ничего не помнит. – Нет. Кофе, если можно, – сказала блондинка, видя лёгкую улыбку Андрющенко, что сразу после сказанного Кристиной поднялась с места и прошла к одной из полок. – Латте? – уточнила Лиза, помнив о том, что блондинка решила вернуть старую себя, поэтому скрывать того, что ей нравится всё сладкое, смысла не было. – Да, – кивнула блондинка, покачая головой, когда Лиза отвернулась от неё. – Хорошо, – кивнула девушка, приступив к кофе. – Как бы бредово это не звучало, но... Ты пойдёшь в школу? – усмехнулась со своего же вопроса Андрющенко, зная ответ, как сама она думала. – Да, – совершенно спокойно ответила блондинка, видя и зная, что этим поразила Андрющенко. – Тебе же плохо, – не могла понять брюнетка девушку. – Да и бока всё ещё наверняка болят, поскольку такие травмы просто так не проходят и не заживают, – заволновалась темноволосая, видя, что Кристина почему-то ухмыльнулась, но сделала это буквально на пару секунд, а потом вновь вернула прежнее, спокойное выражение лица. – Всё хорошо со мной, Лиз, – брюнетке мало верилось. – Я пойду в школу, ведь мне почти не больно уже ходить. Мне нужно посещать занятия, потому что с оценками у меня полный шлак, – сказала блондинка, не соврав. Девушке и вправду нужно было подтянуться в учёбе, но это была лишь одна из причин похода в учебное заведение. – Ладно, переубедить мне тебя всё равно не удастся... – смирилась брюнетка, посмотря на Кристину, что то и дело кидала на неё странные взгляды, смысл которых темноволосая так и не поняла. – Только не занимайся сегодня на физре, – сказала Лиза, теперь поглядя на Захарову с более серьёзным выражением лица. – Постараюсь, – бросила девушка, слыша, как Лиза, поставив кружку, что только достала, на тумбочку, направилась к ней. – Крис, – твёрдо произнесла Лиза, – пожалуйста, волнуйся за своей здоровье, – проговорила Андрющенко, встав рядом с блондинкой. – Ты тоже, – сказала белокурая, проведя пальцем по кисти Лизы, на которой были шрамы. – Не делай так больше, пожалуйста... – светловолосая посмотрела на Лизу, на которой и лица не было, – ради меня, – добавила Захарова, вынудив брюнетку чуть ли не зареветь прямо там. Блондинка, увидев, что глаза Лизы покрылись плёнкой и начали потихоньку наполняться слезами, взяла её руку в свою, поднявшись. Посмотря на Андрющенко, что опустила свои кофейные глаза вниз, дабы не показывать астенопию, девушка, вздохнув, подошла к Лизе почти вплотную, положив свою руку на спину черноволосой, прижав её к себе. Водя одной рукой по спине брюнетки, а вторую сжимая с Лизиной, светловолосая поняла, что сказала лишнего, ведь прекрасно понимала, как для Андрющенко сложна и трудна эта тема, и затрагивать её было нельзя. – Я знаю, что была дурой... Но в сложные моменты я не могу мыслить здраво, – сказала хрипло брюнетка, утыкаясь в плечо Кристины, что всё это время водила по её спине рукой, словно рисуя какие-то узоры. – Никто не может мыслить здраво в трудных моментах, – проговорила Захарова, чувствуя, как на её плечо падают слезинки, проникая сквозь ткань футболки. Блондинка, понимая, что этот разговор может лишь ещё больше опечалить Андрющенко, решила прекратить его. Немного и аккуратно отстранившись от брюнетки, девушка посмотрела в её красноватые глаза, из которых по-прежнему стекали слезы. Столкнувшись взглядами, у обеих по спинам прошлись мурашки. Блондинка, дабы хоть как-то привести девушку в порядок, мягко улыбнулась, протерев слезинки с лица Лизы, что смотрела на неё, желая остаться в этом моменте навечно; желая всегда чувствовать прикосновение рук блондинки на себе. – Ладно, нужно собираться, – проговорила темноволосая, отстранившись от Захаровой, что кивнула, провожая девушку, которая прошла к двери, взглядом. – Я тебе сейчас дам во что переодеться. Ты же не пойдёшь в домашних штанах и футболке с ананасом, – сказала брюнетка, улыбнувшись. – Хорошо, – кинула блондинка, направившись вслед за девушкой, что уже, кажется, зашла к себе в комнату.

***

К сожалению, первым уроком была та самая физкультура, на которую Лиза упрашивала Захарову не идти. И пока Кристина переобувалась и пожимала всем своим знакомым, которых встречала на пути, руки, темноволосая прошла в раздевалку, сразу наткнувшись на девушку, что искала. – Ви, – окликнула девушка шатенку, которая, услышав знакомый голос, в миг обернулась. – Лизка, – обрадовалась девушка, обняв брюнетку, которой в глаза сразу бросилась чёрная водолазка. А надевала шатенка эту вещь только в тех случаях, когда у неё что-то происходило с матерью; когда девушка пыталась скрыть какие-то следы после ссоры с мамой. – Я уже думала, что ты не придёшь, – призналась Виолетта, что явно была рада появлению своей подруги. – До звонка ещё больше двадцати минут, так что, может, отойдём и поговорим? – спросила брюнетка, которой точно было, что рассказать и чем поделиться. – Хорошо. Тогда пошли в туалет. Если кто-то там будет, то выгоним, – сказала Малышенко, пройдя к двери. Кажется, этой девушке тоже не терпелось что-то рассказать подруге. Когда девушки зашли в туалет, закрыли его. Виолетта, пройдя к подоконнику, села на него. – Ну, кто начнёт? – грустно усмехнулась Виолетта, зная, что обеим девушкам следует выговориться. – Давай ты. Мне кажется... тебе хочется рассказать что-то серьёзное, – попала в цель девушка. – Это вправду так, – сказала шатенка, опустив взгляд вниз. – Опять проблемы с матерью? – спросила девушка, зная, что шатенка так дёргается только из-за ссор и скандалов с мамой, ведь отношения с ней были Малышенко дороже всего на этой планете. – Да, – хмыкнула Виолетта, понимая, что рассказ о произошедшем за эти выходные точно не оставит душу Малышенко в покое. – Она приехала в субботу утром и наорала на меня, сказала, чтобы я не приходила больше никогда к ней, – было видно, как Виолетте трудно осознавать, какие у неё плохие отношения с матерью, к которой она тянулась абсолютно все свои семнадцать лет, особенно после развода с отцом, когда он уехал в другой город и забыл про свою дочь. – Когда я позвонила тебе и попросила переночевать, была уверена в том, что после того, как я схожу на вечеринку и поговорю с Ульяной, приду к тебе. Но что-то явно пошло не по плану, – сказала шатенка, кажется, подойдя к началу той истории, из-за которой её нервные клетки вымерли ещё больше. – Сейчас немного отойду от темы, – начала Малышенко, посмотря на Лизу, что кивнула. Брюнетка знала, что лучше не перебивать девушку, ведь так ей будет только сложнее, если через сказанные три слова она будет задавать Виолетте вопросы. – У того урода... – девушке было сложно сказать имя того, кто её сильно сломал; сломал настолько, что теперь она не может даже носить футболки. – Я поняла, Ви, – сказала темноволосая, осознавая, как трудно девушке собраться. – У него был младший родной брат, который частенько захаживал в ту контору, в которой я работала, – было видно, как Малышенко сжимает руки в кулаки, дабы унять в них дрожь. – Его звали Артём. Мы всегда относились друг к другу нейтрально, но в один момент он почему-то стал смотреть не меня так, словно я была бомжом, что ел у него на помойке возле дома, – сказала шатенка, подняв взгляд на Андрющенко, что внимательно слушала её. – В субботу, – закрыла глаза Виолетта, сжав кулаки ещё сильнее. – В субботу я встретила его... Не знаю почему, но он что-то забыл на вечеринке. Увидев меня, Артём сразу направился вслед, – когда шатенка открыла глаза, Лиза увидела, что в них играла пустота и усталость. – Он прижал меня к стене и начал... душить, – проговорила Виолетта, сама того не осознавая, дотронувшись до своей шее, тем самым ответив на вопрос, что играл в голове Лизы. – Похоже, он хотел повторить поступок своего брата, – грустно усмехнулась шатенка, чувствуя, как на её тёмно-синие джинсы падают слезинки. – Ви... – хотела было подойти к девушке Андрющенко, как Виолетта выставила руку вперёд, показывая, что она ещё не всё рассказала и что не нужно успокаивать её, ведь пока что она ещё может держаться. – Я знала, что Кира достаточно хорошо общалась с этим Артёмом; знала, что они частенько встречались в каких-нибудь барах и кого-то обсуждали, – Андрющенко, услышав имя блондинки, сразу поняла, что девушка как-то помогла Виолетте, поскольку она бы просто не смогла пройти мимо Малышенко, когда ей нужна была помощь. – И когда я увидела, что Кира остановила этого урода и отогнала его от меня, я просто выпала из мира на некоторое время, – рассказала шатенка, поднимая взгляд на Лизу, что ни капли не была удивлена. – Когда этот урод ушёл, я направилась за алкашкой, ведь хотела просто расслабиться после произошедшего, – кажется, рассказ с каждым словом накалялся. – Зайдя в одну из комнат, чтобы побыть с самой собой, я увидела Ульяну, которая трахалась с каким-то парнем, – нервно усмехнулась Виолетта, ковыряя ногти. – С парнем, блять! – не смогла сдержаться Виолетта, рассмеявшись. Этот смех носил в себе столько боли. – Человек, который говорил, что просто ненавидит мужской пол и хочет, чтобы все мужики сдохли, лежала на каком-то уроде и сосалась с ним, – у Малышенко много чего накопилось, и добить её могло что угодно из этого. – Что ты сказала ей? – наконец спросила хоть что-то Андрющенко, зная, что шатенка не тот человек, который будет просто проглатывать подобное. – Да... ничего, в принципе, – пожала плечами Виолетта, уставившись в пустоту. – Я просто ушла, потому что в тот момент я не могла сказать хоть что-то внятное, – Лиза сразу поняла, что шатенка и сейчас с трудом рассказывает произошедшее. – После этого я направилась на балкон, ведь там надеялась побыть одной. И когда я уже достаточно так выпила, на этот балкон пришла Кира, – вздохнула шатенка, видя, что Андрющенко ждёт продолжения истории. – Мы кинули друг другу какую-то хуйню, а потом я начала искать свой телефон, чтобы... я не помню уже, если честно, – это и вправду было так. То, что было на балконе, Виолетта почти не помнила. – Я не смогла найти свой телефон... хоть убей, но я не помню при каких обстоятельствах согласилась поехать с Кирой. И когда она привезла меня к себе, а это я помню, я просто чуть не выпала из мира, – Андрющенко радовало то, что Виолетта, разговаривая о Кире, делает это уже значительнее мягче, чем ранее. Брюнетка сразу поняла, что между девушками что-то произошло. Лиза, если быть честной, очень надеялась на то, что девушки, наконец, нашли точку соприкосновения и наладили отношения. – Короче, если говорить коротко, то ночь субботы я провела у Киры. И ещё мы договорились больше не конфликтовать и забыть всю злобу, которая была между нами, – рассказала девушка, видя, что Лиза улыбнулась, хоть и сделала это очень быстро. – Ви, – начала брюнетка, подойдя к Малышенко, положив ей свою руку на плечо, – если тебе нужно... – хотела что-то сказать Лиза, как Виолетта, слабо улыбнувшись, уткнулась головой в живот девушки, таким способом благодаря Андрющенко за то, что она рядом. Шатенка всегда так делала. – Самое главное, что ты рядом и поддерживаешь меня, – проговорила девушка, отстранившись от Лизы, что улыбнулась, понимая и убеждаясь, как ей повезло с подругой. – Не могу же я бросить тебя? – сказала Андрющенко, видя, что шатенка словно что-то вспомнила. – А что хотела рассказать ты? – спросила Виолетта, сразу увидев в миг сменившееся выражение лица брюнетки, что отошла от неё. – Я писала тебе, да и говорила, что Крис оставалась у меня на эти три дня, да? – начала с малого девушка, видя кивок подруги. – Угу, – Малышенко знала, что так вести себя может темноволосая лишь в крайних случаях; когда произошло что-то критическое. – Вчера... – набрала в лёгкие воздуха Лиза, пытаясь унять дрожь внутри. – Вчера кое-что произошло, – девушка ещё не набралась смелости рассказать о случившемся. Если честно, она не хотела вспоминать произошедшее. Хоть и не признавала, что поцелуй с Кристиной никак не выходил из её головы. – Что же? – очень насторожилась шатенка, если быть честной. Малышенко и представить себе не могла, что же такого могло случиться между двумя девушками, почему Андрющенко сейчас мечется с одного места на другое, никак не с силами собраться и рассказать подруге о случившемся. – Вчера она пошла с Кирой в какой-то бар и там выпила, – упоминание о Медведевой почему-то заставило шатенку покрыться мурашками с ног до головы. Что с ней? – Вернувшись, Крис стала очень странно себя вести... Она куда-то ушла, а потом, когда я обнаружила её на кухне, решила отвести в спальню, чтобы она поспала, – девушка не могла нормально конструировать свою речь. – Когда мы сели друг напротив друга, замолчали и она... – оборвалась темноволосая, уставившись в пустоту, вспоминая вчерашнюю ночь. – Что Крис сделала? – спросила Малышенко, хоть и догадывалась, к чему клонит брюнетка. – Она поцеловала меня, – наконец, договорила Лиза, посмотря на шатенку, которая округлила глаза, хоть и особо не удивилась. – Лиза... – начала девушка, желая что-то сказать. – Она, блять, поцеловала меня, – дрожаще выдохнув, повторила сама для себя Андрющенко. – Но самое ужасное не совсем это, – вновь заставила Виолетту напрячься брюнетка. – Что произошло ещё? – уточнила шатенка, которая и представить себе не могла, что же ещё могло случиться между двумя девушками. – Я ответила на поцелуй... Не отстранилась, а ответила, – произнесла с ужасом в голосе Андрющенко, прикрыв глаза ладонью. – Я поддалась ебаным чувствам и не смогла оттолкнуть Крис; не смогла просто сказать «нет», – очень винила себя за это темноволосая, не представляя, что было бы, если бы Захарова всё помнила. – В этом нет ничего страшного, Лиз. Люди неподвластны своим чувствам. Никто не можете просто взять и сказать «нет» чувству внутри, что поглащает тебя, – проговорила шатенка, спрыгнув с подоконника и направившись в сторону Андрющенко. – Раньше я могла это сделать. Раньше я бы никогда не посмела каким-то чувствам захватить свой разум, – почти крича, сказала Лиза, сев на корточки возле стены. – Потому что ты стала человеком, а не просто сосудом с органами, – проговорила шатенка, сев напротив девушки, которая не плакала, а только винила внутри себя за сделанное. Признаться, в тот момент Виолетта хотела сказать брюнетке о том, что Захарова что-то явно чувствует к ней, ведь просто так такая девушка, как Кристина, не стала бы целовать человека, к которому ничего кроме дружбы не питает. Но девушка всё же решила отложить это, ведь было видно, как Лизе трудно принимать и осознавать то, что блондинка поцеловала её, и что она ответила на её поцелуй. – А что тебе сегодня Крис сама сказала? – решила спросить Малышенко, так как интерес брал верх. – Она ничего не помнит. И это, безусловно, к лучшему, – проговорила темноволосая, встав. Шатенка не стала ничего говорить девушке, а лишь проследовала за ней. Сейчас Виолетта не желала как-то беспокоить брюнетку, говоря, что, возможно, Захарова всё помнит, но просто по какой-то причине не хочет об этом говорить.

***

Когда девочки зашли в раздевалку, шатенка сразу направилась к своему рюкзаку, чтобы переодеться, ведь до урока, на который она обязана была пойти из-за оценки, оставалось всего пару минут. – Сука! – возмутилась девушка, пнув в стрессе лавочку. – Что такое, Ви? – спросила Лиза, которая очень напряглась такому всплеску эмоций Малышенко. – Какая-то тварь решила подшутить надо мной, – злостно ухмыльнувшись, сказала Виолетта. – Я всё также ничего не понимаю, – призналась брюнетка, подойдя к девушке ближе. – Кто-то спер мою кофту, которая должна была прикрывать мои ебанные палки под названием «ляшки». Из-за того, что я вчера сильно тупанула и постирала свои спортивные штаны, решила взять сегодня лосины, поскольку другого выхода не видела. Я решила накинуть на водолазку длинную широкую кофту, чтобы как-то скрыть свои ебанные ноги, – говорила Малышенко, иногда запинаясь в словах. Было видно, как девушка волнуется по этому поводу. – Я бы дала тебе кофту, но у самой она короткая и тебе ничем не поможет, – сказала брюнетка, пытаясь отыскать в голове решение проблемы. – Как всегда всё по жопе, – в голосе Виолетты читалась безнадёжность и усталость. – Я должна пойти на эту физру, потому что мне нужно исправить оценки к концу четверти. Если я приду в своих синих джинсах, то он меня даже слушать не станет, а лишь поставит двойку, которая поставит крест на хорошей оценке, – сказала Виолетта, сильно переживая. Шатенка настолько сильно волновалась, что даже не услышала, что кто-то зашёл в раздевалку. А вот Лиза, которая пыталась найти решение проблемы, заметила пришедшую Киру, которая, похоже, как всегда, забыла свой телефон в раздевалке. – И что мне теперь делать? – уже просто не справляясь со всеми трудностями в своей жизни, сказала Виолетта, прикрыв глаза рукой. – Ты же знаешь, что я не смогу выйти в этих долбанных лосинах просто так... Я просто сдохну, если выйду к этим уродам в таком виде, – всё продолжая выговариваться, говорила Виолетта, пока Кира углублялась в слова девушки, пытаясь понять, что у неё произошло. – У нас ещё как назло сегодня объединенный урок с параллелью, – проговорила шатенка, наконец убрав руку с лица. – В принципе, я могу попросить Крис, но... там свои проблемы, – сказала темноволосая, вспомнив, что почти по всему телу Захаровой виднеются ссадины и гематомы. Белокурая, которая по ходу словам Виолетты примерно поняла, из-за чего тревожится и места себе не находит девушка, застегнула молнию своего рюкзака, в котором она пыталась отыскать ключи от машины, и потянулась к краю своей тёмно-синей худи, снимая её. Стянув с себя вещь, Кира, держа в руках телефон, прошла к шатенке, сунув худи прямо ей в руки, видя переведённые на неё зелёные глаза. – Мне кажется, что она достаточно длинная для того, чтобы закрыть твои ноги, – проговорила Кира, смотря во влекущие её глаза, от которых, была бы возможность, она никогда не отрывалась. – Спасибо тебе, – сказала шатенка, даже не став говорить, что ей ничего не нужно. Малышенко было приятно, что блондинка, которая раньше ненавидела её, теперь протягивает не только худи, но и руку помощи. – Не за что, – кинула девушка, направившись в сторону выхода. – Тебе не будет холодно? – решила спросить Виолетта, обернувшись к девушке, что сделала так же. – Нет. Я никогда от подобного не мёрзну. Да и не особо люблю жару, – сказала блондинка, ухмыльнувшись, покидая раздевалку. – Вижу, что у вас всё начинает налаживаться, – проговорила Андрющенко с лёгкой улыбочкой, которая заставила шатенку немного подрасслабиться. – Похоже, – бросила девушка, надевая кофту Медведевой.

***

Когда девочки вошли в спортивный зал, их сразу одарил своим недовольным взглядом учитель физкультуры, который негодовал из-за того, что Лиза с Виолеттой опаздали. – Вставайте в строй, раз уж все-таки решили посетить такой ненужный, по вашему мнению, урок, – сказал мужчина своим грубым голосом, отводя постоянно взгляд. Было видно, что учитель сегодня не в духе. Виолетта, закатив глаза, прошла за подругой, которая встала рядом с Кристиной, обменявшись с ней взглядами. Шатенка, увидев свою параллель, настолько заострила на ней внимание, что сама не поняла, как встала с Кирой, которая лишь слабо ухмыльнулась, делая это очень незаметно. Малышенко, разглядывая в основном девушек из 11-го «Б», заметила блондинку, которую словно где-то видела ранее. И когда Виолетта проследила за взглядом блондинки, то поняла, где и когда её видела. Эта была именно та девушка, которая постоянно терлась с Кирой. Шатенка, смотря на девушку, совсем не удивилась, когда блондинка перевела на неё взгляд, скрестив руки на груди и приподняв с пренебрежением бровь. Кажется, этой девушке не понравилось то, что Виолетта стояла рядом с Медведевой, которая, кстати, через некоторое время перевела свои кофейные глаза на рядом стоящую шатенку, увидев, что она на кого-то в упор смотрит. – Ты на кого смотришь с таким упорством? – спросила Кира, заставив Виолетту на несколько секунд оторваться от блондинки, убедившись, что этот вопрос адресован ей, а не парню, который стоял по правую сторону Медведевой, и с которым она частенько разговаривала. – Просто какая-то девка смотрит на меня, а я на неё, – конечно, шатенка не стала говорить правды, ведь она бы очень странно звучала. – А, это Анжелика, – сказала белокурая, подмигнув знакомой, которая перевела на неё взгляд и кокетливо ухмыльнулась. – Твоя знакомая? – спросила совершенно спокойно Малышенко, видя, что Кира начала смотреть на неё. – Ага, – кивнула девушка, сузив глаза, изучая лицо Виолетты. – Тогда почему она должна пялиться на меня, а не на тебя? – хмыкнула девушка, посмотря на Медведеву, которая кидала взгляды то на блондинку, то на Виолетту. – Не знаю. Может, понравилась, – усмехнулась белокурая, видя, что на сказанное девушка опустила глаза в пол. «Звучало так, словно я никому не могу понравиться» – подумала шатенка, немного отойдя от Киры, сама не понимая, как так получилось. – Что-то не так? – уточнила блондинка, видя, как Виолетта отстранилась и потерянно взглянула на физрука, что просвистел. – Нет, – пожала плечами Малышенко, натянуто улыбнувшись, давая понять, что её ничуть не задели слова Киры, которая не хотела обидеть Виолетту. Медведева знала, когда эта девушка говорила правду, а когда врала, и в тот момент правдой уж точно не пахло. Белокурая уже начала продумывать в голове, что спросит у Виолетты после урока, дабы раскусить её. – У меня к вам серьёзный вопрос, – проговорил учитель физкультуры, смотря лишь на ребят из 11-го «А». – Я могу сегодня избавить вас от пробежки и гимнастики... – начал мужчина, как ребята подняли вновь ураган разговоров, явно радуясь тому, что в этот раз им не придётся бежать пять кругов, а после делать стойку на голове, – но, – раздался голос учителя, заставивший всех замолчать, слушая только его, – я поступлю так, если хоть один человек поднимет руку и пойдёт наперекор моих слов, – проговорил мужчина, улыбнувшись. Все, абсолютно все знали, что учитель ненавидит, когда его не слушают или возражают. За такое мужчина может поставить и двойку в четверти, а не только за урок. – Что, у вас даже нет смельчаков? – усмехнулся мужчина, оглядя ребят из 11-го «А». После этих слов, на огромное удивление каждого, руки одновременно подняли две девушки: Лиза и Виолетта, что посмотрели друг на друга, ухмыльнувшись. – Ну что ж, всё решено, – сказал учитель, положив свой блокнот с ручкой на стул, стоящей у стены, – сегодня мы только играем в волейбол, – договорил мужчина, посмотря на двух смелых девушек. Лиза подняла руку только из-за Захаровой, которая все-таки пошла на физкультуру. Черноволосая не хотела, чтобы девушка напрягалась и бегала, ведь её тело ещё не до конца восстановилось, а любые резкие движения могли сделать только хуже. Виолетта же подняла руку также из-за тела, но только своего. С субботы её тело ныло, а голова иногда кружилась. Девушка не хотела получить неуд, поэтому осмелилась и подняла руку, но не знала, что это сделает и её подруга. – А вы, 11 «Б», поучились бы смелости у своей параллели. Никто руку вообще не поднял, – возмутился мужчина, видя, что ребята из 11-го «Б» нахмурились. – Вы не говорили о том, что и мы можем поднимать руки, – первой опомнилась та самая блондинка, Анжелика. – Если бы Вы об этом сказали, то я, естественно, подняла бы руку, – уверенно произнесла девушка, не видя, но зная, что на неё начала смотреть Виолетта, и этот взгляд точно не выражал чего-то положительного. – А ты, Юрченко, вообще молчи. Тебе бы только не заниматься, – сказал мужчина, повернувшись к недовольной блондинке, что фыркнула и закатила глаза на слова учителя физкультуры. Смотря на всё это, Виолетта поняла, что эта блондинка не такая простенькая дурочка, какой кажется на первый взгляд; и поняла, что она ещё не один раз будет пронзать её взглядом, пока та не отведёт свой и проиграет.