Можно я тебя спасу?

      На часах 7 утра, звонит будильник. Что может быть лучше раннего пробуждения? Длительный сладкий сон. Определенно. Единственное за что я не могу терпеть школу, это за те самые ранние подъёмы каждый день.       Что удивительно, но я и правда из тех подростков, которые любят школу. У меня нет проблем с успеваемостью и посещаемостью. У меня хорошие отношения с преподавателями и одноклассниками. Семья у меня самая что ни на есть благополучная. Мама воспитатель в детском саду, отец военный и младшая сестра, которая в этом году идет в первый класс. И наверное, это первое сентября не было бы для меня особенным, (ну а что, 9 лет ходил в школу, будто на 10 год что-то кардинально поменяется) если бы не новая школа. На самом деле все 16 лет до этого мне несказанно везло. Мы жили в Воронеже припеваючи, как курочки-наседки на ставшем родным месте. Но все хорошее кончается и впервые за длительное время отца вновь перевели в другой город по работе. Собрав свои пожитки, мы всей семьей мигрировали с нагретого места в Питер. Отец отнесся к этому с присущим ему смирением, мама с пониманием, сестрица с энтузиазмом и рвением, ну а я… А что я? У меня даже иллюзии выбора не было. Кто оставит подростка в пубертатном периоде одного в другом городе? Конечно, было грустно и тяжело прощаться со старыми друзьями, родными дворами и улицами. Было страшно уезжать в другой, абсолютно чужой город, идти в новую школу, знакомиться и пытаться подружиться с км-то. После недлительной грусти и обиды на родителей пришло осознание. Этот переезд не был их личной прихотью. Они не руководствовались эгоистичным желанием почувствовать что-то новое или сменить обстановку. Это папина работа, которая, по правде говоря, была большой его любовью, делом его жизни. По сути дела, ни у кого из нас не было даже иллюзии выбора. Отключив, надоедливый будильник, я кое-как заставил себя подняться с кровати. Да, пожалуй, ложиться в три часа ночи, когда тебе вставать в семь, не самая лучшая стратегия. Заправив постель, я смиренно пошел умываться. Переезд внес в нашу семейную жизнь свои плюсы. А именно — улучшений жилищных условий. Отцу, все по той же окаянной работе, выдали трехкомнатную квартиру. И больше мне не требовалось делить комнату с мелкой. Нет, я, конечно, безмерно люблю ее, но получать бытовые травмы каждый день из-за кучи разбросанных по полу игрушек, сомнительное удовольствие. Оказавшись в просторной светлой ванной с новеньким ремонтом, я посмотрелся в зеркало. Нуу… могло быть и хуже. О бессонной ночи свидетельствовали лишь синяки под глазами, а в остальном все очень даже ничего. Выполнив все необходимые ванные процедуры, я отправился на кухню, где уже полным ходом шли семейные баталии. Мама пыталась заставить Альку съесть геркулесовую кашу, папа воинственно пытался укротить электронную новомодную плиту, чтоб сварить кофе, а Темка (наш кот) шлифанул все это непотребство скинутой со стола стеклянной вазочкой с конфетами. — Твою мать, Тема какого хрена?! — рыкнул отец на кота. Тот уже своевременно ретировался, как мне кажется, испугавшись больше всех своего же преступления. -Арсений! Не выражайся! — прикрикнула мама на него, не отрывая взгляда от Альки. Потому что знала, что та может смыться в два счета, даже незаметнее Темки, лишь бы не есть ненавистную кашу. -Доброе утро. — буднично произнес я, даже не особо удивившись. Ну правда, я был свидетелем подобного ежедневно. Я скорее бы испугался, если бы зашел на кухню, а вся семья спокойно почивала, сидя на своих местах, обсуждая погоду. -Доброе утро, милый, — сказала мама, тепло улыбнувшись, не отрывая взгляда от сестры, сказала мама. -Доброе утро, солдат, — бодро сказал папа, не отрывая взгляда, от злосчастной плиты.