Естественный ход жизни

      Небольшое парусное прогулочное судно шло ровно и неспешно, у команды из двух оборотней и одного гнома не было цели, они просто катали заказчика и его омегу по вечерней реке. На борту от воды тянуло прохладой, и Элай кутался в мягкий плед, рассматривая медленно проплывающий мимо пейзаж, и неспешно пил вино. – Я и не знал, что в тебе есть задатки романтика, – признал омега, отправив себе в рот очередную шоколадную конфету с сушеной малиной. – Я милый домашний мишка, но и мне не чужды прекрасные порывы, – хохотнул Хамам. – Но и ты же такой же. Домашний.       Элай вздохнул, вдруг осознав, что нет, не такой. Ему нравилась наглость Хитоэля, то, как он попытался урвать первый поцелуй. И нравится то, как смотрит на него Луин, словно на ожившее божество. А Хамам… Омега вдруг очень четко и ясно увидел их совместную жизнь. Спокойную, мирную и такую скучную.       Элай повернулся и посмотрел на альфу, словно бы видя его впервые, но на самом деле он впервые задумался о себе. О том, что нужно именно ему.       После смерти папы на его плечи легло слишком многое, пусть отец и пытался этого избежать… Сейгарий оберегал всех своих детей, но Ной уходил на ночь к себе, а Элаю хотелось облегчить жизнь отцу, и именно он нянчил младших, успокаивал их, пытался поддержать. Да и не пошли бы его братья делиться горем с бетой, а старший брат как-то сам собой начал заменять папу.       И сейчас, в уютном молчании, что повисло между ними, Элай вдруг жадно захотел начать жить по-другому. Внести в свою жизнь немного сказки, немного юности, что так стремительно проходила мимо. А Хамам… Для своего возраста этот несерьезный альфа был слишком взрослый и слишком похож на отца: обстоятельный, хозяйственный. – О чем ты думаешь? – спросил Хамам, словно почувствовав, что мысли омеги ничего хорошего ему не несут. – А давай искупаемся? – предложил Элай, поднимаясь. – Шутишь? Вода ледяная! Простынешь! – запротестовал альфа. – Можно же в шкурах, – предложил омега. – Все равно не время, – запротестовал Хамам, а затем вдруг подскочил, обернулся, громко рыкнул и, разбежавшись, спрыгнул в воду.       Элай рассмеялся и крикнул команде: – Причаливайте к тому пирсу!       Омега обернулся следом и тоже рухнул в воду.       Два огромных медведя в неплохом темпе поплыли к берегу, но на мелководье Элай догнал альфу и прикусил за заднюю лапу, затем отпрыгнул, обдавая Хамама брызгами, и попытался сбежать. Но альфа тут же развернулся и кинулся следом.       Два огромных хищника играли в мелководье, словно бы щенки. Они не обращали внимания ни на яхту, ни на то, что за ними наблюдает команда. И Элаю нравилась эта свобода, это неуместное, детское веселье. Омега почувствовал себя живым и счастливым. Плевать Элаю на то, что вся шкура была в грязи и иле.

***

      Сейгарий слушал лекаря внимательно, сжимая руку Ноя до боли, но бета лишь гладил своего альфу по плечу, пытаясь успокоить и подержать.       Ной прекрасно понимал, что если сейчас альфа рванется, то точно найдет и убьет Сайкаса. Да и сам бета с удовольствием оторвал бы голову этому помойному кошаку, но сидеть за подобную мразь ему не хотелось. – Ангрэ, – позвал несерьезного альфу Сейгарий.       Тот вскочил, тут же приблизился, хромая, а Ной обхватил свободной рукой своего альфу за талию, опасаясь, что тот бросится на Ангрэ, хотя тот и не был особенно виноват. Ной вообще не понимал, зачем Ангрэ подошел так близко. Но Сейгарий подался вперед и заключил несерьезного альфу в объятия, сжав того так сильно, что Ангрэ тихо охнул. – Спасибо, что вовремя вмешался, – проговорил отец.       Пока получивший свободу несерьезный альфа пытался отдышаться, Сейгарий попросил его: – Сообщи куда нужно, а я пойду к сыну... Ангрэ, если я выйду отсюда, то найду и убью этого подонка. А мне нельзя. – Я сообщу, – кивнул несерьезный альфа.       Ной облегчённо выдохнул и пошел следом за альфой к Эйвери.       Омега казался таким маленьким в большой кровати лекаря, бледный, с почти полностью забинтованным лицом и руками, он выглядел совсем хрупким, и бета с трудом подавил в себе желание кинуться мстить. Ной помнил Эйвери с третьего дня его жизни, и теперь ему было дико осознавать, что у кого-то поднялась рука на омежку. – И как ты себя чувствуешь? – сев на край кровати, спросил Сейгарий. – Ангрэ колданул над обезболивающим, – хихикнул Эйвери. – И перестарался. – Зато не больно, – улыбнулся альфа, обняв сына за плечи так мягко и нежно, окутывая собой.       Ной понятия не имел, откуда Сейгарий взял в себе силы быть сейчас таким… Спокойным. Альфа словно бы и не пылал гневом, не волновался. – Лекарь обещал, что шрам останется только один, над бровью… Остальные ему удастся убрать за пять сеансов, – глупо и как-то пьяненько хихикая, сообщил омега, уткнувшись носом в плечо отца. – Я оплачу все необходимые сеансы. Если нужно больше сеансов, чтобы убрать все… То я оплачу, – пообещал Сейгарий. – Ангрэ уже оплатил. А над бровью до черепа была рана, – весело сообщил Эйвери. – Лекарь эту рану сильно магией залечивал… там уже в любом случае шрам будет… Ты же меня и с ним будешь любить? – Конечно буду, и альфы будут, – пообещал отец.       Бета не понимал, зачем Сейгарий расспрашивает сына о повреждениях, он ведь все уже слышал от мага, но Ной не вмешивался, не чувствовал за собой такого права. – Ты не сильно испугался? – продолжил расспросы альфа, заглядывая в глаз омеги.       Второй глаз был, слава богам, на месте, но настолько заплыл, что его просто не было видно. – Очень, – вдруг погрустнел Эйвери. – Тата, я так испугался. Было так больно!       И только когда омега расплакался, спрятав лицо на надежной груди отца, Ной понял, зачем альфа расспрашивал сына. Сейгарий не хотел, чтобы Эйвери все переживал в себе, хотел, чтобы омега выплеснул весь тот ужас, что пережил, выговорился.       Ной порылся в кармане и достал платок, когда Эйвери, взахлеб рассказывая о нападении, плача навзрыд, начал хлюпать носом. Тихо подойдя, бета вложил в ладонь омеги свой платок, чтобы тот смог высморкаться, и хотел вновь отойти, но Эйвери протянул к нему руку и заставил Ноя присоединиться к объятиям.       Бета прекратил гладить по спине омегу, лишь когда в комнату заглянул лекарь, тихо сообщив, что пришел дознаватель. Ной вышел, решив пока не мешать Сейгарию и Эйвери. Омега только начал успокаиваться.       В гостиной кроме лекаря были еще два дознавателя и Ангрэ. Ной поздоровался с незнакомцами и выжидательно на них посмотрел. Старший дознаватель, хмурый крупный бета, кивнул на своего коллегу-омегу и сообщил: – Сейкаса мы уже ищем… Но нужно, чтобы Эйвери подтвердил, что именно этот альфа на него напал. Если омеге не комфортно будет со мной общаться, то Олстиа может его опросить. Вы родственник пострадавшего? – Отчим, – приврал Ной. – Думаю, что при отце Эйвери сможет поговорить с вами обоими. Только дайте мне пару минут, мне нужно убедиться, что омега готов. – Конечно, мы не торопим, – кивнул Олстиа.       Ной заглянул в комнату и, тронув Сейгария за плечо, сообщил о дознавателях и их желании поговорить с омегой. – Пусть заходят, – выпрямился Эйвери, обняв себя руками отца, словно бы тот мог защитить омегу от всего мира.       Дознаватели не стали долго мучать пострадавшего, деликатно обойдясь лишь тремя вопросами, и поспешили уйти, пожелав Эйвери скорейшего выздоровления. Уже когда они ушли, омега попросил: – Поехали домой? Они будут волноваться. – Кто они? – не понял Ной. – Братья, – пояснил Сейгарий. – Лекарь сказал, что тебе лучше переночевать тут, я тоже останусь с тобой. Ну а Ной встретит братьев и расскажет им все. Ной, не отпускай альф – все сразу ринутся сюда… И сам вернись с последним. – Тата, он совсем больной, он может на Ноя кинуться, – задрожал мелкой дрожью Эйвери.       Альфа растеряно глянул на бету. Ной мотнул головой и пообещал: – Не набросится. Ангрэ тут, я попрошу его пойти со мной и, думаю, мы вернемся вместе. – Тогда все хорошо…. Ангрэ храбрый и сильный, – успокоился омега.       Бета настолько был растерян, что, когда кучер спросил куда ехать, он лишь растерянно посмотрел на Ангрэ. Несерьезный альфа кивнул спутнику и назвал адрес. Ной понимал, что нужно что-то сказать, но не смог, да и Ангрэ не спешил нарушать молчание.       Бета открыл двери дома Сейгария и попросил: – Давай зажжём свет, чтобы тут не было так жутко. – Нужно будет ждать их во дворе, прихвати себе куртку, – согласился Ангрэ. – Почему во дворе? – чувствуя себя глупым и бесполезным, спросил Ной. – Они же все будут рваться к брату, а если их альфа проводит только до калитки… И еще… Камышовый кот мелкий, незаметный… Я боюсь, что он бросится из темноты на кого-то еще, и я вновь его не замечу вовремя, – несерьезный альфа поднял на бету несчастный взгляд. – Если бы я его заметил… – Прекрати, – бета подошел и встряхнул Ангрэ за плечи. – Потом, обо всем будешь жалеть потом. Мы должны позаботиться о других омегах. Соберись. – Да, да, прости, – собрался альфа.       Первыми к дому пришли Элиэф с Мэлуи, и Ной вышел чуть вперед, чтобы все рассказать, но омега насторожился просто от того, что его встречали, и настороженно спросил: – Что случилось? – Элиэф, – осторожно подбирая слова, заговорил бета. – Эйвери сейчас у лекаря. Благо, Ангрэ вмешался вовремя, и все обошлось, но твой отец сейчас с ним. – Что произошло? – настойчиво потребовал объяснений Элиэф. – Скажи толком. – Сейкас напал на твоего младшего брата, но он будет в порядке, – не стал скрывать бета, зная, что тот все равно все узнает.       Омега прикрыл рот руками, пытаясь удержать крик внутри, он отступил на шаг, и если бы его не подержал Мэлуи, то Элиэф бы рухнул. Омеге показалось, что силы его покинули. Но Мэлуи быстро собрался и, уточнив, куда ехать, пообещал доставить туда омегу в целости и сохранности.       Ной понятия не имел, что творится в душе Элиэфа, но догадывался, что ничего хорошего. Омега явно винил себя, и бета не мог себе представить, как теперь ему с этим жить.       Через полчаса приехали Такеши и Эйван. Омега выглядел таким счастливым и радостным, что Ною понадобилось все его мужество, чтобы рассказать о несчастье. Проводив очередную пару взглядом, бета повернулся к Ангрэ и попросил его: – Завтра нужно будет сообщить всем ухажерам омег, чтобы они вечером не приходили. Ухаживания нужно приостановить… – Ной, – несерьезный альфа обнял за плечи бету. – Не думай об этом. Все и так завтра все узнают… Нужно, чтобы Сейкаса нашли как можно быстрее. – Я его видел, Эйвери, но до сих пор не могу поверить… – покачал Ной головой. – Я тоже, – согласился Ангрэ. – Это каким больным ублюдком нужно быть… И ведь он же не мог не понимать, что его словят. Сейкас нападал, зная, что его вычислят. Это сколько слепой ярости в нем?       Бета кивнул, вглядываясь в улицу, надеясь, что Элай вернется, и он сможет поехать к лекарю… Ной знал, что он сейчас нужен Сейгарию, нужен Эйвери и Элиэфу. И Эйвану. Бета всегда был рядом, когда был им нужен.