Щегол

О том, что Щегол выходит каждый день на обед ровно в час дня и направляется в ближайшее кафе с весьма гуманными ценами на ланч-меню, Арно отлично знал, так что вышел из своего офиса без десяти минут час и спустился в холл, слегка нервничая. Альфа немного опасался, что омега решил изменить своим привычкам и ушел обедать раньше. Но Ришар спустился и в час был уже в холле. Щегол собирался пройти мимо Лерона, но Арно перегородил ему путь и сообщил: – Я заказал столик в «Золотой короне». – По-моему, мы решили, что есть в компании друг друга – это не лучшая идея, – ровно и слегка насмешливо сообщил Щегол, переминаясь с ноги на ногу. – Вы нечетко высказали свое решение и теперь обязаны составить мне компанию, чтобы не ставить меня в дурацкое положение. Столик в ресторане я заказал на двоих, а пойду один… – попытался надавить на совесть Арно. Ришар улыбнулся открыто, очаровательно и громко позвал: – Николя! Один из двух молодых альф, коллег Щегла, что наблюдали вручение букета, тут же направился к ним. – Николя, месье Арно Лерон решил пригласить Вас в «Золотую корону», чтобы одному не сидеть за столиком для двоих, – с той же очаровательной улыбкой сообщил Щегол. – Ришар, там очень дорого, – попытался отказаться коллега омеги. – Он платит, – ровно сообщил Ришар и, сделав большой шаг в сторону, направился к выходу из здания. Арно хмыкнул и кивнул растерянному альфе: – Пойдемте, Николя. А того вдруг согнуло пополам от приступа истеричного смеха. Лишь через пару минут, чуть успокоившись и стерев слезы, что выступили от смеха, Николя смог произнести: – Простите, но это и правда забавно! Вы и серьезно решили, что сможете заполучить нашего снежного принца? Лерон пожал плечами, сообщив: – Столик и правда пропадает. Пойдемте. Арно Ришара не считал снежным принцем. Нет, его Щегол был чувствительным, эмоциональным и очень даже теплым омегой. Просто Ришар выставил вперед все возможные шипы, пытаясь просто защититься в тот период, когда ему было слишком плохо и сложно. После смерти жениха Щеглу явно было не до новых романов, а красивый омега, рожденный в потерянном поколении, был слишком желанен для многих, чтобы альфы отступали, узнав о трагедии. Лерон и сам не планировал так легко отступать, но по другой причине… Три года – достаточный срок, чтобы хотя бы начать вновь встречаться. Николя, словно бы ребенок, любовался видом на город, заказав горячее, десерт, закуску и салат. Арно не беспокоило, что молодой альфа совсем не смотрел на цены в меню: Лерон мог себе позволить. – Зря Вы на него время тратите. Мы все, все свободные альфы «Крыла ангела» пробовали за ним волочиться, – сообщил доверительно Николя. – Но ничего не вышло. – А когда пробовали? – уточнил Арно, нахмурившись. – Он у нас четыре года работает – все приблизительно в это время и пробовали, – сообщил коллега Щегла, подумав. – Еще до помолвочного кольца. Лерон вздохнул и кивнул своим мыслям: вряд ли Ришар согласился стать женихом сразу, скорее всего, он уже встречался тогда со своим женихом, вернее, с тем альфой, что позже стал женихом. И именно поэтому не ходил на свидания с другими альфами. И Арно это уважал – верность выбранному альфе. Лерон вздрогнул, осознав, что Николя его рассматривает слишком уж пристально, и вопросительно посмотрел на молодого альфу в ответ. – А Вы симпатичный альфа, – заметил Николя без смущения. – Простите, меня альфы совсем не привлекают, – вдохнул Арно. – Тяжело Вам приходится, – отметил собеседник. Лерон кивнул, понимая, что это правда: если бы его привлекали и альфы тоже, то сейчас он был бы давно уже чьим-то мужем. Пусть в семье Арно не было бы детей: сирот расхватывали с такой скоростью, что Лерон даже не пытался подать на усыновление. Одинокому альфе ребенка бы не доверили, впрочем. Но даже у пары из двух альф шансов было мало: родственники все же имели преимущество, а смерти кузенам Арно не желал. Он хотел семьи, хотел возвращаться домой к кому-то близкому, родному. Нет, детей Лерон тоже хотел, мог обеспечить, но даже просто мужем-альфой готов был удовлетвориться, но альфы его не привлекали совсем. – Мне повезло, – продолжил свои никому не нужные откровения Николя. – Мне привлекательными кажутся все три пола, да и в постели я ничего не имею против позиции снизу с заботливым и терпеливым любовником. – Вы очаровательны, – вежливо сообщил Арно, понимая, что альфа по-прежнему пытается его склеить. – Но меня и правда не привлекают альфы, я пытался, много раз… Но я буду очень благодарен, если Вы мне скажете, что любит Ришар. – Вы хотите за свой счет развлекать всех сотрудников «Крыльев ангела»? – удивился Николя. – А сколько вас в этом офисе работает? – спросил в ответ Лерон. – Двадцать три человека, – подсчитал в уме собеседник. – Тогда я могу себе позволить развлекать всех сотрудников, – сообщил весело Арно. Николя растерянно замер на мгновение, а затем рассмеялся и кивнул: – Что ж, воля Ваша. Но ничего личного о Ришаре я сообщить не могу. Мы с ним на свидания не ходили, а особой болтливостью он не отличается. Это только говорят, что омеги болтливы, а они… Лерон его откровения дальше просто не слушал, хотя смотрел на собеседника и даже качал головой время от времени. Щегол ему не показался особо закрытым, просто… Омега привык закрываться от альф, что проявляли к нему интерес, чтобы не дать зацепок, не помогать с ухаживаниями. С работы Арно ушел на два часа раньше, сообщив своему секретарю: – Сильван, придумайте причину, по которой я решил уйти, сами, но уважительную. Чтобы я не подавал дурного примера своим подчиненным. – Обед так хорошо прошел? – оживился бета. – Обед прошел успешно, но не с Ришаром, – сообщил в ответ Арно. – Вы так быстро переключились? – ошарашено уточнил Сильван. – Нет, я не переключился, просто Ришар так изящно от меня отделался, что пришлось мне вести обедать весьма симпатичного альфу. А потом еще отказать этому альфе, – рассмеялся Лерон. – Мне этот омега нравится все больше и больше, – уважительно сказал секретарь. – Вы ведь его так просто не упустите? – Я иду выбирать ему подарок, от которого он не сможет отказаться, – кивнул Арно. Прекрасно понимая, что украшения Щегол не примет, сославшись на то, что это слишком дорого, Лерон мимо ювелирных магазинов в торговом центре просто проходил, даже не останавливаясь, зато задерживался возле всех других, размышляя. Белье, сувениры, обувь, одежда, книги, пластинки отпадали сами собой. Слишком личное, слишком сложно угадать размеры, вкусы и прочее… Дарить при этом слишком безликие конфеты или фрукты Арно тоже не хотел. И зашел в магазин с дорогими деловыми костюмами, что шили на заказ. – Что Вы желаете? – тут же спросил продавец, юный и какой-то некрасивый альфа. – Мне нужны шейные платки… И носовые им в тон! – вспомнил своего Щегла Лерон. – Нужны яркие, сочные цвета, для омеги. Продавец засуетился и принялся выставлять на прилавок красивые коробки с нужным товаром. Арно увлеченно перебирал цвета, ища тот зеленый, что был бы в тон глазам омеги. И замер, найдя. – Я вижу, Вы определились с покупкой, – довольно заметил продавец. – Только мне нужна упаковка, красивая, но не полностью закрытая, чтобы омеге сложнее было отказаться от подарка, – попросил Лерон. Продавец понимающе кивнул, прекрасно понимая, почему Арно высказал свою просьбу, и предложил: – Может, добавить к ним запонки с камнями в тон? – Нет, такой дорогой подарок он точно не примет, – с сожалением признал Лерон. Арно хотелось продолжить поиски, купить что-то еще, найти что-то совсем великолепное, но альфа взял себя в руки и направился домой. Там было тихо, одиноко и очень скучно. Поставив пластинку, Лерон музыкой прогнал тишину. Налив себе немного коньяка, Арно подошел к окну и, смотря на город, задумался. Сколько еще альф обречены на одиночество из-за ошибки их отцов? Сколько столетий бет и омег считали полами второстепенными, а наследниками признавали лишь сыновей-альф? Ведь только это представление привело к такой катастрофе! Арно уже привык к новому миру, никогда толком не жив в нормальном, в мире, где каждый альфа мог найти себе пару. Но Лерон признавал еще и то, что эта катастрофа поменяла многое и в лучшую сторону. Исчезли из законодательств наказания за однополые связи – еще когда Арно учился в универе, разрешили браки между всеми полами. Омеги и беты, вернее их жалкие остатки, получили право учиться в высших учебных заведениях. Омеги и беты сели за руль машин. Появилось целое поколение альф, которым было не просто страшно ударить мужа, а даже обозвать. Опять же, появилось новое слово – «домогательства». Раньше, как говорил папа, омегам приходилось терпеть приставания босса, чтобы не потерять место. Теперь же это ушло в прошлое. Старшие альфы ворчали, возмущаясь тому, что нынешнее поколения альф словно бы кастрировали. Это недовольство было связано с тем, что теперь альфы не могли себе позволить быть маленькими домашними тиранами. Арно же и сам замечал, насколько он не похож на отца. Отец Лерона, Кристиан, был совсем не таким, как сын. Арно не хотел, чтобы омега или бета жил по его правилам и каждый раз, все два раза, пытался строить семью на равных. А Кристиан считал все это глупостью, а уж как он не мог понять и принять тот факт, что сын не продолжал преследовать омегу, если тот трижды отказывался сходить на свидание или хотя бы раз твердо сообщил, что не готов встречаться с альфой или конкретно с Арно. Отец искренне считал, что альфа должен быть настолько настойчивым, что омега вынужден был бы согласиться. Тем более сейчас. Лерон пошел готовить ужин – еще одно новшество потерянного поколения. Альфы вдруг оказались способны готовить, стирать, убирать. Нет, Лерон достаточно зарабатывал, и у него дома убирался дважды в неделю нанятый человек, альфа. Но постоянную прислугу в своем доме Арно терпеть не хотел: чужой человек не мог бы заменить семью, но при этом стеснял бы хозяина дома. Так что, если Лерон не ужинал в ресторане или кафе, то готовил сам и прекрасно понимал, какую незаметную, нудную и бесконечную работу выполнял в семье его папа. И Арно не удивился, когда его папа развелся с Кристианом и нашел себе альфу моложе, более гибкого и заботливого, того, кто не считал, что раз он работает и содержит омегу, то омега в ответ должен выполнять все его капризы. Арно помнил, как ворчал отец, когда папа по каким-то причинам не соблюдал правила рыбной среды или вешал в ванной полотенца из двух разных наборов. Кристиан же не был готов к тому, что его лично коснется проклятие потерянного поколения. И все равно ничего не понял. Требовал, чтобы его сыновья-альфы нашли себе мужей и подарили внуков деду, словно бы не желая замечать, что омежьих лиц в толпе все еще очень и очень мало. Он даже не одобрил брак Адама, самого старшего из сыновей, с бетой. А вот Арно брата поздравлял искренне и долго. Бета Адама был низеньким, пухленьким, рыженьким, но таким откровенным, веселым и простым, что Лерон с трудом сдерживался от попыток отбить мужа у брата. И лишь появление Щегла выбило эти мысли из головы Арно. Этот помолвленный, занятый омега заполнил собой мысли Лерона. Арно не пытался сблизиться, не пытался познакомиться, старался себе внушить, что Щегол непривлекателен внутренне, чтобы не нарушать своих же принципов.