Однажды в Вегасе

Мужчина захлопывает дверь и впечатывается спиной в двери: — Бежать некуда, так что стой и слушай. Он закрывает двери на замок. Так лучше. — Ты мне нравишься. Сильно. Я хочу быть с тобой. Иметь ребенка. Родить его вдвоем. Построить дом. Купить собаку. И сдохнуть в один день. По-моему, я здесь без сленга сказал и вроде все понятно. — Ты придурок? — задаёт она вопрос, смотря ему в глаза, но в этот раз не предъявляет попыток уйти. Куда? Она у себя дома. — Я бы в любом случае оставила ребёнка... Это раз. Во-вторых, умирать в один день как-то не слишком? Разве не ты говорил мне не влюбляться в тебя? Пока трахал на своей постели, — смотрит не отрываясь. Её огонь в цвете волос играет с его в глазах. — Я хотела признаться... Что, как дура влюбилась, пока была в этом вашем плену... Но все думала, это связано с тем что мне так проще думать или ты и правда так хорош... — А как ты думаешь на самом деле? Скажи первое, что приходит в голову, огонек. Хоуп стоит не движется и ждёт ответа. Готов ждать хоть весь день, месяц, год, но дождется. — С чем связана твоя влюбленность? С тем, что я сладенький плохиш? — Я... Не знаю… Наверное, но... Больше нет. Сначала так показалось, но ты не был груб со мной. Хоть и вёл себя высокомерно. Ты... Мне правда понравился, но я не думаю, что ради этого тебе стоит портить свою жизнь... — говорит все тише. — Че? Портить жизнь? Ты блять... — он вмиг вспоминает слова брата. — Ты не портишь и не испортишь мне жизнь. Давай будем вместе? Это же отличный шанс начать новую жизнь. И всё-таки попробуем умереть в один день. Он улыбается и тянется к девушке в объятия. — Ну, не стой ты! Сделай уже что-нибудь! Скажи или сделай! Она поджимает губы, а после поддаётся вперёд, целует его в губы, прикрыв глаза в надежде на то, что не оттолкнет, что не обманет как маленькую дурочку. Цепляется пальчиками в его рубашку, ведя ниже, а вместе с тем расстегивая пуговицы. — Затусим, — смеётся в поцелуй и срывает на себе рубашку. Его руки исследуют ее тело, поднимая тоненькую майку вверх. Он подхватывает ее так, чтобы она обхватила его ногами. Следует по кухне и подходит к столу, сажая ее на него. — Сейчас разработаем вам новое меню, огонек. Он срывает с нее шорты и проходится пальцами по складочкам, собирая смазку. Несколько круговых движений по клитору, а после пару толчков пальцами, раздвигая все внутри, он входит и нежно движется, целуя ее в губы. Он оставляет засосы на шее, наплевать, что будут искоса на нее смотреть, наплевать, что вазочка с синим цветком уже на полу. — Хоуп... Ты тут все уничтожишь... — стонет она сладенько, запрокидывает голову вверх, позволяя себя целовать. Опершись руками о столешницу, Аран двигается ему навстречу. — Чёртов Вегас... Я буду проклинать себя за эти слова, но я кажется тебя люблю... — Ты к Вегасу обращаешься? — смеётся мужчина, зная, что она говорит это ему. — Я говорила эти слова тебе... — с придыханием произносит, — Но могу взять обратно... Делая толчки, он входит всё глубже, сокращая дистанцию между ними. Руки ползут к груди, щипая за соски. Мужчина останавливается и пристраивается лицом между ног. Мокро, горячо. — Вы нас закрыли в подвале! — кривляет он ее и вставляет пальцы, двигаясь в самом быстром темпе, в котором можно было, — Мы стали приманкой! — проходится по клитору и смеётся. Его язык входит в лоно, а губами он целует комочек нервов. — Но тем не менее, сегодня на коленях стоишь ты... — в её голосе нет той издевки, хоть она и наслаждается тем, что явно сейчас в выигрышном положении. Хоуп смеётся и доводит девушку до оргазма и языком и пальцами. Прикусывая в последний раз комочек, он отрывается и смотрит на ее лицо, полное удовлетворения. — Первое слово, дороже второго, огонек. Хо поднимается на ноги и притягивает к себе девушку, целуя ее так, что ее губы опухают все сильнее и сильнее. Поцелуй длился почти четыре минуты, и у обоих губы уже онемели, но никто не собирался обрывать этот момент. *** — Долго будешь меня морозить? Учти, я не мой брат, могу и руку поднять... На потенциального противника. Может, сразу и не скажешь, но я довольно вспыльчив. Хочешь, чтобы я пристрелил его? — Хосок стремительно надвигается на девушку, пересекая чёртову кухню. — Бог ты мой... — девушка отводит взгляд в стену, держа ручку в руке. Надоели эти Чоны. Она снова принимается подписывать какие-то бумаги. — Если ты хочешь поговорить... Хотя нам не о чем разговаривать, то давай все завтра. Девушка не строила из себя непонятно кого. Чой вовсе не понимала о чём идёт речь, и какого черта он забыл в ее кабинете. — И какого хрена ты зашёл на кухню без спецодежды?! — Считай, что внеплановая проверка. — произносит в ответ на вопрос, а после, забрав ручку из её руки, прижал довольно грубо к столешнице. — Может, тебя снова трахнуть? Мозги на место встанут, не? Или у вас это воздушно-капельным передаётся? — Значит так, дорогой друг, — смотрит она на него, — свалил нахрен из кабинета и приходи завтра. Больше повторять я не намерена. Возомнил блять себя чертовым мафиози. Девушка встает и подходит к сумочке. — Спецодежду попросишь у повара. Завтра буду ждать. *** Аран проводит пальчиками по чужой груди, вырисовывая узоры подушечками. Она оперлась щекой о чужое плечо и по-хозяйски закинула на молодого человека ногу. — Что теперь? — спрашивает девушка. Было так тепло и уютно, что не хотелось уходить или прогонять его. — Ищем дом для нас троих. Мужчина улыбается и закидывает руки под голову. — Чтобы подруга твоя не грустила, занимайся забегаловкой, а я займусь всем остальным. Потом откроем что-нибудь круче, чем это. Будет семейным бизнесом. Хоуп чешет нос и смотрит на Аран. — Я хоть и долбоеб, но не в плане отношений. Огонек, — тянется к ее макушке и чмокает, закрывая ее объятиями. — Не заставляй меня сомневаться в твоих словах, ладно? — она приподнимается, смотрит на него снизу-вверх, смотрит прямо в глаза. — Если обманешь хоть раз - я больше тебе ни одного шанса не дам и не проси, понял? — угрожает ему, а сама касается губ, не давая ответить. Хоуп улыбается в поцелуй и останавливает его. — Не посмею, А-ран... — берет ее лицо руками и целует снова.