Зажигалка.

Числа на календаре меняются одно за другим. Дом Шухуа пустует, потушенные окурки валяются в разных местах квартиры, скрытые под покровом темноты. Не заправленная кровать, потёртые, пустые пачки от сигарет, это все так рутинно, что тянет блевать. Девушка вертит в руках железную зажигалку, играясь с огнем. Это место напоминает о былых временах, откровенно, она желает стереть это все с памяти насовсем, навсегда. Ей советовали отпустить это. Наверное, это не такой плохой совет. — Слушай, может продать эту квартиру? — Е откидывается на кровать, раскидывая руки и втыкаясь взглядом в старый потолок. Темно русые прямые волосы рассыпаются прядями на покрывале, выделяясь на фоне пустой белой комнаты. Девушка вздыхает и утыкается головой в подушку, лениво поворачиваясь на кровати. В уличной мятой одежде ее совершенно ничего не смущало, в этой квартире она появлялась только переночевать. Соответственно, и одежда у нее почти всегда одна и та же. — А жить ты где будешь, умная? — её блондинистая подруга подает голос, когда она падает в кресло напротив кровати и рассматривает хаос в комнате. — У тебя. А чего нет? Ты же моя близкая подруга, примешь меня, да? — Звучит больше как утверждение. — Юци закатывает глаза и мотает головой, явно не оценив поведение своей подруги. — Как будто ты против. У тебя нет выбора. — Шухуа тихо смеётся и поворачивается, в полной тишине продолжая смотреть на потолок. Тишина проглатывает комнату в океан собственных мыслей по одиночке, каждый думает о чем-то своем. Шухуа была уверена, даже если она сейчас думает о чем-то душераздирающем, Юци думает не больше, чем о ценах на что-то, либо явно о чем-то более весёлом, чем Шу. Ну, к лучшему. — Знаешь, я наверное... Съеду отсюда. Молчание разрезает резкое заявление со стороны Е, когда она всего-то спокойно разглядывала потолок, словно там самые замудренные узоры. Ее подруга тихо вздыхает и кидает взгляд в сторону девушки, мысленно пытаясь собраться со своим мнением касательно этого. — Едь ко мне. Собирай вещи. «Почему то, что ассоциировалось со всем самым приятным прежде, стало самым больным прямо по щелчку? Даже родной дом больше не принадлежит мне. Он твой. Твой, как и когда-то было мое сердце.» *** — Я, честно, рассчитывала, что вещей будет побольше. — Юци открывает свою входную дверь и отступает назад в удивлении. Перед ней стоит Шухуа, с одной маленькой сумкой. И то, судя по ее форме — она полупуста. — Что ты собираешься носить? Шухуа беззаботно ступает внутрь, словно это ее собственный дом. Она властная и уверенная в себе девушка, непременно, шагает словно она королева всего мира и очарует любого. Гордая, грубая, порой Юци еле уживалась с ней и ее характером. «Ну, у Юци характер не менее проблемный.» — Тут в основном деньги, я куплю себе что-нибудь новое, а то вещи уже старые у меня. — девушка кидает сумку на пол и разбувается, скрываясь за поворотом коридора. Вероятно, в ванную ушла. — Господи, ну могла бы кинуть в комнату... — Юци недовольно поднимает сумку и заходит в свою комнату, бросая ее на пол. — Конечно, вещи у нее старые и мы купим новые. Зато с зажигалкой своей старой носишься как паенька, не дай бог упадет или поцарапается. — блондинка говорит, поднимая телефон с тумбы и направляясь к ванной комнате, остановившись лишь в дверном проходе. Взгляд Шухуа слегка мрачнеет и она на пару секунд смотрит в одну точку, словно задумавшись о чем-то, но Юци этого не замечает. Вместо этого девушка просто закручивает кран и вытирает руки в тишине, лишь негромко цокнув. Кухня в квартире Юци маленькая, но уютная. Шу была тут достаточно часто, чтобы запомнить что где находится. Девушки усаживаются на высокие стульчики и наливают себе чай под разговоры о чем-то обыденном, в основном, о жизни блондинки, ее знакомствах и о дорогой квартплате, которую Юци уже возненавидела. Она зовет это полной несправедливостью, ибо место ее подработки не всегда даёт столько денег, сколько тут минимально требуют. — Значит работу менять тебе надо. Шухуа выдает как итог, опуская голову на руки и укладываясь прямо на стол. С каких-то пор она вечно летает в облаках. — Не ложись на стол! Он грязным будет. Ты в уличной одежде. — Юци легонько шлепнула подругу по руке, чтоб та поднялась. — Твои подружки плохо на тебя влияют, уже прогоняешь меня, видишь. Лёгкий смех раздается по кухне и Шухуа принимает сидячее положение обратно, поправляя свой кроп топ в полоску. Молочный цвет ткани удивительно хорошо сочетался с тускло синим, проявленным в полосках, и неплохо смотрелся на владелице этой вещи. — Вообще мне надо идти уже. — Юци поднялась со стула и поставила свою чашку из-под чая к раковине, как напоминание помыть её потом. — А то опаздываю. — блондинка кинула взгляд на часы, висящие на стене, и поспешно направилась к выходу с кухни. — Куда так резко? Шу поворачивается в удивлении, наблюдая за своей подругой. Бросив краткое "по делам", Юци покинула кухню и пошла переодеваться, оставив новую сожительницу в недоумении. Ни с того, ни с сего. Типичная Юци. — Кстати, — остановившись напротив двери в кухню, Юци начала рассматривать свой новый прикид в зеркале. Черный топ с какой-то надписью, короткая юбка в обтяжку, высокие сапоги, и очки на голове. Наряд выглядит достаточно дерзко. В тайне, Е даже начала сомневаться идёт ли её подруга по делам, а не куда-то выпить. Хотя от неё это было бы вполне ожидаемо. — Чего смотришь так? Я действительно по делам. — Читаешь мысли? — Есть немного. Но я не договорила. После этих занятий, я в бар зайду. Ты со мной? Тебе всё равно расслабиться бы, ходишь вся такая поникшая. — Юци начала издевательски передразнивать Шухуа в её состоянии, за что получила возмущённый крик со стороны подруги. — Аж не узнаю тебя. — Иди уже быстрее. — девушка махнула рукой и встала со стула, направляясь к Юци и мягко намекая, что уже хочет побыстрее закрыть за ней дверь и чтобы та не появлялась тут. Щелчок входной двери раздаётся по квартире, и Шу с облегчением выдыхает, когда понимает, что она в квартире одна. Она шутит, конечно. Ей приятно быть с Юци, подруга ей во многом помогла. Однако, они с Юци немного разные люди. Для блондинки отпустить человека, вероятно, проще простого. А Шухуа уже длительное время страдает по одной и той же девушке, даже расслабиться не может. Ещё и собственная квартира напоминает о ней. Она могла бы высказаться Юци об этом, но от мысли о таком уже как-то тошнит. Блондинка и так наслушалась о горе Шу, особенно после резкого расставания с этой девушкой. Е, конечно, не против проявить наглости в повседневной жизни, но постоянно плакаться подруге — уже её лимит. Надо же как-то отходить от этого. Хотя это даже звучит глупо. Пытается отойти, а сейчас уже медленно ступает на балкон и теребит в руках зажигалку, на которой аккуратно были выведены буквы «S.J.». Эта вещь принадлежала Шухуа уже некоторое время, но она никогда не переставала получать вопросы почему на ней написаны чужие инициалы С этой вещью было связано многое, но она не хотела ворошить прошлое. Сейчас она просто поджигает сигарету с помощью этой зажигалки, глядя в окно. Враньё это всё, бред полный. Не может девушка не ворошить прошлое, руки тянутся. Просто напросто не получается идти дальше. Она скучает, очень скучает, но кому надо знать про это? Лучше промолчать, если это стоит свободы, однако так хочется снова прикоснуться к её волосам, погладить по голове, обнять и прижать к себе. Хочется взять её свитер, взять её сердце, а не зажигалку. Порой Шухуа казалось, что инициалы SJ были написаны даже не на зажигалке, а на её собственном сердце, огнём этой же вещи. Девушка не замечает, как по её щеке начинает плавно катиться одинокая слеза, аж пока она не начинает полноценнно плакать, пытаясь вдохнуть побольше въедливого сигаретного дыма, чтобы успокоиться. Она не понимала для чего делает это. То ли её успокаивало курение, то ли оно напоминало о ней. — Зачем ты делаешь это? — Шу склоняет голову на бок, глядя на свою девушку. — Успокаивает просто. Привкус приятный. Хочешь попробовать? Руки Суджин крепче обхватывают талию Шухуа, прижимая к себе и окутывая друг друга теплом, в такую холодную осень, когда за окном лил дождь и была полночь, когда ветер завывал во всех проёмах и из-за него Шу порой даже просыпалась среди ночи, цепляясь за Суджин и не отпуская. — Ну... Давай. — она наблюдает за тем, как Со сама вдыхает дым, но почему-то не понимает для чего это. Разве она не даст ей сигарету покурить? Ответом было нет. Она наклоняется и целует Шухуа, часть дыма выскальзывает между их губами, однако горький привкус даёт о себе знать, когда Суджин углубляет поцелуй. Пальцы путаются в чужих волосах и притягивают к себе ближе, хватаясь друг за друга. Для них сигареты всегда были чем-то не слишком важным. Суджин курила не так часто, но Шухуа всегда видела это. Суджин всегда носила свою зажигалку, но они обе считали, что эта вещь всегда была третьей лишней между ними. Это скорее была привычка, чем нужда. Со говорила, что к курению её привела её подруга, но она никогда не называла её имя. Порой Шухуа видела чужой образ на фотографиях своей девушки в Инстаграме. Она была с чёрными волосами, где-то по плечи, всегда накрашенная, чуть-чуть ниже Суджин. Наверное, для Шу она выглядела красивой, но это не имело значения тогда. Е скучает за теми временами, но ей больно признавать это. Ей не хватает этого. Она скучает за прошлыми ними, но они никогда не станут такими, какими были прежде. Суджин оставила её и Шухуа больше не нужна ей, так почему Суджин нужна ей? Она помнит как пришла к Юци и плакала про это всё, говоря, что никому не нужна. Шухуа определенно благодарна, что её не оставили одну, но это чувство пустоты и одиночества не прошло, она просто научилась с ним жить. Сравнить ту Шухуа и нынешнюю — её можно не узнать. Девушка начала работать над внешним видом, над характером и сейчас она гордая, недоступная леди. Леди, которая, тем не менее, по вечерам все еще плачется своей подруге, как трудно не думать о Суджин. Но она не сможет её простить. Не хочет думать, что простит, особенно после того, что Со оставила её. Что она сделала плохого чтобы получить это? Почему не смотря на все моменты Суджин потеряла чувства? Это же так глупо. Она помнит как нервно представлялась маме Суджин, как хваталась за руку своей девушки и сжимала её покрепче, когда чувствовала, что сердце бьётся быстрее. Шухуа была шумной девочкой, но одинокой и застенчивой. И она, на деле, ни капли не поменялась. Будь здесь Суджин, она была бы той же самой. Но её тут нет, от неё и след простыл, весь город словно забыл её. Может быть, это всё к лучшему. Их история слишком трудная и непонятная для этого места, её, возможно, даже сложно принять. Однако, какая-то часть общества сочла бы это романтикой. В два часа ночи бежать по улице под дождём, громко смеясь. В метро маркером рисовать свои инициалы и сердечко рядом, улыбаясь от того, насколько глупой была эта идея, но тогда так не казалось. — Почему именно в метро? — Так больше людей увидят и поймут, что мы вместе! Любой момент вместе казалася чем-то райским, неважно насколько детским он был. Каждая из них могла позволить себе немного беспечности и расслабленности, могла позволить себе быть ребячливой. Однако больше этого нет, Шухуа уже выросла. Ей не хотелось этого, но пришлось. Она могла бы быть все еще открытой, все еще громкой и энергичной, но только при Суджин. Ей стыдно от факта, стыдно, что она все ещё ждёт. Ждёт, что встретит её где-то в мире опять, что всё опять станет как и было, но это так жалко. Слезы только усиливаются при этой мысли. Она откидывается на небольшой диванчик и пялит в потолок, судорожно выдыхая дым. Почему Суджин все ещё появляется в её голове? Ей больше не хочется этого. Она проводит день так же, как и проводила раньше у себя дома. Просто лежит и ничего не делает, ждёт вечера. Всё, что она "ела" за день — чашка кофе. «Прости, Юци. С такой подругой, как я, все только хуже. Вся квартира пахнет моими сигаретами. Только не выгоняй меня, хорошо? Я уже и так потеряла дом. И к сожалению, я не о четырёх стенах вокруг.» *** — Шухуа, я дома, собирайся! Юци зовет прям со входной двери и стоит на месте секунд 10, ожидая ответа и вспоминая, что у Шухуа в последнее время какая-то запоздалая реакция. Блондинке мягко говоря лень разбуваться, поэтому она не удосуживается пройти внутрь, а наоборот просто ждёт на коврике, надеясь, что её подружка соизволит выползти с комнаты, а может и со своей вечной депрессии. Но этого не происходит, так что, с тяжёлым вздохом, Сон зовёт ещё раз и ступает внутрь прямо в своих сапогах, с мыслью, что потом Шухуа должна ей компенсацию за проживание к качестве промытого пола. Зато Е, видимо, откровенно всё равно, она раскинулась на кровати Юци, убито глядя в потолок. — Ты живая? Шухуа показывает большой палец вниз и даже не поворачивает голову, сонно глядя перед собой. — Опять страдала? Большой палец поднимается вверх. Юци опять шумно вздыхает. С трудом стянув Шухуа с кровати, Юци бросает в неё одежду, что застаёт первую врасплох. Это почти единственные вещи, что были в сумке девушки, но они неплохо сочетаются, поэтому блондинка не сильно беспокоится. — Милая моя, откуда у тебя такие вещи в гардеробе? Что это вообще, латексные перчатки? — Кожаные! Через несколько минут Шухуа, к счастью, уже готова. Она одета в белую, обтягивающую футболку с темным принтом на ней, эти злосчастные перчатки, чёрные брюки и каблуки, что она втихаря позаимствовала у Юци. Русые волосы свободно лежат на плечах и спадают на лицо, губы ярко накрашены помадой. — И потом ты спрашиваешь что-то про меня? Посмотри какие вещи ты мне выбрала. — Шухуа слегка возмущается и крутиться вокруг зеркала, раньше она предпочитала что-то более нежное, а тут... Выглядит дерзко — это все о чем она подумала. — Это хотя бы подходит твоему томному взгляду. И мы вообще в клуб идём потом. Думаю, люди бы испугались во всех вариантах — и будь ты в молочном миленьком платьюшке с такими измученными глазами, и если бы ты пришла так в клуб развлекаться. — Юци недовольно отвечает, подталкивая Шухуа к входной двери и намекая, чтобы она брала свою сумку и выходила уже. — Ты же говорила мы в бар. — Какая разница? Ты всё равно пить будешь, может познакомишься с кем-то. — блондинка бормочет в ответ с паузами, пока закрывает дверь ключами. — Конечно, такая красотка как я определённо познакомится с кем-то. — Шухуа самодовольно улыбается и идёт к лифту, ожидая свою подругу. — Узнаю мою Шу. — Это был сарказм, глупая. Юци приоткрывает рот. — ...Блять. Обе девушки закатывают глаза. *** Клуб оказывается, как бы глупо не звучало, очень шумным. Это ожидаемо от любого подобного заведения, поэтому Шухуа не горела особым желанием идти сюда, однако с подколами, что она возмущается как старая женщина — пришлось. Порой ей кажется, что она превращается в Суджин даже личностью и теперь как мама таскается со своей подружкой. Ну, либо таскается до момента пока не напьётся в хлам. С кем не бывает. Посетителей тут сегодня довольно много. Красные лучи диско-шара окунают клуб в свою таинственную атмосферу и, как бы Шу раньше не боялась темноты, сейчас ей приходится уйти в тёмный уголок барной стойки, чтобы посидеть в спокойствии, пока Юци ушла к кому-то то ли знакомиться, то ли, они уже были знакомы. Девушка не вникала. Пить не особо хотелось. Шухуа делала это редко, поэтому и напивалась так сильно. Можно сказать, что она не умела делать это. Как и знакомиться. Громкая музыка била по ушам, чужие разговоры были слышны везде. Электрогитара в песне, что играла, казалась более привлекательной, чем чужие страсти, особенно пробормотанные в явно не трезвом состоянии. Неподалёку от Шу сидела какая-то дамочка. Чёрные длинные волосы, очаровательное личико, прекрасная фигура. Еще и, кажется, довольно открытая и разговорчивая. Шухуа слегка завидовала ей в этом и при мысли о таком она даже улыбнулась и хихикнула, заказав какого-то алкоголя у бармена и, наконец, отведя взгляд от незнакомки. — У меня что-то на лице? — послышался чей-то приторный голос. — А? Шухуа удивлённо поворачивается, её застали врасплох. — Ты так пристально смотрела на меня, что-то не так? — Да нет... Лицо знакомое у тебя, просто. Мы не встречались раньше? — Шухуа врёт. Ну, преимущественно врёт. Лицо незнакомки действительно напоминает ей кого-то, но кого? Однако, это не больше чем оправдание, наверное, Шу никогда не видела её. — А как тебя зовут не напомнишь, милочка? — Шухуа. — Не припоминаю такую... Незнакомка разочарованно вздохнула и сделала глоток алкоголя, подсаживаясь ближе к Шу. — А тебя? — Шу неловко поднимает взгляд, останавливая его на девушке. Она выглядела старше. — Миён. — она подмигивает и поднимает свой бокал, быстро цокнув его об бокал Шухуа, пока та даже не успела понять. — За знакомство. — За знакомство. — Е пробубнела в ответ, синхронно делая глоток горькой жидкости, что моментально обожгла горло. И зачем она только заказывала алкоголь? — Ты тут так одиноко сидишь, что-то случилось? — Миён спрашивает, причем достаточно громко, однако вопрос всё равно глушится музыкой, кричащей с колонок и поглощающей всё помещение. От неё, честно, уши болят. Шу предпочла бы послушать в наушниках что-то. — Все хорошо. — она отвечает с небольшой натянутой улыбкой, тихо смеясь. Девушки проводят вместе остаток вечера, за барной стойкой обсуждая разные вещи. Шухуа даже начинает вести себя более шумно и активно, яро отстаивая свое мнение в некоторых вещах, делая это громко, пока Миён смеётся, а потом Шухуа начинает шутливо флиртовать, явно показывая, что это блеф. В общем, пока Юци развлекается с кем-то, Шу тоже не страдает. Удивительно. На телефоне Юци приходит сообщение от Шухуа, гласящее, что она уходит с новой знакомой. И вот, покинув заведение, Е наконец-то вдыхает свежий воздух в лёгкие, от которого почти кружится голова после этого бара. — Хочешь прокачу? Миён задала этот вопрос максимально резко и после этого Е начала слегка напрягаться. Вокруг них почти ни души. На улице ночь, темнота, уже явно больше 12. Никто нигде не ездит. — Ты же пьяная. Они встречаются взглядами. — Я пила только один бокал. Все будет нормально. Где ты живешь? — Миён показалась Шу очень настойчивой. Шухуа, кажется, не была сильно против и уже через некоторое время называла Миён свой адрес. Если эта девушка — убийца, значит Е умрет не в одиночестве и хотя бы повеселившись. *** Машина Миён роскошная и дорогая, в черных матовых тонах. Да и сама брюнетка водит неплохо. Едет быстро и умело, хотя Шухуа всё ещё страшно, когда её знакомая резко тормозит и выкручивает руль на поворотах, пытаясь прокатиться более экстремально. — Любишь дрифт? — Есть немного. — она подмигивает, нажимая на ручник и выворачивая машину, уезжая на окраину города с громким ревущим звуком мотора, когда Шу крепче хватается за дверцу, в страхе смотря перед собой. Можно было врезаться уже раз сто, в такой-то темноте. Шухуа определенно надо покурить чтобы успокоиться после этого всего, иначе её сердце не выдержит биться настолько быстро. От такого становится плохо. Она не привыкла к подобному после месяцев проведённых дома. С Суджин явно было безопаснее. Поэтому первое, что она делает, как машина останавливается — берётся за свою сумку и достаёт пачку сигарет и зажигалку. — Почему мы здесь? — девушка спрашивает, вылазя из автомобиля вслед за Миён. Они припарковались прямо у сетки, которой было ограждено какое-то большое рабочее здание, чуть ли не среди леса. Но рядом с отдалённой дорогой. — Мне по делам надо. Некоторые документы забрать. — брюнетка хватает свой клатч и поправляет причёску, хотя никто даже не увидит в темноте, когда тут освещает только луна. — В час ночи? — У всех свои секреты. Подожди тут. Со вздохом, Е поджигает сигарету и опирается локтем на машину новой знакомой, глядя в небо. Привкус табака напоминает ей Суджин раз за разом. Эта зажигалка всё, что осталось от неё. А ей, наверное, сейчас хорошо живётся, она даже не страдает. Хорошо ей. Сама ушла не пойми чему, а Шу так скучает. Схватив сигарету крепче и выпустив дым в холодный воздух, она пытается отвлечься, пока ждёт Миён. Мутная она девушка, но Шухуа это не смущает, с ней чувствуешь себя в заботе и комфорте, даже если вокруг... — Полный пиздец. — внезапно говорит Миён. — О, ты вернулась. Что случилось? Шу не отпускает сигарету, пока Миён не выхватывает её из рук, начиная курить. — У меня нет своих при себе, уж извини. — девушка смеется. — Я еле нашла эти документы! — она восклицает, показывая папку. Е не видит, что на ней написано из-за того, насколько сейчас темно. — Люди в наши время просто ужасны. Прибила бы их всех, просто клянусь! Девушка драматично размахивает руками, крепко схватив папку, словно от неё зависела вся её жизнь. — У меня бензин есть с собой, кстати. — Миён резко говорит, потушив сигарету и нагло всунув папку прямо в руки Шухуа, а потом направившись к багажнику, от чего русоволосая отступила назад, удивлённо глядя на девушку. — Что ты собираешься с ним делать?! — Е нервно поглядывала из-за спины Чо, наблюдая за тем, как она схватила приличные канистры бензина и молча направилась к зданию, с хитрой улыбкой на губах, уже говорящей о всех её планах. Быстро кинув папку внутрь машины и закрыв дверь, Шухуа почти побежала за девушкой, уже открывающей канистры. — Стой, тут же камеры! — она схватила её за плечо, пытаясь остановить и указать прямо в камеру. Шу представляла себе как это смешно смотрится с камер, но Миён это не волновало, она с улыбкой попросила подругу отойти и, дёрнув канистрой, начала проливать бензин вокруг и на здание. Русоволосая только стояла сзади в шоке, схватившись за сетку. С кем она связалась? — Помочь не хочешь, милая? — Чо окликнула девушку, открывая новую канистру. Шухуа неуверенно застыла, однако ей потребовалась парочка секунд чтобы усмехнуться и ступить по траве на каблуках, оступаясь, но быстро. Через некоторое время здание было облито бензином. Девушки посмеялись и обнялись. — Так хотя бы запах будет, ну или случайно подожжет что-то. А хотя... — Миён взглянула на зажигалку Шухуа в её кармане и моментально выхватила её. — Нет, стой! Шу схватилась за руку брюнетки, пытаясь достать зажигалку, но за момент Чо уже открыла её и кинула в бензин. Здание воспламенилось за считанные секунды, прямо перед глазами двумя девушек. — Нас посадят. — напуганно заявляет Е. — Меня уже давно есть за что. Уходим отсюда, иначе сейчас тут всё загорится! — Миён громко говорит, осматривая горящее здание. Яркий огонь отражается в её глазах и глазах её подруги, поэтому она хватает её за руку и уводит к машине, быстро уезжая от этого места, пока Шухуа попутно осознаёт, что последняя вещь, связанная с Суджин — утрачена. — Та зажигалка многое значила для меня. Девушка заявляет, обиженно глядя в окно. — Я куплю тебе новую. — Нет, мне нужна была конкретно та. Чо тормозит на светофоре и поворачивает голову, глядя на собеседницу. — Подарок от Суджин? Шухуа требуется секунда, чтобы понять, что ей только что сказали, и она моргает, приоткрывая рот в удивлении. — ...Что? Вы знакомы? — девушка негромко произносит вслух, явно в шоке. — Ну смотря с кем. У тебя просто написано SJ на зажигалке было, вот я и подумала. А так да, есть у меня Суджин знакомая. — Миён смеётся. В голове Шухуа огромное количество различных мыслей, что проскальзывают буквально за считанные секунды. Они знакомы между собой? Что, если Миён знает про неё и специально познакомилась с ней? Что, если они с Суджин встречаются?? Это все шутка, чтобы поиздеваться над Шухуа? А вдруг вообще не та Суджин? Не одна же девушка с таким именем на весь город. — А какая Суджин? «Скажи другое имя, скажи другое имя, скажи другое имя...» — Со Суджин. «Блять.» Шухуа чувствует, как её сердце останавливается. Почему именно сейчас? Почему именно Миён должна быть знакома с Суджин? Весь мир крутится вокруг Суджин? Как же Шу это ненавидит, хочется закрыться где-то дома у Юци и опять не вылазить. Общество никогда не было чем-то приятным для нее. Оно не любило Шухуа, Шухуа не любила его — всё взаимно и стабильно хоть где-то в этой жизни! Но это было совсем не смешно для неё. Хотелось бежать, бежать от этого города, от Чо Миен, от этой глупой Со Суджин и больше нигде не слышать её имени. Хотелось скрыться от всех. Скрыться в её объятиях. И это было самым глупым и противоречивым в Шухуа. Она чувствовала, как её лицо бледнеет, а от одного лишь упоминания Суджин становится плохо и тошно, слёзы подкатывают наворачиваются на глаза, но она с трудом кашляет в кулак, когда видит каким взглядом на неё смотрит Миён, а после и вовсе чувствует то как ладонь брюнетки касается её плеча. — Все хорошо? Чего ты так? Голос Миён явно встревоженный. Шу становится стыдно. Наверное, она в тяжесть всем. Волнует еле знакомую девушку, живёт вообще у Юци. Порой у Е появляется чувство, что она была нужна только Суджин. До момента пока Суджин не оставила её. Шухуа пыталась идти дальше, работать над собой, в какой-то момент вообще весь имидж поменяла, однако в самой Шу ничего не поменялось. Она как была девочкой, которую никто помимо Суджин не слушал, так и осталась. Зачем тогда вообще говорить? — Шухуа-а-а. — Миён протяжно зовёт, слегка потянув за край футболки русоволосой. — Прости. — девушка смеётся в ответ. — Задумалась. — Ты знакома с Суджин, не так ли? — Ну... Довелось пересекаться в жизни, так сказать. Шухуа ложится на сиденье, когда Миён начинает вести машину к дому первой, в полном молчании. В окне ничего нового, дома меняются один за другим, порой светятся фонари. Одинокое и печальное личико Шухуа отражается в боковом зеркале, когда она смотрит вокруг. Глаза совсем пустые, неестественные, кукольные, но такие красивые. Глаза Суджин для нее были совсем противоположными. Живыми, яркими, такими глубокими, словно она могла утонуть в них, утонуть в океане чувств Со. И она не хотела всплывать, мечтала оказаться там навсегда, на самом дне. Шу слышит, что Миён бормочет что-то. Чувствует, что машина останавливается и она с трудом вылазит наружу. Теперь мысли точно не дают покоя и это так глупо. — Миён...Что мы натворили? — она говорит, с ужасом вспоминая подожженое здание. Стоит под ливнем и смотрит вверх, пока её тонкая одежда промокает до нитки, когда она стоит в ожидании Миён, закрывающей машину. — Пойдем быстрее, дождь! — Чо говорит погромче из-за шумящих капель воды, стремительно падающих с неба и образующих приличные лужи уже за несколько минут. Миён хватает подругу под руку и отводит к подъезду, даже не смотря на то, что у Шу уже мокрое всё, но девушке как-то было всё равно. Она чуть ли не впервые за день искренне засмеялась, и ей было хорошо. — Миен, а... Оставь свой номер. — Шухуа улыбается, когда Миён ведёт её в подъезд, а потом берет ключи в сумке Шу и использует, чтобы открыть дверь. — Потом, милая моя, в какой квартире ты живёшь? С трудом и страданиями, они доходят до квартиры Юци и, честно, блондинка открывает не менее удивлённая, чем была с утра. — Привет. Ты Юци, да? Я твою подругу привела, извини, что так поздно. Чо сразу же заводит разговор и буквально впихивает Шухуа внутрь квартиры, с неловкой, но нежной улыбкой. — Здрасьте...А вы, простите, кто? — Подружка Шухуа! Извини за неудобства, я уже побежала! — Миён смеётся и сразу же уходит в быстром темпе, оставляя Шу на пороге. — Пиздец, Шухуа, могла хоть позвонить мне. — У меня был слишком насыщенный день, чтобы я делала это. Она уставше валится на чужую кровать в уличной одежде, засыпая почти моментально. Снится одно и то же. Снится Суджин. *** На следующее утро Шухуа просыпается от того, что кто-то слегка гладит её по голове. Бормоча имя Юци в недовольном тоне. — Отвали, Юци... — она бубнит, утыкаясь лицом глубже в подушку, но чужие руки продолжили нежно гладить её по голове в успокаивающей манере. Шухуа пытается укрыться с головой, чтобы от нее отстали, но безвыходно. — Я пришла в три часа ночи и ты будишь меня так рано... Серьезно, Сон Юци, если ты не отстанешь от меня сейчас же, я клянусь, я... — Шу, это я. Не Юци. Шухуа требуется секунда, чтобы узнать голос. Она вскакивает, моргая несколько раз, чтобы развидеть лучше. Это Суджин перед ней? Нет, это ещё сон, она просто не проснулась. — Хуевая шутка, Юци. Как ты сделала макияж настолько похожий на Суджин? Или это Миён? Суджин тяжело вздыхает. — Это я, глупая. Шухуа вздрагивает и отползает назад по кровати, моргая еще несколько раз и махнув головой, определенно не веря своим глазам. — Бред, это... Оставь меня, слушай, это плохая шутка, если ты опять уйдешь и... Суджин нежно обнимает Шухуа, притягивая её ближе. — Я скучала. И Шухуа чувствует, что её сердце не выдерживает. — Чёрт... Она делает глубокий вдох и буквально чувствует, как всё её обладание крошится. Глаза начинают слезиться, запах любимых духов Суджин витает в воздухе и Шухуа не может. Она крепко обнимает девушку, цепляясь за неё. — Миён позвонила мне в самую рань. Среди ночи. Сказала, что ты скучаешь сильно, что по тебе очень видно. И сказала, что у тебя очень печальные глаза. Суджин шепчет, прижимая Шухуа к груди и не давая Шу никакого обзора, лишь возможность расплакаться. — Сказала, что ты хранила мою зажигалку. А еще сказала, что у тебя очень печальные глаза. После этого, я совсем не выдержала. Что случилось с моей Шу? — Твоей Шу? Ты оставила меня, Суджин, ты... — Шухуа смотрит ей в глаза и ей становится больнее. — Я потом расскажу тебе, почему всё так. Правда. Только дай мне возможность. — Просто не бросай меня в этот раз. — Это значит да? — Это значит я не могу без тебя, онни.