Т.Е.Н.Ь З.А.Й.Ц.А.

Я помню этот день так как будто он случился сегодня. Как я клеился к Полине. Как я злился на своего соперника и по итогу пустил его по кругу. Что Полина в нем такого нашла, я так и не понял. Да и понять это мне было не суждено. Ровно также как и то зачем я убил его. Можно было до бесконечности обвинять того очкарика во всех бедах. Но сути это особо не меняло. Виновным в моем сейчашнем положении был только я. Господи! Зачем я вообще тронул того очкарика! ЗАЧЕМ! На что я рассчитывал?! Что Полина сразу мне на шею повеситься? Да только не хрена. Полина после такого, даже видеть меня не захотела. Бяша тоже не пришел проводить меня. Про остальных я вообще молчу. Тогда на заседании присутствовали только два близких мне человека: мои мать и батя. И если матушка меня провожала вся в слезах и не хотела верить в правдивость приговора. То батя смотрел на меня с лютым разочарованием. Он всеми силами хотел, чтобы я не пошел по «его стопам». Но увы. Я также как он когда-то сидел в зале суда и отправлялся по этапу. Только он за разбой, а за убийство. Тюремная жизнь тоже оказалась не такая как я думал. В первую же секунду пребывания в хате, меня попытались опустить. Благо я себя опустить не позволил, но и к блатным прорваться не смог. Те меня называли бакланом и предлагали охладить свой пыл. Из-за этого мне пришлось стать «мужиком» и так потихоньку отсидеть этот чертов срок. Благо из-за моего выбора, большинство неприятностей обошли меня стороной, и я спокойно отсидел эти чертовы семь лет. Но от этого легче не стало. Да я был свободен, но я был никому не нужен. Друзей у меня не осталось, а родители не дождались. Батю убили, а у матушки сердце не выдержало. Я теперь один. Один в этом чертовом мире. Про простую жизнь я вообще молчу. Мало того, что привыкнуть к тому, что теперь над тобой нет человека, который тебя и подымет когда надо, и на зарядку направит, и покормит когда надо, и спать уложит было не просто. Так еще из-за наличия у меня судимости, устроиться на достойную работу для меня стало практически невозможно. Оно и понятно: никто не хочет иметь дело с бывшим убийцей, который к тому же был там, откуда люди приходят еще более озлобленными на жизнь. В такие моменты мне просто хотелось плакать и кричать: «ПОЖАЛУЙСТА, ВОЗЬМИТЕ МЕНЯ, ДАЙТЕ МНЕ ВТОРОЙ ШАНС, Я ИЗМЕНИЛСЯ». Да только кто тебе поверит? Вдруг тебя накроет и ты кассу обнесёшь. В итоге работу я все-таки нашел, но это мягко говоря было не что мне хотелось. Я устроился гробовщиком и занимался соответствующими делами. Это было отвратительно! И дело было даже не в ущербно маленькой зарплате. Данный момент я благо сумел преуменьшить за счет того, что жил в вагончике, что стоял у кладбища. Там не было ничего, что могло бы хоть как-то облегчить мою жизнь, но на хлеб хватало и на том спасибо. Отвратителен был сам процесс. Выкапывать ямы, обрабатывать трупы, присутствовать на похоронах где собирались семьи и знакомые умершего. Последнее видеть было особенно тяжело. Тогда я буквально завидовал мертвому, ибо понимал, что когда не станет меня: никто не придёт проводить меня в последний путь, никто не будет плакать возле моего остывшего тела, про то, что у меня скорее всего даже гроба не будет, я вообще молчу. А вместо памятника или хотя бы креста, над место где я буду лежать будет торчать лишь уродливый штырь с такой же уродской табличкой, на которой нацарапаю мое имя и соответствующие даты. Да и простоит та всего в лучшем случае всего год, а потом её просто заменят на что более достойное. Интересно, а как хоронили того очкарика? Кто пришел к нему? Кто плакал у его могилы? такие вопросы я задавал себе проходя мимо места его упокоения. Но эти вопросы были бессмысленные. Сколько бы их не было, их будет явно больше чем на моей. — Ну что Тоша?! Ты этого хотел?! Ты этого добивался?! — чуть ли не плача и со всей злость я говорил в сторону его могилы. Надеясь, что он мне слышит, но понимал, что это не так. От всех мыслей, что меня преследовали меня разрывало и в итоге я сорвался на надгробие бывшего соперника — ПОЧЕМУ ТЫ ВСТАЛ МЕЖДУ МНОЙ И ПОЛИНОЙ?! МЫ ВЕДЬ БЫЛИ БЫ СЧАСТЛИВЫ ВМЕСТЕ, МЫ БЫ СОЗДАЛИ БЫ ТАКУЮ КРЕПКУЮ СЕМЬЮ! НО НЕТ, ТЕБЕ НАДО БЫЛО ВСЕ ИСПОРТИТЬ! Себя не помня, от злости и боли в душе я стал колотить надгробную плиту с изображением двенадцатилетнего Тохи лопатой. Будто это реально могло что-то изменить, прокрутить все назад, как пленку в кассете. Но все это было бесполезно. А я в этот момент выглядел мягко говоря жалко. Но тогда мне было плевать, что тогда про меня подумают. Мне вообще было на все плевать. Я просто колошматил огромный черный камень лопатой, попутно осыпая его и того кто под ним спит матами и оскорблениями. Но в конце концов я во время очередного замахивания, выпустил из рук лопату и та улетела на соседнюю могилу. А я лишившись «оружия», кинулся к надгробию и стал его колотить из-за всех сил, пока не устал и мои руки не стали тяжелее молота. В итоге, толи от бессилия, толи еще из-за чего я обнял черный камень и приложил голову к месту где была фотография Тохи. Его ледяные и безжизненные глаза смотрели прямо мне в лицо. — Тох. Прости. Прости меня. Пожалуйста. Я, я был таким идиотом. — я просто плакал и был не в силах остановить свои слезы. Могильная плита Тохи сразу же покрылась моими слезами и намокла. И вскоре я почувствовал облегчение. Будто я услышал слова прощения, будто кто наконец-то сумел меня выслушать. — Ты ведь не сердишься? А? — задал я вопрос своему мертвому собеседнику, в надежде на ответ. И получив (как мне тогда показалось) положительный ответ я наконец-то, за долгое время после ареста смог улыбнуться. — Спасибо — выдавил я из себя и отпустив камень, пошел к себе. За лопатой и кое-чем горячительным. Убрав лопату и придя на могилу Тохи, я поставил одноразовый стаканчик, после чего наполнил его до краев. После я наполнил свой стакан, но уже на половину. — Ну, за твой крепкий и вечный сон Тоша! — произнес я после чего опустошил свой стаканчик. И так проходил день за днем. Охрана кладбища, приведение его в порядок, иногда похороны и так по кругу. И лишь вот такие посиделки возле могилы Тохи были для меня хоть какой отрадой. Я всегда приходил к нему и рассказывал, обо всем и не о чем одновременно. И самое интересное то, что могила была всегда убрана и опрятна. Но никого из его родственников я так и не видел. Хотя я возможно просто никого из них не узнал. А может они специально меня избегают. Кто знает?! В общем все шло своим чередом, но все изменил один случай. По дороге к местному продмагу я услышал разговор двух мужиков в серых пуховиках, которые говорили о какой-то ЧЗО, что находиться где-то на севере Украины. Там где в восемьдесят шестом рванула местная АЭС. Я по началу решил их проигнорировать, ибо думал что это очередные любители лазить по заброшкам. Пока краем глаза не заметил какое-то странное свечение из-за пазухи одного из людей. Оно было огненно-оранжевое и двигалось, будто внутри того парня что-то горело. Разрываемый любопытством, я тихо проследовал за ними. После десяти минут долгих гуляний, мы подошли к одинокой, заброшенной избушки. Двое парней зашли внутрь. Я же наблюдал за ними через старое покосившееся окно. И только те двое уселись внутри, как один достал из-за пазухи кристалл размером с голову, который за секунду осветил всю комнату. Оба смотрели на него заворожённым взглядом. Меня картина тоже начала завораживать и я буквально приклеился к окну. Из-за чего я не заметил, как по моей голове что-то прилетело. Я лишь почувствовал резкую боль в районе затылка и резко вырубился. Сколько я был в отключке, я так и не понял. Да и это было уже не важно. Ибо когда я очнулся, передо мной стояли три фигуры и все были в масках. Но даже через них были понятны их намерения. — Лопни мои глазаньки, и что это за рыбка к нам в сети попала?! — подтвердил мои мысли мужик в сером пуховике и черной балаклаве. — Мужики. Тихо, спокойно! Я просто услышал, что вы о какой-то зоне говорили! Ну мне интересно стало и я за вами пошел. — с перепугу выдал я, чтобы хоть как-то успокоить их. В ответ же, тот кто мне задал первый вопрос, дал хороший подзатыльник своему подельнику, который шел с ним. — Я тебе говорил, надо было по тише — прошипел тот после удара. — А че я сразу-то? Ты тоже особой тишиной не отличался — обиженно ответил ему подельник. — Да успокойтесь вы оба. Это ж не какая-то важная шишка. Это могильщик местный. Он уже совсем ебу дал. Он с могилой мальчика разговаривал, так что если ему кто поверит, то только такой же алкаш — выдал третий мужик в кожанке. Чем выдал, хоть и легкое, но недовольство подельников. — Гриф, раз год и палка стреляет, а ты предлагаешь на него забить? — возмущенно спросил тот кто начал вопрос. — Мужики, давайте не будем щас отношение выяснять, а просто шлепнем его и дело с концом. — предложил тот кого секунду назад ругали. Я сразу понял, что надо что-то предпринять, ни то они меня и правда где нибудь, да прикопают. Тема нашлась сразу, ибо именно из-за неё я за ними и увязался. — Эй ребят подождите. Я ничего не расскажу честно, и отбирать у вас я ничего не хочу. Мне просто нужно побольше о месте о котором вы говорили и совсем чу-чуть про ту штуку — выдал я в надежде перевести тему. — Хорошо, расскажем. А заодно про то, где мы живем, где бабло храним, сколько раз на сутки дрочим и т.д. — отшутился начавший допрос, ясно дав понят, что что-то рассказывать мне никто ничего не намерен. — Мужики честно. Реально вам клянусь, что никому не скажу. Вот те зуб, во те крест... - пытался хоть как-то их расположить к себе. - Иди ты со своими трухлявыми крестами и гнилыми зубами. - сказал тот кто начал допрос. - Про слово свое можешь даже не вякать. Знаю я сколько оно у тебя стоит. Все-таки не верят. Черт, что мне делать? Они ведь меня и шлепнуть могут, как не нужного свидетеля. Однако внезапно мужик в кожанке, что-то шепнул тем двоим и те притихли, после чего тот подошел ко мне. — Значит так. Слушай внимательно. — сказал тот и начал рассказывать про ЧЗО. Про аномалии, мутантов и прочее. Та же штука которая светилась ярким светом, была артефактом, который можно будет продать за большие деньги и заработать на жизнь. Эта новость меня приободрила. А как иначе? Ведь теперь я мог наконец-то заработать много денег и исправить свою жизнь. А потому я не просто был готов туда идти, я уже мысленно был там. — Ну что? Заинтересовал? — спросил рассказчик в кожанке. — Да ты еще спрашиваешь? Конечно да! Можно с вами? — спросил я у них и тут же получил ответ. — Тогда слушай! Сейчас, идешь домой, собираешься и к полуночи возле охотничьей времянки в сосновом бору. Знаешь где это? — спросил меня Гриф в надежде, что мне не придется объяснять место положение этого бора. Однако я знал как и этот поселок, так и лес рядом, как облупленный. А потому в ответ помотал головой, что обрадовало «Грифа». — Вот и отлично. И еще. — сказал тот после чего вытащил здоровый боевой нож, по типу того, которым орудовал Сталлоне. Высвободив его лезвие, он приставил его к моему горлу. Мне сразу вспомнился момент, как я также угрожал Тохе. Сейчас ситуация та же, только теперь в роли налетчика был неизвестный мужик, чего лица я даже не видел, а в роли жертвы я. Да и нож был в разы круче моей бабочки. — Ментам, о побрякушке не слова! Иначе на органы пущу. Понял?! — угрожающе спросил меня Гриф. Я сразу кивнул, боясь как-то спровоцировать мужика. Но тот услышав нужный ответ убрал нож с горла. — Вот и отлично. Значит в полночь, в указанное время. — сказал мне Гриф. И только я кивнул, как тот кто начал допрос вмазал мне по лицу какой-то деревяшкой с такой силы, что я снова вырубился. На этот раз, я по ощущению, проснулся от отключи буквально, через пять минут. Хотя по факту, в ней я был гораздо дольше, ибо проснулся я не где-то на улице, а в своем вагончике. На удивление от сюда ничего не стырили и ключи от вагончика не пропали. Единственный замеченный негативный эффект: дикая головная боль. Чем она была вызвана гадать особо не приходилось. Из-за этого я потупил пару минут, но все-таки вспомнил о разговоре и начал собираться. Правда и брать было особо нечего, не считая парочки продуктов и старенькой двустволки вертикалки из которой я уже года три не стрелял. Благо маленький тест показал её боеготовность и хорошее качество, не смотря на «безделье». Умеют же наши хорошо делать, когда хотят. В итоге мое снаряжение было следующим: две буханки хлеба, пару сырков, бутылка воды, ружье и парочка патронов дробью. Скудно, но на безрыбье и рак рыба. Приготовившись, я стал ждать нужного час, на последок попрощавшись с Тохой, попутно налив ему стопарик. Когда же наступила ночь я заранее двинулся к оговоренному месту. Добрался я до нужной времянки за пол часа. И прибыл как раз вовремя, ибо там меня уже ждали мои новые знакомые возле УАЗика. Тот, что мне вмазал сразу меня заметил и стал подзывать. Когда же я подошел по ближе тот выдал. — Баа, смотрите, кто пришел! Не забыл все-таки про наш разговор, значит не все мозги я тебе вышиб. Ну что, поехали? — спросил он меня докуривая сигарету. — Ты еще спрашиваешь? Поехали! — ответил я незамедлительно. — Вот и отлично. Только это: если ссать охота, сходи в кусты сейчас. А то в ближайший час, а то и два остановки не будет. — сказал тот. Я же не стал пренебрегать советом и быстро сходил в кустики. Освободив свой организм, от ненужной жидкости я сразу помчался к свои знакомым. Когда все и всё было в сборе, мы уселись в УАЗик и поехали прочь от нашего поселка. Прощай мой родной дом. Отныне у меня начинается новая жизнь. И я надеюсь, она меня не разочарует!