Магистр и Небожители. Заметки на полях

В правилах Гусу Лань было одно, которое приводило Вэй Усяня в недоумение и восторг. Ему было пятнадцать, но даже в пятнадцать он понимал, что так не бывает — всегда есть политика и договора между кланами, всегда. Так что о какой любви могла быть речь? Но правило было. И вписано оно было чуть ли не первым — он переписывал его достаточно часто, чтобы запомнить. — Лань Чжань, — сказал Вэй Усянь, откладывая кисть и глядя на сидящего напротив Лань Ванцзи, — а правда, что в вашем ордене есть правило о любви? Лань Ванцзи поднял на него холодный взгляд и кивнул: — Есть. «Брак должен быть заключен только добровольно — по дружбе или по любви». Он сказал это твердо, уверенно, глядя в глаза Вэй Усяню, а потом вернулся к написанию своего… чего-то там, Вэй Усянь не заглядывал в записи Лань Ванцзи. Зато он точно мог сказать, что правил о любви, оказывается, больше одного. — Нет, я о другом правиле, — сказал Вэй Усянь. — «Любовь — может стать смягчающим фактором во многих проступках». Почему? Лань Ванцзи медленно отложил кисть, посмотрел на Вэй Усяня и сказал, явно кого-то цитируя: — Основатель нашего ордена вступил в брак по любви. И он желал того же своим потомкам и последователям. К сожалению, любовь приносит слишком много душевных терзаний, в борьбе с которыми иногда совершаются недостойные деяния. Лань Ванцзи сидел и ждал вопросов, словно учитель от ученика. Вэй Усянь не подвёл: — Значит, если я нарушу правило, я могу сказать, что сделал это, потому что я влюблен, и меня не накажут? Лань Ванцзи свёл брови на переносице, но сказал: — Твоя любовь будет учтена, но наказания она не отменит, только смягчит. — Я запомню, — пообещал Вэй Усянь и тут же спросил: — А у вас есть ещё правила про любовь? Ну, про запретную любовь, например? И всякая ли любовь принимается в Гусу Лань? Лань Ванцзи посмотрел на него странно, а потом ответил: — «Любовь не может быть запретной и запрещённой. Всякая любовь должна приниматься и не должна быть осуждена». Он кивнул себе едва заметно и добавил: — Это правило. — А если возлюбленный недостоин любви? — не успокоился Вэй Усянь. — Если он… плохой?.. Если причиняет боль влюблённому в него? Миру? Простым людям? Лань Ванцзи чуть склонил голову — едва заметно, Вэй Усянь и не заметил бы изменений, если бы так тщательно не наблюдал. Ответ даже для Второго Нефрита был, вероятно, труден, потому пришлось посидеть в молчании, чтобы услышать: — Можно справедливо осудить человека за его темные деяния, но не любовь к нему. Это наше правило. Лань Ванцзи кивнул и взял кисть, ставя точку в разговоре. Вэй Усянь нахмурился, но больше спрашивать не стал — у него было над чем подумать. . Много лет спустя Лань Цижэнь не пытался изгнать Вэй Усяня из Облачных Глубин, и тот спросил: — Почему? Я вам неприятен. Я иду той тропой, которая вам неподвластна. Я… Старейшина Илин. Вэй Усянь. Тот, против кого вы сражались. — Лань Ванцзи любит тебя, — просто ответил Лань Цижэнь. — А ты любишь его. Мы чтим любовь в Гусу Лань. Вэй Усянь стоял, глядя на него широко раскрытыми глазами. Слова у него отчего-то закончились. — «И если любовь ведёт человека, нельзя заступать ему дорогу», — явно процитировал Лань Цижэнь. — Лань Ванцзи получил тридцать три удара дисциплинарным кнутом вместо семидесяти трёх. Потому что он любил и любит тебя, Вэй Усянь. Я могу ненавидеть тебя, но вашу любовь я принимаю. И ушел гордо. А у Вэй Усяня не было слов, чтобы поспорить, возразить или… согласиться? Зато мыслей было много. Слишком много. И все они вылились в яркое и счастливое: — Лань Чжань, я люблю тебя! Лань Ванцзи посмотрел на него, явно понимая, что это важно — очень-очень важно, прикрыл глаза на миг и сказал: — Я люблю тебя, Вэй Ин. Внутри Вэй Усяня горячая волна счастья окатила. Он знал это. Он всегда знал. Но почему-то сейчас ему нужно было услышать это вновь. А потом Лань Ванцзи сказал: — Но ты должен покинуть класс, ты прерываешь урок. Вэй Усянь посмотрел на адептов Гусу Лань и спросил весело: — А разве я не дал им ещё один урок? Любовь — важна! Но ушел, чтобы не мешать обучению. О любви они с Лань Ванцзи поговорят позже.