Магистр и Небожители. Заметки на полях

Каждый раз, когда Вэй Усянь уходит на ночную охоту без Лань Ванцзи, тот нервничает. Он, конечно, понимает, что за три года новой жизни его муж значительно усилил это тело, а знания из его прошлой жизни никуда не делись, но всё равно было тревожно, всё казалось, что должен быть какой-то подвох. В этот раз Вэй Усянь приземляется устало, говорит: — Ну, всё-всё, котенок. Разматываем тебя? — Разматываем! — говорит за его спиной маленький сверток из ткани детским голосом. Вэй Усянь смотрит чуть виновато, но упрямо, потом, разматывая слои ткани, говорит: — Это а-Аи. Ей пять. Родители продали ее мне за серебряный слиток. Лицо безмятежное, он даже улыбается, но в глазах живет желание убить — гнев, который он раньше с такой силой и яростью обрушивал на Вэней, что Лань Ванцзи каждый раз становилось страшно, что он в этом всём потеряется, потому и цеплял — словами, делами, хоть чем, главное, чтобы удержать. Сейчас он пока не знает, что делать. Сказать что-то? Что? — Я помогу, — наконец, говорит Лань Ванцзи. Примотали ребенка как следует — видимо, ученики постарались. А-Аи маленькая совсем, даже Лань Сычжуй в пять был больше, а ведь он рос на горе Луанцзан, где было мало солнца, еды и смеха. А-Аи не боится совсем. Ничего не боится. Она — кудрявая, смуглая и сердитая. Она отпихивается от рук, говорит твердо: — Я большая. Я умею работать. Я должна сама на ногах стоять. Она стоит, хотя выглядит вымотанной и сонной — наверное, так и не позволила себе в полете заснуть. — Нас ждет много ступеней, — говорит Вэй Усянь веселым голосом. — Сможешь подняться быстрее меня? Он показывает вперед, на ворота Облачных Глубин. Рядом начинают приземляться ученики, которых сопровождал Вэй Усянь на ночной охоте. Тот привычно считает всех по головам, закатывает глаза, говорит: — Лань Цзинъи снова завернул за вином?.. — Нет, — уверенно лжет ему Лань Сычжуй. — За кисточкой для меча. Лань Ванцзи вздыхает — Вэй Усянь плохо влияет на этих детей. Или хорошо?.. Потому что они за распитием алкоголя еще ни разу не попались. Вэй Усянь фыркает и говорит: — Я проверю, какую он кисточку купил. О, а-Аи уже начала подъем!.. А… Кто ее через ворота провел?.. — Детей и животных они пропускают, — говорит Лань Ванцзи. — Надо улучшить охранные системы. Вэй Усянь только кивает, шикает на учеников и загоняет их на лестницу в Облачные Глубины — они успели вернуться вскоре после обеда, у учеников как раз будет время, чтобы переодеться с дороги, посетить лекаря и поужинать нормально. — А-Аи? — уточняет Лань Ванцзи, идя рядом с мужем. Ученики уже степенным быстрым шагом удалились, а они идут на два шага позади уставшей а-Аи. — Вечером расскажу, — мотает головой Вэй Усянь. — Всё равно нам ее придется на женскую половину увести. — Мы живем там, где могут жить женатые пары с детьми, — прячет руки в рукава Лань Ванцзи. Он не говорит: «Если ты хочешь завести ребенка, мы можем это сделать». Но Вэй Усянь слишком хорошо его знает, чтобы слышать непроизнесенное. Муж замирает на миг, глядя перед собой, потом выдыхает: — О, — смотрит на него и тут же морщится: — Но ее всё равно надо помыть и лекарю показать. Целителя-мужчину к девочке подпустят? Мне надо правила ваши прочитать. — Целителя-мужчину подпустят, — спокойно отвечает Лань Ванцзи, — я приведу мастера. — Не настолько там всё плохо, чтобы мастера звать, — протестует Вэй Усянь, потом вздыхает и говорит: — Но лучше позови. Я пока ее меридианы проверял, сам чуть трижды искажение ци не словил. У девочки, видимо, было искажение ци… в пять лет. Лань Ванцзи выдыхает, говорит: — Поговорим, пока ее будут мыть. — Меня не надо мыть, я чистая!.. — оборачивается а-Аи резко. Вэй Усянь дергается, но ловит ее Лань Ванцзи. Потом спокойно ставит девочку и ноги и показывает свой рукав, за который она хватанулась крошечной ладошкой. Рукав в месте хвата чуть сероват. — Я мылась вчера! — кричит а-Аи, а в глазах ее закипают слезы. — Я тоже вчера мылся, но я не чище тебя! — смеется Вэй Усянь. — Я тоже планирую полежать в горячей воде и сменить одежды. — Не в реке? — уточняет а-Аи. Осень. Теплая еще, ранняя, но всё же. Лицо Вэй Усяня становится таким, что Лань Ванцзи отвлекает ребенка на себя, говорит: — У нас есть Холодный Источник и реки, но они предназначены для усмирения духа и плоти. Моются в горячей воде. Без исключений. — А одежду тебе подберут! — уже берет себя в руки Вэй Усянь, натягивая на лицо улыбку. А-Аи смотрит на него, хмурится, говорит: — Ты мне лицом лжешь. Разворачивается и идет по лестнице вверх. Упрямый ребенок. Вэй Усянь выдыхает, вцепляется в плечо Лань Ванцзи, говорит: — Теперь понимаешь, Лань Чжань?.. Лань Ванцзи еще не знает всей картины, но уже того, что он услышал — много, слишком много. Он кивает: — Понимаю. А-Аи к концу лестницы чуть пошатывается, но продолжает идти на чистом упрямстве. Зато ночью спать будет крепче. Лань Ванцзи перепоручает ее одной мудрой наставнице на женской половине, просит одного из целителей зайти к ним, а сам возвращается в цзинши, где уже одетый Вэй Усянь заканчивает переплетать мокрые волосы. Лань Ванцзи просто садится и ждет. Ждать он умеет прекрасно. — Я ее увидел на улице, — говорит Вэй Усянь, — она совсем не испугалась твари, которая на нее неслась. Я тогда подумал, мол, маленькая, не поняла. А она поняла. Но просто не видела разницы между смертью от лап твари и своей дальнейшей жизнью. Ее мать кто-то из заклинателей снасильничал, девочка — седьмой ребенок, нелюбимый. И я… Он вздыхает, качает головой, говорит: — Я выкупил ее. За слиток серебра. Я иногда больше на вино трачу за раз. — Хорошо, — говорит Лань Ванцзи. — Теперь мы о ней позаботимся. Лицо Вэй Усяня светлеет. Он налетает, обнимает, целует, говорит: — Прости-прости-прости, что я у тебя такой, прости, что не сказал, что просто взял и привел, прости, люблю тебя, люблю. Лань Ванцзи мягко отвечает на его поцелуи, потому что большего им сегодня обоим не получить — не с ребенком, который останется с ними жить. Придется что-то придумывать с близостью, но они найдут решение — всегда находят. Лань Ванцзи мягко отстраняет Вэй Усяня до того, как к ним приводят девочку, и оба даже успевают привести себя в порядок. — А я думала, что вы меня дальше перепродали, — равнодушно говорит а-Аи, садится, где ей показывают, совсем не обращает внимания на Вэй Усяня, у которого опять лицо темнеет. — Вы заклинатели?.. — И ты будешь, — говорит спокойно Лань Ванцзи. — Если мой муж прав, ты вырастешь сильной заклинательницей. — А, — говорит а-Аи, понятливо качнув головой. — Пушечное мясо. Я слышала. Пушечное мясо нужно в любой битве. Ей… пять, вроде бы?.. Лань Ванцзи осматривает ребенка внимательней. Выглядит она маленькой, но в ее голове словно засел неуживчивый усталый взрослый. Вэй Усянь говорил про искажение ци. Может, это ее поменяло?.. Мастер Лань добирается до них вскоре, осматривает девочку, говорит: — Сейчас нужно немного потерпеть. Заторы из ци — довольно неприятны, я почищу ваши вены, маленькая госпожа. И кладет ладонь на спину девочки. А-Аи только морщится, сильно сжимает кулачки, но терпит. Вэй Усянь смотрит, как по ее лицу катятся слезы, и заставляет себя сидеть ровно. Мастер Лань вскоре заканчивает с девочкой и кивает Лань Ванцзи, прося отойти с ним. — Давай, я сделаю тебе чай, — говорит мягко Вэй Усянь. — Я бы молоко тебе принес, но не успел, а потом мы пойдем грабить кухню!.. Лань Ванцзи смотрит, как Вэй Усянь пытается вовлечь ребенка в выбор чая, и кивает мастеру, прося сказать всё, как есть. — Не плохо, но на грани, — качает тот головой. — В своей голове она старше своего возраста — воздействие ци на душу. Есть переломы зажившие с помощью ци. Кости неправильно росли из-за тяжелой работы. С лица она некрасива будет, думаю. Выправить всё можно, но придется много работать. Вы уже нашли ей семью? Просто так оставить ее никак нельзя. Нужно именно в семью. Лань Ванцзи смотрит, как а-Аи всё же сдается и выбирает чай, но словно тычет в первый попавшийся, и Вэй Усянь начинает выспрашивать, что в запахе ей нравится, почему именно этот чай, девочка, вроде, неохотно, отвечает, потом нюхает второй сбор, третий. — Вы нашли ей семью, — понимает мастер Лань. — Что же. Позволите я расскажу вашему дядюшке? Очень хочу на его лицо посмотреть. — Мгм, — кивает Лань Ванцзи, разрешая. Мастер Лань прощается и покидает их. Вэй Усянь заваривает чай и объясняет а-Аи, что, как и зачем он делает. Та слушает внимательно. Лань Ванцзи… нравится то, что он видит. Внутри разгорается странная непонятная пока всеобъемлющая нежность. Позже, после ужина, что приносит на всех Лань Ванцзи, после попыток понять, где и как устроить а-Аи, после того, как утомившийся ребенок всё же перестает настороженно прислушиваться и засыпает, Вэй Усянь говорит: — Ты меня прости, Лань Чжань, но я не могу поклясться, что это не повторится. Я не могу поклясться, что не буду подбирать бродяжек, потеряшек, сирот без родителей и сирот при живых родителях. Я не могу тебе в этом поклясться. Он говорит так, будто его живое сердце, что всё еще умеет сопереживать и стремиться спасти если не всех, то тех, кого он может, является чем-то… ужасным. — В Облачных Глубинах всё еще мало учеников, — отвечает Лань Ванцзи. — Вэй Ин может привести столько детей, сколько захочет. Вэй Усянь приподнимается на локте, смотрит в лицо Лань Ванцзи, что-то в темноте ночи, видимо, видит, потому что говорит: — Если мне нужно было умереть, чтобы быть с тобой, я готов принести эту жертву снова. Он произносит это так серьезно, что у Лань Ванцзи дыхание на миг перехватывает, потом он начинает протестовать: — Вэй Ин должен быть жив! Чтобы позаботиться обо всех детях, что он найдет и приведет в Облачные Глубины. Вэй Усянь мягко склоняется и целует его невесомо. Лань Ванцзи отвечает. И это всё пронизано такой сильной любовью, что он почти и дышать не может. А потом раздается чуть язвительный голос а-Аи: — Мне выйти, чтобы вы потрахались?.. — Спасибо, не сегодня, — в тон ей отвечает Вэй Усянь. — Спи, малявка. Нам всем нужен сон, потому что в Облачных Глубинах встают в пять!.. Ты представляешь, какой ужас? — Легкотня! — фыркает девочка. — Я точно проснусь. — Вот утром и посмотрим! — отвечает Вэй Усянь. Утром Лань Ванцзи переглядывается с а-Аи… и оставляет Вэй Усяня досыпать. Он сегодня должен встретиться с дядей, представить девочку брату и попытаться узнать, как растить слишком маленьких и слишком взрослых для своего возраста девочек.