Магистр и Небожители. Заметки на полях

Цзян Чэн говорит: — У мужчин хромосомы XY, а у женщин — XX. Таким образом мы можем прийти к выводу, что… — У двух мужчин может родиться девочка!.. — скалится в усмешке Вэй Усянь. — Эй. Лань Чжань, у нас может родиться девочка!.. — У вас не может родиться девочка, вы оба мужчины, — мрачно напоминает Цзян Чэн. — Может, — спокойно говорит Лань Ванцзи. — Суррогатное материнство весьма распространено. — Тогда у нас будет минимум два ребенка, — решает Вэй Усянь. — Какие два ребенка?! — возмущается Цзян Чэн. — Вам по пятнадцать!.. — Через десять с половиной лет, — спокойно говорит Лань Ванцзи. — Оптимальный возраст. К этому моменту я смогу получить достаточный уровень материального обеспечения для заключения контракта на суррогатное материнство и обеспечение своей семьи. Все притихают ошарашенно, только Вэй Усянь смеется: — Ах, Лань Чжань, только ты умеешь шутить с таким серьезным лицом!.. Лань Ванцзи смотрит на него очень внимательно. — Он не шутит, Вэй-сюн, — тихо говорит Не Хуайсан. — Что? — улыбается Вэй Усянь. — Конечно, он шутит!.. Не может же идеальный Лань Чжань думать о том, чтобы завести со мной ребенка!.. — Почему? — уточняет Лань Ванцзи. — Потому что ты и я — это даже для меня невозможно, — мгновенно грустнеет Вэй Усянь. — Ты же невероятен и совершенен!.. А я… это я. — Вэй Ин — совершенный, — спокойно говорит Лань Ванцзи. — И поэтому через десять с половиной лет у нас будет первый ребенок, — смеется Вэй Усянь. — Мгм, — соглашается Лань Ванцзи. Первый ребенок, к слову, у них появляется через семь лет, когда Вэй Усянь спасает из-под машины маленького сиротку Вэнь Юаня. . Сидящий на диване Вэй Усянь шипит, когда Лань Ванцзи, стоя на одном колене, обрабатывает ссадины на ногах мужа, потом говорит: — Я знаю, знаю, Лань Чжань, этот малыш… не был тобой запланирован. Но… если мы его оставим… — Вэй Ин, — смотрит на него снизу вверх Лань Ванцзи. — Я и тебя не планировал. Я планировал жениться на удобной женщине и жить удобной жизнью. А потом появился ты. Счастье планировать… часто не получается. — А?.. — теряется Вэй Усянь. — Но ты… Ты… Ты говорил тогда так уверенно и серьезно. — Ты должен был понять серьезность моих намерений, — спокойно говорит Лань Ванцзи. — Я тогда еще не умел говорить… о любви. — А сейчас умеешь? — улыбается ему Вэй Усянь. — Сейчас ты умеешь говорить о любви? — Я люблю тебя, Вэй Ин, ты — мое всё, — просто говорит Лань Ванцзи, всё еще стоя на колене и глядя снизу вверх. — Ладно, мое бедное сердце не выдерживает наполняющего его счастья, — честно говорит Вэй Усянь. — Так… а-Юань остается с нами? — Да, — просто отвечает Лань Ванцзи. — Кажется, у нас будет три ребенка. К слову, у них четыре ребенка, потому что вскоре после рождения двойняшек Лань Ванцзи в переулке спасает от собак бродяжку Цзинъи. . — Ты уверен, что это должен быть я? — еще раз уточняет Вэй Усянь. — Мгм, — невозмутимо отвечает Лань Ванцзи. — Просто, это как-то странно, я должен подрочить в баночку, чтобы получить ребенка через девять месяцев, — пытается улыбаться Вэй Усянь. Шея у него красная от смущения. Лань Ванцзи оглядывает мужа внимательно, потом подталкивает в кабинет, где Вэй Усянь еще раз должен подписать все документы, а сам идет договариваться с врачом. Конечно, у него получается. — Документы — это зло, — бормочет Вэй Усянь, заходя в специально отведенную под… нужды будущих отцов комнату. Ему сказали, что там будет телевизор с порно, салфетки, гель, всё, что нужно, чтобы расслабиться, но… в комнате есть кое-что интересней. — Лань Чжань? — почему-то шепотом зовет Вэй Усянь. — Мгм, — говорит Лань Ванцзи, надевая вторую уже перчатку. А еще на нем — белый медицинский халат. Вэй Усянь шумно сглатывает. Нет, он, конечно, предлагал попробовать ролевые игры, но не думал, что всё будет реализовано… так. — Думаю, тебе стоит раздеться ниже пояса, — спокойно говорит Лань Ванцзи. — Дальше я всё сделаю сам. — Сам?.. — повторяет Вэй Усянь. — Я хочу от тебя ребенка, Вэй Ин, — строго смотрит на него Лань Ванцзи. — Логично, если я сам добуду… необходимый материал. Как Вэй Усянь добирается до дивана на своих подкашивающихся ногах, он сам не понимает. Еще больше он не понимает, в какой момент он оказывается раздет ниже пояса. И когда наполняется баночка тоже как-то проходит мимо него. Приходит в себя он уже после третьего оргазма, когда Лань Ванцзи невозмутимо начинает приводить его в порядок, при этом совсем не выглядя как человек, который только что хорошенько отымел другого человека. — Окей, — говорит Вэй Усянь. — Оооокей. Я, конечно, планировал думать о тебе и только о тебе, но… это было невероятно. — Нужно купить халат домой, — спокойно говорит Лань Ванцзи. — И перчатки. Вэй Усянь с ним не спорит — спорить сил нет. . Цзян Чэн неловко гладит по голове своего рыдающего сводного брата и говорит: — Я не понимаю. Ты рад или чего?.. — Я слишком рад, — честно говорит Вэй Усянь. — Ты понимаешь, когда доктор предложил нам это, я думал, что Лань Чжань откажется, потому что шансы были не стопроцентные. А он согласился!.. И сейчас… всё хорошо. А я всё время улыбался, был сильным, говорил, что всё будет в порядке, но мне было так страшно, Цзян Чэн. Так. Страшно. — Ну и дурак, — говорит Цзян Чэн. — Надо говорить о том, что чувствуешь. — Это мне говоришь ты? — Вэй Усянь даже рыдать перестает. — Да, — кивает Цзян Чэн. — И если уж даже до меня дошло… Итак. У ваших детей — одна биологическая мать и одна суррогатная мать. У тебя родится дочь, у Лань Ванцзи — сын. И они… двойняшки. — Да, — улыбается Вэй Усянь, доставая телефон. — Давай, я покажу тебе снимки!.. — А вот не надо!.. — твердо отвечает Цзян Чэн. — Давай, ты покажешь мне их в уже готовом состоянии. Вэй Усянь смотрит на него с интересом и переспрашивает: — В готовом состоянии?.. — Вообще, не важно, — обрубает Цзян Чэн. — Ты на мой день рождения зачем пришел? Меня поздравлять и пить!.. А почему я тебя успокаиваю и говорю, что всё будет хорошо?.. — Потому что ты мой брат и внутри ты — сладкий пирожочек, — воркующе отзывается Вэй Усянь. — Нахер иди, — бурчит Цзян Чэн. — Сегодня не получится, потому что Лань Чжаня дернули в командировку, но обязательно, — заверяет его Вэй Усянь. Цзян Чэн фыркает в его сторону, а потом рядом с ними почти падает Не Хуайсан с тремя шотами и уточняет: — Пьем?.. — Пьем, — решает Цзян Чэн. Они пьют.