Под ребрами

Надеюсь мы еще увидимся. У Яны внутри дыра, заполнить которую не могут ни деньги, ни связи, ни даже родная дочь, ставшая спасением. Сбивается пульс, дышать становится труднее, хочется разодрать себе горло, чтобы выпустить застывший там много лет назад крик, но Яна сдерживается. Вежливая улыбка, маска успешной бизнес-леди, намертво приклеившаяся к лицу. Все это — внешний фасад искалеченной и измученной девочки, чья судьба навсегда разрушена одним серым днем в городе Калининграде. И никакая Германия не смогла ей помочь, как не смогли даже самые лучшие врачи, а уж на психотерапевтов успешная Яна денег никогда не жалела. Смотреть на Оксану невыносимо больно, а видеть, что та ее не узнает, еще больнее. Словно она не призрак из прошлого, а несуществующая, вычеркнутая страница, которой вовсе никогда не было места в Оксаниной судьбе. Яны словно не существовало. И это ранит. Сколько лет она мечтала об этой встрече? Сколько раз надеялась, что сумеет наконец-то разделить эту зудящую под ребрами раны с той, кто мог бы ее понять? И сейчас она читает в некогда родных глазах лишь пустоту. Ты разве не помнишь меня? Именно это хочется выкрикнуть, но Яна лишь изящным жестом предлагает посетителям присесть. Картины прошлого вспыхивают с новой силой, хочется зажмуриться, но Яна лишь снова выдает одну из фирменных улыбок. Словно и не было той ночи, когда она успокаивающе гладила Оксану по волосам, надеясь, что на утро та действительно ничего не вспомнит. Что этот кошмар останется только ее личным адом на земле. Яне ведь тогда больше всего хотелось именно этого — защитить Оксану от всего на свете, прижать к груди, убаюкивая, как маленькую, забирая всю боль только себе. Так и вышло. Та самая ночь в гроте навсегда осталась с Яной. Вечным напоминанием стала дочь, которую та, безусловно, любила. Каждую ночь ее преследовали кошмары, а надежда на встречу с Оксаной стала навязчивой идеей. В ту ночь внутри Яны что-то сломалось, а потребность в Оксане превратилась в болезнь, даже зависимость. Слепая вера, что только Оксана может ее исцелить поселилась в больном сознании. Оксана стала единственным шансом на спасение, лекарством, к которому так отчаянно стремилась Яна. И сейчас, когда ее пальцы практически коснулись спасения — оно снова ускользнуло, растворилось в дымке неузнавания. Оксана смотрела на Яну, как на чужую, не признавала. Рана под ребрами снова вскрылась, кровоточила, заставляя Яну чуть ли не выть от боли. Ты помнишь, как мы надеялись, что у нас будет семья? Дом со своей комнатой. Раньше они делили на двоих мечты и надежды, а сейчас, стоя в месте сломавшем им обеим жизни, они разделили презрение на двоих. Оксана смотрит с отчуждением, не желая признавать в Яне ту, что когда-то была дороже всего на свете. Ту, что была единственным спасением и лучиком света в непроглядной тьме одиночества детского дома. Сейчас перед Яной стоит абсолютно чужой человек, но Яна не может принять это. Она просто не хочет верить, что время и ошибки встали между ней и Оксаной непреодолимой стеной. Яна все еще нуждается в Оксане, а той она уже давно не нужна. Для Оксаны Яна даже не фантом, сошедший со страниц прошлого — она никто. Выжженная и развеянная по ветру страница книги, которую Оксана никогда и не хотела перечитать. Яна — это боль и отчаяние, которые Оксана постаралась забыть. Для Яны Оксана — все. Единственная надежда, любовь, счастье. Последняя пристань, где все еще можно обрести покой. Для Оксаны Яна — никто. Преступница с идеальной улыбкой. Та, кого нужно устранить, засадить за решетку и наплевать, что на самом деле обе они жертвы прошлого, такого яркого и незаконченного для Яны и бледного, забытого для Оксаны. Надеюсь, что мы еще встретимся. Думает Яна прежде, чем нанести удар. Сегодня ей снова приходится уйти, но она по-прежнему будет надеяться, что рано или поздно Оксана найдет к ней дорогу, чтобы исцелить навсегда израненное сердце.