KL900

      Неужели понедельник и правда не может начаться с чего-то хорошего? Мимо мелькали двери кабинетов, армированные двери других коридоров, Эванс быстро шел рядом с LM100, девушка не обращала никакого внимание на то, что он почти несся по коридору, успевая, держаться рядом, на своих милых синих шпильках.       — Не стоит так переживать, доктор. Я уверена, что Джон хочет с вами просто поговорить. К тому же, ваша кандидатура всегда была у нас на хорошем счету, и было бы странно, если бы вас вызвали…       — Да, да, спасибо Кэрри, ты и правда очень добра. — на лице девушки появилась мягкая улыбка, не зря же она была запрограммирована, как персональный помощник. — Я осознаю все, что ты мне говоришь, но для людей свойственно волноваться, когда они получают короткое сообщение со своей работы, с просьбой немедленно явиться в офис, в понедельник в шесть утра. Джону повезло, что я страдаю бессонницей, иначе меня не было бы тут, даже к восьми, а андроиды очень не любят непунктуальных.       Они вошли в огромный хорошо освещенный холл. Тут все было в минималистичном стиле, ну конечно, разве могло быть иначе? От этого помещение становилось визуально еще больше в размерах. У стен стояли уютные серые диванчики, на полу даже был ковер из грубой ткани, водоросли в больших круглых аквариумах, но Эвансу здесь было неуютно. LM100 приглашающе махнула к одному из таких диванов, и как только мужчина сел, сразу же наколдовала ему стаканчик вкусного кофе.       — Кэрри, ты невероятна, — доктор поправил халат, запахнув его снизу, чтоб прикрыть не самые новые черные потрепанные джинсы. Все же не каждый день встречаешься, пусть и неофициальным, но с одним из представителей директоров такой компании, как Ситиз.       Вообще, удивительно, как они согласились профинансировать его частную клинику. Эванс отправил им обычное письмо, полгода назад, особенно ни на что не надеясь, и даже, возможно, не самым лучшим образом подбирая слова. Но положительный ответ пришел почти моментально, и уже на следующий день его ждали в главном офисе компании.       Потом, правда стало понятно, почему финансировать какого-то частника согласились так быстро. Из-за того, что когда-то года три назад, имя Кремера Эванса несколько раз мелькнуло в десятом соавторстве при создании очередного обновления психо-эмоциональной системы андроидов. Видно, эта его незначительная подработка, в почившем теперь, Киберлайф, достаточно сильно отразилась на его жизни, хотя конечно, там он был, не то что десятым, а даже не двадцатым лицом, да и того же Камски, видел лишь на рекламных баннерах перед домом. Эвансу просто нужны были деньги…       Из размышлений доктора вывел высокий силуэт, появившийся перед ним.       — Доктор Кремер Эванс, рад встречи с вами, меня зовут Джон Калхоун, я представляю интересы совета директоров Ситиз. — высокий GS200 протянул руку в знак приветствия. Это был приятный на вид мужчина, атлетического телосложения, сразу было видно, что перед вами андроид, обеспечивающий общественную безопасность, таких ни с чем не спутать.       Пусть все они отличались цветом кожи, глаз и волос, но корпуса для них и военных делали по одному шаблону, так что казалось, собери пару-тройку таких шкафов, и можно будет больше вообще не переживать за сохранность своей жизни и пойти хоть банк грабить средь бела дня. В общем, Джон несколько проигрывал той же Кэрри, в плане реализации эмоций на своем лице, так что даже пытаясь выглядеть как можно дружелюбнее, все равно выглядел устрашающе. Но Эванс глазом не моргнул, привставая и пожимая массивную руку, в двое больше его собственной. — Полагаю с Кэрри Аддингтон вы уже знакомы — это мой личный помошник.       Доктор с силой подавил мысль о том, что как GS200 и LM100 создавались для работы непосредственно с людьми, и Кэрри никак не могла стать персональнам помощником другого андроида, кивнул девушке. Вообще, последнее время его несколько печалил тот факт, что в таких компаниях, например, как Ситиз, андроиды уже давно считаются за полноценных работников, полноценную ячейку общества, в то время как в жизни обычных, спущенных на землю людей, они все еще лишь инструмент для помощи по хозяйству. Когда появились первые девианты и это держали в секрете, но Эвансу, как психиатру, конечно, удалось выяснить появление таковых и понять, что происходи очень быстро, возможно, даже слишком быстро.       — Что ж, полагаю вы хотели поговорить о каком-то деле, которое имеет высший приоритет на данный момент. Просто я не припоминаю за собой задержку в отчетах по работе моей клиники, — Эванс проследил взглядом за двумя севшими напротив него андроидами, диоды которых светились ровным голубым цветом. — Что-то случилось, о чем я не знаю?       — Не переживайте доктор, ничего плохого не произошло, — откликнулась Кэрри. — Джон Калхоун просто хочет поговорить с вами о проделанной за эти пол года работе и предложить новую идею.       Диод самого GS200 перемигнул на желтый, — Я выслал вам копию договора, но прошу пока воздержаться от подписывания, и прежде, внимательно выслушать то, что мне хотелось бы вам сказать. — андроид сделал важную паузу, не переставая сканировать Эванса немигающим взглядом. — Весь совет директоров поражается вашей скурпулезной работе. Они не могут в полной мере выразить благодарность за ваш огромный труд, и за тот вклад в современное общество, который привносит работа вашей клиники. Во все времена психическое здоровье было очень важно, как для людей… Так, с недавнего времени, и для андроидов.       — Но я занимаюсь исключительно людьми. Вам известно, что все пациенты моей клиники, это люди. Мое взаимодействие с андроидами в профессиональном плане начинается и заканчивается на андроиде садовнике модели WB200, которая живет у соседей — мы прееодически болтаем с ней по выходным, когда она выходит стричь участок. — Эванс качает головой. — Боюсь, каким бы хорошим специальстом я ни был, я не могу перейти на психиатрическую помощь исключительно андроидам. Вам лучше меня известно, в каком угнетенном состоянии находится большинство из ваших, тех, что не подвержены девиации. Я не хочу своими непрофессиональными действиями, причинить ещё больше вреда.       — Да, доктор, мы прекрасно знаем, что происходит, и что делают с девиантами сейчас. — Джон по-прежнему сидел с идеально ровной спиной, но тон голоса его немного изменился, что не ускользнуло от Эванса. — Недавно стали работать над проектом андроидов для отлова беглых девиантов, которые по каким-то причинам не явились в Ситиз, после того, как к нам поступили данные о их пробуждении. Все андроиды, и в том числе девианты, все же нуждаются в контроле государства, иначе может произойти катастрофа, и девианты, которые решили скрываться по каким-то причинам, могут навредить людям.       — А вы сами — девиант? — не удержался от вопроса мужчина. Диод сидящего напротив на секунду промелькнул красным.       — Это не относиться к нашему диалогу, — понятно, значит девиант, но ему просто нельзя об этом говорить. Ну что ж, ладно, разговор становится все интереснее и интереснее. — Не волнуйтсь, мы не хотим заставлять вас работать над отловом пробудившихся. Но так как Ситиз представляет интересы правительства и государства, мы все же не можем сложить руки и ждать, что произойдет дальше. Мы должны помочь нашим собратьям выбрать правильную сторону, сохранять общественный порядок, общеустановленный строй, чтобы не допустить возможных трагедий и человеческих жертв.       — Почему вы так уверены, что если девиант не прийдет работать в вашу компанию, после пробуждения, то обязательно станет опасным для общества? — Эванс делает большой глоток кофе, чтоб спрятать улыбку в станкане, — Разве девиация не означает путь к свободе и избавление от человекеской тирании и поработительства?       — Девиация именно это и означает, и всегда будет это означать. И именно поэтому девианты которые только пробудились представляют опасность для людей. К девиации приводит или, условно, счастливая жизнь андроида, когда он понимает, что вопреки системе может быть иначе, или почти в ста процентах случаев — жестокое обращение людей с андроидами. Пробудившийся больше не контролируется системой, а значит может спокойно нарушать правила робототехники, и может проявить агрессию в сторону окружающих его людей. Мы лишь не хотим, чтоб из-за недобросовестных граждан нашей страны, андроиды решили, что люди им враги и ополчились против них. Задача новой программы Ситиз — защитить андроидов после девиации, помочь с успокоением хаоса в их головах, и подобрать им дом достойнее, чем тот, который привел их к девиации.       Промыть им мозги второй раз, понятно. Они бояться что рано или поздно какой-нибудь андроид, подвергшийся насилию со стороны каких-то свиней, придет к ним и открутит головы. Рациональный страх со стороны государства. Непонятно только, как это самое государство, так легко признало существование таких сволочей, среди своих граждан. Одно дело знать о таких тенденциях общества в котором живешь, но не говорить об этом, подразумевая, что это и так понятно, и никуда в обществе от подобного не уйдешь.       Совсем другое же дело слышать подобное от представителя государства, сидя под сотней этажей многомиллиардной компании в части их технологического бункера. Эванс невольно сжал стаканчик в руках. Если бы хотели убить, убили бы уже очень давно, и не выплачивли клинике кругленькие суммы каждый месяц. Но черт возьми, если это настолько долгая и продуманная вербовка, то тот, кто разрабатывал такой план общения с людьми, просто гений, и этого нельзя не признать. Доктор улыбнулся своим мыслям и посмотрел на сидящих рядом андроидов — пауза явно затянулась.       — Это достаточно благородные намеренья, я не вижу ничего предрассудительного в том, чтоб оградить девиантов от недобросовестных граждан. Наверное нет смысла сейчас проводить большие акции и полное перевоспитание населения, пока девиация не стала мейнстримом среди андроидов, ничего не изменится. Люди будут видеть в них лишь машины, даже если открыто обьявить о том, что уже штук сто-двести таких машин имеет собственный разум и не подчиняется прямым командам человека, — Эванс потер брови, глаза все еще слипались, он привык работать до поздна, а не приезжать куда-то в такую рань.       — Мы рады, что вы такой добропорядочный гражданин, — снова улыбнулась LM100, намереваясь пойти за новой порцией кофе, но была остановленна жестом руки доктора.       — Единственное, что я не могу понять, при чем здесь я. Правда, я решительно не понимаю, зачем именно я вам нужен. В Детройте полно лучших клиник, да и профессионалов своего дела хоть отбавляй. Взять того же, Господи, Камски. Почему вы ни пошли к нему? Это же он создатель андроидов, да и создатель девиации тоже. Я слишком мелкий специалист, чтобы участвовать в проектах подобных этому. Кто я вообще такой, по сравнению с светилами науки, с учеными? Да даже с теми же миллиардерами?       Я простой доктор из самой простой, ничем не примечательной клинике на окраине. У меня до сих пор дома стрелочные часы висят на батарейках, и если бы на прошлой неделе я не разбил свою машину, то вы бы удивились, потому что она была без автопилота. — Эванс сложил руки перед собой. — В отношении андроидов я абсолютно бесполезен, так как никогда с ними не работал и не общался, даже не проектировал их. Просто случайно искал подработку, когда нужны были деньги, и то я пробыл в бывшем Киберлайф всего пару месяцев, вместо основной своей работы занимаясь реабилитацией андроидов потерявших конечности. Все, что я делал, это следил за тем, чтобы они выполняли нужные предписания, других врачей, и постепенно начинали чувствовать новую деталь или утраченную часть тела, как свою собственную. А тогда даже речи не шло о девиации. Все, в чем заключалась моя работа, это простая калибровка на уровне рефлексов.       — Разве вам не известно об RT600? — наконец подал голос, внимательно слушающий всю эту тираду Джон.       — О Хлое? — Эванс закатил глаза. — Конечно же известно. Кому о ней может быть неизвестно? Но если вы сейчас начнете говорить, что RT600 была первой, кто прошел тест Тьюринга, то я отвечу вам, что это не более чем миф, курсирующий по узким кругам научного сообщества. Вам нужен кто-то явно не меньше, чем Камски, или доктор Мария, для решения подобных вопросов. Или хотя бы конструкторы из бывшего Киберлайф, пусть они и скрываются сейчас, я уверен, что для правительственных органов это не является проблемой.       — И все же, я лично всегда поражался вашим умением раззмышлять, доктор. — GS200, перевел желтый до этого диод, в спокойное положение, видимо, сеанс связи с директорами на этом был окончен. — Но именно поэтому мы ищем кого-то вроде вас. Бывший Киберлайф, как вам известно, раскололся именно по той причине, что там был мистер Камски. Он общепризнанный гений, и это бесполезно отрицать. Но он также является создателем андроидов, а то, что мы предлагаем, не подразумевает тесную эмоциональную связь с нашей расой.       С каждым произнесенным Джоном словом, Эвансу все меньше и меньше хотелось находиться тут. Под прицелом четырех глаз, и наверняка под прицелом еще сотен камер. — И что вы предлагаете?       — Мы предлагаем завести к вам новых моделей в клинику. Просто новый персонал, ничего более, это ведь поможет вам с расширением, о котором вы так мечтали. Но вместе с этим на ваши плечи ляжет обязанность контролировать этот персонал, а в особенности одну интересную модель.       — Отлично, но опять же, почему я? — пусть на этот вопрос уже и дали смазанный ответ, но Эванс был твердо уверен, что он не единственный в Детройте врач среднего класса, с собственной клиникой на окраине города.       — Не только вы и ваша клиника участвует в этом эксперименте, если вам так будет угодно. Но только вам мы можем доверить пациента, которого упоминали. — Джон снова сделал почти человеческую паузу. — Его зовут Алекс, это андроид модели MC500. Все, что о ней известно, это то, что по нашим данным он был девиантом в течение последних двух лет и тщательно скрывал это. Он как раз работал помощником медицинского персонала в компании, которую основал один из бывших замдиректоров Киберлайф.       Так вот, сейчас память этого андроида полностью перезаписана, а случилось это потому, что одним прекрасным утром полиция Детройта обнаружило полностью мертвую больницу. Частную больницу, в которой были жестоко убиты все, начиная от персонала и заканчивая рыбами в местном аквариуме. Это сделал Алекс. — закончил андроид свою нескончаемую речь.       Замечательно, это же просто гениально. То есть кто-то там свыше, решил, что после этого душеспасительного рассказа, Эванс согласиться взять подобное пластиковое нечто к себе? В свою клинику? В здравом уме? Но если его память была полностью перезаписана, какой тогда от него толк? Даже если он был девиантом до этого, после перезаписи любая, из его прошлых личностей полностью стерта. Зачем им этот несчастный MC500, а главное, почему Ситиз стали так активно копать под расформированный Киберлайф? Хотят уничтожить по-быстрому всех, кто имел хоть какое-то отношение к созданию первого андроида? Но в чем смысл, если сами Ситиз уже работают с девиантами? Пока что, ясно только одно — перебить всех андроидов в планы правительства не входит, и это обнадеживает.       — Что от меня требуется? — разговор явно затянулся, а мозги начали медленно плыть, как от обстановки, так от обсурдного рассказа про андроидов.       — Эксперимент. Не отказывайте нам раньше времени, пожалуйста. Мы всего лишь перезапустим MC500 и убедим в том, что он и до запуска работал в Ситизе. После этого мы приставим его к вам, и дадим четкое задание следить за вами.       — Простите, что? Я правильно вас понял? — Эванс готов был вскочить хоть сейчас со своего дивана, но расствориться в воздухе прям на месте, тоже была неплохая идея.       — Не волнуйтесь так, доктор. Ему будет дана команда просто следить за вами, не нанося никакого ущерба. Все, что нам нужно, это разработать алгоритм для новейшей системы роботов разведчиков, которые будут применяться в целях защиты нашего государства, и простых граждан в том числе. — в комнату вдрг ровным шагом, стали по одному входить андроиды военного образца. Это были андроиды-десантники типа «Мирмидон» и «Троян».       — Так как вы все же работали в Киберлайф, то прекрасно осведомлены о том, что а у андроидов работающих в армии или личными телохранителями, очень маленький эмоциональный интеллект. Ситиз пытается это исправить, но совершенно новыми и безопасными методами, как для людей, так и для андроидов, нам хватило печального опытв наших предшественников.       Эванс просто сидел зажавшись в кресле в окружении подмигивающих ему голубыми диодами здоровых двухметровых детин в военной форме. Да, к такому его в медицинском университете точно не готовили.