KL900

      Эванс, сжимая пакеты с тириумом в руках, шел по темной улице от магазина. Хорошо, что они, хоть и закрывались, но вошли в положение и позволили сделать покупку. Где-то в траве за домами неприятно трещало какое-то насекомое. Весь оставшийся день и вечер, Эванс сидел рядом с постелью Алекса — но без изменений. Андроид просто лежал, не произнеся ни слова, и очередные капельницы с новым Тириумом не помогали. Ну ничего, Алекс сильный, он справится. Вон, как выяснилось, когда Шарлин пробуждалась, вообще пробыла в стазисе больше суток. Просто программе нужно было перестроиться.       В своей жизни, доктор переживал такое смешанное состояние лишь однажды — найдя и случайно пробудив Исаака. Эванс тогда только выпустился из универа, только встал на ноги и смог открыть свой кабинет, был на грани банкротства, так как клиентов было мало и денег катастрофически не хватало.       Это гнало его на огромные свалки, на объездной дороге Детройта, куда свозили мусор, и вместе с ним ненужную электронику. Там не было дронов-смотрителей, который исшинковали бы тебя на ровную лапшу, как на свалках того же Ситиз — не дай бог тебе было залезть на них. Это все равно, что смертный приговор.       Но даже за тот хлам, что удавалось найти на обычной свалке и перепаять, платили достаточно много, поэтому сразу после работы, Эванс переодевался в одежду которую не было жалко, и пусть и с отвращением, но начинал свой поход по горам мусора, в надежде найти хоть что-то и сбыть это в тёмных закоулках Детройта, с которыми он, пусть и мало, но уже был знаком.       Исаака он нашел на самой вершине мусорной кучи, вот так просто, средь бела дня. Мимо по трассе проносились редкие машины, а андроид лежал, брошенный, поломанный, никому не нужный. Заряд, как и запасы тириума были практически на нуле, но Эвансу удалось замотать его в какой-то целлофан, и в обычном рюкзаке донести до кабинета. Тогда еще не было ни чудо кресла, ни каких-либо специализированный принадлежностей. Пришлось искать тириум, зарядное старое устройство, и еще несколько месяцев ходить в долгие походы по мусорными горам, в надежде найти недостающие компоненты. Ночью бродить по закоулкам Детройта в надежде найти не самую легальную компанию, готовую предложить цельные ноги андроида, по не самой заоблачной цене.       Если бы доктор тогда не нашел Новую Звезду, он не знал, что бы в итоге стало с ним самим и с Исааком.

***

      Подходя к дому Эванс не сразу обратил внимание на машину стоявшую в тени гаража. Была полная луна, поэтому улица ровных светлых домишек хорошо освещалась, но мысли мужчины были заняты совсем другим, однако, увидев незнакомый и не самый дешевый автомобиль, доктор сбавил шаг. Рядом с машиной кто-то стоял, явно не пытаясь скрываться. Это был высокий сухой мужчина, в поношенной куртке и отросшими волосами собранными в хвост. Небритой щетиной, за которой явно никто не ухаживал. Впалые щеки, чуть желтоватый цвет кожи и легкий тремор в руках, все это выдавало в нем человека болезненного.       — Кто вы? Вы заехали на мой газон. Что вам нужно? — Кремер осторожно положил пакеты с тириумом на крыльцо, делая пару шагов в сторону тени. Рассмотреть незваного гостя полностью, не представлялось возможным. Но что-то подсказывало Эвансу, что он не просто так на чай пришел.       Доктор специально выбрал дом именно в этом районе. В частном секторе, на открытой местности было спокойнее, да и тут было чище чем в городе. Обьективно, его дом находился в том месте, которое можно назвать — хорошим районом.       Послышался какой-то щелчок, и рядом с ухом Эванса что-то просвистело. Он судорожно дернулся в сторону, слабо осознавая, что происходит, пригнулся, инстинктивно прячась за крыльцо.       — Доктор, доктор… Неужели вы думали, что с таким образом жизни, как у вас, никто, никогда, не явится по вашу душу? — этот голос был Эвансу совершенно точно не знаком, а рядом снова что-то просвистело, задевая дерево, и раскалывая кору на мелкие щепки. Боже мой. Страх сковывал легкие, воздух тут же стал ледяным и каким-то взвешенно-густым, не давая нормально дышать.       — Что? Кто вы такой? — приподнявшись и попытавшись посмотреть, где незнакомец, Эванс тут же нырнул обратно, едва увернувшись от летевшей пули. Пули… Летевшей прямо в него. В обычного человека, даже не солдата или полицейского, а в простого доктора. И это происходило здесь и сейчас, в данный конкретный момент, а не на экране фильма в уютной теплой гостиной.       — Вам это лучше известно. Мы никогда не встречались с вами лично, как-то не сложилось еще. Но вы должны догадываться кто я. В конце концов, я уже находил вас и не раз. — незнакомец сделал многозначительную паузу. — Задолго до всего этого. — объяснение однако, вообще не раскрывало суть происходящего. Кто-то, абсолютно неизвестный доктору, кто-то, кто даже не питал к нему личной неприязни, вот так просто уже выпустил в незнакомого человека несколько путь, намереваясь, взять и лишить его жизни.       Щелкнул замок входной двери. Несколько секунд тишины, потом раздаются два выстрела и явные звуки борьбы. Эванс выскакивает из своего укрытия, и тут же оказывается рядом со сплетенными на лужайке телами. Доктор застывает, всего на мгновения, не зная, что предпринять. Хочется одновременно и оттащить светлую макушку от человека, ведь у того был пистолет, но вместе с тем, страх за свою собственную жизнь, не дает сделать и шагу.       Незнакомый мужчина, выронив пистолет, оказывается на спине. Слышится короткий хруст. Его руки, схватившие MC500 за плечо и за волосы, обмякают. Алекс, сидящий до этого сверху над человеком, медленно встает. Нет ни крови, ни криков, просто глаза мужчины закатываются, он перестает хрипеть, его шея стремительно наливается лиловым цветом, а на улице, как и несколько минут назад, воцаряется безмятежная тишина, не слышно даже жужжащих насекомых. Как будто и нет на самом деле никакого мужчины. Лежащего прямо сейчас у них на маленьком клочке газона.       Эванс бросается на колени, проверяя мужчине пульс и биение сердца. Нужно было бы наверное, начать оказывать мужчине сердечно-легочную реанимацию, вот только Эванс отчетливо слышал хруст чужой шеи, а если она сломана — в помощи нет никакого смысла. А в том, что Алекс сломал ему шею, сомневаться как-то не приходилось, учитывая то, как спокойно андроиды гнули своими руками тот же металл.       Нападавший был мертв, без сомнений. Скончался он за секунды от повреждений продолговатого мозга, что привело к остановке дыхания, сердцебиения и наконец, смерти мозга от кислородной недостаточности. Пугало то, насколько просто андроиду было убить человека, чисто физически. Как-будто Алекс схватил за горло не взрослого рослого мужчину, а швырнул на пол фарфоровую куклу.       Алекс садится рядом на траву, не поворачивая головы к Эвансу, на браслете которого мигает вызов одновременно нескольких спецслужб.       — Вы… Вы не хотели убить меня. — тихо подтверждает Адекс, неотличимым от человеческого голоса, ровно, без капли помех. — Вы ничего не знали.       — Я никогда не хотел убить тебя. — Эванс ловит переферическим взглядом движение и быстро вскидывает руку, кладя ее на то место, где бился тириумный насос. Нож останавливается в миллиметре от человеческой кожи. — Я хотел спасти тебя.       — Получилось? — горько усмехается Алекс, в свете луны его лицо кажется бледным. — Я освободился, как вы и хотели. И первое, что я сделал, это убил. Убил человека.       Эванс промолчал. Хотелось броситься прочь от андроида, наплевав на все и сказав ему о том, что убивает он не в первый раз, но доктор усидел на месте. Нужно было понять, что делать дальше. Ситиз — Ситизом, девиация — девиацией. Но сейчас перед ним на лужайке лежит труп человека, которого убил его личный андроид. Даже, если это была чертова самооборона, то это все еще не отнимает того факта, что было совершено убийство.       Эванса трясло. Волны холода распространялись от живота, по всему телу, ноги стали неметь, штаны промокли от выпавшей росы.       — Что теперь будет? — Алекс не двигался, просто немигающим взглядом смотрел то на труп, то на нож в совей руке. — Что теперь будет с вами?       — Тебе лучше пойти в дом, и положить нож на то место, где ты его до этого взял. — бесцветным голосом ответил Эванс, услышав шум сирен, и через секунду увидев на огромной скорости нессущуюся машину в конце улицы.       — Что будет с вами? — упрямо повторял андроид, сидя на месте, его диод отсвечивал красным, то и дело мигая — такого раньше не происходило.       — Я не знаю, что со мной будет. Даже, если мне удастся убедить следователей, что это была самооборона, так как ты мой андроид, то, мне скорее всего запретят работать. — Эванс усмехнулся, — Я теперь даже не знаю, что лучше. Может быть проще сказать сейчас, что это я задушил этого мужчину, а не ты. Меньше врать придется.       Эванс поднялся с колен, рядом припарковалась реанимация, к ним кто-то подбежал, начал что-то спрашивать, проверять жизненные показатели лежащего на траве мужчины. На все это доктор не реагировал, потому что не произошло того, что он ожидал. То, на что он так надеялся. Рядом с машиной скорой помощи не было полиции. Рядом с ней стоял черный пикап, с белой, стилизованной надписью «Ситиз».

***

      Полиция тоже приехала. Алекс вернувшийся из дома, теперь просто стоял на пороге. Эванс сидел на ступеньках, опустив голову на сложенные руки. Что ж такое-то? Значит ли это, что он не состоялся не только, как психиатр, но и как человек, позволив андроиду совершить убийство? Хотя, даже при всем желании, Эванс не смог бы остановить Алекса чисто физически или, все-таки, смог бы, если бы захотел?       — Доктор Кремер Эванс? — к порогу подошел полицейский. — Я офицер Эмерик Кейдж, вам придется ответить на пару моих вопросов.       Эванс с трудом поднял голову. Он был полностью опустошен и даже не вел счет времени, только сейчас замечая, что горизонт уже стал сереть, а звезд не было видно. — Да, да, это я. Я постараюсь рассказать, как все было, и то, что я непосредственно видел. — в горле был неприятный ком. Офицер задал еще пару дежурных вопросов, на которые доктор все так же ответил, бесцветным хриплым голосом.       — Вы знали этого человека? Тут была перестрелка, если я правильно понял, стреляли в вас? — Эмерик выглядел спокойным как танк. — А у вас дома хранится огнестрельное оружие?       — Нет. Я не знал этого человека и мы никогда не виделись с ним до сегодняшней встречи. Я возвращался с магазина с пакетами тириума, — Эванс вдруг вспомнил, что они лежат с ним совсем рядом, и развернувшись, дал один в руки детектива, который тот взял, только после того, как надел перчатки, и немного повертя в руках, отложил в прозрачный пакет. — Я даже не знаю, как звали этого мужчину… Его машина стояла у меня во дворе, поэтому я насторожился и спросил, что ему нужно. Он сказал, что-то вроде того, что я должен догадываться кто он и зачем он сюда пришел.       — Как долго вы говорили с ним? — за спиной офицера возникла невысокая девушка, присоендиняясь к допросу.       — Не более минуты. Так вот, я спросил, кто он такой, но сразу он мне не ответил. Мужчина стоял рядом с машиной в тени, и я услышал щелчок, но не понял, что это. Потом рядом с моим ухом просвистела пуля. Сам не знаю как, но я спрятался обратно за крыльцо, а неизвестный выстрелил еще несколько раз, как раз говоря о том, что он пришел по мою душу.       — И зачем он пришел к вам? Из-за мести? У вас или вашей клиники были враги, завистники? — девушка вела протокол на голлограмме.       — Нет. Никого… Настолько серьезного, чтобы пытаться пристрелить меня. Это же безумие, какое-то. — Эванс потер лицо руками и наконец встал перед офицерами. — Когда мужчина был уже достаточно близко к крыльцу, чтобы застрелить меня, из дома выбежал мой домашний андроид. Модель MC500, он предназначен для первой медицинской помощи, но видимо алгоритмы сработали как защитные.       — MC500 выбежал, и что он сделал? Попытался обезоружить преступника? — мужчина перевел взгляд на Алекса.       — Я не видел, что конкретно происходило, но мужчина выстрелил дважды, а когда я подбежал к ним, они уже лежали на траве. Алекс… То есть MC500 был сверху, и он сжимал шею нападавшего руками…       — Офицер, мы нашли этого человека в базе данных, — сзади подошли еще двое полицейских. — Трудно в это поверить, но это Кровавый барон.       — Что? — и понизив голос, — Тот что продавал красный лед под видом конфет детям? — офицеры переглянулись между собой, потом окинули взглядом Эванса.       — Что было дальше? — продолжила допрос девушка, все так же делая записи.       — Дальше андроид оставил мужчину и отошел. Я сразу начал проверять пульс и сердцебиение. Но и то и другое отсутствовало.       — Вы вызвали скорую и полицию сразу же после этого?       — Да. В связи со сложившимися обстоятельствами, я подумал, что сначала стоит оказать возможному пострадавшему первую помощь, что каждая секунда была на счету. Но в реанимации не было смысла.       — Почему? — офицер сложил руки на груди, скептически приподнимая бровь. — Вы же имеете медицинское образование, а значит…       — Потому что если сломанный позвоночник при смещении заденет спинной мозг или продолговатый мозг, то из-за повреждений жизненно важных центров, человека уже невозможно будет спасти. — вдруг подал голос Алекс. Он стоял прямо за доктором, мигая диодом.       — Отлично, поэтому вы решили не оказывать ему первую помощь и даже не попытались его спасти? — не унималась девушка.       — Даже если бы я ее оказал, это не дало бы ровным счетом никаких результатов, потому что шею этому мужчине сломал андроид. Его не душил человек, его душили стальные пальцы. Так что да, я решил что в оказании первой помощи не было смысла.       — Но как вы узнали, что у мужчины поврежден именно мозг? Криминалисты смогут точно определить причину его смерти, только после вскрытия, — девушка офицер развела руками, ее напарник, все так же хмуро гипнотитизировал Эванса. — И если выясниться, что вы ошиблись, и мужчину можно было спасти…       — Не выяснится. Потому что я человек с медицинским образованием. — спокойно, но довольно быстро ответил Эванс. — Я вам уже обьяснил, почему не сделал этого. Я вызвал скорую и полицию, все по протоколу. Но когда поврежден мозг, нет смысла спасать сердце.       Вопрос, который Кремер задавал сам себе, был гораздо глобальнее, чем он сам думал. А не просто так ли он надеялся на другой исход? Он же знал, что Алекс уже убивал до этого, когда был девиантом, так почему понадеялся, что тот он не сделает этого снова, если подойдет к девиации достаточно близко?       Рядом с крыльцом собралась уже достаточно большая толпа, но это не помешало высокому мужчине, одетому в полностью черный дорогущий смокинг, подойти ближе. Даже отсюда, с верхних ступенек было видно, что это человек. Удивительно, Ситиз нужна была чья-нибудь смерть, чтобы наконец направить к доктору живого человека. Впрочем, агент ничего не делал, просто стоял за спинами офицеров, внимательно слушая разговор и поглядывая на доктора, явного пребывающего где-то в пространном состоянии шока.       — Ваше ухо, на нем кровь. Это кровь пострадавшего или ваша? — вдруг заметила девушка.       — Что? — Эванс пораженно дернулся и дотронулся пальцами до правого уха. Пальцы и правда были в крови, а голову пронзила волна боли. — Моя. Я не заметил, видимо, что одна из пуль задела меня.       — Медика сюда, живо, — крикнула девушка назад в толпу. — Доктор Кремер Эванс, вас осмотрят в машине скорой помощи, когда мы будем ехать в учаток, для подтверждения протокола. Вы временно задержаны и подозреваетесь в убийстве человека.       — Да, конечно, — на деревянных ногах, доктор стал спускаться по ступенькам, вскоре его под локоть схватил кто-то из докторов, и быстрым шагом, бесцеремонно потащил к машине скорой. Она была как огромный передвижной фонарь, свет фар и салона резал глаза. Во всем этом хаосе, среди разбуженных выстрелами соседей, Эванс мельком увидел знакомую макушку девушки. Но не успел встретиться с ней даже взглядом — его затолкнули в машину, быстро усадили на койку, осматривая и обтирая чем-то ухо.       — Не волнуйтесь доктор Эванс. Вам не о чем переживать. — девушка выключила фонарик, опуская руки после осмотра его уха. — Голова не повреждена, повреждено только внешнее ухо, хрящь. Его легко будет сформировать снова и наложить швы так, что их даже видно не будет, — медсестра странно улыбнулась, — Или просто заменить ухо новым.       Эванс ничего не ответил. Он не отключился, не впал в небытие, так безмолвно и просидев всю дорогу до участка, соображая, что вообще теперь нужно будет сделать, чтобы выбраться из той ситуации в которую от попал. Потому что если он не сможет, ему грозит от десяти лет и до пожизненного срока. Эванс никогда не думал, что может попасть в тюрьму, да, даже когда у него была машина, он ни одного штрафа не получил, он всегда старался жить, как благовоспитанный человек. Ну как старался. Старался сделать так, чтоб об его жизни не узнал закон. Но даже несмотря на все это — убивать людей, он никогда не собирался. Даже ради Новой Звезды…       Как только Алекс пропал из поля зрения доктора, его тут же скрутил офицер Эмерик и не церемонясь, хотел запихнуть в свою полицейскую машину, на последнее сиденье, как вдруг, с двух сторон ему преградили путь два наизвестных.       — Не мешайте работе полиции, — рявкнул офицер, на всякий случай кладя руку на приклад.       — А мы и не пытаемся вам помешать, офицер Кейдж. Мы лишь выполняем нашу работу, в соответствии с законом. Мы представители внутренних угроз Ситиз. Просим вас передать MC500 нам, для проведения детального осмотра и дальнейшего расследования. — один из мужчин протянул офицеру свои документы и удостоверение, а главное — откуда-то подписанный приказ, начальника полицейского департамента Детройта. Эмерик только округлил глаза, и немного помявшись, толкнул андроида в чужие руки.       — Лучше уж сраное ФБР бы пригнали, нет, у нас теперь расследования компании проводят, — недовольно сплюнув на траву, Эмерик обошел их, и захлопнул дверь автомобиля.       — Благодарим за сотрудничество. — двое неизвестных мужчин, взяли Алекса за локти и уверенно повели уже к своей машине. — Твое изначальное основное задание не предполагало убийство людей, MC500. Ты должен был просто шпионить за Кремером Эвансом, не привлекая к себе внимание общественности. GS200, как и весь совет директоров очень недоволен тобой.       — Но я каждый день только и делал, что следил за доктором Эвансом. Это и было для меня наивысшим приоритетом. — диод Алекса так и не собирался успокаиваться, перемигивая с красного на желтый и обратно с бешеной скоростью. — Но если бы доктора застрелил этот неизвестный человек, которого мне не удалось найти в базе данных Ситиза, то следить мне было бы не за кем. — его грубо толкнули на задние сиденья. От передних их отделала не просто решетка, а целая стена — казалось, что корпус машины с самого начала был разделен на две части, не позволяя сидящим пересекаться никаким образом.       — Пока едем, подготовь отчет для GS200, в семь часов начнется заседание по поводу проваленной тобой миссии. На ней будут директора. — один из мужчин наконец снял очки и открыл небольшой люк, отделяющий их от андроида. — Они уже решат, что с тобой делать.       И после минутной тишины, за которую их машина спокойно покинула участок с все еще лежащим на газоне трупом и выехала на другую улицу, второй мужчина вдруг добавил, — И не смей связываться с Эвансом. Сейчас, ты, так же как и он, просто должен был поехать в участок и отвечать на вопросы следователей. Понятно?       Алекс ничего не ответил, уставившись в окно и пытаясь просчитать, куда сейчас везут его доктора, незаметно подключившись к местоопределению его браслета.