Слабость

Бечено (через автоматический сайт текстовод)       Прошли полтора года. Завтра моё день рождение. За это время произошло очень много событий. Борьба с Ооцуцуки, Момошики, карма и моя собственная смерть. Но я выжил. Я благодарен Каваки, что тот не позволил мне убить моего отца. Я сам решил умереть, но выжил. Отец… Ведь я до сих пор… Вздохнув, покачал головой. Батя ничего не узнал. Да, я чуточку отдалился от него. Зато мои чувства не раскрыли. Это пытка, но… Так будет лучше. Вот только, если бы Момошики убил его моими же руками, боюсь… Нет, я бы не пережил такого. Теперь карму бояться не стоит. Вот только это пророчество… Да, я сказал себе, что докажу, что оно ложное, но… С каждым днём мне становится всё хуже. Страх буквально поедал моё тело. Я скоро уйду. Придётся оставить всех, кого я любил. Но так будет лучше. Безопаснее для них самих же. Каваки наблюдает за мной и, кажется, вкурсе моих планов. Но, как понимаю, рассказывать не собирается кому-то об этих догадках. Ведь сам пришёл к такому же выводу. Думаю, он тоже тут не останется надолго. А я… Ревность к отцу становилась только сильнее. Меня раздражал Каваки тем, что так пожирал моего батю взглядом. Это ненормально, но поделать я ничего не мог. Вот мы и грызлись долгое время.       Прошла неделя после моей временной смерти. Я оправился, вот только взгляд потух. Мне нужно уйти. Но так не хочется покидать маму, сестру, друзей и особенно батю… Только выбора не было. Да и так будет безопаснее. Ещё и отец… Он после того, как я очнулся после смертельной раны, так и ходит за мной по пятам. А если сам не может, приказывает делать это клонам. Да и ещё… Взгляд у него в последнее время слишком странный. Как тогда, в больнице, в прошлом. Это заставляет внутренне вздрагивать.       Вот и новое утро. Умывшись и приведя себя в порядок, вышел из комнаты. Вдруг на меня ураганом налетела Химавари. Обняв меня, она счастливо начала поздравлять меня с Днём рождения. Вот только из-за неожиданности я оттолкнул её и с ужасом почувствовал, как карма начала расползаться по моему телу. В последнее время я стал слишком дёрганым, и она явно на это реагировала. Мы теперь действительно едины… — Братик, что с тобой? — с удивлением спросила сестра, смотря на меня с недоумением. Я, кое-как взяв себя в руки, устало вздохнул. А карма, поняв, что её обладателю ничего не грозит, втянулась в руку. Кажется, я стал и правда слишком нервным… Это плохо. Пора убираться из деревни. Хватит. — Всё хорошо, Хима, — сказал я. — Ты просто меня напугала… Спасибо, сестрёнка. — Ты стал каким-то странным в последнее время, — с грустью сказала девочка. — Даже перестал улыбаться. И всё время хмуришься… — Прости. Всё хорошо, правда… — тихо сказал я и, подойдя к сестре, потрепал её по волосам. — Пойдём к маме. И, резко развернувшись, спустился вниз. Было не по себе. С каждым днём всё хуже и хуже… Ещё и эти чувства, будь они неладны! После того, как отец чуть не умер от моей руки, мне стало труднее бороться с ними и со страхом за его жизнь. У меня банально едет крыша…       Мама была на кухне. Так же, как и отец. Интересно, клон или нет? Я уже свыкся, что один из его клонов вечно таскается за мной. Хотя Каваки тоже не смог отделаться от такой чести. Мы теперь были под наблюдением после наших выкрутасов. Хотя я понимаю Седьмого. Он чуть не потерял свою жизнь. Почти потерял меня, его сына. Да и Каваки… Он тоже стал важен для моей семьи. Этот парень для меня словно брат, а для моего отца — сын. Так что нам пришлось только смириться с решением седьмого Хокаге. Мы с Каваки толком не общались после того случая. Только перекинулись парой фраз, стоя на лицах каменных Хокаге. У нас разные пути и дороги, но в одном мы сходимся. В желании защитить Седьмого. Думаю, наши с братом дороги вскоре разойдутся. Но ничего, мы ещё встретимся, и я надеюсь, что больше нам не придётся сражаться с друг-другом… — Сынок, наконец-то ты проснулся, — радостно сказала мама. Вот только в голосе её можно было заметить тоску. Знаю, она волнуется за меня, но ничего не могу с собой поделать. — С Днём рождения, милый. И мама обняла меня. Я ответил, утыкаясь носом в её одежды. Мам, прости… За всё… — Боруто, с Днём рождения, — с улыбкой сказал отец, подходя к нам. И почему он так изучающе на меня смотрит… Хм, Каваки как всегда отсутствовал. В последнее время он только и делал, что тренировался в лесу. Мы часто там с ним сталкивались и молча расходились. Нам больше не о чем было говорить. И так всё было сказано. — Клон или настоящий? — не выдержав, всё же спросил я, но тут, отдёрнув себя, добавил. — Спасибо. — Твой папа специально взял сегодня выходной, — с улыбкой сказала Хината. — А теперь идёмте за стол. Я с теплом посмотрел на отца. Спасибо, батя… А дальше — подарки, поздравления. Было весело. Пришла Сарада с мамой. И даже дядя Саске почтил нас своим присутствием. Мицуки тоже заглянул. Я изо всех сил улыбался, стараясь не показывать ту боль, которая угнездилась в моём сердце. Так не хочется уходить, но… Выбора нет. Простите… — Боруто, але, очнись уже, — слегка пихнула меня локтем Сарада. — Ты чего завис-то? Я, тряхнув головой, лишь улыбнулся. Да, все поели и собирались на улицу. Только я один сидел, смотря в одну точку. Даже не заметил… А ещё и все эти взгляды, направленные на меня… В них было волнение, грусть, тревога и какое-то подозрение. Интересно, они догадываются о том, что я задумал? Надеюсь, что нет. Будет трудно уйти, если меня попробуют остановить. А против своих же я не собираюсь использовать карму. Но и отказываться от своих планов не намерен.       Весь день я провёл с любимыми людьми. И в конце даже смог немного расслабиться. Вот только когда я, попрощавшись с друзьями и пожелав родителям спокойной ночи, оказался один в своей комнате… На голову вновь легла апатия. Через неделю я уйду из деревни и вернусь только через два или три года. Тогда, когда стану намного сильнее, чтобы защитить дорогих мне людей. Если меня не будет с ними, то им ничего не будет угрожать. Каваки, как ты поступишь? Ведь Ооцуцуки и за тобой гоняются… Твоё нахождение в деревне так же опасно, как и моё. Хотя, зная тебя, ты тоже, скорее всего, скоро её покинешь. Не будешь рисковать Седьмым. Мы бы могли отправиться вместе, но тогда… Боюсь, у врага будет больше шансов найти нас.       Устало привалившись к холодной стене, сполз на пол и прикрыл глаза. Я устал от всего этого… Хочется просто опустить руки, но я никогда этого не сделаю. Ведь под угрозой жизни моих родных и друзей… Подтянув колени к себе и обняв их, спрятал лицо. Кто знал, что беззаботная жизнь так резко закончится. Всё из-за Ооцуцуки… Ничего, я не привык сдаваться. Мы ещё посмотрим, кто кого! Момошики, ты не с тем связался. Я не позволю этому дурацкому пророчеству сбыться! Всё сделаю, но защищу дорогих людей. Даже если это означает покинуть их.       Тут дверь резко открылась, и на пороге появился Наруто. Даже не постучал! Я вздрогнул и с удивлением посмотрел на отца. Какого…? Зачем он притащился?! Лёгкая паника разлилась в сердце. — Боруто? — удивлённо сказал тот и, подойдя ко мне, схватил за руку, заставляя этим встать. Сам же Седьмой сверлил меня напряжённым взглядом. — Что с тобой происходит? Это всё после… Ты совершенно изменился. Ты ведь сам сказал, что проблема с кармой осталась в прошлом. Но почему на тебе лица нет? Ответь, сын, что происходит? Я не смогу помочь, если ты не расскажешь! Вы с Каваки и так натворили дел. Больше я не позволю вам самостоятельно что-либо решать. Я и так чуть не потерял вас обоих. И меня резко толкнули к стене, от чего я слегка ударился головой. Хотя сейчас это вообще не волновало. Ведь теперь отец прижимал меня к стене, сжав запястья над моей головой, а в его глазах плавала сталь. Да и весь вид Седьмого не предвещал для меня ничего хорошего. Я сглотнул, испуганно смотря в глаза отца. Он слишком близко! По телу проскакали мурашки, а ноги предательски начали трястись. Сколько бы я не боролся со своими чувствами, но абсолютно им проигрывал. Все мрачные думы выветрились из головы. Сейчас всё моё сознание занимал только мой отец. Всё это время я старался держаться на расстоянии. Не давал ему лишний раз прикоснуться ко мне. А если это и случалось, то я сразу старался разорвать тактильный контакт. Сейчас, увы, мои запястья с такой силой сжали над головой, что я и дёрнуться не мог, не то, чтобы прекратить жёсткое прикосновение. — Ну и? Боруто, сколько можно заставлять меня бояться за твою жизнь? Ты не должен нести этот груз в одиночку. Пойми ты это, наконец! Объясни, что тебя пугает? Почему ты стал тенью себя? И думаешь, я не вижу, что ты что-то задумал? — и Наруто, отпустив мои запястья, грубо схватил меня за плечи и встряхнул. — Я жду ответа! Я впервые видел своего отца таким взбешённым. Страх за мою жизнь, похоже, затуманил разум Седьмого, и он пока не мог контролировать свою силу. Хоть он и перестал быть джинчурики, но батя был силён. Слишком силён. Завтра на моих плечах наверняка появятся болезненные яркие синяки. Вот только я даже не поморщился. Слишком много было эмоций. Ответить правду я не мог. Седьмой никогда не согласится отпустить меня. Скорее запрëт в камере, что бы я не натворил новых глупостей. Батя не должен узнать про мои планы!       Наконец-то набравшись смелости, я со сталью взглянул в родные глаза. — Это был мой выбор. Я сам просил Каваки убить меня, если Момошики захватит моё тело. Знал, что у тебя не хватит духу, батя. Я не желаю становиться убийцей собственной семьи. Не смотри на меня как на ребёнка. И не стоит отчитывать за такие действия. Если нужно будет, я повторю то, что сделал. Да, карма теперь, скорее всего, не опасна. Момошики, когда исцелил моё тело, сказал, что она слилась со мной. Он просто не сможет захватить моё тело, хоть и эта чёртова сволочь так и осталась во мне. Увы, от Момошики мне теперь никогда не избавиться. А то, что меня волнует — это моё личное дело. Я не собираюсь тебе об этом говорить. И я прикрыл глаза, не выдержав взбешённого взгляда Седьмого. А в голове так и звучала фраза Момошики, что мои голубые глаза отберут у меня всё. Когда это случится? Что произойдёт? Чего мне ждать и как спасти дорогих людей, отца… Как же мне больно и плохо. Лучше бы я тогда умер! Всем было бы от этого только спокойнее. — Значит, ты не собираешься говорить правду? Что же… — тихо, но с угрозой сказал седьмой. Да, сейчас передо мной был именно Хокаге. От него исходила пугающая мощь. Глаза стали холоднее, сам же он хмурился и прожигал меня своим взглядом. Меня передёрнуло от животного страха, но я выдержал взгляд Наруто. Всё же упрямством я пошёл в него. Тут уж не поспоришь.       Отец, прикрыв глаза и пытаясь взять себя в руки, выдохнул. Мне стало стыдно за своё поведение. Знаю, он просто волнуется, но… Не могу сказать правду, иначе все мои планы полетят коту насмарку. Вдруг меня резко схватили за запястье и прижали к сильному телу. Я, охнув, широко распахнул глаза. Ведь батя давно так не обнимал меня. Я сам ему не позволял это делать, что уж тут говорить… Только, наверное, в тот раз, когда я чуть не лишился жизни. Крепко, с отчаянием… Так тепло и спокойно. Хотя надо бы попросить папу ослабить объятия, иначе он сломает мне позвоночник… Но я не мог и лишь обнял его в ответ, утыкаясь носом в его грудь. Я прикрыл глаза от наслаждения и из-за этого даже не сообразил, когда меня резко подхватили на руки, а в следующее мгновение я оказался на кровати. Тяжело тело отца вдавило меня в мягкий матрас. Моё лицо стало напоминать цветом помидор, и я судорожно вдохнул, хватаясь за плечи Седьмого. Пальцы дрожали, а я, открыв глаза, с паникой посмотрел на батю. Сразу вспомнилась та близость с юным Наруто… Ещё долгое время мне снились сны о тех мгновениях. А через какое-то время сны стали намного смелее и жарче. Только уже вместо юной версии я видел Седьмого… — Пап, что ты делаешь…? — прошептал я, стараясь не смотреть в его яркие синие глаза. Было банально страшно. — А что такое, сынок? Разве такого никогда не было? — с лёгкой иронией сказал Наруто и, резко сдёрнув с меня кофту, провёл шершавой ладонью по моей груди и животу. Я испуганно охнул, чувствуя, как жар прошёлся по моей коже. Стоп. Что он только что сказал?! — Бать, ты о чём?! — испуганно пискнул я, начиная вырываться. Кажется, от всех этих эмоций я сейчас точно лишусь чувств. — О чём говоришь? Боруто, вроде Саске не стирал тебе память, как мне. После того, как ты чуть не погиб, во мне что-то сломалось, и вскоре я вспомнил. Вспомнил о том, когда встретил вас двоих, будучи ребёнком. Знаешь, это были довольно шокирующие воспоминания, — сказал Седьмой и снова посмотрел на меня тем странным взглядом… Я побелел, как снег. Но как батя смог вспомнить? Как?! Неужели… И что мне говорить? Как действовать дальше?! — Лучше бы ты это не вспоминал… Прости. Я… Я ничего не смог тогда поделать. Ты был, как всегда слишком настойчив, а я… У меня не было никакого желание бороться с собой и с тобой. Хоть и понимал, что это неправильно, — дико краснея, пробормотал я. — Ты из-за этого так отдалился? — тихо спросил Хокаге, погладив меня по голове. — Да. Я не хотел, чтобы ты что-то понял. Не хотел рушить семью. Да и боялся твоей реакции. Слишком неправильно, но я не мог справиться с тем, что влюбился в тебя. В собственного отца. Что же… Путешествия в прошлое действительно опасны, — мне давались эти слова с трудом, да и в глаза я не мог посмотреть отцу. Вот только голос был твёрдый и вполне спокойный. — Лучше забудь об этом, пап. Да и сейчас, честно, не до романтической чуши. Вам лучше сосредоточиться на враге. — Боруто… Не думаю, что ты сейчас мне раскрыл то, что тебя ест изнутри всё это время. Пожалуйста, не молчи, — устало сказал седьмой, ложась на меня. Тело буквально взорвалось от тысячи разрядов электричества. Слишком давно я мечтал о таком. Не сдержав тихого стона, я только сильнее прижался к отцу. Нет, если он с меня не слезет… — Бать, хватит! Встань! Я… Мне трудно контролировать себя, — прошептал я, зарываясь в его мягкие золотистые волосы пальцами. Это пытка, только сладкая… Хоть я и просил его встать, но на самом деле совершенно этого не хотел. Не понимал, как сейчас к нему прижимался, не желая выпускать из своих рук. Тот же, вздохнув, опёрся на руки, приподнявшись, и внимательно уставился в мои глаза. Он видел в моих глазах борьбу, так же, как я углядел тоже самое во взгляде Седьмого. И как так получилось?! Ладно, плевать… Я сам допустил то, что случилось в прошлом. И я, не выдержав, тихо рассказал про пророчество Момошики и про мой план. Я не могу больше хоть что-то скрывать от этого человека. Нет сил… Не хочу уходить и бросать семью. Может, он действительно что-нибудь придумает? Боюсь остаться в одиночестве. Это слишком тяжело... — Если я и Каваки останемся здесь, то деревня падёт. Мы пока слишком слабы… Наверняка у Кота есть приспешники. Если они придут за мной и Каваки, у деревни Листа не будет и шанса. Не знаю почему, но Момошики не врёт и с радостью ждёт, пока я всё потеряю. Но он этого не дождётся! Пока я вижу только такой путь. — Не будь дураком, — хмуро и с раздражением смотря на меня, сказал Наруто. — Если вы уйдёте, то останетесь без поддержки. И тогда мир точно обречён, — и отец, отвесив мне подзатыльник, проворчал. — Как я и думал… Ты затеял очередное самоубийство. Даже не думай, что вы сможете сбежать из деревни. Я чувствовал, что стоит ждать от вас новых проблем, и усилил охрану в деревне. Да и мои клоны всегда от вас неподалёку. Сын, забудь об этом! Я не отпущу тебя на верную смерть. — Из-за этого я и не хотел тебе рассказывать правду… — прошептал я, а слёзы потекли из глаз. Не выдержав, разревелся. Слишком устал… — Но если я останусь, вы все… Не думай, что я хочу уходить, но… — Всё хорошо, сынок. Мы защитим вас с Каваки, — мягко сказал Наруто, снова обнимая меня. — Даю обещание Хокаге. Просто не совершай больше глупостей. Я этого не выдержу… Другие деревни согласились помочь справиться со врагом. Мы не одни, Боруто. Ты не один. Хватит нести эту ношу в одиночку. Обещаю, что спасу вас обоих. Да, я лишился Курамы, но… Это ничего не меняет. Просто мне придётся вспомнить прошлое и стать сильнее. Ты прекрасно знаешь, что я всегда выполняю такие обещания. Боруто — мой любимый мальчик. Больше я не позволю тебе нести этот груз в одиночку. Тебе не сбежать от меня. Я лишь сильнее прижался к дорогому человеку. Отец, спасибо… Не знаю, правильно я поступлю, послушав тебя, но… Я не хочу уходить! Только не сейчас… Тот продолжал меня успокаивать. Я же отпустил себя, давая выйти из души всё то, что меня тревожило на волю. С час я не мог прийти в себя. После слёзы, наконец, высохли, и я даже слегка улыбнулся. Седьмой так и продолжал обнимать меня, нашёптывая мне на ухо всякую ласковую глупость. Но это, наконец, возымело эффект, и я наконец-то начал расслабляться. Поняв, что я немного успокоился, Седьмой, привстав, испытующе посмотрел на меня. Покраснев, попробовал отвести взгляд, но мой подбородок крепко сжали пальцы отца, заставляя меня этим взглянуть на него. — А теперь, сынок, давай вернёмся к тому, что я увидел, и к твоему признанию, — с незаметной улыбкой сказал Наруто. Это заставило сжаться. В моём взгляде снова проскользнул испуг, а мне самому захотелось сбежать куда подальше. Не готов я ещё говорить о таком. Совершенно не готов… — А может, просто забудем… Я не собираюсь тебя тревожить своими глупыми чувствами, — пробормотал я, ощущая, что ещё немного и из моих ушей повалит пар. — Ну уж нет, — покачал головой отец и, встав с меня, сел рядом. Сам же продолжал изучающе за мой наблюдать. Я последовал его примеру, нервно впившись пальцами в простыни, и продолжал хмуриться. Я не представлял, что отец скажет. И что мне самому делать. Ведь мои чувства точно не доведут нас до добра. Если об этом узнаёт мама, сестра, друзья… Не представляю, что с ними станет. Не хочу, чтобы они смотрели на меня с омерзением. Лучше просто забыть. Почему батя отказывается от моего предложения? Так будет лучше для всех. — Боруто… — и тот, вздохнув, внимательно посмотрел мне в глаза. — Да, это было глупо, но… Я сам в прошлом виноват, хоть и не мог даже подумать, что ты мог оказаться моим сыном. Хоть и в прошлом я очень удивлялся нашей схожести. Внешность, чакра… Должен был догадаться, но не смог. Слишком это было дико даже для шиноби. Я не виню тебя. Всю эту неделю я думал о тех воспоминаниях и не смог хоть к чему-то прийти. Я люблю твою маму, но… Те воспоминания и чувства… Это и правда странно. Сейчас, глядя на тебя, Боруто, мне действительно хочется продолжить то, что мы тогда не закончили. Привязать тебя к себе ещё больше, чем сейчас. Это глупо? Я же с шоком смотрел на отца, который немного растерянно улыбался. Неужели он… Похоже, батя в том прошлом действительно что-то ко мне чувствовал! И когда вспомнил… — Ещё как… — пробормотал я. — И что мы будем делать? — Не знаю. Это всё ещё кажется странным. Так же должно остаться только нашей тайной, — вздохнул Хокаге и, протянув руку, прижал меня к своей груди. — Я знаю… Это неправильно, но… Мне всё равно хочется стать немного ближе. Возможно, со временем это пройдёт. Вот только сейчас… Мне трудно смириться с этими чувствами. А с другой стороны, хочется окунуться в них с головой. Просто хочу быть рядом и иногда чувствовать твои прикосновения. Этого вполне достаточно. — Тогда давай так и поступим, — тяжело вздохнул Седьмой. — Кто бы мог подумать, что я смогу ощутить к своему собственному сыну такие чувства. Но, возможно, ты прав. Стоит просто пока махнуть на это рукой. И всё же мы похожи… — тихо засмеялся Наруто. — Ага, два идиота… — криво улыбнулся я. Вот только на сердце разлилось тепло. Плевать, что эти чувства запретны и неправильны. Можно же просто иногда отдаваться им, стать немного ближе. Раз батя не против, то я тем более. Просто нужно быть осторожнее, вот и всё. Никто не узнаёт, тогда и проблем не будет. Возможно, мы когда-нибудь перебесимся и всё прекратим. Но пока у меня нет никакого желание останавливать ни себя, ни Седьмого. — Согласен. А теперь ложись спать. Завтра я к тебе зайду, — шепнул отец, невесомо коснувшись моих губ, и вышел из комнаты. Я, слегка покраснев, улыбался. На сердце стало полегче. Может, всё действительно будет хорошо? Отец, спасибо… Ты словно луч света в том кошмаре, в который я попал. Возможно, ты сможешь меня из него вытащить…