Наказание, или как Шастун английский язык понимал

— Шастун, зайди после уроков в мой кабинет. — на весь класс громко произнес Арсений Сергеевич Попов — классный руководитель и по совместительству учитель английского у Антона Шастуна. Антон редко оставался после уроков с предметом своего обожания наедине, так что сейчас Шастун предвкушал и одновременно боялся этой встречи. Арсений нравился Антону очень давно, и Антон даже пытался проявлять знаки внимания, но, не видев никакой взаимности, перестал заниматься подобным. Наконец, урок закончится, и все ученики побежали на следующий — химию. Это был последний урок у Шастуна, так что до встречи с Арсением оставалось немного. По окончании последнего урока Антон лениво поплелся к кабинету классного руководителя. Дойдя до кабинета, Шастун постучал в дверь и стал ждать отклика: — Да-да, войдите, — послышалось из-за двери, и Антон вошел, — а, Антош, это ты… — не договорил Арсений, подходя к ученику и беря его за окольцованную руку, — почему ты не сделал домашнее задание, м? — задал вопрос учитель, от которого у Шастуна волосы встали дыбом. Антон вспомнил, что сделал на сегодня все уроки, кроме английского, но при этом был уверен, что домашнее задание у него имеется. — И-извините, я забыл, — голос у Шастуна дернулся, так что он опустил взгляд в пол. — Антон, ты взрослый мальчик, а взрослым мальчикам не принято забывать такое важное дело, как домашнее задание по английскому. — Да, извините меня, я завтра принесу Вам, — ещё раз извинился Антон и предложил компромисс. — А мне нужно сейчас, Антош. Завтра электронный журнал закрывается, я не смогу поставить тебе оценку, — с жалостью в голосе сказал Арсений, — напишешь работу сейчас? — то ли спросил, то ли утвердил Арсений, отпуская руку Шастуна и кладя ему на спину, поглаживая, — так что, Антош? — Х-хорошо… Антон сел за первую парту второго ряда и стал доставать учебник, тетрадь и пенал из своего черного рюкзака. Через пару десятков секунд Шастун выровнялся вместе со всеми принадлежностями. Шатен вальяжно расположился на стуле, открывая страницу с заданием. Пробежав глазами по тексту, у Шастуна затряслись коленки: он не знал, как делать это задание. Делать было нечего, ведь не может же он сдать пустой лист, поэтому Антон решил попросить помощи у учителя: — А-Арсений Сергеевич, — протянул Шастун жалостливым голосом, начиная диалог, — я не понимаю, как делать это задание. Я подумал, может… — Антон запнулся, посмотрев в глаза учителя, которые прожигали его внимательным взглядом, — Вы поможете мне сделать его? — наконец договорил свою мысль ученик, опуская свой взгляд на парту, чувствуя, как предательски краснеют кончики его оттопыренных ушей. — Конечно, Антош, — с этими словами Попов обошел Шастуна и наклонился над его ухом, читая заданное упражнение, — ну смотри, тут нужно поставить глагол в правильном времени, — голос Арсения отчего-то стал более бархатным и понизился на несколько тонов, а горячий воздух при выдохе задел ушко Антона, из-за чего тот покрылся мурашками. — Я н-не знаю, что ставить в первом предложении, — голос ученика дернулся от внезапно накатившего возбуждения, которое застало его в такое ненужное время. — Ну Антош, ты подумай чуть-чуть, — ухмыльнулся брюнет, когда понял, от чего его ученик так странно себя ведет. Поэтому Арсений преднамеренно положил свою руку на его плечо, начиная поглаживать. Дыхание Шастуна участилось, а его спина взмокла от пота, когда он почувствовал, как в штанах дернулся его полувозбужденный член. Антон сжал свои худые ноги, чтобы возбужденик ушло, однако сделал только хуже. А Арсений продолжал свою игру: — Тош, ты хорошо себя чувствуешь? Может, тебе к врачу сходить? — скрывая смех на лице предложил Арсений сочувствующим взглядом, — в чем дело? — Н-ни в чем, Арсений Сергеевич, — Антон готов был проклясть свой голос, который срывался в самый неподходящий момент. Арсений на его слова вздернул бровь, снова ухмыльнулся своими ровными белыми зубами и прошептал на ушко: — Да? А мне кажется, наоборот, — с этими словами он вытянул руку и положил её на член Антона, — упс, кажется, кто-то возбудился, — со смешком в голосе произнес учитель, сжимая орган Шастуна сквозь брюки. — Ч-что вы делаете? — ученик не понимал ни малейшего действия со стороны брюнета, еле сдерживая стон, потому что его член упирался в штанину, создавая дискомфорт. — Я? Ничего такого, Тош, — брюнет начал массировать основание члена сквозь штаны, снова шепча на ухо, — я лишь заметил, что мой любимый маленький мальчик плохо себя чувствует, и решил ему помочь. — хитрая улыбка не сходила с лица брюнета, который продолжал водить рукой по члену парня. Антон от этих действий тихонько пискнул, и потянулся к рукам преподавателя, чтобы убрать его конечности от своего паха. — Мышонок, ручки убрал. — строго сказал брюнет, продолжая гладить орган мальчика, — давай-ка лучше переместимся на парту: места больше. С этими словами Арсений подхватил тощего Шастуна на руки и положил на парту, попутно стягивая штаны, оставляя в чем мать родила. Антон, сообразив, что сделал брюнет, быстро прикрылся руками, чтобы учитель не увидел всю красоту ученика. — Руки убери, мышонок. Я же знаю, как ты этого хочешь, — Антон пропустил слова Арсения мимо ушей, помотав головой в знак отрицания, — какой непослушный мальчик у меня. Ты знаешь, что непослушных мальчиков наказывают? — задал вопрос учитель, от чего у Шастуна все сжалось внутри, отчего он громко сглотнул и нервно кивнул головой, — что ж, в таком случае… — Арсений резко дернулся на шатена и натянул его брюки обратно, так, чтобы член Антона неприятно уперся в ткань. От этих действий ученик простонал, сразу зажимая рот рукой. — Я надеюсь, ты понял, что не останешься безнаказанным за непослушание, — кивок, — тогда приходи ко мне домой сегодня в шесть вечера, — Антон изогнул бровь, издавая немой вопрос, — тебе все равно надо написать мне задание. Журнал скоро закроется. Так что я жду тебя. — закончив свою речь, Попов поднял Шастуна с парты, и хлопнул его по пятой точке, — до встречи, Антош. Антон, не забыв рюкзак, пулей вылетел из кабинета с горящими ушами. Чувствует, ему предстоит веселый вечер…. *** Шастун весь день был как на иголках: всё ждал предстоящей встречи с учителем. Сообщение с адресом Попова он получил давно, и даже высчитал время пути от его дома на автобусе, машине, пешком и даже на такси. Антон уже весь извелся, как его телефон издал противный писк таймера, уведомляя, что пора одеваться и идти к Арсению. Мальчик не хотел приходить раньше, так что не торопясь ходил по квартире в поисках своих вещей. Попов же вообще не переживал: он как обычно вернулся домой, как обычно поел и как обычно сел проверять тетради, даже немного забывая про Шастуна. Однако попавшаяся в стопке тетрадь Антона напомнила учителю об обещании скинуть смс с адресом. После проверки домашних работ учеников, за которую Шастуну можно смело ставить два, Арсений взглянул на часы: без двадцати шесть. «Через двадцать минут придет Шастун» — подумал Попов и ухмыльнулся, уходя в спальню придумывать наказание для этого несносного мальчишки. Арсений был в приятном шоке, что ему удалось возбудить пацана одним своим шепотом на ушко и низким голосом, ведь никого настолько нежного Попов ещё не встречал, поэтому и наказание должно быть не жестким. Попов заходит в спальную комнату и идет к шкафу, где хранятся его скелеты. Арсений открывает деревянные дверцы и смотрит на свой арсенал. Выбирает, что же подойдет его мальчику: ремень или перо, пробка или резиновый член. Учитель выбирает тщательно, приходя к осознанному и аргументированному выбору. До прихода Шастуна оставалось пять минут. *** Вот знал Шастун, что надо выходить раньше! Автобус, уехавший перед зелеными глазами только подтвердил мысль Антона. Ну, ничего не поделаешь, ведь идти до дома Попова пешком — гиблая затея. Новый автобус приезжает через десять минут, и ученик пулей залетает в него, отдавая деньги за проезд водителю и садясь на свободное место. Благо, людей в автобусе было мало. Антон выскакивает из автобуса на нужной остановке и смотрит на часы: опаздывает уже на пять минут. Шастуна начало потряхивать, ведь опаздывать к своему экзекутору было не то, что боязно, а жутко страшно. Антон на всех парах помчался в дому Попова. Прибежав к парадной, ученик набирает на домофоне нужные цифры и слушает гудки. Наконец, дверь отворилась и Шастун вбежал в подъезд, по лестнице поднимаясь на этаж Арсения Сергеевича. Стучаться нужно было незамедлительно, ведь Антон задержался на семь минут. Вдруг, прямо перед носом ученика открылась дверь, откуда выглянул учитель с ухмылкой на лице: он через глазок видел, как Шастун мялся около двери, не решаясь постучать. Шатен от неожиданности ойкнул: — А-Арсений Сергеевич, здравствуйте, — и снова этот голос, который вновь подводит Шастуна. — Ну привет, Шастун. Проходи, — Попов жестом приглашает ученика войти, закрывая за ним дверь на ключ. Пока Шастун разувается, он решает осмотреться в квартире Попова. Помещение выполнено в темных, но не слишком черных тонах, в стиле минимализма. Антону понравился интерьер квартиры, и он, немного расслабившись, прошел внутрь. — Антош, иди в гостиную. Вторая дверь справа, — прозвучал откуда-то голос Арсения, и Шастун двинулся по указанному направлению. Он зашел в светлую комнату, контрастную коридору, где стоял широкий телевизор, диван и журнальный столик, а также картины на стенах. Антон присел на край дивана, ожидая учителя. Арсений зашел в комнату с ручкой, учебником и тетрадью Шастуна. — Держи, Тош. Пиши задание, — напомнил, зачем тут находится Шастун, и сел рядом с ним, внимательно следя за писаниной ученика. — Арсений Сергеевич, я все ещё не понимаю, что писать в первом номере, — признался Антон, решая снова попросить помощи у учителя. — Ну смотри, тут действие произошло в прошлом, на протяжении какого-то времени, — принялся объяснять задание Шастуну Попов. — А, понял, тогда тут будет Past Continuous, — сообразил Антон, принимаясь писать глагол в правильно времени. На протяжении всей работы Шастун ещё неоднократно спрашиваю учителя о задании, на что тот любезно помогал, в итоге ставя ученику пять за проделанную работу. Опаздывая к Арсению, Антон совсем забыл, что учитель должен наказать его, так что слыша слова учителя, напрягся и стал немного дрожать: — Ну что, Антош, готов к наказанию? — Н-наказанию? — голос Шастуна предательски дернулся. — М-может, не надо? — предпринял свою последнюю попытку Антон избежать неминуемой участи. — Антош, я же обещал, что накажу тебя за твое непослушание, — на лице Арсения блеснула хитрая ухмылка, — снимай штаны вместе с бельем, я сейчас приду, — с этими словами Попов удалился в спальню, чтобы взять то, что он приготовил. Антон трясущимися руками стал снимать с себя темные джинсы и черные боксеры, оставаясь лишь в белой майке и носках Найк. Он прикрыл руками пах, стоя возле дивана в ожидании учителя. Брюнет вернулся с маленьким розовым коробком в руках, доставая оттуда вибратор того же цвета, что и место, где он лежал. Глаза Шастуна полезли на лоб: — А-Арсений Сергеевич, а куда это? А зачем это? — осыпал вопросами Попова Антон, потихоньку отходя назад в сторону ванной комнаты. — Куда пошел? — Арсений ловко поймал ученика, который уже намеревался сбежать, — это твоё наказание, Антон. Сядь на стул. — Попов придвинул белый стул на ножках с мягкой седушкой, куда Шастун благополучно сел, ожидая своей расправы. — И ноги раздвинь, — сказал Арсений фразу, из-за которой мальчик громко сглотнул. Несмотря на свой страх Антон все-таки сделал то, что просил Арсений, и принялся наблюдать за действиями учителя. Попов вертел в руках вибратор, думая, как же лучше его закрепить на ученике. Спустя несколько минут раздумий, брюнет решил прикрепить основание вибратора к головке, и дополнительную стимуляцию в районе бедер. Через пару минут Попов закончил сооружение конструкции, наблюдая за испуганными глазами Шастуна. — Не волнуйся, я дам тебе закончить. Это будет очень приятно, поверь мне, — Арсений подумал, что неплохо бы закрепить руки Антона за стулом, чтобы тот не смел трогать свой член. Когда Арсений нажимает заветную кнопку, на всю комнату раздается едва уловимая вибрация и громкие выдохи Шастуна, который начал елозиться на стуле, пытаясь потереться яйцами о мягкое сидение, чтобы достичь разрядки быстрее. Арсений с нескрываемым удовольствием смотрел, как его мальчик извивается от такой легкой вибрации: совсем нежный и чувствительный. — А-Арсений Сергеевич, выключите, п-пожалуйста, — умолял Шастун, дергаясь всем телом от приятных ощущений внизу живота. — Тебе же приятно, Антош. Признай это, — сказал Арсений низким бархатным голосом, прям как тогда в классе, когда ученик впервые возбудился при учителе. Антон продолжал извиваться на стуле, уже издавая негромкие стоны на всю квартиру, создавая рай для ушей Арсения. Учитель увеличил вибрацию игрушки, так, что перед глазами Шастуна появились звездочки от нескончаемого возбуждения, и он, наконец, излился на пол комнаты, параллельно пачкая свою майку. Арсений выключил вибрацию, принимаясь отклеивать игрушку от Антона, пока тот сидел, тяжело дыша после яркого оргазма. — Умница, Тоша, — Попов улыбнулся, заканчивая махинации, и наклонился к Шастуну, который, свесив голову, сидел на стуле, — молодец, мышонок. Антон лишь слабо улыбнулся и устало кивнул головой, закрывая глаза и начиная посапывать. Мужчина усмехнулся и поцеловал парня в нос, поднимая со стула и неся в свою спальню, где положил его на двуспальную кровать, переодел и накрыл одеялом, осторожно, чтобы не разбудить, целуя нос и лоб зеленоглазого.