Мёртвое озеро.

Жители деревни опять поймали ведьму. Ей оказалась Василиса. Подружка Ивана. “—неужто Василиса —ведьма? Бедный Иван. Горевать будет. „ Один из инквизиторов держал плачущую Василису, что во всю глотку кричала. —Да не ведьма я! —пытаясь вырваться из рук инквизитор кричала девица, —коль я являюсь ведьмой, так почему Иван меня не выгнал? —крича, спросила та у инквизитора. —Приворожила ты его, ведьма проклятая! —ударив деву по лицу сказал тот, после чего обращаясь к стоящему рядом с упавшей девицой, Святославу, —Судья, она — ведьма, и пусть Иван её не выгнал, но ведьма. Приворожить его могла. Сжечь её надо! —с гневом проговорил тот, с оскалом на устах. —приведите её завтра на рассвете в поле, да там её и сожжем, —произнес Святослав, после чего сам инквизитор с Василисой удалился, пусть та и кричала по началу, что есть мочи, но удар по лицу заставил её заткнуться и начать горько плакать. Сам же инквизитор оставил её в камере до рассвета, а сам удалился. Сама же Василиса плакала и кричала, моля о пощаде. —Прошу вас, сжальтесь! —захлебываясь в слезах прокричала дева, —коль я ведьма, почему вы живы ещё? Была бы ведьмой — всех бы на снадобья пустила! —с гневом в голосе прокричала та, после чего, смирившись, склонила голову. На рассвете, как и приказал судья, Василису повели на сожжение. Дева плакала, но сопротивляться сил не было, как и кричать. Ещё вчера голос сорвала. Девицу привязали и начали обряд, во время которого дева кричала от боли и страха пред смертью, жгли её до тех пор, пока от Василисы остался лишь пепел. Стоящий неподалёку Иван горько плакал, а Святослав, что стоял рядом, пытался его успокоить. Народ, что собрался поглазеть на муки ведьмы, перешептывался и с сожалением смотрел на Ивана. —Бедняга, —прохрипела какая-то старуха, —горевать будет, —Бедный Иван, невестки лишился, да ведьмой оказалась Василиса-то, —проговорила стоящая рядом с ней женщина, —а может и правда, приворожила. А коль приворожила-то? —уже с волнением спросила женщина, сложив руки на груди. —бедный Иван, —плача говорила мать Ивана, —бедный мой мальчик! За ведьму замуж собирался! Стоящий рядом с Иваном Святослав неодобрительно глазел на женщин, что то и дело перешептывались. —Иван, не горюй, —с сожалением во взгляде обратился тот к черноволосому, что сидел и горько плакал, а после начал кричать на Святослава. —Не горюй?! —прокричал тот, —тебе-то легко говорить, ты ни разу с девицами не был! Не знал, кто является твоей истинною! —крикнул напоследок тот и ушёл, оставляя Святослава одного.