Где то в глубине космоса.

      Холод. Темнота. Одиночество. Твик никогда раньше не чувствовал такого отчаяния. Такой боли и тревоги внутри себя. Он никогда не задумывался о ходе времени, оно просто шло своим чередом, обходя Твика. Так и прошли его первые миллиарды лет. Хотя, тогда он даже не понимал самого значения этого числа. Он просто жил в абсолютной темноте, которая была его домом. Просто был и все тут.       А потом появился Крейг. Человек, потерявшийся в космосе также как и сама звезда. Он дал звезде имя. Твик. Можно ли было считать, что теперь он принадлежит этому человеку? Мальчик не знал, да и не задумывался. Но с появлением Крейга все кардинально изменилось. Время стало иметь значение. Твик всегда ждал новой встречи с человеком. И всегда радостно улыбался, завидев знакомое лицо. Они много разговаривали, и тогда время как будто вновь не имело значение. А потом Крейг уходил, а Твик опять оставался наедине с собой, судорожно ожидая новой встречи.       Ему нравилось проводить время с брюнетом. Ему нравились разговоры о его родине, о самом человеке, о науке. Но потом все изменилось. Твик начал замечать, как парень меняет его и меняется сам. Твик испугался что случайно превратит его в остатки пепла, которые развеятся по космосу. Ему пришлось расстаться с ним, как бы больно это ни было. А больно было. И очень сильно. Каждая секунда одиночного существования заставляла сжиматься в комок, рвать волосы на голове, оставлять царапины на руках и щеках, отчаянно кричать, проклиная все в мире, особенно себя самого.       Иногда он думал, что легче умереть. Крейг рассказывал о смерти. Он сказал что это тот момент, когда ты перестаешь существовать. Чтож, сейчас Твик безумно этого хотел. Он не мог выдержать этого ужасного чувства тоски. Одиночество, которое прежде было ему неизвестно, разрывало его на части. Он понял, что нет ничего страшнее этого чувства.       Годы, прошедшие после его прощания с Крейгом, казались вечностью. Убивающей, неумолимой, душераздирающей. Каждая секунда ударяла по его больному рассудку сильнее, чем что либо на свете. Твика трясло сильнее чем обычно. Он не хотел ни с кем разговаривать. Лишь ждал конца своей неминуемой участи. На чудо он даже не смел надеяться.       Ведь Твик сам прогнал Крейга, стараясь его оградить от себя и того, что он может с ним сделать.       Паника не прекращалась. Твику вечно мерещилось, что в темноте космоса рядом с ним есть кто-то еще. Но никого он так и не увидел. Он не мог сосредоточиться, успокоить себя, услышать что кричит ему родной космос, который, в прочем, уже не казался таким родным. Он слишком привязался к тому глупому человеку. Он стал слишком зависим от общения с ним. Он просто.... просто не мог вынести и принять тот факт, что теперь Крейг останется лишь воспоминанием, которое Твику придется бережно хранить в своей памяти, оберегая каждую секунду их пребывания вместе от пропасти забытия.       Твик сжимал шапку Крейга, которую сам не заметил, как снял с парня при их последней встрече. Он прижимал ее к груди, чтобы хоть как-то сдержать монстров, которые лезли наружу, разрывая легкие и разламывая ребра.       — П-почему? Почему я т-такой придурок? — спрашивал он шепотом, обнимая себя за плечи, чтоб хоть как-то согреться от начинающего проползать по телу холода.       А после тянулся к волосам, порой вырывая их с корнями, чего он пугался, но и это его совсем не останавливало от самобичевания.       Ему было плохо. Нет, ужасно. Твик уже не знал, чего он хочет больше, прекратить свое существование, чтоб больше не чувствовать эту боль, или вновь встретить того парня астронавта, который стал его первым и последним настоящим другом. Первой и последней привязанностью. Первой и последней...       — Твик?       Сердце замерло. Твик застыл, в ожидании худшего. Может это смерть пришла за ним? Нет, нет, этот голос... Он определенно не мог его ни с чем спутать. Но и не мог поверить. Мальчик не мог найти в себе силы повернуться и увидеть, кого к нему принесло из ужасающей пустоты.       — Твик, это же ты? — слышалась надежда в голосе позади Твика.       Блондина начало слегка потряхивать. Но он должен был обернуться, посмотреть в глаза страху, либо очередному показавшемуся видению, которое исчезнет сразу же, оставив Твика одного. Опять.       Сглотнув, он обернулся и обомлел от переполнивших его чувств. Страх, надежда, непонимание. Все смешалось одно. Твик застыл в ступоре, смотря на того, по кому скучал всю эту вечность. Кого ждал, надеялся, но точно не ожидал увидеть вновь.       Крейг стоял всего в десятке метрах от него. И смотрел тем самым знакомым, спокойным взглядом. Он был в том большом голубом скафандре, с какими то наклейками на груди. Крейг улыбался, грустно глядя на мальчика.       Твика пробила внезапная дрожь. Он начал отступать назад маленькими шажками, бормоча при этом о том, чтоб его чертово видение убралось и не гноило его и без этого разодранный разум и душу. Он помотал головой, но видение никуда не исчезло, напротив, Крейг начал делать маленькие шаги вперед, приближаясь и протягивая руки.       — С-с-стой где стоишь. Не п-подходи, — жалобно прошептал Твик, дыхание сбилось — Ты не н-настоящ-щий, просто оставь м-меня в покое!       Но парень не слушал, а лишь шел вперед, сокращая расстояние между ними. Мурашки пробежали по спине, внутренности завязались в крепкий узел, и все его тело сжалось. Твик испуганно смотрел на Крейга, который уже возвышаясь смотрел на него с той самой улыбкой, за которую мальчик был отдать все на свете.       — Я рад увидеть тебя, — тихо прошептал Крейг, заключая блондина в крепкие объятия.       Внутри Твика все внезапно перевернулось. Он пытался вдохнуть, но получалось в трудом. Просто не мог поверить в происходящее.       — Ты настоящий? — жалобно пропищал Твик.       — Такой же настоящий, как ты, — мягким тоном ответил Крейг, крепче прижимая к себе блондина.       В груди что-то заныло. Твик всхлипнул, не в силах больше сдерживать накатившие на него эмоции. Трясущимися руками он обнял Крейга, цепляясь пальцами за скафандр и прижимаясь лицом к его плечу, ещё не веря, что это не наваждение, но так надеясь, что парень никуда не исчезнет.       — Я скучал, я т-так по тебе с-скучал, — прерывисто забормотал Твик, чувствуя как рука Крейга осторожно опустилась на его голову, приглаживая растрепанные волосы.       — Я тоже, ты не представляешь как, — парень крепче прижал к себе мальчика.       — Представляю! — засмеялся Твик сквозь уже выступившие на глазах слезы.       Крейг тоже фыркнул и она оба засмеялись, не желая отпускать друг друга еще как минимум вечность.       — Почему ты вернулся? — спросил Твик, когда тягость внутри подутихла.       — Я хотел увидеть тебя и я не мог... смириться с тем, что этого никогда не случится, — Сказал Такер отстраняясь, но не отпуская.       Твик жалобно посмотрел на него, а после опустил голову.       — Крейг тебе нужно вернуться, ты не можешь...       — Нет, — внезапно перебил парень, серьезно глядя на блондина, — Я провел столько лет в одиночестве и пролетел это огромное расстояние не для того чтоб снова потерять тебя.       — Крейг, это опасно, — скорбно сказал Твик, посмотрев парню в глаза.       — А я и не боюсь. Главное чтоб я был рядом с тобой. Может я даже в звезду превращусь от счастья, — брюнет осторожно положил одну руку на щеку Твика, убирая непослушные пряди с его лица.       Твик также прикоснулся к шлему Крейга, жалея, что не может дотронуться до него самого.       — Превратишься в звезду говоришь..? — вдруг задумчиво пробормотал Твик, когда в голове начала формироваться самая сумасшедшая мысль, посещавшая его за всю жизнь, — Ты думаешь это возможно?       — Если бы это так и было... Хотя, с таким чудом, как ты, думаю возможно все, — Крейг изменился в лице, как будто он понял о чем думает мальчик.       — А если не выйдет?       — У меня все равно не так много времени. Кислород скоро закончится, — брюнет постучал пальцем по шлему.       — И что нам нужно тогда сделать?       — Вероятно, довериться воле случая. Может сильно понадеяться на это, ты же говорил, что космос это материя. И что она может стать чем угодно, стоит только пожелать. Может и со мной так сработает?       Крейг засмеялся, понимая, насколько же бредово это звучит, однако лицо Твика стало серьезным, он нахмурил брови и задумался.       — Нет, только не говори, что...       — Это может сработать, — перебил Крейга Твик, улыбаясь со все зубы.       — Нет, я же пошутил, это звучит еще бредовее чем... чем... — но что звучит бредовее в его ситуации, Крейг не придумал.       Твик приподнял бровь, ожидая когда парень сдастся. Крейг же посмотрел на него, и увидев саркастический взгляд, бросил эту затею.       — Ладно, хорошо, что же ты предлагаешь тогда делать? — потерпев свое поражение спросил Крейг.       — Не знаю, — сияя с улыбкой на лице ответил Твик, на что Такеру пришлось лишь устало вздохнуть, — Н-но мы точно что нибу-       Внезапно Крейг крепко обнял Твика. Тот сначала замешкался, но ответил взаимностью брюнету, вздохнув и не продолжая говорить. А это и не нужно было. Они и без этого оба понимали, что выкрутятся. Как нибудь. Прямо сейчас.       Да-да. Именно сейчас. Крейг почувствовал невероятное тепло в своем теле, неизвестную ранее эйфорию. И невероятное расслабление, словно он уже успел разложиться на тысячи и миллионы атомов. Было так хорошо. Не было ни страха, ни боли. Словно ничего и не существовало. Он готов был раствориться в этой манящей спокойной темноте.       Но отдаленно он услышал испуганный восклик Твика. Нет. Нельзя ему исчезать. Нельзя ему вновь покидать только что найденный свет, который освещал его жизнь, даже не подозревая. Поэтому Крейг собрался с силами и буквально сосредоточился на собирании себя. А почувствовав свои руки, постарался дотянуться до столь желанного им источника света. До звезды по имени Твик.       Он вновь постарался вернуться в объятия. И тут же почувствовал маленькие руки на своей талии, обхватившие и не желающие отпускать.       — Не уходи! — уже более четкий голос Твика послышался в сознании.       А Крейг и не собирался. Лишь на секунду позволил себе такую слабость.       Почувствовав наконец себя, он попытался не скорчиться от боли. А точнее от жара, который теперь прожигал его тело насквозь. Крейг уже хотел было попросить Твика отпустить его, всего на секунду. Но спокойно понял, что это и не нужно. Нет. Жар исходил не от Твика. Он исходил из самого Крейга. Словно прожигал каждую его клетку и не собирался на этом останавливаться. И по сути, парню пора бы уже превратиться в горстку пепла, но он лишь четче начал ощущать себя, наконец открыв глаза.       Он увидел испуганное лицо Твика. Увидел его таким, каким не видел никогда прежде. Словно раньше он не видел ничего и вдруг прозрел, познав всю красочность цветов. Крейг взглянул в сторону. И увидел все. Или же ничего. Цветные точки сияли каким то ошеломительным светом, переливаясь, меняя свою тональность и контраст.       Крейг вновь обернулся на Твика, чей взгляд уже настороженно оглядывал его.       — Ты такой красивый, — зачем то сказал Такер, глупо улыбаясь.       — А ты т-такой придурок! — ответил ему приятный голос Твика, который ударил того по груди кулаком.       — Ауч! За что? — с наигранной обидой спросил Крейг.       — Не делай так н-никогда больше.       — Не делать как? — недоуменно спросил парень.       — Ты вдруг н-начал исчезать, я побоялся что ты и вправду не-н-настоящий, но я не хотел.. не хотел мириться с этим, я просто... — Твик глубоко вздохнул, силясь с эмоциями, — А потом ты начал светиться. Т-так ярко, что глаза слепило, протянул свои руки и.. О Г-Господи, Крейг, что с тобой?       Только сейчас Такер обратил внимание на слабое свечение своих рук и всего тела в целом, а самое главное...       — А где мой скафандр? И почему я.. — Крейг судорожно схватился за горло, но нет, он даже не начал задыхаться, — Подожди, только не говори, что все случилось из-за нашего бредового желания?       — Может оно было т-таким же б-бредовым, как мое существование? — улыбнулся Твик.       — Может быть. Тогда я получается теперь, — Крейг помедлил, боясь произносить это вслух, — Я теперь звезда? Да?       — Очевидно, — мягко сказал блондин.       Больше ничего не говоря, Твик протянул свою руку и Крейгу не оставалось ничего, кроме как взять её. Блондин приятно улыбнулся, сжав ее в замок, а после медленно закружил их, раскидывая мелкие искорки по округе.       Они оба взглянули друг на друга и засмеялись самым искренним смехом. Кружась в черноте космического пространства, они вдвоем были неимоверно счастливы. Наконец то рядом. Наконец то вместе.       Крейг нежно притянул к себе Твика, завлекая в тёплые, уже с обеих сторон, объятия. Он прижался носом к тонкой шее, обрамленной светлыми волосами. Твик хихикнул, чувствуя щекочущее дыхание на коже, и мягко прижал к себе столь желанного все эти годы... всю эту жизнь Крейга. Они оба рассмеялись, чувствуя себя самыми счастливыми существами в мире. Крейг потянулся к родному и любимому лицу Твика, утягивая его в нежный и столь желанный поцелуй.       Теперь ничто и никогда не сможет разлучить их. Даже в смерти они будут едины. Даже после они распадутся на мелкие частицы, но будут рядом.       Но сейчас об этом думать не стоит. Сейчас они есть друг у друга. Две несчастные и одинокие ранее звездочки, которые сумели найти в этом мире родную душу и преодолеть испытания временем.       В будущем, учёные будут наблюдать за бесконечным, хаотичным и прекрасным танцем двойной звезды. Они будут видеться людям огромными раскаленными сферами и конечно, никто не узнает их прекрасной истории любви. Потому что тем смешным железным штукам, называемым телескопами, так легко затуманить объектив.