А может быть здесь любовь?

– Мистер Бенедикт Бриджертон, берете ли вы эту девушку в жены? – Беру, – произнес он, смотря в глаза очаровательной девушки, которую едва знал. – Принцесса София Мария Бекетт, берете ли вы этого мужчину в мужья? – Беру, – ответила она, хотя в любом другом случае дала бы иной ответ.

***

Было уже за полночь, когда Бенедикт возвращался с конной прогулки за город и заметил женскую фигуру на краю дороги. Было удивительно, что он увидел ее, ведь в Лондоне шел проливной дождь, который значительно ограничивал видимость (и промочил Бенедикта насквозь). Девушка, которая, очевидно, принадлежала к высшему обществу, к дождю также оказалась не готова: ни зонтик, ни шляпку она с собой не прихватила, не говоря уже о том, чтобы нанять карету. Ее платье из темного шелка промокло насквозь и не спасало от ветра и дождя. Бенедикт не мог даже и предположить, что выгнало ее из дома в такое ненастье. – Мисс, – произнес Бенедикт, замедляя бег лошади, так чтобы идти в ногу с девушкой, – кажется, вам нужна помощь. И как истинный джентльмен я не могу не предложить ее вам. – Благодарю, сэр, – вздрогнув отозвалась она, даже не подняв взгляд на него, – но это не так. – Вы не считаете меня джентльменом? – притворно возмутился Бриджертон, хотя прекрасно понял, о чем она говорила. – Не мне судить об этом, – произнесла девушка. – Но я говорила о том, что мне не нужна помощь. – Уверен, мисс, у вас есть право отвечать так, но на улице идёт проливной дождь, вы промокли и почти наверняка заболеете, если продолжите путешествие таким образом, – он сделал паузу, позволяя ей возразить, однако она этого не сделала, так что он продолжил. – Вы не найдете экипаж в такую погоду и в этом районе, так что, боюсь, я ваш единственный шанс. – Как я уже сказала, – произнесла девушка, и Бенедикт уловил едва заметный акцент, который, однако, не смог распознать, – мне не нужна помощь. У меня в любом случае нет денег на экипаж, – произнесла она. – Мне только нужно добраться до королевского дворца, там мне помогут. И перестаньте называть меня мисс. – Не слышал о том, чтобы королева Шарлотта оказывала помощь промокшим насквозь девушкам, – усмехнулся Бенедикт, намеренно игнорируя последнюю часть фразы. – Или кто-либо из ее слуг. Как вы думаете, сколько ещё вам идти до дворца? – И когда девушка не ответила, он продолжил: – ещё минимум час. Если хотите умереть, то продолжайте в том же духе. – А что вы предлагаете? – она впервые посмотрела на него, и Бенедикт увидел, что у девушки были туманные серо-зеленые глаза и мягкие черты лица. Он поймал себя на мысли, что такое лицо подошло бы богиням на портретах, что он писал. – Я предлагаю вам сесть на эту лошадь, – ответил он, потому что именно таким и был его план с самого начала. – И я помогу вам добраться до Мэйфера за двадцать минут. – Вы тоже там живёте? – уточнила она, и Бенедикт кивнул. – Хорошо. Бриджертон полностью остановил лошадь, слез и подсадил девушку, после чего сел сам. От него не укрылось, что она дрожала, однако он надеялся, что дело было в дожде, а не в нем самом. Эгоистично, но он полагал, что производил на девушек приятное впечатление. – Держитесь покрепче, – произнес он, ускоряя шаг лошади. – И кстати, меня зовут мистер Бенедикт Бриджертон. – София, – произнесла она. – Просто София? – удивлённо произнес он. – Обычно, девушки в нашем обществе позволяют перейти на обращение по имени, когда молодой человек в них безумно влюблен. И как бы мне не льстило ваше доверие – Просто София, – перебила она его. – Возможно, вы узнаете причины позже. Через двадцать минут он остановился у центрального входа во дворец и помог Софии спуститься с лошади. Она подошла к охранникам, и до слуха Бенедикта донеслось имя короля Джорджа, а также Бримсли. Ещё несколько минут спустя ворота отворились и София исчезла.

***

Утро в доме Бриджертонов началось практически также, как начиналось любое другое, с тем только исключением, что оно началось не с семейного завтрака, а с письма из дворца. – Королева приглашает меня на чай сегодня, – удивлённо произнесла леди Вайолетт, – больше никаких деталей не сообщается. – Неужели королева все же вычислила, – лениво произнес Колин, – что ты, Эл, пишешь эти глупые заметки леди Уислдаун, и собирается передать это нашей матери? – Во-первых, они не такие уж и глупые, – холодно заметила Элоиза, – а во-вторых, мы прекрасно знаем, что мою кандидатуру королева уже проверила. С другой стороны, ты и сам вполне мог бы этим заняться. Тебя все любят, так что никто не подумает о том, что леди Уислдаун может зваться Колином Бриджертоном. – Я думал, – вставил Энтони, – эта история с леди Уислдаун уже часть далёкого прошлого. Неужели вам всем ещё не надоело пытаться отгадать, кто пишет эти статейки? – Как это может надоесть? – удивилась Гиацинта. – К тому же, леди Уислдаун пишет о том, что этот сезон ужасно скучен, о чем мне говорила и Франческа. Вот только никто не решается произнести это вслух, так что, что ещё нам остаётся делать, кроме как гадать? – Мы могли бы устроить бал? – предложила Кейт. – Думаю, мы с Дафной могли бы организовать что-нибудь вместе, – девушка сделала паузу и положила руку на свой округлившийся животик. – Пока я ещё в состоянии передвигаться самостоятельно. – Может не стоит беспокоить малыша? – возразил Энтони. – А ещё лучше, давайте дождемся результатов встречи с королевой. Посмотрим, может приходить на бал будет не к кому.

***

Королева и, как оказалось, леди Данбери ждали ее в оранжерее, где был накрыт столик для чаепития. Обе женщины казались взволнованными, так что настроение передалось и ей. Вопрос был в том, была ли она и ее дети источником этих волнений или решением проблемы. – Леди Вайолетт, – королева начала разговор без отвлечения на второстепенные беседы, – ваш сын Бенедикт не женат? Вайолетт бросила взгляд на леди Данбери, и та ободряюще кивнула, так что Вайолетт ответила на вопрос: – Да, ваше величество, – она набрала воздуха, чтобы продолжить, однако Шарлотта не дала ей это сделать. – И вы могли бы сказать, что он благородный джентльмен с безупречной репутацией, – королева вопросительно подняла бровь. – Я и его отец воспитывали его таким, несомненно, – леди Данбери одобрительно кивнула на эти слова Вайолетт. – Что же касается его репутации, он не был замешан ни в одном скандале, однако, он учился в королевской академии искусства, а это заведение, и его выпускники, имеет определенную славу. – С этим можно разобраться, – отмахнулась королева. – Есть одна девушка, которой нужен супруг. И нам с леди Данбери кажется, что ваш сын подойдёт на роль жениха. – Могу ли я узнать, – осторожно произнесла вдовствующая виконтеса, – кто эта девушка? – Вам не о чем беспокоиться, – произнесла леди Данбери. – Они с Бенедиктом составят прекрасную пару. – Насколько я понимаю, вопрос уже решен, – заметила леди Вайолетт. – И насколько я могу понять, дело спешное, так что молодые, вероятно, встретятся только у алтаря, – леди Вайолетт одобрительно кивнула, – тогда мне остаётся узнать только когда пройдет эта свадьба и кто на нее приглашен? – Завтра на рассвете, – уверенно отозвалась королева. – Бенедикту понадобится, разумеется, шафер, вы можете присутствовать. И на этом, пожалуй, все. Со стороны невесты также будет несколько гостей, включая меня, разумеется. – Если это все, ваше величество, – произнесла леди Вайолетт кивнув, – тогда позвольте мне отправиться домой, чтобы подготовить сына к торжеству.

***

– Что значит, он женится на неизвестной девушке? – бушевал Энтони, когда леди Вайолетт вернулась и сообщила новость. – И почему они даже не сказали тебе имя? Это подозрительно. – Это королева Великобритании, – спокойным тоном произнесла женщина. – Это не предложение, Энтони, это приказ. А когда королева приказывает, мы повинуемся. Леди Данбери поддерживает эту идею, а она отличается тем, что не лжет о своих чувствах. Значит, очевидно, нам не о чем переживать. – Конечно есть о чем! – Энтони не собирался остывать. – У королевы может быть множество причин злиться на нас, и это может быть хорошим способом вовлечь нас в скандал с целью отомстить. – Ее величество не стало бы опускаться до чего-то подобного, – заметила Кейт. – Ты преувеличиваешь. – Это вы все недооцениваете масштаб проблемы, – Энтони запустил руки в волосы. – Во всяком случае, теперь, похоже, у нас есть повод для бала: свадьба нашего дорого брата Бенедикта и некой благородной, надеюсь, леди. – А какой плохой вариант развития событий ты предвидишь? – подал голос Бенедикт. – Я справлюсь с тем, что она будет уродливой, и мне не обязательно производить наследников, так что, – юноша пожал плечами. – Если королеве надо выдать девушку замуж, то пусть так. Если королева же будет ее содержать, то будет даже лучше. – Не сомневайся, брат, – усмехнулся Колин, – наследников королева тоже может потребовать. И тогда придется исполнять, даже если жена будет уродливой. Или бесплодной. – Вы все сходите с ума, – протянула леди Вайолетт. – Все не может быть так плохо. – На самом деле, – произнес Бенедикт, – вчера я проводил во дворец одну молодую и очень даже симпатичную леди, которую зовут Софией. Это все, что мне удалось узнать, но ей хватило упоминания короля и Бримсли, чтобы попасть внутрь, так что, полагаю, она принадлежит к монаршей семье. Учитывая обстоятельства ее приезда, рискну предположить, что именно ее и пророчат мне в супруги. Я назвал ей свое имя, и, похоже, этого оказалось достаточно, чтобы выбрать меня. – И ты ещё смеешь говорить, что этот брак не повлечет за собой скандал, – Энтони повернулся к матери. – Как наивно с твоей стороны.

***

Именно так все и сложилось, осознал Бенедикт, когда увидел Софию, одетую в изящное платье, что отлично подчеркивало все ее формы. Вопреки воле королевы, Энтони, как глава семьи, тоже присутствовал на церемонии, как и Колин, которого Бенедикт выбрал себе в помощники. По взглядам обоих братьев Бенедикт видел, что София пришлась им по вкусу, однако старший из Бриджертонов был напряжен. Королева уже обсудила с леди Вайолетт предстоящий бал по поводу свадьбы, так что пока девушка шла к алтарю, Бенедикт перебирал танцы, которые они должны будут исполнить. Не прошло много времени, прежде чем он услышал: – Мистер Бенедикт Бриджертон, берете ли вы эту девушку в жены? – Беру, – произнес он, смотря в глаза очаровательной девушки, которую едва знал. – Принцесса София Мария Бекетт, берете ли вы этого мужчину в мужья? – брови Бенедикта взлетел вверх, ведь он ожидал любой титул, кроме принцессы. – Беру, – ответила она, хотя в любом другом случае дала бы иной ответ.