дай мне сделать фотографию.

А он стоит и смотрит все, на каких-то глупых рыбок, да с какой-то глупой камерой. В океанариуме чётко черным по белому написано — нельзя фотографировать. Ну и странный парень… Ясно его дело — сделать кучу фото, пока персонал занят, да слинять. Но не тут то было! То ли сел аккумулятор в камере, то ли еще что-то — но фото все вышли разных цветов, будто снимал их в разной гамме. Ещё и сотрудник как на зло подошёл — странный такой, в пирсинге весь. — Эй, надпись видели? — С легким раздражением произнес парень, указывая на табличку сзади, своим большим пальцем, а с какой надменностью он смотрел! — Мм? — В своей привычной манере, он наигранно посматривает по сторонам, пожав плечами, отворачивается, как ни в чем не бывало, просто делает вид, что ничего не слышал. — С вами говорю! — Повышает тон на этот раз в два раза громче рыжеволосый. Как ни странно в его голосе нет раздраженья, только гордость и спокойствие. Какая выдержка. — Дай мне сделать фотографию. — Его невозмутимость выводит из себя, работник встает прямо перед брюнетом и опускает камеру перед ним рукой. — Последнее замечание либо… — Второй не дослушав, послушно делает шаг назад, прижимая камеру к себе, а после, спонтанно поднимает и нажимает на кнопку. Вспышка заставляет зажмуриться сотрудника. — А ты, рыжий… на рыбок этих похож, — умолкает и подымает глаза на накамерный монитор, смотрит не отворачиваясь. — Накахара Чуя. Где ваше уважение? — Указывает на бейджик под значком, повышает голос, и уже подчеркнуто сухо продолжает — Повторяю, съёмка запрещена. — а я Дазай! — В шутливой форме парень отвечает, сочтя выговор за возможность познакомиться, а после подходит и даже протягивает камеру, показывая фотографию, указывает на золотых рыбок пальцем, что позади стоящего, от чего тот слегка опешил. — Ну, может быть, похожи. Совсем немного. — С лёгкой усмешкой Чуя отвечает.

***

Осаму вспоминает это и по сей день, довольно часто. Душу греет. Утро, октябрь — солнце уже встало, а время близится к девяти. Слышен тихий шорох машин и звон трамваев, далекие женские голоса, дети во дворе. На мостике вдоль реки сонно стоят рыбаки и смотрят в реку, прислушиваясь к плеску воды и гулу далекого города. В это же время, Дазай провожает своего спутника на работу. — Не забудь поесть и… — Не успевает договорить, как его перебивают. — А-а-ах… Забудешь тут! Всю дорогу только и говоришь об этом. Да так противно… — пробормотал Дазай, зевая. — Если хочешь знать, это не особое наслаждение. — Ты серьёзно? — Поинтересовался Чуя. — Забудь! — Брюнет похлопал его по плечу и развернул в сторону двери, подталкивая. — Давай, тебе пора на работу! — Подожди, — попросил Чуя, пытаясь скрыть слабое, но охватившее его беспокойство. — Ты идёшь на поправку. Выглядишь даже лучше, не пренебрегай этими, ну, мелочами… э-э-э… едой. Отдыхай, набирайся сил. — с неуверенностью сказал он. А Дазай лишь слабо улыбнулся, словно говоря: «это пустяки» — и помахал рукой. Через пару секунд Чуя кивнул, после и вовсе скрылся за дверью. — Жду дома, — бросил ему вслед Дазай. С улицы донеслись быстрые шаги, а через минуту всё и стихло.