Ничего необычного

Привет. Зовут меня Никита, по внешности – брюнет с темными глазами, обучающийся одиннадцатого класса, и мне недавно исполнилось 18. У меня, как бы это ни странно звучало, почти нет друзей, и даже одноклассников через одного можно было назвать приятелями. Единственный человек, кому я могу все рассказать - это Алёна, моя младшая сестра. Редко когда она сможет меня вытащить из класса для прогулки по коридорам. Моя семья достаточно хорошая, хотя наши родители - Мария и Роман – никогда не уделяют нам должного внимания, как это бы подобало им, говорят лишь об очередных проблемах города. Поэтому лишь иногда ведущая себя как стерва сестра разбавляет эту серенькую палитру. Ничего необычного: все, как и у большинства семей. Однажды, гуляя по коридору, я заметил одного парня, идущего нам навстречу. Это был среднего роста человек с волосами цвета шоколада, карими глазами и несколько пухленькой фигурой, не такая худая, как у меня (а был я, по сути говоря, палкой с ножками и ручками). Казалось бы, самый обычный ученик нашей школы идет по коридору и никого не трогает, ничего необычного, но своим не бросающимся в глаза видом он заставил что-то внутри ёкнуть, сжаться и затрепыхаться; одним взглядом он заставил всех моих уснувших бабочек в животе взлететь и кружиться, птиц метаться и бить крыльями по ребрам... Ужасное, но в то же время идеальное состояние. - Никит~а, ты слышал, что я сказала? – спросила Алёна. - Да-да, конечно, – небрежно ответил я и обернулся, чтобы еще раз взглянуть на парня, но было поздно: он скрылся с моих глаз. Я старался поймать его макушку глазами, но мне помешал звонок. Я отпустил сестру и метнулся в сторону кабинета. Я буквально проскочил перед нашей биологичкой, 54-летней женщиной с нехилым "чемоданом" сзади себя. - Почему опаздываем? - Я и не опаздывал, Клавдия Львовна. - Ну, раз так, сразу к доске, – заключила «старая дева», открыв журнал и поставив напротив моей фамилии жирную точку красной ручкой. - Могу я отлучиться и повторить параграф? - Нет: раз опаздываешь, значит все знаешь и уже готов. Я тебя слушаю. Я, выйдя к доске под смешки одноклассников, нёс полную ахинею, получив свою законную тройку. Мне в последнее время очень везло, ведь параграфы я не учил практически никогда. Сев на место с Андреем, белокурым мальчишкой с серыми большими глазами и бледным лицом утопленника, я спросил: - Андрюх, ты же всех знаешь из параллелей, так? - Всех, - заявил он чуть ли не с гордостью. - Опиши человека, и я скажу о нем все, что знаю. После моего недолгого монолога, друг задумался. - Хм... Предполагаю, что это Матвей. Очень скрытная личность, и тебе буквально повезло пересечься в коридоре. Обычно он сидит в классе на задней парте и вообще оттуда не вылезает. - Спасибо за информацию. - Тебе, кстати, зачем о нем понадобилось узнать? – с заинтересованным выражением лица поинтересовался сосед по парте. Я отвернулся, не найдя, что ответить. Не мог же я ляпнуть, что этот треклятый Матвей мне понравился; это бы означало стать белой вороной, потому что Андрей наверняка разнесет неосторожно оброненные слова по классу, если не по школе, а не скажу - обидится и 3 дня разговаривать не будет, а мне и так на уроках сидеть одно мучение. Но тут, слава богам, встряла биологичка: - Семёнов, может вы с Никитой нам всем расскажете, что у вас там за секреты? - Извините... Кое-как скоротав уроки, я побежал в раздевалку. Там я увидел того, с кем до жути захотел начать общение. Матвей уже шёл по направлению к выходу из здания, поэтому я, схватив куртку, поспешил за ним. Догнал я его только тогда, когда парень уже подходил к выходу за пределы территории школы. - Привет, – я сказал это вполне дружелюбно, честно, только почему-то Матвей косо посмотрел на меня. - Ну привет. - Как настроение? - По-осеннему тоскливо. - Куда направляешься? - Домой, естественно. А ты? – мне кажется, он стал разговорчивее. Это мне на руку. - Тоже. Нам, быть может, по разные стороны, но... Ты не против поговорить? - Нет. - Кстати, забыл представиться. Я – Никита. – после некоторого молчания сказал я. - Матвей. Извини, но мне пора. До встречи, - и парень ушел в противоположную сторону от меня. Его имя ласкало мою душу. Мне было приятно произносить его по дороге домой. Но тут я вспомнил, что у школы я должен был ждать Алёну, ведь мы всегда шли вместе, а тут фиг ее знает, что она подумает обо мне, если вдобавок еще и видела, как я к Матвею клеился… В три минуты я домчался до родного подъезда. Сидя на перилах, на меня укоризненно смотрела Алёна. - И как вы объясните мне столь быстрый уход из школы? – состроив недовольную, можно сказать, возмущенную гримасу, проговорила моя сестра. Я лишь устало посмотрел на нее, открывая большую подъездную дверь ключом, что был уже у меня наготове. Алёна со вздохом шагнула в темноту. Так как был день, лампы в подъезде не горели, и нам с помощью света из окон пришлось искать старый скрипящий лифт. Хвала богам, он не утруждал нас ждать его на этот раз, потому что даже со второго этажа ехал он до ужаса медленно. Дверцы открылись. В кабине висела одинокая лампочка. Даже кнопка экстренного вызова диспетчера – и та была без подсветки, что уж говорить об остальных. Мы прошли внутрь. Двери со скрежетом захлопнулись. Мы поехали на девятый этаж так мучительно-медленно, что любой бы уже психанул и пешком дошел, но для нас тут не было ничего необычного, ведь мы привыкли. Мы зашли в квартиру. Опять-таки ничего необычного: мама что-то готовила на кухне, выглянув из комнаты и улыбнувшись нам, как только заприметила в коридоре возню, а папа сидел в кресле в гостиной, даже не замечая нашего прихода, ведь есть вещи намного важнее: чтение новостей в газете было многим занимательнее собственных отпрысков. У нас была обычная трёхкомнатная квартира. Так как Алёна жила в своей комнате, в моей я мог творить все, что захочу. Вот и был у меня там несносный бардак, на который даже мама перестала обращать внимание. Кое-как сделав уроке по методу ЭСЭС (это сделаю, это спишу), я сел играть в компьютер, который наладом дышал и готов был развалиться по одному только лишнему прикосновению, как высохший песочный замок от дуновения ветерка. За игрой время пролетело быстро, и мама позвала нас ужинать. Только мы уселись на свои места и мама стала ставить на стол тарелки с тушеной капустой, как разговор неожиданно начала моя сестра, причём не в самом лучшем русле: - Никита, ответь-ка мне на вопрос: куда же ты убежал после занятий, не дождавшись меня? Мама вдруг посмотрела на меня с укором. Родители действительно не любили, чтобы их лишний раз беспокоили, и если бы Алёна не уразумела и не ждала бы меня у подъезда, то мне бы знатно прилетело. - Куда же ты так спешил? – спросила мама, присаживаясь на свой стул напротив меня. - Другу передавал тетрадь, меня классная попросила – соврал я на ходу, но все же почувствовал, как ситуация принимает неловкое положение, и я краснею… - Всё понятно, – больше мы не разговаривали. Я незаметно глубоко вздохнул. Все же, на мое безграничное удивление, допрашивать меня не стали. После ужина я пошёл убираться в своей комнате, но все равно знал, что, разбирая одну кучу, обязательно получится другая. В конце концов я все бросил, в душе заклиная себя больше не тратить нервы на это бесполезное занятие, и пошёл в душ. Встав перед зеркалом, я посмотрел на себя. Обычный, ничем не примечательный брюнет ростом, если не ошибаюсь, 1,75 м с темно-карими глазами. Неожиданно сзади себя я кого-то увидел. "Кажется, у меня галлюцинации", - подумал я, когда рядом со мной появился… Матвей?! Я смотрел в зеркало, не моргая, чтобы мои глюки не заканчивались. Его шоколадные волосы сидели бесформенной шапкой на голове; карие глаза смотрели на меня через зеркало до бабочек в животе; ярко-розовые губы манили, хотелось прикоснуться прямо через зеркало… Я закрыл глаза. Догнав, что я сделал, я ругнулся себе под нос. Я еще долго ворочался в постели. Образ нового друга совершенно не хотел вылезать из моей головы. Как странно…