солнце грело счастливое сердце

— Ну как ты лезешь? — интересуется Минхо, закатывая глаза, пока Джисон неумело пытается перелезть через соседский забор. На той стороне, среди распустившихся цветов и яблонь, которые полностью покрыты ярко-красными фруктами, оставшихся друзей уже ждут Чан и Чанбин, периодически оглядываясь по сторонам. Страх перед соседом, у которого не только вилы и лопаты найдутся, но и ружье с солью, растёт с каждой секундой. Минхо легонько подталкивает Джисона вверх, надавливая на подошву кед, пока Чонин, не дожидаясь своей очереди, лезет следом, перед этим кривляясь в камеру, что дрожит в руках Хенджина. Старший пытается сдержать смех, пока Сынмин маргариткой проводит по его лицу, смотря в экранчик видеокамеры, в котором видно его разноцветные брекеты. — Осторожнее! — Джисон падает в объятия Чана, кидая хмурый взгляд на Минхо, который делает вид, что этого не замечает. Сам отворачивается, чтобы спрятать хитрую улыбку, которая самовольно растекается на лице. Он подталкивает и Чонина, который с хохотом падает в куст, заставляя всех друзей кинуть долгий и испуганный взгляд на домик, откуда доносится шипение телевизора и редкий кашель старика. — Простите, — виновато пожимает плечами, кивком благодаря Чана за протянутую руку. Поднимается с травы, отряхивается и глядит через сетчатый забор, махая Хенджину в камеру. Хван тут же выключает гаджет, потому что в последний момент осознает, что лезть на чужой участок с камерой в руках — идея провальная. Феликс боязливо оглядывает место, выбранное для сбора яблок, а после опускает глаза на ноги, покрытые разноцветными пластырями. Почесывает голову, из-за чего панамка падает на глаза, закрывая вид на то, как смешно Хенджин пытается не дать Сынмину перелезть быстрее него. — Может вы не будете дурью маяться, а побыстрее перелезете? — Чанбин устало облокачивается на липу, прячась в её тени так, чтобы никакой дедушка не заметил. — Ребят, я всё-таки тут вас подожду, — решает Феликс, на что Чан кивает, уведомляя Ли о том, что ему придется быстро схватить мешки с фруктами и побежать к велосипедам. — Почему мы именно этого деда выбрали? — уточняет Сынмин, переходя на шёпот. Семеро друзей присаживаются на корточки, а Чонин падает коленками в грядку с морковкой. — Блять, — шепчет младший, отряхивая кожу от прилипшей грязи и пыли. — Не ругайся, — просит Бан, взъерошивая Яну розовые пряди. — Этот дедуля нам колёса проколол на прошлой неделе, — смотрит на Чанбина и Джисона, которые на его слова кивают, кидая взгляд на огромные деревья. — Я ещё баллончики захватил, — шепотом смеётся Хенджин, заглядывая в джинсовый рюкзак, в котором, кажется, есть всё на разные случаи жизни. — О, зачем тебе столько журналов? — Чонин чуть ли не ныряет с головой в сумку, также замечая множество леденцов и шоколадок. — Неважно, — Хван отпихивает его голову, доставая несколько баллончиков с краской. Уже понимает, как красиво можно перекрыть белые стволы деревьев. — Мы не вандалы, — Бан Чан пихает краску обратно, не замечая, как поникают Джисон и Хенджин, которые, похоже, хотели отомстить мужчине по полной. Солнце начинает припекать ещё сильнее, а Чанбин даже через кепку чувствует, как нагревается голова. Мысленно решает, что после всех сегодняшних приключений они отправятся на озеро. Также мысленно надеется, что остальные с ним согласны. Все перебегают через длинные грядки вслед за Чаном, пока Феликс стоит за забором и болеет за друзей, периодически кидая взгляд на мужчину, который иногда маячит в окне гостиной. — Так, пусть Чонин сядет тебе на плечи, а Сынмин — на Хенджина, — решает Со, и друзья не намереваются спорить: на кону стоит несколько мешков с безумно сладкими яблоками. Возможно, бабушка Бан не будет довольна, узнав, что сделал её внук, ведь зачастую добрый, по её мнению, дедушка сам приносит целое ведро фруктов. Однако Чану до этого сейчас нет дела, поэтому он тут же присаживается на корточки, позволяя Чонину быстро сесть на чужие плечи и тут же оказаться среди листвы и яблок. — Еб твою мать, — ругается Сынмин, так как случайно макушкой задевает крупное яблоко, которое тут же падает в один из мешков. Чанбин затыкает рот Хенджину, который уже намеревается засмеяться на всю улицу (не по своей вине). Джисон и Минхо собирают те фрукты, что висят пониже, а также умудряются сорвать несколько ягод клубники и малины. Правда, говорить другим они об этом не будут, поэтому съедают всё втихую, глядя друг на друга с испачканными губами. — Тебе на футболку капнуло, — хихикает Джисон, вставляя в отросшие волосы старшего листик с яблони. — А у тебя всё лицо в клубнике, — старший показывает Хану язык, продолжая собирать яблоки под пристальным взглядом Чанбина, который устало поднимает с земли упавшие фрукты. — Чан, стой ровнее! — просит Чонин, а после случайно дергает ногой, потому что Чан слишком сильно впивается в чужую коленку, чтобы не упасть самому, а после не утащить за собой и младшего. — Ой! — Извини, — шепчет Бан, смотря на то, как Сынмин специально ерошит волосы Хвана, засовывая в длинные пряди листья и ветки. — Я тебя сейчас уроню, — шипит Хенджин, случайно наступая в маленькую ямку под деревом, из-за чего оба друга сначала шатаются в разные стороны, а после падают на Чанбина, который вообще не при делах был. Минхо пытается сорвать яблоко, что повыше, но только задевает его кончиками пальцев, однако веточка оказывается тоньше, чем он предполагал, поэтому фрукт оказывается у Сынмина на голове. И пока Джисон не сдерживает смех, Чонин и Чан смотрят на сие представление, продолжая собирать яблоки в огромные мешки для мусора. — Чан, а тебе не кажется, что в доме стало тихо? — осторожно спрашивает Ян, опуская взгляд на макушку друга. — И… — Я не понял, — резко раздается старческий голос, вынуждая подростков обернуться на звук и замереть от страха. — Вы что тут забыли, а?! — Бежим, — решает Чан, кивая самому себе, а после молниеносно приседает, чуть ли не скидывая Чонина со своих плеч. Те, кто лежал на земле, пытаясь медленно подняться, уже несутся в сторону забора, держа в руках мешки. — Эй, я вас узнал! — продолжает кричать дедушка, быстрым шагом уходя в сторону сарая, откуда он выходит уже с вилами, острая часть которых направлена, конечно, на компанию. — Вам велосипедов не хватило?! — Твою же- Быстрее лезь, быстрее! — просит Хенджин Чонина, перекидывая к Феликсу один крупный мешок, из-за которого начинают дрожать руки. Где-то среди деревьев слышится голос старика, который становится всё громче и громче. — Да лезу я, — наконец, Ян оказывается с той стороны, но он вновь падает на колени: только уже не в куст, а прямо на землю, место, где до этого стоял Феликс. — Вот же су- — Чонин! — Чан поднимает младшего друга за локти, легко толкая в сторону велосипедов, пока Хенджин от страха жмется к Чанбину и Минхо. Сынмин получает в руки рюкзак Хвана с таким взглядом старшего, который будто говорит: «Береги, у меня там всё самое главное… И даже квартира». — Да быстрее вы уже! — Бан сам начинает нервничать, поэтому просит друзей поторопиться, замечая дедушку, который уже подходит ближе, оглушая подростков своим противным голосом. — Я же говорил вам, что больше не позволю так удрать, как в прошлый раз! Сейчас вы получите! — Вообще-то мы можем на вас в суд подать! — отвечает ему Хенджин, тут же ойкая, так как Чан резко хватает его за ладони, помогая оказаться по другую сторону забора. Хван морщится от боли, сгибаясь пополам, так как неудачно приземляется на ноги. Однако вид старика, что со злобным выражением лица появляется в его поле зрения, боль как рукой снимает, и Хенджин бежит в сторону друзей, велосипедов и яблок. Чанбин и Минхо мгновенно оказываются за забором, присоединяясь к оставшимся членам компании. Быстро запрыгивают на велосипеды, чувствуя, как те нагрелись, лежа около получаса под палящим солнцем. Феликс успел закрепить мешки на багажниках нескольких велосипедах, поэтому друзья мгновенно покидают злосчастное место, уезжая в сторону озера. Слышат, как позади них кричит злой сосед, обещая, что в следующий раз подростки останутся не только без транспорта, но и без рук и ног. «Мои яблоки! Ах вы, мелкие…» — это последнее, что могут понять друзья, скрываясь в небольшой роще, тропинка в которой ведёт прямо к пустому берегу, где обычно никого нет. — Вот же сумасшедший дедок, — подытоживает Сынмин, резко тормозя около одного из деревьев. — Чёрт, все руки разодрал себе с этим забором, — остальные также останавливаются, оглядывая друг друга с ног до головы. — Ха, у Хенджина причёска стала только лучше, — смеётся Чонин, на что Хван только показывает ему кулак и язык, не обращая внимание на то, как по-детски это выглядит. — За это спасибо Сынмину, — Хенджин на него не смотрит, но кивает так сильно, что шея хрустит. — А у тебя коленки все в крови, — указывает самому младшему на царапины и струйки крови, которые успели засохнуть на коже за несколько минут поездки. — Да уж, — выдыхает Ян, присаживаясь на корточки, чтобы развязать потёртые кеды, испачканные в пыли и яблочной мякоти. На озере куча комаров, стрекоз и других насекомых, но друзей это не сильно беспокоит. Ну, может быть, Хенджина, который устало машет руками, отгоняя от себя противных созданий. Чан тут же, как самый старший, брызгает в Хвана баллончиком со спреем, отгоняющим комаров, из-за чего все вокруг кашляют, отходя подальше. — Вода супер! — восклицает Чанбин, стягивая футболку и шорты, пока ноги вязнут в теплом песке. — Чего вы встали-то? — оборачивается на друзей, замечая, как Чан, Минхо и Джисон вываливают на землю яблоки, явно желая помыть их перед употреблением. Сынмин сидит в тени дерева в панамке Хенджина, который, в свою очередь, роется в портфеле. Ищет для Чонина пластыри, потому что из-за чересчур быстрых и энергичных движений парня царапины начали кровоточить ещё больше. Один только Феликс с улыбкой глядит на Со, сидя на траве прямо под солнцем, из-за чего кожа обретает золотой оттенок, а веснушки становятся ещё заметнее. — Енбок, ну хоть ты не бросай меня. — Конечно не брошу, — Феликс поднимается с травы и уже подходит к берегу, как его окрикивает Чан, прося подойти за яблоками. — Возьми парочку, пожалуйста, а то мы не донесем втроём… Мы зачем столько собрали-то? — Ты не говорил, когда нужно остановиться! — возникает Минхо, выкидывая гнилые фрукты куда-то в кусты. — Ой, идите уже, ؘ– машет в сторону Чанбина, который теперь ждёт Феликса с ещё большим желанием. — Вы куда моего Феликса пригребли? — Он не собирал с нами яблоки, пусть отрабатывает, — Джисон показывает лучшему другу язык, погружая яблоки в озеро. — Эй, принесите полотенце или что-то типа того! — просит тех, кто сидит в тени деревьев, потому что около них рюкзак Хенджина, внутри которого хранится всё самое нужное. — Вот, я нашёл одну бандану, платок и мелкое полотенце для рук. — Хорошо, — Чан кивает, кладя несколько фруктов на маленькие кусочки ткани. — Остальные пока уберём обратно в пакет. — А зачем мы вообще сразу все высыпали? — интересуется Минхо, относя часть яблок, сложенных в футболку, обратно к пакету. — А это у Джисона спроси. — Откуда я знал, что их так много? — продолжают спорить, периодически пихать друг друга и хохотать на всё озеро. В воздухе приятно пахнет свежими фруктами и летним ветерком. Солнце только-только начинает плавно стекать вниз по небу, поэтому припекает также сильно, как и в обед. Феликс остаётся в одной футболке, так как не хочет, чтобы обгорели плечи и всё тело в целом, а Чанбин не хочет признавать, как мечтал лишний раз взглянуть на спину, покрытую веснушками. — Ты говорил, что вода теплая. — А она какая? — усмехается старший, уже находящийся в воде по шею. Плавает туда-сюда, наблюдая за тем, как осторожно Ли заходит в воду, морщась из-за чересчур бодрящего озера. — Не сказал бы, что «супер», — выдыхает, но всё-таки заходит по пояс, смотря на то, как край футболки быстро намокает, погружаясь в воду. — А ты не боишься, что тебя может сом утащить? — Меня? — издевательски глядит на Феликса, уже готовый брызнуть в него водой, потому что младший чересчур долго погружается. — Ну да, согласен, вопрос тупой, — наконец, подплывает к Чанбину, резко выдыхая и мыча сквозь сильно сжатые губы. Зажмуривает глаза из-за того, как неприятно намокает футболка, прилипая к телу, но после чувствует, как Чанбин берёт его за ладонь, чуть притягивая к себе. — А меня вот может и утащить. — Во-первых, у нас здесь сомов нет. А во-вторых, я тебя от любого сома спасу, доволен? — смеётся старший, тут же ныряя под воду и доплывая до самого дна. — Доволен, — шепчет Ликс сам себе, в то время как Чанбин выныривает, протягивая младшему ладонь. — Что там? — Не знаю, — пожимает плечами, тут же разжимая пальцы. С кожи быстро стекает мокрый песок, открывая друзьям вид на чересчур красивый для деревенского озера камешек. — Ого. — Вау, ты посмотри какой необычный! — Ли тут же подносит его к солнцу, рассматривая, как нечто, похожее на стеклышко, переливается на солнце. — И правда красивый, — шепчет Чанбин, переводя взгляд на профиль друга, по лицу которого стекает вода, а глаза становятся ещё красивее из-за ярких лучей. — Отнесёшь на берег? — Да, я скоро вернусь! — Феликс разводит руками в разные стороны, волнуя воду, чтобы побыстрее вылезти на песок, а после — траву. В это время остальные расслабленно лежат под тенью деревьев, поедая спелые фрукты. Яблочный сок стекает по лицам и пальцам, из-за чего Феликс даже на расстоянии чувствует, какие все липкие и противные. — Воспользуйтесь потом салфетками. — Зачем, когда у нас целое озеро рядом? — Хан поднимается, забавно кряхтя, а после быстро стягивает одежду, направляясь в сторону поломанного мостика. Пытается скорее добежать до конца, но при этом не свалиться в дырку между досками или не напороться на торчащие гвозди. — Лишь бы не умер, — выдыхает Чонин, всё-таки вытирая ладони салфетками, которые друзья нашли в рюкзаке Хвана. Впрочем, как и все остальные вещи. — Это точно, — Минхо бредет следом, в душе радуясь, что Джисон спокойно дошел до края и даже ни разу не споткнулся. Аккуратно переступает через гниющие доски, а также острые участки, оказываясь около Хана, который внимательно смотрит в глубокое дно озера, пытаясь, кажется, разглядеть камни и водных обителей. — Тебя толкнуть? — интересуется Ли, замечая, как вздрагивает подросток. — Ты че подкрадываешься? — Джисон хватается за сердце, чуть отступая ближе к краю моста. — Свалишься сейчас. — Я для этого сюда и пришёл. Просто боюсь, что могу на арматуру напороться, — достаточно пессимистично оглядывает водоросли, окружающие берег, который так полюбили подростки. — Столько раз прыгали, — Минхо закатывает глаза, откладывая на горячие доски одежду. — И ни разу не натыкались, — подходит ближе к краю, напоследок глядит на Джисона, который даже не пытается сдержать глупую улыбку, смотря на то, как старший прыгает в озеро, скрываясь в глубине. Создает огромное количество брызг, а также блинчики на воде, вынуждая Хана прыгнуть следом. Он решает не дожидаться момента, когда Ли вынырнет и начнёт подначивать младшего. Джисон, как только оказывается на воздухе, начинает кашлять и искать опору в лице Минхо, потому что вода попадает в глаза, уши и нос. Неприятно жжет горло, и только Хан собирается бубнить и жаловаться на всё вокруг, как его взгляд падает на голову Ли. — Ха, у тебя водоросли на голове! — начинает хохотать, стягивая зелёные длинные ветки с волос старшего. — А у тебя жук в носу. — Чего?! — Да шучу я, — отталкивается от Джисона, отплывая чуть дальше от гниющего моста. Оборачивается периодически назад, разглядывая блестящую от воды кожу, полные радости глаза и улыбку на лице Хана, который приближается к старшему, пытаясь не наткнуться на водоросли. — Кажется, они закручиваются вокруг моих ног, — нервно произносит Джисон, хватаясь руками за плечи Минхо. — Да ладно тебе, — усмехается старший, поднимая взгляд на небо, из-за чего тут же жмурится: солнце ослепляет и обжигает бледные щёки. — В твоих глазах так солнце отражается, — шепчет Хан, как только Ли опускает на того взгляд. Теперь у Джисона карие глаза останутся где-то в голове, ассоциируясь только с жарким летом, озером и звонким смехом. Он постарается забыть водоросли, лягушек, что любопытно глядят с кувшинок и крики с другого берега, которые так некстати разрушают идиллию. — Как? — Невероятно красиво.

***

— Многие люди находят счастье и умиротворение в дожде или грозе, — шепчет Сынмин, пока Хенджин сидит рядом, отвлекаясь от видео в старой камере. Ставит паузу именно на том моменте, когда Чонин показывает язык и белоснежные зубы. — А я люблю солнце, — младший высовывает голову из тени деревьев прямо на свет, из-за чего тут же прикрывает глаза ладонью. Хенджин неслышно хихикает, наоборот сильнее прячась под иву. — Такое тёплое и яркое, периодически скрываемое облаками. — Ага, а потом солнечный удар, ожоги на теле… — бубнит под нос Хван, ловя на себе недовольный взгляд Сынмина. — Прости, я просто не переношу жару. — Интересно, как я всё ещё переношу тебя? — Ты слишком меня любишь. Всё просто. — Ты слишком самовлюблен. Всё просто. — Да ладно тебя, Ким Сынмин, — Хенджин тут же обнимает друга со спины, откидываясь спиной на кору дерева. Вплетает пальцы в чужие волосы, добавляя туда несколько розовых и жёлтых цветочков, найденных неподалеку от берега. Старается заглянуть в глаза младшего, но тот их тут же прикрывает, полностью расслабляясь, лежа на Хенджине. Сынмин был бы не против подремать, не обращая внимания на громкий смех Чанбина и Джисона, звуки брызг и хруст яблок где-то неподалеку. Однако его сон прерывает тот же Хенджин, что продолжает поглаживать волосы и отмахивать насекомых от чересчур любимого лица. — Я тоже люблю солнце, признаюсь. Только вот оно постоянно навевает мысли о беззаботном лете, которое, к сожалению, не бесконечно. А я бы очень хотел, чтобы оно задержалось на подольше. Сынмин поднимает на друга голову, но глаза всё ещё держит закрытыми, чувствуя, как тёплые из-за жары ладони поглаживают щёки, лоб и нос. Как они приятно согревают итак распаленную кожу. — Хотя дождь я всё-таки люблю больше, — подытоживает Хенджин, вынуждая Кима «проснуться» и закатить глаза. — После дождя всегда появляется солнце. — Может поэтому я его и люблю, — пожимает плечами, вставляя в волосы Сынмина ещё несколько цветочков, а после вновь хватает камеру, возобновляя просмотр снятого материала. — Ха, посмотри на себя. — И чего ты ржёшь? — Ты просто смешной. — Мне кажется, у тебя просто с головой проблемы, — неожиданно к друзьям подходит Чонин, забирает пластыри, салфетки и также резко уходит куда-то ближе к берегу. И пока Хенджин смеется, поправляя длинные пряди, что навязчиво лезут в глаза, улыбается и указывает на Сынмина, что лежит рядом, и на того, который изображен в маленьком экране видеокамеры, Ким задумывается. Под тенью дерева в хрустальных глазах парня с родинкой под глазом он видел то, что люди называют «любовью». — Парочка, — выдыхает Чонин, присаживаясь около Бан Чана, который, в свою очередь, аккуратно срезает кожуру с очередного яблока. — Чего? — Парочка они, — повторяет, кивая в сторону Хенджина и Сынмина, которых скрывает ива. Берёт сразу несколько долек яблока с салфетки, пихая их в рот. — Аккуратнее, — смеётся Чан, как только замечает, что Чонин начинает кашлять, пытаясь ударить самого себя по спине. — Ну и кто так пластыри клеит? — спрашивает, пробегая взглядом по бледным ногам подростка. — А что не так? — бубнит Ян, неловко прикрывая рот. Бан только закатывает глаза, стараясь больше не смотреть на грязные коленки, покрытые пылью, синяками и остатками крови. — Промыл бы хоть царапины в реке для начала, — указывает в сторону друзей, что сейчас так радостно прыгают с моста, не обращая внимания на посиневшие губы и дрожащие конечности. — В чём суть твоих пластырей в данный момент? Будто просто наклейки на кожу прицепил. — А может я этого и хотел? Просто наклейки. Зачем суть искать? — интересуется Ян, всё-таки протирая ноги мокрой тряпкой, который мгновенно впитывает в себя всю ту грязь, что не понравилась старшему. — Ешь яблоки, — выдыхает Чан, ложась на полотенце, нагретое лучами солнца. Теперь мягкая ткань слегка обжигает голую спину, но зато на лице парня появляются еле заметные веснушки. — Вкусные. Сегодня весь день, как эти яблоки, — улыбается Чонин, съедая все нарезанные дольки. — Тоже вкусный? — Ага, сладкий такой, сочный что ли. Я рад, что всё прошло именно так, — продолжает сидеть, но Бан замечает через чуть приоткрытые глаза, как у Чонина руки чешутся что-то сделать. Поэтому старший совсем не удивляется, когда Ян резко поднимается, куда-то уходя. Чана успокаивает смех друзей со стороны озера, тихий шелест растений, которые путаются между собой из-за легкого ветра, который приятно развевает волосы и охлаждает голову. А ещё его совсем не раздражает легкий толчок в плечо. — Чего? — Чан, хочешь я тебе венок сплету? Меня Ликс и Джинни научили, — довольно улыбается, продолжая твердить что-то о том, что ему даже инструкция и туториал не нужны. — Плети, — усмехается, облокачиваясь на локти, из-за чего приходится натянуть на глаза очки: солнце палит прямо в лицо. Оно будто не собирается скрываться за горизонтом, потому что каждый из друзей загадал, чтобы этот день никогда не заканчивался. И теперь яркая звезда через силу пытается помочь компании хотя бы на секунду продлить волшебные мгновения. — Так, погоди-ка, — Чонин забавно высовывает кончик языка изо рта, пока пытается понять, куда просовывать кончик стебля одного цветка. Почесывает голову, кидая мимолетные взгляды на Чана, которые уже не пытается сдерживать улыбку. Не хочет в открытую хихикать над другом, но ничего не может с собой поделать. — Эй, ну чего ты? — грустно выдыхает Ян, отворачиваясь от Бана. — Мне необязательно смотреть на тебя, пока я плету его. Или пытаюсь, — последнее предложение он произносит шепотом, теперь смотря на озеро и солнце. И пусть оно ослепляет и мешает сосредоточиться — его гордость задета, а значит он потерпит. — Не обижайся, Йенни, — Чан одним движением разворачивает Чонина обратно, подключая свои ладони к нечто, что должно представлять из себя венок. — У тебя почти вышло! Только здесь нужно слегка подправить, — уже через пару минут у друзей получается аккуратное украшение, которое Чан довольно кладёт на голову, позируя в невидимую камеру. — Есть ли что-то в этом мире, что у тебя не получается? — Конечно. Я не всемогущий. — А так и не скажешь, — Чонин делает невидимый кадр, радуясь, что такой Чан с венком останется только в его голове. Ну, может Хенджин и сфотографировал его издалека, только вот это совсем не то. — Вода всё ещё супер! Вы просто какие-то неженки, — до друзей доносится смех Чанбина, который с дрожащими губами провожает из озера Джисона и Минхо. Феликс последний раз брызгается в друга водой, а после выбегает на берег, чтобы не получить ответный удар. Как бы солнце ни старалось, задержать день хотя бы на секунду — дело невозможное. Именно поэтому даже Чанбин выползает на песок, а после — на траву, наслаждаясь зарождающимся закатом.

***

Последние лучи солнца отражаются в разноцветных радужках глаз подростков, пока они пытаются закрыться очками. Розово-фиолетовое небо блестит в потресканном зеркальце Хенджина, пока тот старается разглядеть в нём собственное отражение. «Красиво», — думает Чонин, смотря на то, как старшие пускает по воде блинчики и радостно прыгают, когда побивают рекорды друг друга. В воде мельтешит розовое небо, облака и высокие камыши, что растут около берега. «Приятно» — проносится в голове Яна, когда остывающая трава щекочет босые ноги. Глядит на побитые коленки, покрытые синяками, что неприятно проглядывают через разноцветные «наклейки». Подростки напоследок разливают по пластиковым стаканчикам (они также хранились в рюкзаке у Хенджина) лимонад из недозрелой клубники и бросают в непонятную жидкость зелёные ягоды, найденные у каких-то соседей около забора. Плюются, но смеются, успевая поймать глазами забавные лица, что навсегда останутся в коробке воспоминаний, которая хранится где-то глубоко.