Сюрприз на день рождение Джеймса Поттера

      - Мистер Петтигрю. Могу вас похвалить. У вас Выше ожидаемого. - МакГонагалл взмахом палочки раздала ребятам их проверочную работу и улыбнулась Питеру. - вы меня приятно удивили. Надеюсь так и будете продолжать.       - Конечно, профессор! - Питер надулся от гордости и благодарно показал друзьям поднятые вверх большие пальцы.       Мародеры в ответ тепло и искренне улыбнулись довольному другу.А Джеймс тихо проговорил "Ты все сделал сам!" Уроки закончились и друзья вместе с Лили снова собрались в Выручай-Комнате.       - Что бы я без вас делал, спасибо вам. - Питер не переставал благодарить друзей все еще сжимая в руках пергамент с заветной буквой "В".       - Для этого и нужны друзья, Хвост. Мы просто помогли тебе разобраться с темой, остальное сделал ты сам.       Петтигрю радостно кивнул и взял книгу:       - Я почитаю. Глава 14. ВОР       - Это про то, что они украли крестраж? - спросил Сириус. - Так эта Жамбридж сама нечестно его добыла.       - Жамбридж? - Люпин удивленно посмотрел на друга.       - Скрестил жаба и Амбридж - пожал плечами Блэк, отпивая сок. Гарри открыл глаза, и его тут же ослепили золото и зелень. Что с ним случилось, он не понимал и знал только одно — он лежит вроде бы на листве и каких-то веточках. Стараясь набрать воздуха в словно слипшиеся легкие, он поморгал и сообразил, что глаза ему слепит свет солнца, пробивающийся сквозь нависший высоко над ним покров листвы.Потом что-то задергалось совсем рядом с его лицом. Гарри перевернулся, с трудом поднялся на четвереньки, изготовясь к схватке с каким-нибудь маленьким, но свирепым зверьком, но вместо него увидел ступню Рона. Оглядевшись вокруг, он обнаружил и Гермиону, лежавшую среди деревьев.       - Где они? Разве они не должны вернуться на Гриммо!? - забеспокоилась Лили, сжав свою сумку.             - Вроде там что-то случилось во время трансгрессии - проговорил Ремус, вспоминая предыдущую главу.       Поначалу он решил, что это Запретный лес, и обрадовался (хоть и знал, как глупо и опасно приближаться к Хогвартсу), что сейчас можно будет прокрасться между деревьями к хижине Хагрида. Однако спустя секунду-другую Рон негромко застонал, и Гарри, подползая к нему, понял, что они вовсе не в Запретном лесу — деревья были моложе, расставлены попросторнее, да и земля выглядела здесь почище. Добравшись до Рона, он встретился с Гермионой, тоже передвигавшейся на четвереньках. Едва Гарри увидел Рона, все прочие мысли словно вымело из его головы. Весь левый бок друга заливала кровь, лицо на фоне покрытой листвой земли казалось сероватобелым.       - Да, Рем, ты оказался прав. Неправильная трансгрессия - вздохнул Джеймс. - Никому не желаю такого расщепления.       - Скорее думаю им кто-то помешал - сказал Люпин. Действие Оборотного зелья заканчивалось — Рон походил на нечто среднее между ним и Кроткоттом, волосы его понемногу рыжели, но лицо лишалось и тех немногих красок, какие в нем еще оставались.       — Что с ним?       — Расщепило, — ответила Гермиона, которая уже деловито ощупывала рукав Рона, больше всего остального пропитанный темной кровью.Гарри с ужасом смотрел, как она раздирает на Роне рубашку. Расщепление всегда казалось ему чем-то потешным, но это… Когда Гермиона обнажила предплечье Рона, на котором отсутствовал немалый кусок плоти, словно отхваченный ножом, внутри у Гарри зашевелилось что-то очень неприятное.       - Не всегда расщеп потешен. - сказал Джеймс. - Папа однажды ногу потерял во время трансгрессии.       - Помню это. - кивнул Сириус. - Малоприятное зрелище.       — Гарри, быстро, в моей сумочке, бутылочка с наклейкой «Экстракт бадьяна»…       — В сумочке… а, ну да… Гарри подбежал к месту, на котором приземлилась Гермиона, схватил крошечную бисерную сумочку, порылся в ней. Под руку подворачивалась всякая ненужная дребедень: кожаные корешки книг, шерстяные рукава джемперов, каблуки…       — Скорее! Гарри подхватил с земли свою палочку, сунул ее в глубь сумочки:       — Акцио, бадьян! Из сумочки вылетел коричневый пузырек. Гарри поймал его в воздухе и торопливо вернулся к Гермионе и Рону, веки которого приоткрылись, показав белизну глазных яблок.       — Он в обмороке, — сказала Гермиона, тоже совсем бледная. Она уже не походила на Муфалду, хотя в ее волосах кое-где еще проглядывала седина.— Вынь пробку, Гарри, у меня руки трясутся. Гарри откупорил пузырек, отдал его Гермионе, и она уронила на кровоточащую рану три капли зелья.Взвился зеленоватый дымок, а когда он рассеялся, Гарри увидел, что кровь из раны идти перестала. Да и сама рана выглядела теперь так, точно она заживала вот уже несколько дней — ее затянула свежая кожа.       — Ничего себе, — сказал Гарри.       — Я боялась воспользоваться чем-то другим, — дрожащим голосом произнесла Гермиона.— Есть заклинания, которые могут исцелить его полностью, но я не решилась прибегнуть к ним — вдруг ошибусь и сделаю только хуже… а он и так потерял много крови…       - Гермиона молодец. Бадьян действительно хорошо помогает при таких травмах, - кивнула Лили. - А Гарри не знает элементарных вещей. Мог и дополнительную литературу помимо учебников почитать, перед тем как решился на этот поход. - недовольно добавила девушка.       - Выживем, займешься его образованием. - улыбнулся девушке Джеймс. Лили смерила его пронзительным взглядом, но ничего не сказала, а Сириус показал другу большие пальцы.       — Как он поранился? И вообще… — Гарри потряс головой, чтобы прояснить ее, понять, что происходит. — Почему мы здесь? Я полагал, мы возвратимся на площадь Гриммо. Гермиона тяжело вздохнула. Казалось, она, того и гляди, расплачется.       — Гарри, я думаю, что мы туда больше не вернемся.       — Что ты?       — Когда мы трансгрессировали, Яксли вцепился в меня, и я не смогла от него оторваться, он слишком силен. Он так и держался за меня, когда мы появились на площади Гриммо. А потом… В общем, я думаю, он увидел дверь, понял, что там мы и живем, и немного ослабил хватку. Мне удалось стряхнуть его и перебросить нас сюда.       - Как я и говорил. - печально вздохнул Ремус.       - С тобой никто и не спорил Луни. - заметил Питер и продолжил читать.       — Так где же он? Постой… ты хочешь сказать, он на площади Гриммо? Но не мог же он попасть внутрь дома. В глазах Гермионы заблестели невыплаканные слезы, она закивала:       — Думаю, мог, Гарри. Я… я заставила его отцепиться с помощью заклинания Отвратись, но он уже был в это время там, где действует заклятие Доверия. После смерти Дамблдора Хранителями Тайны стали мы, а я выдала ее Яксли, ведь так?       - Она просто пыталась спасти их - прервал чтение Питер.       - Мы уже поняли, что она для тебя святая, Хвост. - улыбнулись другу мародеры. Петтигрю кинул в друзей подушкой и продолжил читать. Притворяться смысла не имело — в том, что Гермиона права, Гарри не сомневался. И это было серьезным ударом. Если Яксли удалось проникнуть внутрь дома, вернуться на площадь Гриммо они не смогут. Уже сейчас он мог призвать в дом других Пожирателей смерти, и они трансгрессировали туда. Каким бы мрачным и гнетущим этот дом ни был, он давал им безопасное пристанище, к тому же и Кикимер стал теперь веселее и дружелюбнее. С сожалением, не имевшим никакого отношения к еде, Гарри представил себе, как домовик возится с тушеным мясом и пирогом с почками, которых ни Гарри, ни Рон, ни Гермиона попробовать так и не успели.       — Прости меня, Гарри, прости!       — Не говори глупостей, ты ни в чем не виновата! Если кто и виноват, так это я. Гарри сунул руку в карман и вытащил глаз Грюма. Гермиона в ужасе отшатнулась.       — Амбридж вставила его в дверь своего кабинета, чтобы шпионить за работающими снаружи людьми.Я не смог оставить его там… вот так они и узнали, что кто-то пробрался в Министерство.       - Гарри поступил импульсивно, но правильно. Я сделал бы так же - скрестил руки на груди Джеймс.       - Это благородно. - кивнул Сириус. - Настоящий гриффиндорец.       - Но подумать чем это обернется, он мог. - хмыкнула Лили.       - Он же не староста, Эванс.       - Я тебя удивлю, Блэк. Но мозг есть не только у старост!       - Да ты что!? - Сириус в изумлении уставился на нее и Ремуса, а через пару секунд, не выдержав, рассмеялся лающим смехом. Ответить ему Гермиона не успела — Рон открыл глаза и застонал. Лицо его все еще оставалось серым и поблескивало от пота.       — Как ты? — шепнула Гермиона.       — Паршиво, — прохрипел Рон и сморщился, ощупывая покалеченную руку. — Где это мы?       — В лесу, рядом с которым проходил кубок мира по квиддичу — ответила Гермиона. — Мне нужно было какое-то закрытое, потайное место, и это…       — Первое, что пришло тебе в голову, — закончил за нее Гарри, оглянувшись на пустую, судя по всему, лесную прогалину. Он невольно вспомнил, что случилось, когда они в последний раз трансгрессировали на первое пришедшее Гермионе в голову место — Пожиратели смерти отыскали их там через несколько минут. Может, все дело в легилименции? И ищейки Волан-де-Морта уже знают, куда забросила их Гермиона на сей раз?       - Табу? - спросил Ремус.       - Возможно... - проговорил Сириус. - Со стороны змея это хороший ход. Особенно в отношении членов Ордена, они, вроде, не боятся его имени.       — Тебе не кажется, что нам лучше двигаться? — спросил Рон, и Гарри, взглянув ему в лицо, понял, что Рон подумал о том же самом.       — Не знаю.       Рон все еще выглядел слабым и еле живым. Он даже сесть не пытался, похоже, ему не хватало для этого сил. Куда уж тут двигаться?       — Давай пока останемся здесь, — сказал Гарри. Гермиона, обрадовавшись, вскочила на ноги.       — Ты куда? — спросил Рон.       — Если мы остаемся, нужно окружить нас защитными заклинаниями, — ответила она и, подняв повыше палочку, начала описывать вокруг Гарри и Рона большой круг, бормоча на ходу магические формулы. Гарри увидел, как зарябил вокруг них воздух, словно нагреваемый чарами Гермионы.       - Что бы они делали без милой Гермионы? - спросил Питер, посмотрев в потолок.       - Эй! - Джеймс обиженно посмотрел на парней - Мой сын не настолько глупый!       - Конечно нет, Сохатый. — Сальвио гексиа… Протего тоталум… Репелло маглетум… Оглохни… Достань палатку, Гарри. — Палатку? — Да из сумочки же! — Из… а, ну да, — ответил Гарри. На этот раз рыться в ней он не стал, а сразу воспользовался Манящими чарами. Появилась палатка — беспорядочная куча, состоящая из брезента, веревок и кольев. Гарри узнал ее — главным образом потому, что от нее попахивало кошками, — та самая, в которой они спали в ночь кубка мира по квиддичу. — Разве она не Перкинсу принадлежит, помнишь его, он из Министерства? — спросил Гарри, начиная выпутывать из этой кучи колышки.       - Палатку тоже можно магией поставить - заметил Сириус под недовольный взгляд Поттера. — Да он вроде не стал просить, чтобы ее вернули, — сказала Гермиона, уже рисовавшая в воздухе какой-то сложный узор в виде восьмерок. — У него радикулит разыгрался, и папа Рона сказал, что я могу ее взять. Воздвигнись! — воскликнула она, ткнув палочкой в брезентовую кучу. В одно плавное движение палатка вспорхнула в воздух и с гулким ударом встала на землю, полностью собранная. Гарри испугался, когда колышки сами собой вырвались из его рук. — Кавеинимикум, — произнесла напоследок Гермиона, широким жестом обводя небеса. — Это все, на что я способна. По крайности, если они появятся, мы об этом узнаем. Не могу гарантировать, что это остановит Волан… — Не называй его по имени! — резко прервал ее Рон. Гарри и Гермиона переглянулись. — Прости, — сказал Рон и, застонав, приподнялся, чтобы посмотреть на них. — Мне почему-то кажется, что это имя отдает злыми чарами или еще чем. Давайте называть его Сами-Знаете-Кто, ладно? — Дамблдор говорил, что бояться имени… — начал Гарри. — Ты, может, и не заметил, но привычка называть Сам-Знаешь-Кого по имени не довела Дамблдора до добра, — с прежней резкостью выпалил Рон. — Надо просто… просто оказывать Сам-Знаешь-Кому хоть какое-то уважение.       - Уважение!? - произнес Джеймс.       - Возможно он догадывается о Табу, но не знает как это сказать. - проговорил Ремус. - Молли и Артур вроде и сейчас в Ордене, может что-то рассказывали.       - Может и так, Рем, но говорить про уважение змея... Говорить это Гарри, который всю жизнь у него на мушке... - Джеймс помотал головой.       - Они же еще дети... Как мы. - вздохнула Лили.       - Мы сами собираемся заняться практически тем же, чем и они, Эванс. - Сириус помахал пергаментом, куда писал информацию о крестражах.       - Нам сначала надо будет все спланировать. - осадил его Люпин.       - Спланируем - отмахнулся парень. - Читай Хвост. — Уважение? — переспросил Гарри, но Гермиона бросила на него предостерегающий взгляд, полагая, по-видимому, что спорить с Роном, пока он так слаб, не стоит. Гарри и Гермиона наполовину перенесли, наполовину отволокли Рона в палатку. Внутри все оказалось в точности таким, каким запомнилось Гарри: маленькая квартирка с ванной комнатой и крошечной кухней. Отпихнув в сторону кресло, он уложил Рона на нижнюю половину двухъярусной койки. Даже этого, отнюдь не дальнего перехода с одного места на другое хватило, чтобы Рон побелел, вытянувшись на матрасе, закрыл глаза и какое-то время промолчал.       - Им всем сейчас нужен отдых. - сказала Лили. — Я заварю чай, — шепотом сказала Гермиона и, вытянув из расшитой бисером сумочки чайник и чашки, направилась к кухоньке. Горячий чай подействовал на Гарри примерно так же, как огненное виски в ту ночь, когда погиб Грозный Глаз, — он словно отогнал страх, еще трепетавший в груди Гарри. Спустя пару минут Рон спросил: — Как вы думаете, что случилось с Кроткоттами? — Если им повезло — улизнули, — ответила Гермиона, согревая ладони о чашку. — Если мистеру Кроткотту хватило ума трансгрессировать вместе с женой, сейчас они, прихватив детей, покидают страну. Во всяком случае, Гарри посоветовал ей поступить именно так. — Черт, надеюсь, они спасутся, — сказал Рон, снова откидываясь на подушки. Похоже, чай взбодрил и его, щеки Рона чуть-чуть порозовели. — Хотя, судя по тому, как все разговаривали со мной, пока я был Реджем Кроткоттом, особым умом он не блещет. Господи, надеюсь, им удалось смыться. Если они попадут по нашей милости в Азкабан…       - Мы этого не допустим! - воскликнули Сириус и Джеймс.       - Вас там даже нет - хмыкнул Ремус.       - Луни, мы же про будущие. Чем раньше прикончим змея, тем будет лучше.           - Наполеоновские планы. - хмыкнула Лили.           - Чьи!? - маги посмотрели на девушку.            - Наполеоновские. - сказала Эванс. - Обычно так говорят тогда, когда кто-то задумывает нечто амбициозное, почти или заведомо неосуществимое. Гарри взглянул на Гермиону, и вопрос, который он собирался задать — о том, не помешает ли миссис Кроткотт отсутствие палочки трансгрессировать вместе с мужем, — замер на его губах. Гермиона смотрела на озабоченного участью Кроткоттов Рона с нежностью, увидев которую, Гарри почувствовал себя так, точно он застал их целующимися.       - Ооо… - протянули мародеры, посмотрев на Поттера.       - Я так не делаю! - воскликнул Джеймс.       - Делаешь, делаешь - уверили его друзья.       - На совместных уроках...       - ... В своей комнате...       - ... Когда летаешь на метле мимо ее спальни...       - ... В общей гостиной...       - И в коридорах! - друг за другом говорили парни.       - Заткнитесь уже! - не выдержал Поттер и бросил взгляд на красную, как мак, Эванс, которая судорожно пыталась закрыть лицо руками. — Ну хорошо, он у тебя? — спросил Гарри у Гермионы, отчасти для того, чтобы напомнить ей о своем существовании. — Он… какой он? — слегка вздрогнув, спросила она. — Ради чего мы все это затеяли, как по-твоему? Медальон! Где он? — Так вы его раздобыли? — воскликнул, приподымаясь на подушках, Рон. — Что же вы молчалито? Господи, хоть бы слово сказали! — Ну, мы же улепетывали со всех ног от Пожирателей смерти, верно? — ответила Гермиона. — На, держи. И Гермиона, вытащив из кармана мантии медальон, протянула его Рону. Медальон был размером с куриное яйцо. Витиеватое, выложенное зелеными камушками «С» тускло посверкивало в рассеянном свете, пробивавшемся сквозь брезентовую крышу палатки. — А никто не мог уничтожить его, после того как Кикимер выпустил медальон из рук? — с надеждой поинтересовался Рон. — Я хочу сказать, мы уверены, что крестраж еще тут? — Думаю, да, — откликнулась Гермиона, взяв у него медальон и внимательно оглядев. — Если бы крестраж уничтожали с помощью магии, наверняка остались бы какие-то следы. Она передала медальон Гарри, и тот тоже повертел его в пальцах. Украшение выглядело совершенным, безупречно чистым. Гарри вспомнил покалеченные остатки дневника, камень на перстне, треснувший, когда Дамблдор уничтожил скрытый в нем крестраж. — Полагаю, Кикимер прав, — сказал Гарри. — Нам придется выяснить, как открыть медальон, только тогда мы и сможем уничтожить крестраж.       - Надеюсь, они не соберутся его носить!? - скрестил руки на груди Ремус. И пока он произносил эти слова, его словно ударило понимание того, что скрыто за маленькой золотой дверцей. Даже после стольких усилий, потраченных на то, чтобы получить медальон, Гарри испытывал неистовое желание забросить его как можно дальше. Овладев собой, он попытался открыть медальон пальцами, потом произнес заклинание, с помощью которого Гермиона отперла дверь комнаты Регулуса. Ничего не получилось. Он передал медальон Рону, Рон — Гермионе, каждый из них попробовал вскрыть его, но безуспешно. — Но ты ведь чувствуешь его? — негромко спросил Рон, сжав медальон в кулаке. — О чем ты? Рон возвратил медальон Гарри. Через мигдругой Гарри показалось, что он понял, о чем говорил Рон. Создавалось ли это ощущение кровью, пульсировавшей в его венах, или что-то действительно билось, точно крохотное сердце, внутри медальона?       Мародеры хмуро переглянулись.       - Как он может его чувствовать? - испугалась Лили.       - Если только он сам не крестраж... - произнес Ремус, заметно нервничая. - Жаль, что мы ничего не нашли в библиотеке про крестражи.       - Скоро каникулы. - проговорил Джеймс. - Я могу съездить домой и поискать в библиотеке.       - Думаю нет резона, ребят. - заметил Хвост. - Быстрее прочтем, быстрее узнаем всё.       - Да и лучше прочесть до весенних каникул. - кивнул Сириус. - Тогда мы могли бы на них составить план, а летом уже привести его в действие.       - Не получится, Блэк. - сказала Лили. - До каникул неделя, а у нас куча домашки и надо еще к экзаменам готовиться.       - Эванс! - простонал Сириус. - Скажи, ты точно на целителя хочешь идти? Ты скорее мучитель! Увидев гневный взгляд рыжеволосой ведьмы, Питер решил продолжить читать дальше. — Так что мы с ним будем делать? — спросила Гермиона. — Хранить, пока не поймем, как его уничтожить, — ответил Гарри и без особой охоты повесил медальон себе на шею, укрыв его под мантией на груди, рядом с мешочком Хагрида. — Думаю, — вставая и потягиваясь, произнес он, — каждый из нас будет по очереди надевать его и сторожить с ним палатку. И надо что-то сообразить насчет еды. Нет уж, ты оставайся пока здесь, — сказал он Рону, попытавшемуся сесть и тут же неприятно позеленевшему.       - Почему они его не положили в этот самый мешочек!? - отчаянно взвыл Ремус. Они поставили на стол в палатке вредноскоп, который Гермиона подарила Гарри на день рождения, и до конца дня Гарри с Гермионой поочередно выполняли обязанности часового. Впрочем, весь день вредноскоп сохранял безмолвие и неподвижность. То ли благодаря наложенным Гермионой защитным заклинаниям и Маглоотталкивающим чарам, то ли потому, что люди не часто решались забредать сюда, эта часть леса оставалась словно нежилой, только случайные птицы да белки изредка появлялись в ней. Вечер никаких изменений не принес. В десять часов Гарри запалил свою палочку и, сменив на посту у палатки Гермиону, стал вглядываться в пустынный пейзаж, оживляемый лишь летучими мышами, проносившимися над ним по единственному куску звездного неба, какой был виден с защищенной чарами прогалины. Гарри испытывал голод и легкое головокружение. Никакой еды Гермиона в свою волшебную сумочку укладывать не стала, поскольку думала, что к ночи они вернутся на площадь Гриммо, и потому за день все трое ничего не ели, если не считать грибов, которые Гермиона собрала под ближайшими деревьями и сварила в жестяном котелке. Рон, пожевав их немного, отодвинул от себя тарелку с таким видом, точно его затошнило, да и Гарри доел свою порцию с трудом и лишь потому что не хотел обижать Гермиону.       - Гарри молодец. - улыбнулся Питер.       - Уверена, эти бы повели себя как Рон. - сказала Лили, указав на Поттера и Блэка.       - Почтенная староста!       - Как вы могли так о нас подумать?       - Читай, Пит. - вздохнул Рем, прекрасно понимая, что Лили насчет его друзей абсолютно права. Лесную тишину нарушали только разрозненные звуки, похожие на хруст сучьев. Гарри думал, что звуки эти создаются скорее животными, чем людьми, но продолжал держать палочку наготове. В животе посасывало и от недостатка еды, и от непонятного беспокойства.       Гриффиндорцы тревожно переглянулись. Прежде Гарри думал, что, когда им удастся завладеть крестражем, его охватит великий подъем, однако этого почему-то не произошло. Глядя в темноту, лишь крошечная часть которой освещалась его палочкой, он ощущал только тревогу при мысли о том, что с ними будет дальше. Все выглядело так, будто он неделями, месяцами, а может быть, и годами во весь опор несся вот к этой минуте, а теперь вдруг резко остановился, слетев с дороги. Где-то таились и другие крестражи, но где — об этом Гарри не имел ни малейшего представления. Он не знал даже, что они собой представляют. И пока терялся в догадках, как уничтожить тот единственный, какой им удалось отыскать, — крестраж, прижимавшийся сейчас к его голой груди. Странно, но он не перенимал у тела Гарри тепла, а оставался таким холодным, точно его сию минуту вытащили из ледяной воды. Время от времени Гарри думал — или ему только мерещилось, — что он различает еле слышное сердцебиение, идущее вразнобой с ударами его собственного сердца.       - Поэтому и надо было его спрятать, а не носить! Они вроде говорили, что один крестраж овладел, кажется, Джинни? Ничему их жизнь не учит. - сказал недовольно Джеймс. Безликие дурные предчувствия закрадывались в его душу, пока он сидел в темноте. Гарри пытался не поддаваться им, отгонять их прочь, но они неумолимо возвращались. «Ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой».       - Что за хрень? - подал голос Сириус.       - Похоже на пророчество - задумался Ремус.       - Брось, Луни. Думаешь змей верит в пророчества? Это же всё чушь!       - Мы не знаем наверняка, Бродяга. За его спиной в палатке негромко беседовали Рон и Гермиона. Они могли бы и бросить все это, если бы захотели. Он не мог. И Гарри казалось, что, пока он сидит здесь, стараясь совладать со своим страхом и усталостью, крестраж на его груди тикает, отсчитывая время, которое у него осталось… «Идиотская мысль, — сказал он себе, — не надо так думать». Шрам снова покалывало. Гарри решил, что это происходит. Из-за его размышлений, и попытался направить мысли по другому пути.       - Не получится. - помотал головой Поттер. - Надо снять крестраж. Он задумался о бедном Кикимере, который ожидал их возвращения домой, а получил взамен Яксли. Будет ли эльф хранить молчание или расскажет Пожирателю смерти все, что знает? Гарри хотелось верить, что за последний месяц Кикимер стал относиться к нему совсем иначе, что теперь домовик предан ему, но ведь нельзя предугадать того, что с ним может случиться. А вдруг Пожиратели смерти подвергнут эльфа пыткам? Тошнотворные картины зароились в голове Гарри, и он постарался отогнать их. Они с Гермионой уже решили, что Кикимера сюда вызывать не следует, — за ним может увязаться кто-то из Министерства. Невозможно рассчитывать на то, что трансгрессия эльфов свободна от изъяна, который привел на площадь Гриммо Яксли, ухватившегося за краешек рукава Гермионы.       - Кикимер их не выдаст. - уверенно сказал Сириус. - Во-первых, он не может действовать без приказа хозяев. Конечно, на него могут попробовать влиять мои кузины Белла и Цисси, но в этот раз думаю Кикимер будет на стороне Гарри. - он потер переносицу. - Ведь в отличие от меня он был добр к нему.       - Ласковое слово и кошке приятно. - кивнула Эванс. Шрам уже жгло, и сильно. Гарри думал о том, как многого они не знают. Люпин был прав насчет магии, которой никто еще не видел и даже вообразить не мог. Почему Дамблдор не рассказал ему больше? Может быть, он думал, что времени на это еще хватит, что он проживет годы, а то и столетия, как его друг Николас Фламель? Если так, он ошибся… Снегг принял свои меры… Снегг, затаившаяся змея, которая нанесла удар на вершине башни… И Дамблдор падал… падал… — Отдай мне это, Грегорович.       - Снова сон! - воскликнул Джеймс, уставившись на книгу в руках Питера. Голос Гарри был высок, отчетлив и холоден, длинными белыми пальцами он держал перед собой палочку. Человек, на которого она была направлена, висел вверх ногами в воздухе, хотя веревок, которые могли бы удерживать его, не было. Он чуть покачивался, связанный незримыми, страшными путами, руки его плотно обнимали тело, лицо, искаженное ужасом, красное от прилившей к голове крови, находилось на одном уровне с лицом Гарри. У висящего были совершенно белые волосы и косматая борода Деда Мороза. — У меня больше нет этого, нет! Украдено много лет назад! — Не лги Волан-де-Морту, Грегорович. Ложь он распознает сразу. Всегда распознавал.       - Нашелся тут детектор лжи- хмыкнул Питер. Зрачки висящего расширились, увеличенные страхом, казалось, они вздувались, разрастаясь и разрастаясь, пока наконец их чернота не поглотила Гарри целиком… Теперь он бежал по темному коридору за тучным, низеньким Грегоровичем, державшим над собой фонарь. Грегорович ворвался в комнату, к которой вел коридор, и фонарь осветил ее: похоже, тут находилась мастерская. В лужице света поплыли деревянные стружки, золото, а на подоконнике сидел на корточках молодой человек с золотистыми волосами, похожий на огромную птицу. За ту долю секунды, в какую на него падал свет, Гарри увидел на его красивом лице ликующее выражение, а затем незваный гость пальнул из своей палочки Оглушающим заклятием и, захохотав, аккуратно спрыгнул с подоконника спиной назад. Гарри пронесся вспять по широким, словно туннели, зрачкам Грегоровича и снова увидел его полное ужаса лицо. — Кто этот вор, Грегорович? — спросил высокий, холодный голос. — Я не знаю, никогда не знал… молодой человек… Нет! Прошу вас! ПРОШУ! Крик длился и длился, а затем полыхнул зеленый свет…       - Мерлин! - раздался вскрик перепуганной Лили. - Почему он это видит? Видит эти смерти!       - Мы что-то упускаем - произнес сбитый с толку Люпин - Нам не хватает полной картины.       - Не забываем, что это последняя книга. - вспомнил Питер - Возможно про их связь говорилось раньше. — Гарри! Он открыл глаза, задыхающийся, с бьющейся во лбу болью. Сознание Гарри потерял, сидя у палатки, и, соскользнув вбок по брезентовой стенке, лежал теперь на земле. Над собой он увидел Гермиону, ее всклокоченные волосы заслоняли крошечный кусочек неба, различавшийся отсюда среди высоких, темных ветвей. — Сон приснился, — сказал он, быстро садясь и стараясь придать своим глазам, встретившимся с горящими глазами Гермионы, невинное выражение. — Похоже, я задремал, извини. — Я же знаю, это опять твой шрам! У тебя на лице все написано! Ты снова заглядывал в мозг Волан… — Не произноси его имени! — сердито крикнул из палатки Рон. — Хорошо, — резко откликнулась Гермиона, — тогда в мозг Сам-Знаешъ-Кого! — Я не хотел этого! — сказал Гарри. — Мне приснился сон! Ты своими снами управлять умеешь, а, Гермиона? — Если бы ты научился пользоваться окклюменцией…       - Это не так просто. - помотал головой Джеймс.       - Она не каждому дается. - заметил Ремус. Однако Гарри ее выговоры не интересовали, ему хотелось обсудить с друзьями увиденное. — Он нашел Грегоровича, Гермиона, и, по-моему, убил его, но перед этим вошел в его сознание, и я увидел… — Думаю, если ты настолько устал, что сидя спишь, на посту лучше побыть мне, — холодно сказала Гермиона. — Нет, ты же совсем измотана. Иди полежи. Гермиона с непреклонным видом отвела в сторону дверной клапан палатки. Гарри, рассерженный, но не желающий ссориться с ней, скользнул внутрь. С нижней койки на него смотрело все еще бледное лицо Рона. Гарри забрался на верхнюю, лег и уставился в брезентовый потолок. Через несколько секунд Рон заговорил — тихо, чтобы не услышала сидящая у входа Гермиона. — Так что поделывает Сам-Знаешь-Кто?       - Рон похож на вас. - улыбнулся друзьям Рем. - Не сомневался, что ему это будет интересно.       Сириус и Джеймс лукаво переглянулись. Гарри прищурился, стараясь припомнить каждую деталь, потом прошептал в темноте: — Он нашел Грегоровича. Связал его и начал пытать. — Но как же Грегорович может изготовить ему новую палочку, если он связан? — Не знаю… странно, правда? Гарри закрыл глаза, вдумываясь в то, что он увидел и услышал. И чем больше подробностей он вспоминал, тем меньше смысла оставалось во всем происшедшем. Волан-де-Морт ничего не сказал о палочке Гарри, ничего о сердцевинах-двойниках, не попросил Грегоровича изготовить новую волшебную палочку, которая была бы мощнее палочки Гарри… — Он хотел получить что-то от Грегоровича, — не открывая глаз, произнес Гарри. — Просил отдать это, но Грегорович сказал, что его украли… а потом… потом… Гарри вспомнил, как он — как Волан-де-Морт, — казалось, прорвался сквозь глаза Грегоровича к его воспоминаниям. — Он прочитал сознание Грегоровича, и я увидел сидевшего на подоконнике молодого парня, который запустил в Грегоровича заклинанием и скрылся. Он и украл то, за чем охотится Сам-Знаешь-Кто. И я… По-моему, я где-то видел его…       - Он может искать бузинную палочку? - Сириус посмотрел на Джеймса.       - Если так, то он кретин. Она ему не принадлежит.       - А если принадлежит? - кажется Блэк был напуган. - У Певереллов кроме Поттеров есть потомки?       - Отец вроде говорил про Мраксов, но их род давно прервался. Вроде как Меропа Мракс умерла при родах... - Джеймс нахмурился.       - Вы что всерьез верите в глупую сказку? - спросила Лили. Она помнила, что Джеймс говорил, будто его мантия дар смерти, но в голове это не укладывалось.       - Эванс, это не глупая сказка. - произнес Джеймс. - Три брата Антиох, Кадм и Игнотус существовали на самом деле. И Госпожа действительно одарила их дарами. Моя Мантия - дар Игнотуса, как я уже говорил, когда мы читали главу про завещание. Поттеры потомки третьего брата. А вот про потомков двух других братьев ничего неизвестно... Если их нет, то Гарри как единственный потомок действительно может стать хозяином всех трех даров.       - Нам нужно как можно больше узнать о змее. - сказал Сириус. - Попробую поговорить с Регом. Может он что-то знает.       - Для начала неплохо было бы узнать его настоящие имя и фамилию. - сказал Ремус и, взглянув на друзей, добавил - Вы же не думали, что Волдеморт его настоящее имя?       - Ммм. Спасибо, Луни. - Сириус записал еще один пункт в пергамент.       - Вы как детективы прям - хихикнула Лили.       - Кто?! - Джеймс и Сириус удивленно посмотрели на нее. - Люди, которые у магглов раскрывают разные преступления. - сказал Рем. - Читай, Пит. Гарри очень хотелось еще раз вглядеться в смеющееся лицо юноши. Кража, по словам Грегоровича, произошла много лет назад. Почему же лицо молодого вора показалось ему знакомым? Шум окрестного леса в палатку почти не проникал, Гарри слышал лишь дыхание Рона. Помолчав немного, тот прошептал: — Ты не разглядел, что было у вора в руках? — Нет. Должно быть, это какая-то маленькая вещь. — Гарри! — Деревянная койка Рона скрипнула, он сменил позу. — Гарри, может быть, Сам-Знаешь-Кто ищет вещь, которую ему удастся превратить в крестраж?       - Слишком опасно для него. - произнес Сириус, все еще глядя в пергамент. — Не знаю, — медленно ответил Гарри. — Возможно. Но разве для него не опасно создавать еще один? Помнишь, Гермиона говорила, что он и так уже перенапряг свою душу до предела? — Да, но он-то об этом может и не знать. — Да… может, — сказал Гарри. Он был уверен: Волан-де-Морт пытается как-то обойти стороной проблему сердцевин-двойников, уверен, что тот надеялся получить решение от старого мастера… и все же убил его, не задав ни единого вопроса о секретах волшебных палочек. Так что же искал Волан-де-Морт? И почему, имея в своем распоряжении всю мощь Министерства магии и волшебного сообщества, он забрался так далеко в погоне за тем, что принадлежало некогда Грегоровичу и было украдено у него неведомым вором? Гарри все еще видел перед собой обрамленное светлыми волосами молодое лицо, его веселое, необузданное выражение — такое появлялось на физиономиях, торжествующих Фреда и Джорджа, когда им удавалось кого-нибудь облапошить. Вор вылетел из окна, точно птица, и ведь Гарри наверняка видел его раньше, вот только не мог припомнить где.       - Может в учебнике или на карточках шоколадных лягушек? - предположил Люпин.       - Если он знаменит. - заметила Лили. Теперь Грегорович мертв и опасность грозит веселому вору — именно вокруг него вертелись мысли Гарри, когда на нижней койке начал похрапывать Рон, да и сам Гарри медленно погрузился в сон.       - Конец главы. - сказал Питер. - Ох, кажется дальше будет все страшнее и страшнее…       - Давайте еще одну. А потом перерыв? - предложил Блэк.       - Я почитаю - сказал Джеймс, беря книгу.