Пирожочек

В самом дорогом бутике города был радостный переполох. Постоянный клиент, раз в полгода приносящий всем сотрудникам огромные премии и закрывающий продажи аж на следующие три месяца, вот уже второй час скрупулёзно отбирал себе свежие наряды из последней коллекции. Все консультанты, включая главного менеджера и администратора, расторопно подносили ему новые и новые костюмы, подходящие ко всем деловым встречам и ивентам, на которых предстоит появиться серьезному бизнесмену. На правой руке у альфы не было кольца, что автоматически привлекало к нему даже тех омег, что лишь издали видели его внушительную фигуру. Тот вайб и ледяная харизма, что сражала и пленяла остальных уже вблизи, не оставила равнодушным даже охранника-бету на входе, который вспотел от неожиданности и теперь со скрытым интересом поглядывал в сторону VIP-примерочной, боясь проглядеть следующий образ роскошного мужчины. Администратор тихо пищал от восторга, когда очередной наряд за шестизначную сумму отправлялся на кассу, дрожащими руками упаковывая одежду в эксклюзивные пакеты, заботливо пшикая дорогим парфюмом на ленточки украшений с инициалами бутиков-партнеров. Консультанты чуть в обморок не падали, глядя на то, как рубашки из шелка Малберри* облегали мускулистое тело. Глаза омег не могли оторваться от золотых пуговиц на черном, словно ночь, пиджаке. Они изо всех сил сдерживались, чтобы не спускаться глазами ниже, разглядывая элегантный ремень и ширинку роскошных брюк, к которой все до единого хотели иметь постоянный доступ. Но альфа, на лице у которого за все это время не промелькнуло ни единой эмоции, совсем не замечал их взглядов. Его холодный лик не слышал безмолвных просьб омег пригласить их на свидание в дорогущий ресторан или хотя бы просто позволить пройтись с ним до люксовой машины. Все мысли мужчины были заняты далеко не одеждой и не тем, сколько бизнес-встреч ему предстоит посетить уже на следующей неделе. Он даже не думал о той мелочи, что оставит здесь за приобретенные костюмы и аксессуары. Все его мысли были только об одном.

***

Матвей аккуратно упаковал самостоятельно испеченные корзиночки с лимоном в бумажный пакет и заботливо устроил их у себя на руках, предвкушая, как Кирилл обрадуется новому рецепту и попробует сладости сразу после утомительных покупок. Его самый частый и любимый посетитель кондитерского магазинчика сегодня пригласил его на очередное свидание, предложив встретиться либо в кондитерской, либо, если Матвей освободится вовремя и не задержится — на втором этаже торгового центра, что был прямо через дорогу. Полненький юноша волнительно закусил губу и, вздохнув, вышел из своего магазинчика, где работал уже третий год, направляясь сразу к соседнему зданию торгового центра. На улице уже темнело, поэтому он еще внимательнее смотрел по сторонам и терпеливо ждал зеленого сигнала на светофоре. С Кириллом они познакомились шесть месяцев назад, когда спешащий куда-то альфа, неосторожно толкнул его, расплескав весь кофе и рассыпав все его сладости. Испугавшись, Матвей тогда подумал, что на него напал страшный хулиган, не заметив черно-белый костюм и блестящие часы. То, что все произошло поздним утром у бизнес-центра, где с безопасностью никогда не было проблем, было не в счет. Очень расстроившись, Матвей принялся собирать свои вещи, только через несколько мгновений обращая внимания, что альфа не ушел, а остался помочь ему все поднять. — Нужно быть осторожнее, — строго отчитал его мужчина, даже не извинившись. — Как... верно вы заметили, — Матвей осторожно забрал свой пакет, смущенно прикрывая рукой пятно от кофе на рубашке. — В следующий раз, пожалуйста, будьте внимательнее. Даже не посмотрев на альфу, Матвей быстро дошел до любимого магазинчика и старательно застирал пятно на рубашке, пока не пришли покупатели. Благо, все смылось сравнительно легко, и даже следа не осталось. Не стоит и говорить, что их первое знакомство не задалось. Матвей испугался властного альфу больше, чем своего отважного ответа, о котором волновался еще два дня и переживал, что альфа оскорбится и заставит его пожалеть о сказанном. К ужасу юноши его страхи оказались не беспочвенны. Когда через неделю тот же альфа совершенно случайно зашел к нему в магазин, он сначала не узнал этого статного мужчину, явно никогда не пробовавшего сладости, судя по его хмурому виду и тяжелому взгляду. Стараясь не отвлекаться на неприветливого гостя, Матвей пожелал приятного аппетита и мягко улыбнулся посетителю перед ним. А потом, когда юноша услышал голос, принадлежащий не извинившемуся перед ним грубияну, он тут же замкнулся в себе, запереживав, что тот пришел его дразнить или собирался сказать что-то неприятное по поводу его пухленьких щек или нестандартной фигуры, судя по грозному и совсем недружелюбному виду альфы. — Два кремовых пудинга и один круассан, — равнодушно произнес альфа, ничем не выдавая тот факт, что узнал омегу. Кивнув, Матвей осторожно, чтобы не помять, щипчиками положил сладости в пакет и дождался оплаты, не поднимая взгляд на альфу. — Не забудьте, пожалуйста, чек, — вежливо и тихо проговорил Матвей, надеясь, что альфа поскорее уйдет. — Вы забыли пожелать мне приятного аппетита, — альфа хмуро посмотрел на Матвея, справедливо дожидаясь приятных слов и доброй улыбки, делающей лицо омеги еще более мягким и солнечным. Но Матвей не забыл. Он просто не хотел ничего желать человеку, который не извиняется за свои проступки. А даже, если бы и пожелал — это все равно было бы не от всего сердца. — Прошу прощения, но мне кажется, вы тоже что-то забыли, — сказал Матвей, внутренне очень боясь, что рассерженный альфа сейчас его оскорбит или еще раз прольет на него что-нибудь. — Но не переживайте, как только вы вспомните, я сразу пожелаю вам приятного аппетита и хорошего дня. Альфа хмуро посмотрел на Матвея, после чего молча забрал свои угощения, быстро выходя из уютного магазинчика и скрываясь в толпе прохожих. Омега же судорожно выдохнул, протирая ладошки влажной салфеткой и тревожно выглядывая в окно. Этот альфа невольно пугал его и подавлял, заставляя чувствовать себя совсем незначительным. А это совершенно не те чувства, которые приятно было ощущать на постоянной основе. Наверное, альфа это как-то почувствовал, потому что с тех пор он стал приходить в магазинчик каждый день, пробуя всевозможные сладости и постоянно пугая Матвея своим хмурым лицом, ни разу за все это время не улыбнувшись. Ровно как и Матвей за все это время ни разу не пожелал ему приятного аппетита и хорошего дня. — Мне нужна подсказка, — хмуро потребовал альфа спустя два месяца. — Я не представляю, из-за чего не получаю приятных пожеланий. Матвей удивленно вскинул брови, думая, что альфа уже и думать забыл о его словах. — М-м… если вы из-за этого так переживаете… — юноша осторожно посмотрел на роскошного грозного альфу, который не сводил с него пронзительных синих глаз. — То попробуйте вспомнить нашу первую встречу. Нахмурившись, альфа, чуть помедлив, кивнул. А еще через месяц Матвей напряженно стоял перед мужчиной и паниковал, зная, что после закрытия никто не придет и не поможет ему, потому что пугающий всех вокруг альфа специально дождался последних минут работы магазина, чтобы прийти к нему и… и что-то сделать. — Я тщательно все обдумал, — альфа хмуро посмотрел на Матвея, не делая попыток зайти к нему за прилавок или использовать свою доминантную ауру. — Проблема в том, что я вас толкнул? Так? Матвей испуганно сглотнул и со страхом посмотрел на альфу, который говорил с ним так, словно собирался убить и закопать в ближайшей подворотне. — Кхм… да, — Матвей осторожно сделал шаг назад. — Верно. — Тогда мне стоит попросить у вас прощения, — угрожающе понизил голос альфа. — В качестве извинения я приглашаю вас поужинать со мной. В любое… любое удобное для вас время. У Матвея сердце перестало биться от страха и зловещего полушёпота покупателя. — Х-хорошо, — испугался Матвей, побоявшись отказать в открытую и надеясь, что альфа сразу уйдет и прекратит его запугивать. — Когда? — З-завтра? — запнулся Матвей, переживая за свою жизнь больше, чем за сохранность любимых кексиков в пакете, который непроизвольно сжал. Альфа ждал и не сводил с него пронзительного взгляда. — Обычно… я заканчиваю в это время… — Тогда я заеду за вами в восемь, — кивнул альфа и мгновенно вышел из кондитерской, оставляя Матвея приводить дыхание в порядок и судорожно звонить лучшему другу, чтобы тот готовился к его приезду. Но на следующий день, когда Матвей уже сидел в роскошном ресторане, крепко держась за мысль, что у него с собой аж два перцовых баллончика, все пошло совсем не так, как он предполагал. — Позвольте угостить вас моими любимыми блюдами из представленных в меню, — строго сказал альфа, резким движением поправляя манжеты атласной рубашки. Едва заметно вздрогнув, Матвей внимательно выслушал названия и пораженно выдохнул, когда увидел эти ужасающе высокие цены рядом с названиями блюд. — Эм… я не уверен, что смогу себе позволить такое угощение, — смущенно опустил взгляд Матвей, переживая теперь еще и о цене. Он не был намерен сегодня вообще ужинать со страшным альфой, который общался со всеми настолько хмуро и сосредоточенно, словно отрицал само существование улыбки и дружелюбия. — Все хорошо. Я заплачу. Матвей хотел было уже извиниться и убежать домой, но вдруг заметил, как ладони самого сурового альфы в мире дрожали, когда он медленно переворачивал очередную страницу в меню. И как быстро альфа положил эти ладони на стол, стоило Матвею на него посмотреть. Не может быть. Нет. Матвей не поверит сам себе, будь это правдой. Но… возможно ли, что альфа, прямо сейчас сидящий перед ним и так хмуро смотрящий в меню… тоже переживал? Напряжённо вздохнув, Матвей решил на всякий случай проверить эту догадку. Какой он сегодня бесстрашный, боже... Стараясь паниковать меньше обычного, омега неуверенным голосом пробормотал что-то про свой длинный день на работе и одного покупателя с детьми, который скупил сразу все его вкусные мармеладки с ежевичным соком. Когда же волнующийся юноша поднял глаза, то увидел, как альфа внимательно на него смотрит, ловя каждое слово и не упуская ни единой детали, чтобы потом такой же строгой интонацией, как и в день их первой встречи, узнать, насколько вкусными были мармеладки и стоит ли ему их пробовать. — Конечно, стоит, — улыбнулся такой картине Матвей, тут же доставая телефон и намереваясь стеснительно показать фотографии фиолетовых мишек. За их первый совместный вечер альфа ни разу не перебил его, умело поддерживал разговор и воодушевлял Матвея больше говорить о своих хобби и интересах. С того их свидания прошло ровно полгода. Кирилл продолжал ненавязчиво ухаживать за Матвеем, старательно запоминая все его предпочтения в еде, фильмах или даже в увлечениях, нередко появляясь у него дома с цветами и бумажными методичками по выпечке, внимательно изучая все виды и сорта муки, чтобы потом усердно пытаться помочь Матвею в приготовлении их любимых сладостей. Не то чтобы у Кирилла хорошо получалось готовить, но Матвей не сдавался, всегда хваля альфу за старания и бесконечно хихикая над тем, с какой ответственной и монументальной серьезностью мужчина подходил ко всем задачам, в которых нужно было порадовать Матвея. Он, правда, долго не мог поверить, что его возлюбленный в виде самого устрашающе-хмурого альфы города на самом деле теряется и смущается при любом удобном случае, сразу превращаясь из просто сурового в смертельно сурового человека. Внешне. Внутренне альфа был в панике каждый раз, когда нужно было сделать комплимент своему избраннику или же начать первым с ним говорить. Кирилл все время чувствовал, что земля уходит у него из-под ног, не давая выразить весь тот океан чувств и эмоций, которые он хранил для своего милого и уютного омеги. Улыбнувшись воспоминаниям, Матвей поправил светло-бежевую рубашку и зашел в роскошный бутик, где в данный момент был Кирилл. Омега уже привык, что его избранник совершенно не стеснялся тратить огромные суммы на одежду или еду, всегда предпочитая отдать деньги нежели пожертвовать хоть секунду из своего драгоценного времени. Прижав к себе пакет с корзиночками, Матвей уже хотел пройти к примерочным, чтобы поздороваться с Кириллом, но отвлекся на изящную подвеску, что украшала стоящий на подиуме манекен в светло-голубой кофте с открытыми плечиками. Восхищенно распахнув голубые глаза, омега подошел поближе, мысленно прикидывая, сколько его зарплат нужно будет сложить вместе, чтобы хотя бы просто задуматься о покупке украшения. Не то чтобы Кирилл не стал бы ему покупать ее, просто юноша и так уже не знал, куда деться от подарков щедрого альфы, который к каждой их встрече приносил что-то новое и необычное, искренне радуясь, когда Матвей принимал сюрприз. Омега в ответ стабильно пек вкусняшки, вне зависимости от того, шли они в ресторан или же планировали устроить просмотр фильмов дома. Хмурый альфа-сладкоежка видел в этих кулинарных изысках такое сокровище, что постоянно чувствовал, что недодает любви Матвею, который смешливо фыркал, а потом с любовью смотрел, как альфа наслаждается его сладостями. — Добро пожаловать в наш магазин, — манерно протянул изящный консультант-омега, которому пришлось отвлечься от обслуживания VIP-клиента ради нового посетителя. Матвей заметил, как из примерочных выходит Кирилл и мягко ему улыбнулся, тут же разворачиваясь к ассистенту, чтобы поздороваться. Но он не успел ничего сказать. — К сожалению, здесь не найдется для вас ни нужного размера, ни подходящей цены. Матвей удивленно посмотрел на консультанта, который бесцеремонно оценивал его фигуру, не скрывая едкой ухмылки и презрительно сморщенного носа. — Для того, чтобы посещать наше заведение, необходимо хоть немного соответствовать, — протянул консультант и осуждающе под нос себе, делая так, чтобы Матвей точно услышал его последний комментарий, пробормотал: — Толстяк. Юноша пораженно отступил от ассистента, не понимая, чем он заслужил такие обидные слова. Да, он знал, что его фигура далека от идеала, принося ему раньше немало комплексов по этому поводу. Но он уже очень давно привык к своему телу и чувствовал себя в нем комфортно, практически не переживая уже даже будучи вместе с Кириллом, который всегда с такой нежностью обнимал его и целовал румяные щечки. — Я… — запнулся Матвей, чувствуя, что стыдливо краснеет при виде презрения на лице красивого омеги. — Я здесь не для себя… Недовольно цокнув, консультант закатил глаза и манерно скрестил руки, продолжая взглядом унижать юношу, который уже чуть не плакал, расстраиваясь из-за грубых слов, которые никогда раньше не получал в свой адрес, но всегда подсознательно боялся услышать. — Конечно, ведь одежда вашей ценовой и весовой категории находится в других отделах… — омега вдруг поднял взгляд, смотря куда-то выше за спину Матвея и нацепляя самую обворожительную улыбку, на которую только был способен. Самый шикарный альфа, герой всех снов и грез омеги, сейчас стоял совсем рядом, поражая своей ледяной стеной харизмы и внутренней силой. — Пирожочек? Альфа услышал последнюю фразу, тут же спешно оказываясь рядом с Матвеем и со всей возможной мягкостью заглядывая в прекрасные… повлажневшие глаза? Ноздри мужчины хищно раздулись. Альфа не стал даже думать и давать безмозглому консультанту шанс оправдаться. С медленно густеющей давящей аурой мужчина, вдобавок ко всему, пораженно заметил, как его омега, впервые за все время их общения, отвернулся, чтобы стереть слезы. И это стало спусковым крючком. — Я отменяю все свои покупки, — с едва сдерживаемой яростью процедил Кирилл, смотря на омегу напротив, как на любого соперника своей компании — злобно и заставляя почувствовать себя ничтожеством. — Что? — шокированно выдохнул консультант, чувствуя небывалый страх, пробирающий до самого сердца. — Но почему?! Пока Матвей не видел, альфа использовал преимущества своей безэмоциональной внешности на всю мощь, вынуждая омегу напротив схватится за стеллаж, чтобы не упасть в ужасе на пол от разрушительной ауры альфы. — А я должен объяснять? — угрожающе прошипел Кирилл, гневно раздувая ноздри и сжимая зубы, чтобы не сорваться и не высказать все этому парню в лицо. Он очень хотел сделать все быстро и стремительно, совсем как на работе, где с чувствами конкурентов никогда не считался, уничтожая их морально одного за другим. Альфа сдерживался изо всех сил сейчас только ради Матвея. Его нежная булочка расстроится, если услышит, насколько профессионально он умеет унижать людей, мешая все их достоинства и недостатки в грязи. — Принесите извинения моему омеге лично или ожидайте повестки в суд от моих юристов сегодня вечером. — Кирилл… — Матвей шокированно спрятался за ним, все еще не отойдя от злых слов консультанта. — Не надо так… — Люди должны уметь отвечать за свои слова и знать, что у любых поступков есть последствия, — альфа успокаивающе вздохнул, старательно поднимая уголки губ, чтобы случайно не напугать и своего омегу. — Позволь мне помочь этому человеку, который в будущем подумает трижды перед тем, как оскорбить кого-то еще. — П-простите! П-прошу прощения! — омега-консультант в страхе залепетал, внезапно осознав всю серьезность ситуации и смотря на возвышающуюся над всеми фигуру альфы, становящуюся все страшней с каждой секундой. — Я… я не имел ничего такого в виду! Извините меня, прошу! Альфа равнодушно посмотрел на задрожавшего ассистента, совершенно ничего не чувствуя, кроме всепоглощающего переживания за своего омегу, который сейчас осторожно держался за его руку. — Отменяйте покупки, — безэмоционально сказал Кирилл, разворачиваясь к остальному персоналу, собравшемуся испуганной кучкой у стойки с красивыми упаковками его одежды, которые уже оформляли на доставку. — Сэр… — робко начал администратор, боясь больше смерти негативного отзыва или, еще хуже — жалобы. — В качестве извинения от магазина, у нас предусмотрена скидка для постоянных клиентов… — Для постоянных клиентов? — приподнял бровь альфа, уничижительно смотря на администратора. — Не думаю, что появлюсь в этом месте еще раз. — Но… — главный сотрудник в ужасе распахнул глаза. — Может быть, тогда ваш омега примет извинение от нашего магазина? — милый и расторопный консультант, который был в ужасе от происходящего вместе со всеми остальными омегами, тут же торопливо принес ту самую подвеску, на которую обратил внимание Матвей. — Нам, правда, ужасно жаль, что произошла такая ситуация! Альфа нахмурился, не желая больше оставаться здесь. — Вам же она понравилась, правда? — умоляюще посмотрел на Матвея консультант, заставив всех остальных сотрудников задержать дыхание. Плохой отзыв — ничто по сравнению с потерей самого прибыльного и некапризного клиента. Их всех тут поувольняют, стоит директору проверить записи камер, что точно ему вышлют и специально выделят тот момент с ужасным позором и чуть ли не скандалом по их вине. — Кхм… — Матвей судорожно сжал пакет с корзиночками, не зная, как вообще можно было настолько сильно всех напугать. — Тебе правда понравилось это украшение? — осторожно поинтересовался альфа, продолжая хмуро оглядывать консультантов с администратором. Юноша посмотрел на персонал, который смотрел на него с такой надеждой и страхом, что Матвей не смог бы ответить «нет», даже если бы видел эту подвеску впервые в жизни. — Да. — Хорошо, — кивнул Кирилл и тяжело посмотрел на администратора, который судорожно принялся упаковывать подарок в красивую коробочку. — Это наша карта, которая дает скидку в семь процентов от каждой покупки, — омега сглотнул, чувствуя безумную сухость во рту и бешено стучащее от стресса сердце. — В следующем месяце у нас будет обновление осенней коллекции Гуччи. Альфа проследил за жестом администратора и медленно, под полными надежды взглядами сотрудников, протянул руку в ответ, чтобы забрать карту. — До свидания, — строго сказал альфа, беря своего омегу за руку и обводя перепуганных работников хмурым взглядом. — Возможно, я дам вам еще один шанс. — Всего доброго! Администратор облегченно схватился за сердце, когда альфа уже развернулся. Он определенно выпишет премию своему теперь самому любимому сотруднику, который так здорово придумал с подвеской и спас их всех. А вот той пакости, что оскорбил клиента, теперь долго придется вымаливать его прощение. Так как то огромное и отнюдь не рекомендательное письмо, которое омега напишет со всей серьезностью перед увольнением консультанта, похоронит все его шансы на устройство даже в самый мало-мальски приличный бутик. Альфа мягко поглаживал ладонь своего омеги на протяжении всего пути до машины. Он так старательно внушал уверенность своему пирожочку. Он так любил каждый его килограммчик и обожал обнимать такого мягкого и уютного омеженьку, покорившего его сердце в их самую первую встречу. Альфа не представлял, насколько глубоко закопает репутацию того консультанта, который посмел оскорбить его драгоценное сокровище. Более того — если из-за слов этого убожества его славный и добрый мальчик потеряет уверенность в себе, то он не просто убедится, что консультанта уволили — он лично позаботится о том, чтобы его не взяли больше ни в одно заведение с той репутацией, что Кирилл ему обеспечит. С самого первого взгляда, еще тогда на улице, где на его глазах расстроился самый милый и нежный омега, он понял, что покорен и подчинен этим голубым глазам и рыжим кудряшкам теперь навеки. Будучи постоянно занятым и погруженным в свою работу, Кирилл никогда раньше не нуждался в том, чтобы завоевывать партнеров самостоятельно. Ему всегда было легко выбрать любого юношу из тех, что вечно окружали его в кафе, на пресс-конференциях или тех же бутиках. Но еще ни разу ему не приходилось всерьез ухаживать за омегой, который не проявлял бы к нему внимания первым. Кирилл был в ужасе, когда понял, что расстроил парнишку еще сильнее своими словами, которыми пытался выразить заботу, но с его вечно мрачной интонацией превратившихся в угрозу. Затем он нашел, где работает его омега, но целых три месяца не мог набраться смелости пригласить искусного кондитера на свидание. Подсознательно он понимал, что является довольно симпатичным на вкус омег, к тому же богатым и щедрым, но он никогда раньше не старался поддерживать разговор и искать общие интересы с партнером, предпочитая скорее постель и взаимное удовлетворение, нежели что-то более глубокое и проникновенное, что захотел всей душой получить от Матвея. Но с его пирожочком, который очень стеснительно и осторожно относился к любым проявлениям близости, Кирилл научился быть понимающим и мягким, ни разу не попытавшись сделать их отношения откровенней и раскрепощённей. Сначала он сам переживал на этот счет, внезапно посчитав себя недостойным Матвея и близости с ним, а потом он увидел, как Матвей краснеет каждый раз, стоит им просто обняться, и тогда понял, что в этот раз решение будет только за его омегой. Альфа подождет, когда Матвею рядом с ним будет комфортно настолько, чтобы тот сам захотел близости с ним и позволил зацеловать каждый сантиметр своего потрясающего, пахнущего сладкой карамелью тела. Он до сих пор помнил, как за все те три месяца молчаливых взглядов и осторожного внимания, которое он неловко пытался оказывать своему избраннику, узнал, что совершенно не умеет строить отношения и обращаться с омегами так, как они этого заслуживают. И на первом же свидании он с нарастающим ужасом осознал, какое впечатление вызывал своей напористой и совершенно неэмпатичной галантностью. — То есть… я вам понравился еще тогда? — Матвей шокированно распахнул голубые глаза, силясь поверить невероятным словам альфы. — На улице? — Да, — побледнел Кирилл, нервно сжимая в руках салфетку и не понимая, почему его избранник переспрашивает такие очевидные и очень смущающие вещи. — Но… — юноша неловко поерзал, отводя взгляд, а потом снова его поднимая. — Мне показалось, что вы были злы на меня… Альфа приподнял одну бровь в удивлении. — Отнюдь. Я пытался сказать, что люди обычно невнимательны, и что вам стоит быть осторожнее в таких местах. Матвей сидел в шоке, с удивлением смотря на альфу, которого до сих пор побаивался. — Я… совсем не так все понял, по правде говоря, — юноша неловко улыбнулся, отводя взгляд и стараясь не покраснеть от смущения. — Я думал, что я вам очень досаждаю и… когда вы вчера появились перед самым закрытием магазина, я очень испугался. Альфа ошарашенно замер, непроизвольно сжимая салфетку так, что на руке определенно останутся следы от ногтей. — Я… думал, что вы хотите сделать что-то плохое, — Матвей покраснел еще сильнее и волнительно прикусил губу. — Н-нет. Нет, — Кирилл шокированно смотрел на своего нежного омеженьку, которого, сам того не замечая, заставлял бояться себя на протяжении всего этого времени. — Я подумал, что будет нетактично отвлекать вас в рабочее время и именно поэтому дождался завершения дня. Альфа судорожно вздохнул, осознавая еще одну вещь. — Вы согласились пойти со мной сюда, потому что побоялись отказать? — Да, — Матвей тоже неловко сжал в руках тканевую салфетку, опуская глаза. — Но я рад, что ошибался на ваш счет. Кирилл почувствовал, как все его мировосприятие рушится сейчас от слов омеги. Он действительно на работе создавал впечатление очень властного и жестокого человека, но ни разу даже не задумывался как его внешность и интонация влияют на все его даже самые обычные фразы в повседневной жизни. Он понятия не имел, что каждым своим появлением в кондитерской заставлял Матвея нервничать и переживать. — Вы по-прежнему хотите уйти? — Нет, — осторожно улыбнулся юноша. — Вы мне больше не кажетесь устрашающим. Альфа выдохнул, разжимая ладонь со смятой салфеткой. Вместо того, чтобы влюблять в себя омегу, все это время он только и делал, что пугал и отталкивал его. Отличная работа, Кирилл. Так держать. Но благо Матвей дал ему еще один шанс, позволяя проводить с собой время и безудержно балуя сладостями, которые Альфа не смог бы найти ни в одной кондитерской. Его чувства к Матвею росли в геометрической прогрессии, заставляя читать тонны информации о кулинарии и готовке, смотреть любимые сериалы омеги и слушать аудиоверсию его любимых книг. Он так старался, чтобы омеге было с ним легко, что постепенно, сам не заметив, научился получать от новых хобби удовольствие и в кои-то веки позволил себе отдыхать, забывая на время об ответственной и бесконечной работе, что раньше забирала все его силы и время. И сейчас Кирилл ехал в машине, слушая мягкий голос своего омеги, который взволнованно рассказывал про новый рецепт корзиночек, который придумал сам и старательно приготовил, чтобы попробовать потом вместе с ним. Чуть прищурившись из-за нежности, снова обхватившей его сердце в мягких объятиях, Кирилл подавил волнение и посильнее нажал на педаль газа, желая поскорее добраться до забронированного ресторана с подготовленным к их приезду персоналом. Сегодня альфа наконец-то скажет все, что так давно хотел своему самому любимому омеге, который приносит в его жизнь лишь счастье и радость, заставляя вечно хмурого и серьезного альфу улыбаться. Он сделает Матвею предложение. * Шелк Малберри — настоящая элита в мире шелка, ткань высочайшего качества и соответствующей цены. При обработке шелка не используют химических веществ, поэтому все свойства материала сохраняются в полном объеме. Полученная ткань обладает гипоаллергенными качествами, а также чрезвычайно однородной текстурой и цветом. Один метр шелка Малберри стоит около 100 долларов, что делает его очень дорогим по сравнению с другими шелковыми тканями.