"Эмоциста"

Ахмммм… — странное чувство в голове, будто горячий пар скопился и сейчас выйдет через глаза. Я дрожал… Вибрировал, как монетка, которая упала и стукнулась о стол… Я находился в тесном и холодном пространстве. Где я? Что это за место? Почему так тесно и мрак? Чёрт, паника… Я начал стараться контролировать дыхание. Сердце начинает биться быстрее, и я пытаюсь подняться, но ударяюсь головой о что-то. Руки сталкиваются с холодными стенками, и это приносит лишь еще большее замешательство. Медленно я начинаю осознавать, что лежу внутри какого-то стального ящика. Мой разум переполняют вопросы: Как я оказался здесь? Почему меня заперли в чем-то подобном? И где, черт возьми, я вообще нахожусь? Зачем? Почему я нахожусь в этом месте? Своеобразный холод стал ощущается под моей спиной, скорее всего от осознания факта того что я тут заперт. Я пытаюсь двигаться, но мои движения ограничены. Оглядываясь, я вижу мрачные стены и крышку над собой. Закрыта. Заблокирована. Я понимаю, что я внутри гроба. Моя дыхание учащается, и сердце бьется сильнее. Все мои инстинкты сигнализируют об опасности. Мозг борется с идеей, что это может быть конец. Что это могло случиться? В голове пронеслись строчки какой-то старой песни, замелькали воспоминания, люди, места. Я хочу верить, что это кошмар, что кто-то сейчас придет и откроет этот мрачный гроб. В панике я пытался нащупать что-то в полумраке: может какая-то кнопка, или ручка что-нибудь, что угодно… И тут, внезапно, я осознаю, что не один. Рядом со мной что-то мягкое и теплое. Я ощущаю нежное соприкосновение с чем-то живым. Мое внимание переключается на это новое ощущение, и я начинаю понимать, что рядом со мной кто-то еще. Смешанные эмоции охватывают меня. Страх все еще сильно присутствует, но теперь к нему добавляется любопытство и некая надежда. Я не знаю, кто это рядом со мной, но в этот момент я ощущаю, что я не одинок. Моя рука медленно нашла другую руку, и я понял, что касаюсь кого-то еще. Сначала это ощущение было непонятным и странным, но по мере того, как начинаешь осмысливать ситуацию, оно приобретает глубокий смысл. Несмотря на всё вышеописанное я чувствовал что-то в груди. Было легко, казалось, не знаю, уютно что-ли… Перед глазами встала картина как реальная, будто я наблюдал через окно или какой-то портал. Комната… До боли знакомая комната… Моя комната! Казалось бы, такое явное наблюдение для меня являлось полным шоком. Все было таким похожим, до мельчайших деталей: красно-бордовый ковер, помятый стол и кровать с пружинами — во всех смыслах скудно обставленная комната… Но моя. Мозг напрягся, сознание прояснилось. Я внимательно наблюдал, цепляясь за каждую ниточку, пытаясь запомнить каждый кадр, что я видел на тот момент. Вдруг дверь резко открылась тихо, но резко, и в комнату забежал худощавый мальчишка с чёрными длинными волосами в сером свитере и длинных чёрных штанах. Мозг любезно подсказал: «это ты дубина». Только спустя несколько секунд я услышал крики, что отдались во мне неприятными мурашками… Мама! Голос 1: НУ ТАК ЖЕ НЕЛЬЗЯ… НЕУЖЕЛИ У МЕНЯ НЕТ ПРАВА ПРОСТО ОТДОХНУТЬ В ЭТОМ ДОМЕ?! Голос 2:НЕ СМЕЙ КРИЧАТЬ НА МЕНЯ! НЕ СМЕЙ ТАК РАЗГОВАРИВАТЬ СО СВОЕЙ МАТЕРЬЮ!!! Гул слышался через запертую дверь. Мальчик, ну, то есть я, сидел под ярко жёлтой дверью, включив телевизор на первой попавшейся передаче. Включив звук почти на максимум, он сидел. Не плакал, а просто сидел смотрел куда-то в окно. Как бы я не напрягал память, я никак не мог вспомнить это, но где то в глубине души, глубже, чем можно понять трезвым умом, чувствовал, что это есть. Как у пожилого человека иногда ноют старые шрамы, отдаются таким типом боли, что трудно сказать — это на самом деле или это просто воспоминания? От воспоминаний меня спасло неловкое движение и уже знакомый звук чего-то, что стукнулось о крышку. — Аххх — прозвучал нежный голос, слишком нежный для мужчины. Так как я уже был в сознании приличное количество времени, мне удалось заметить руки моей соседки, шарящей по крышке нашего «гроба» и медленно осознававшей, что происходит. Я чувствовал, что должен что-то сказать, но не имел ни малейшего представления, что именно. В мыслях вертелись глупые фразы типа «Тесновато, да?» или «Ты смотрела «Погребённый заживо»?» — Здесь кто-то есть? — спросила она. «Она заметила меня куда быстрее, чем я её» — пронеслось у меня в голове. Мне, чтоб собраться с мыслями, потребовалось не меньше 3-4 минут, а она это сделала почти сразу. — Да, я… — уж было начал я, но сразу был перебит внезапно включившимся ярким синим светом, каким иногда сияют окна на дорогих панельных зданиях. Прозвучал немного странный, слишком манерный что-ли, голос моего врача, и крышка, то есть то, что секунду назад было крышкой нашего гроба, превратилось в экран, на котором появилось видео, где в своём халате сидел Доктор. — Здравствуйте. Я понимаю, что вы растеряны, но, пожалуйста, постарайтесь успокоиться и выслушать меня — покровительски начал доктор на видео. Почему-то я был уверен, что видео было записано заранее. — Для начала хочу поздравить вас с тем, что вы успешно прошли первый и начали второй этап вашего лечения. Я буду выходить с вами на связь раз в 5 дней, Каждый день группа специалистов будет следить за вашим состоянием здоровья. Удачи вам! И после секунды белого шума воцарилась полная тишина, я… Я не знал, что сказать. Не было ни малейшей идеи, а в груди где-то между лёгкими появилось какое то мерзкое, гнетущее чувство. — Привет я Сэд, а ты? — в темноте прозвучал усталый голос у меня под ухом. «Сэд — интересное имя для девушки» — подумалось мне. — Я… Я Эллиот — сказал я коротко.