Куда угодно, но не учитель

Ночь была волнительной, Николай Андреевич постоянно ходил по комнате и с кем-то разговаривал. Так как стены в лагере в прямом смысле были из картона, то в 4 комнате все было прекрасно слышно. Они не могли разобрать слов, но вот волнение в его голосе они услышали. Ксюша, слушая такое, обхватила свои ноги и прижалась к углу кровати. Схватив свою плюшевую игрушку, она пару раз уронила слезу, но продолжила вести диалог с Полиной, благо в темноте красных глаз было не видно. Девочки тоже не спали, они то болтали, то заваривали себе чай. Алина достала карты Таро и начала гадать. Кто на что просил, на то и раскладывали карты. Даже вожатая зашла и тоже сидела с ними. Но не долго, после часу ночи они вынуждена была уйти, что бы администрация не дай бог ничего не заметила. Полина достала из своего кармана электронные сигареты, в размере 2 штук, и одну отдала Ксюше. Курили они долго. Приторно сладкий запах разлетелся по всей комнате. Сидя рядом на одной кровати, попивая крепкий сладкий чай, они просто молчали. Они понимали все, что происходило в их жизни, поэтому лучшим решением было именно молчать. Алина гадала крайне точно и всегда все сбывалось. Не знаем почему, но мы всей ей верили, поэтому часто даже боялись того, что она нагадает. Как-то раз она говорила, что у неё в роду было много цыган, но вот она их не знала и точно гаданиям не обучалась. Еле уговорив девушек на расклад, она села перед ними. — ну что? На счастье, деньги, любовь? , — спросила она, уже мешая карты. — а можно на будущее? , — ксюша немного подвинулась от стены и поставила кружку на тумбочку. Хотелось сейчас хоть чем-то отвлечься. — можно и на будущее, и на прошлое и на настоящее, — пару карт уже лежали в небольшом рядочке. В комнате стало тихо, Даня спала, а Ксюша и Полина даже боялись дышать. В комнате напротив тоже притихло, будто учитель специально их слушал и тоже ждал результата. Только за окном иногда пели сверчки или ветер бился об окно. Таро одна за другой медленно переворачивались, а Алина то улыбалась, то хмурилась. Было страшно, результата ждали все. — ну смотри, творческим человеком ты будешь, и успех тебя в этой области ждет, так что давай бросай идею в пед поступать, — все тихо хихикнули, ведь девушка и вправду красиво рисовала, но почему-то вместо дизайнера хотела стать учителем, — деньги будут, семья будет, дети…. Девочка. Кошка будет, рыжая, с зелеными глазами. Муж любящий, не изменяет, чуть ли не боготворит тебя. Конечно такой расклад нравился Ксюше, карьера есть, деньги тоже, семья, даже дочка, о которой она так мечтает. Вот только кто же этот мужчина, было непонятно. — ну-ка а давай теперь на мужа её, а то у неё щас мозг взорвется, — резко влезла в разговор Полина. — нуу…. Давай попробуем…. раз, два, три…. ты с ним знакома, при чем хорошо. Общались раньше много, а сейчас он о тебе постоянно думает…. — ТОЛЬКО НЕ ГЛЕБ, — хором крикнули все трое, при чем настолько громко, что кажется даже воспитатель вышел в коридор оглянуться. — Ксюш, может тебе и правда все же сказать ему? Ты же видишь, как он волнуется последние пару дней? , — Девушка уже все успела рассказать своим соседкам, и о случае в роще, и про посидели в комнате, — постарайся понаблюдать за ним, может заметишь что? , — настроение резко поменялось, не хотелось вспоминать вчерашний день, вновь заставлять себя думать, что между ними может что-то быть. — давайте сейчас не об этом, я спать хочу, — все медленно разбрелись по кроватям, и, вскоре, погрузились в сон. Заснуть девушке так и не удалось. Её мучили ужасные мысли. Как минимум о том, что прошла уже половина смены и скоро у них итоговое выступление. В комнате, как и на территории лагеря, было тихо. Иногда лишь доносилась музыка с другого конца озера, ведь на ней находился какой-то ресторан и база отдыха. Даня резко начала что-то говорить во сне, но разобрать это на отдельные слова было сложно.

***

Утром, вставая на зарядку, девушки ещё раз перемолвились парой слов, убрали кровати, переоделись и накрасились. Осталось ещё даже пару минут выкурить одну сигарету. Так как окно выходило на одну из рощ, никто не должен был её заметить. В комнате резко стало одиноко, лишь неаккуратно убранные кровати и разбросанная одежда напомнила о том, что здесь живут ещё и другие люди. Открыв окно, она достала зажигалку. Стало так приятно, но одиноко. Дым окутывал лицо и щекотал нос. Погода была теплой, даже слишком теплой, по сравнению с предыдущими неделями. Температура доходила до 27-30 градусов, а солнце светило весь день. Сигарета почти была докурена, когда она услышала шаги за спиной. — доброе утро, — послышался где-то в стороне довольно низкий голос — доброе утро, Николай Андреевич — ты вообще собираешься на зарядку? Ну или может хватит уже курить, слишком уж часто ты это делаешь, — лицо его в мимике не менялось, а вот голос немного подрагивал. — я сейчас приду к отряду. Не волнуйтесь на этот счет — давай я тебя подожду, — девушка ничего не ответила и лишь сбросила пепел в окно, — как спалось? Что снилось? — я не спала, — быстро отрезала ученица, и надеялась, что скоро этот диалог уже закончится. — понятно… ну, пойдем? , — девушка оглянулась на него и заметила, что он всё это время стоял около её кровати и рассматривал её плюшевую игрушку. Это была маленькая крыса, купленная в Икеи, — ты крыс любишь? , — он бережно положил её на место и даже немного погладил. — ну есть такое. В детстве мечтала о домашнем грызуне, — она сделала пару шагов мимо учителя по направлению к двери. Вот с кем, с кем, а с историком сейчас не хотелось быть один на один. Тогда Николай Андреевич отошел от кровати и направился следом, закрывая дверь при выходе. Во время занятий она пару раз писала ему сообщения. В основном они были о том, как девушка себя чувствует, ведь учитель просил постоянно сообщать ему о состоянии здоровья. Ну и про настроение свое тоже почему-то решила написать. Он же в ответ присылал различные милые картинки с котиками. Немного улыбаясь, она все же возвращалась к репетициям.

***

Время до обеда прошло как-то странно. Воспитатель редко проводил время с детьми, постоянно куда-то уходя и смотря в телефон. Ксюша было до того грустно, что хотелось разбиться на осколки, пока она не решилась все же поговорить с учителем о своих чувствах (точнее её заставила Полина, ибо больше не могла слушать все истерики подруги). После обеда она поймала его у выхода из столовой. — НИКОЛАЙ АНДРЕЕВИЧ! Николай Андреевич., — она чуть понизила голос, когда поняла, что именно сейчас на неё все смотрят, — помните вы говорили, что рады общению со мной? Так вот, могу я с вами поговорить? , — Они стояли посреди центральной дороги, через которую, в основном, и проходят все дети. Чувствовала она себя не то, чтобы неловко, но постоянно перебивалась с ноги на ногу, смотря в землю, и потирая немного руки. — да, да, сейчас, мне нужно кое-что сделать, пойдем со мной, потом и поговорим, — воспитатель постоянно смотрел в свой телефон и оглядывался по сторонам, а в какой-то момент резко начал идти в сторону ворот лагеря. Девушка отправилась за ним, она была упорно настроена на то чтобы обязательно обговорить всё, о чём она думала долгие 2 года. Подойдя к ограждению, учитель перекинулся парой слов с охранником и чуть ли не выбежал за пределы ограды. Подъехала черная машина, и из неё вышла девушка со светлыми длинными волосами, одета она была в короткое платье, на ногах были белые кроссовки. В руках она держала небольшую сумку. Как только она заметила выбегающего историка, то сразу же, с огоньком в глазах, бросилась ему навстречу и начала крепко обнимать. Женщина была чуть ниже, чем учитель, аккуратные черты лица, с постоянной улыбкой на губах. Учитель обнимал её нежно и аккуратно, одной рукой держал её за талию, а второй водил по спине, аккуратно убирая с плеча пряди волос. После долгих объятий он открыл багажник и достал оттуда небольшой чемодан. Пытаясь оторваться от девушки, которая яро старалась поцеловать Николая Андреевича в щёчку, он забрал все нужные вещи, улыбнулся, и всё же дал себя поцеловать. Они зашли на территорию, но Ксюши рядом уже не было. Она бежала в корпус очень быстро, не оборачиваясь назад, не веря тому, что видела. Она пыталась забыть все, что было у неё в голове, но слезы лились ручьями, не останавливаясь, прожигая глаза болью. Ворвавшись в свою комнату, она упала на кровать и залилась слезами. Она уже не помнит, когда девочки вернулись на тихий час, но они быстро поняли, что сейчас Ксюшу лучше не трогать.

***

На полднике нам представили эту девушку. Это была Раевская Наталья Романовна, тоже преподаватель истории и обществознания в нашей школе, а не знали мы её, потому что она только устроилась. Она являлась хорошей подруга учителя, знакомы они были ещё с института. Женщина была крайне активной, сказала, что будет нам помогать, хоть она и приехала всего на пару дней. Часы, минуты, секунды, все тянулось слишком медленно. Было ужасно больно даже находиться в своей 4 комнате, ведь напротив жил учитель и эта девушка. «Да кто она вообще такая??! Неужели это его девушка? Ну да, конечно, кто же это ещё может быть? Они точно встречаются. Ну вот мне и послал бог знак, что лучше это всё оставить в прошлом» В таких раздумьях прошла и остальная половина дня. И вот уже начался отбой. Девушка долго не могла заснуть, воротилась, в голову лезли всякие дурацкие мысли, хотелось просто шибануть ей по бетонной стене и обо всем забыть. — эй, Ксюш, ты как? , — послышался голос Полины — Никак, в прямом смысле… — слушай, меня тут побухать звали, может ты со мной? В этот раз до нужной комнаты они добрались без приключений. Там уже сидели девушки, что жили в этой комнате, а также пару других ребят, в том числе и парни. На столе перед ними красовалась водка, пару бутылок пива, сидра, тоник, даже мартини где-то они нашли. Пили они много, вкусно, почти не закусывая. Играли в различные игры, в том числе и бутылочку, вот только Ксюша отказалась целоваться с кем либо. Обсуждали различные истории. — ребята, вы щас упадете, я вам такое расскажу…., — каждые 5 минут повторяла девушка Варя, начиная рассказывать каждый раз новые истории, но все они так же были интересные. Парни признавались в любви всем подряд. Полина уже успела поцеловаться с какой-то девочкой, а так же позвонить своему другу и признаться в любви. — я вас всех так люблю, вы мои хорошие, — кричала Ксюша, глотая очередной бокал спиртного, — и вас, и Лизу, и Николая Андреевича, я всех так люблю…. Только эту…. Как её там… о, да, Наташу, терпеть не могу Все переглянулись, но особо расспрашивать о причинах ненависти не стали, сами понимают, в чужое лезут, отхватить они потом могут знатно. За одним бокалом следовал ещё один, и ещё, и так до часов 5 утра. Хотя большая часть ребят разбрелась еще до 2-3. Ксюша вернулась с Полиной в комнату уже совсем под время подъема. Алина же ушла еще в час, в надежде, что она сможет выспаться. И если подруга умела пить и все же чувствовала себя не так плохо, что даже смогла пойти на зарядку, то Кочеткова просто плюхнулась на кровать и отказалась куда-либо идти. Когда же в корпусе стало тихо, видимо весь отряд уже ушёл, послышался стук в комнату. Девушка даже не пошевелилась, но стуки продолжились. В итоге дверь открылась, вошел историк. — ты вообще вставать на зарядку собираешься? Уже все ушли, — он попытался перевернуть девушку, но почуяв запах алкоголя, понял более, чем хотелось бы. — Вам вообще какое дело то? Идите следите за своей девушкой! Зачем вы вообще пришли?! — Ксюша, ты сейчас не в лучшем состоянии, я принесу тебе воды, но ты должна явиться хотя бы на репетиции, у вас скоро отчётник — да хватит вам уже тут болтать со мной, идите к отряду, к Наташе своей, она наверняка там скучает без вас, — Ксюша пыталась отмахнуться от рук преподавателя, а сама попробовала укутаться в одеяло. — ДА НЕТ У МЕНЯ ДЕВУШКИ! Она моя подруга ещё с института, — он не выдержал и уже начал кричать на девушку, лишь бы та хотя бы встала с кровати — да не оправдывайтесь вы, уже и так все понятно, — слезы нахлынули с бешеной скоростью, в голове помутнело и хотелось уже поскорее закончить разговор и остаться наедине. — да я ей не то чтобы не нравлюсь, она бы на таких, как я не посмотрела бы никогда, да…. Она…. Она лесбиянка, а я вообще влюблен в… в другую девушку. Так что вставай и приводи себя в порядок. Я сейчас принесу нам чая и мы серьезно поговорим.