Российский фрегат в мире кпд

Фрегат «Адмирал Горшков». Конференц-зал. На следующий день. Небо над морем было ярко-лазурным — не просто голубым, а каким-то прозрачным, глубинным, словно вымытым до кристальной чистоты, и в этой безупречной синеве чувствовалось нечто почти нереальное, будто сам мир на короткое мгновение решил напомнить, насколько он может быть прекрасен даже после ночи, наполненной огнём, страхом и смертью. Как удивителен Творец — художник, не знающий повторов, не использующий одни и те же краски дважды, создающий каждый пейзаж уникальным мазком, так что на эту красоту невозможно насмотреться и к ней невозможно привыкнуть. День выдался тихим и обманчиво спокойным, и именно это спокойствие давалось всадникам Олуха тяжелее всего: им было трудно поверить, что всего несколько дней назад на Драконий край обрушилась внезапная и хорошо организованная атака охотников на драконов — жестоких, беспощадных, привыкших брать числом и страхом, а ещё труднее было осознать самое невероятное во всей этой истории. Атака была не просто отражена. Она была полностью уничтожена. Причём уничтожена не древними кланами, не могущественными фракциями этого мира, не союзом королевств и не легендарными героями, а людьми из другого мира — русскими моряками, пришедшими с моря на одном-единственном корабле. Для всадников, привыкших годами отбивать налёты охотников ценой крови, времени и изматывающих боёв, это казалось почти невозможным: обычно численное превосходство противника вынуждало их вступать в затяжные схватки, маневрировать, терять силы и драконов, отступать и возвращаться снова, тогда как вчера всё завершилось за считанные часы. Русские моряки не вступали в ближний бой. Их оружие само находило цель, само преследовало её, не оставляя противнику ни шанса укрыться, ни возможности сблизиться, и то, что считалось невозможным даже для самых могущественных сил этого мира, стало холодным и беспощадным фактом. Все охотники — или почти все — были уничтожены. После ликвидации сил вторжения в проливе капитан 1-го ранга Крохмаль отдал чёткий и недвусмысленный приказ: усилить патрулирование района подразделениями морской пехоты и беспилотными системами круглосуточного наблюдения, которые должны были стать «глазами и ушами» фрегата, чтобы ни один дракон и ни один корабль не пересекли установленный периметр без ведома командования. Отдельным пунктом в повестке стоял вопрос противовоздушной обороны острова. Чтобы избежать трагических ошибок и дружественного огня, командование фрегата в ближайшее время намеревалось обсудить с лидерами всадников внедрение транспондеров для приручённых драконов — небольших устройств идентификации, которые позволили бы системам ПВО отличать союзников от вражеских целей в условиях плохой видимости, тумана или ночного неба, гарантируя безопасность каждого дракона и каждого всадника, чтобы ни одна случайная ракета никогда не прервала их полёт. В конференц-зале царила напряжённая атмосфера: после недавней атаки стало ясно, что противник переходит к масштабным и организованным действиям. Длинный стол посередине комнаты, покрытый белом сукном, разделял участников на два лагеря: командование фрегата с одной стороны, и всадники с Олуха – с другой. Поал освещался лишь мягкими лампами по углам, что делало тени на лицах присутствующих особенно глубокими, а взгляды – сосредоточенными. Перед каждым лежали бумаги, карты и сведения о противнике, полученные разведкой. Командир фрегата быстро окинул взглядом досье: методы, используемые охотниками на драконов, – жестокие и беспощадные, граничащие с террором. Эти охотники не только преследовали своих жертв, но и врывались в мирные поселения, используя мирное население как живые щиты. Командование пришло к единодушному выводу: эта организация представляет угрозу, достойную немедленной ликвидации. На проекторе загорелась карта предполагаемой базы противника – огромное скопление построек и укреплений в густом лесу, защищённое со всех сторон. Иккинг передал полные сведения, добытые в ходе разведки , и сейчас офицеры изучали каждый объект, отмечая места для возможных ударов. Одной из опций было нанесение точного ракетного удара по стратегическим пунктам противника, чтобы деморализовать охотников и нарушить их оборону. После этого предусматривалась высадка группы на территорию противника , чтобы навести окончательный порядок и, если удастся, захватить лидеров в плен. Командование обсуждало все детали операции. Картинки на экране перемещались с одного объекта на другой, указывая цели для ударов и направления возможных маршрутов для наземных сил. В уголке карты появлялся значок, обозначающий союзников Олуха – всадники могли предложить своих лучших бойцов, что укрепило бы силы и увеличило шансы на успех. Также командование предусматривала привлечь к операции союзников Олуха , для общей борьбы с противником. План был амбициозен, но крайне рискован. В зале стояла тишина, и каждый понимал, что предстоящая операция может определить судьбу этого мира и жизни многих. — “И последнее – сказал Крохмаль привлекая всех в зале -  для проведения такой масштабной операции понадобятся ресурсы ваших союзников. Я считаю, что они обязаны принять участие в операции. Если мы добьёмся успеха, шансы на победу заметно возрастут. Что вы думаете по этому поводу?” По другую сторону стола Иккинг, слегка нахмурив брови, обдумывал слова Крохмаля. Его ответ прозвучал спокойно, но уверенно: —" Думаю, это вполне возможно. На вашей стороне технологическое преимущество и наши драконы , и участие наших союзников станет важной опорой для достижения успеха. Поддержка от Олуха и других союзников придаст нам решающий перевес.” Крохмаль кивнул, взгляд его блеснул. Они оба знали, что операция будет трудной и потребует безупречной координации всех задействованных сил. Но в этой совместной работе, где сочетались опыт и ресурсы союзников, просматривалась реальная перспектива победы. Рыбъеног поднял руку, его лицо выражало смесь любопытства и обеспокоенности: —" Но вопрос — начал он, осторожно подбирая слова, — как вы нанесёте этот «ракетный удар»? В ваших книгах говорится, что с помощью «спутников» можно координировать удары по целям. Как вы планируете это сделать без спутников нашем мир , или у вас есть другие средства?” Командир фрегата обменялся взглядами со своими офицерами, понимая, что этот вопрос будет ключевым в планировании операции. На данный вопрос ответил командир ракетно-артиллерийской боевой части Капитан 3-го ранга  Георгий Росляков. Выпрямившись, он ответил: —" Действительно, в обычных условиях мы полагаемся на спутниковую навигацию для точного нанесения ударов. Но здесь, без связи с нашими спутниками, придётся адаптироваться. Мы предусмотрели альтернативные средства наведения — наземные маркеры и особые координаты, которые могут быть нанесены на местности. Кроме того, будем использовать точные устройства наведения, встроенные в саму ракетную технику.  Это потребует большей координации и точного расчёта, но задача вполне выполнима.” Рыбъеног задумчиво кивнул, видя, что командование было готово к решению этой проблемы. Капитан-лейтенат Шишкин внимательно смотрит на Иккинга, который сидит перед ним. Задал вопрос ему. Голос его звучит серьёзно и твёрдо: —“ Товарищ Карасик, сможете ли организовать встречу с вашим отцом, как представитель Олуха и вождями племён, чтобы обсудить разрабатываемую нами операцию и выступить в качестве посредника в будущих переговорах?” Иккинг, предводитель драконьих наездников, понимает всю важность вопроса. Он на мгновение задумывается, обдумывая все возможные препятствия, затем уверенно отвечает: —" Возможно я смогу. Мой отец и остальные вожди должны понять, насколько эта операция важна для всех нас. Мы не сможем выполнить её без их полной поддержки. Я отправлю им письма с подробностями и организую встречу, чтобы обсудить все детали и заручиться их согласием.” Иккинг осознавает, что теперь он тоже несёт ответственность за успешное начало операции, за объединение всех племён и их решимость к победе. - “Будем верить, что эта операция поможет полностью подавить моральный дух охотников.” – добавил капитан-лейтенант Шишкин. Несомнено веря в окончательную победу. Но дальнейшая дискуссия была прервана пением Песни Смерти: -“ Ах ,перестань Гарфф!” – простонал Рыбъеног. -“ Дайте-ка угадаю , ваш приятель снова за старое?” – спросил Дроздов наездников , догадываясь какой будет ответ. -“ Да! – ответил Сморкала ставая со стула – И когда этот дракон ульмется!? Уже третий раз за недель!” Решение было принято почти мгновенно. Всадники поднялись, направляясь к выходу, и вместе с ними, после короткого, почти безмолвного взгляда друг на друга, шагнули капитан-лейтенант Шишкин и Дроздов. Они не говорили вслух, но и без слов было ясно — оба офицера решили лететь вместе с ними, чтобы увидеть проблему собственными глазами и, если потребуется, помочь в её решении. На взлётной площадке фрегата ветер трепал сигнальные флаги, а море внизу оставалось удивительно спокойным. Морские пехотинцы, заступившие на береговое патрулирование, и расчёты беспилотников невольно отвлеклись от приборов, провожая взглядами странное, почти невероятное зрелище: драконы один за другим поднимались в небо, расправляя крылья, а на их спинах — люди из разных миров, объединённые одной задачей. Беззубик взмыл первым. Шишкин и Дроздов заняли места позади Иккинга, крепко держась друг за друга и за седло, когда мощный толчок крыльев поднял их в воздух. Внизу фрегат быстро уменьшался, превращаясь в стальную точку на фоне бескрайнего моря, а патрули ещё долго смотрели им вслед, пока драконы не растворились в небе. Причина спешки была известна всем. Гарфф — Песня Смерти — своим зовом привлекал других драконов, а затем, подчиняясь собственным природным инстинктам, сковывал жертв прозрачным жёлто-оранжевым янтарём, чтобы позже спокойно расправиться с ними. Он не был злым — он просто был тем, кем его сделала природа, и справиться с этим самостоятельно не мог. Впервые о нём напомнили на уроке Рыбьенога, когда пение Гарффа прервало занятие и едва не закончилось тем, что он слопал целую стаю громмелей. Несколькими днями позже жертвой почти стали пара злобных змеевиков. Каждый раз всадникам удавалось усмирить его без посторонней помощи, но теперь было ясно — голодный Гарфф снова собирался кем-то поживиться. Подлетая к источнику звука на другой стороне острова, они увидели широкую поляну, окружённую плотными стенами деревьев. В самом её центре находился Гарфф, его тело пульсировало от силы, а песня резала воздух, словно лезвием. Перед ним, уже почти обездвиженный, был Смирдваг — вожак ночных жутей, редкое и внушительное существо, отличающееся от своих сородичей белой окраской, тогда как остальные члены стаи оставались угольно-чёрными. — “Нет, Гарфф! Только не Смирдваг! ” — отчаянно вскрикнул Рыбьеног, и в его голосе прозвучал тот самый животный страх, который появляется лишь тогда, когда понимаешь, что ещё одно мгновение — и будет уже поздно. В самую последнюю секунду, когда Гарфф раскрыл пасть, и янтарный кокон дрогнул, готовясь исчезнуть в его глотке, Астрид и Громгильда рванулись вперёд, встав между хищником и беспомощным Смирдвагом, который уже почти попрощался с жизнью, не имея ни сил, ни возможности сопротивляться. — “ Нет, Гарфф! Нет! ” — остановила его Астрид, не отводя взгляда и не делая ни шага назад. — “ Нет, Гарфф! Нет! Смирдвага ты не съешь! — внезапно подхватила Забияка, расправляя плечи и начиная напевать с таким вдохновением, будто находилась на сцене, а не посреди смертельно опасной ситуации. — Ведь он и мы — друзья, и не любить его нельзя! ” Все разом уставились на неё. — “ Что? — Забияка на секунду замолчала, моргнула и пожала плечами. — А, на этот раз не петь? Эх… а ведь это могла быть просто потрясающая песня. ” — добавила она с искренним, пусть и слегка возмущённым сожалением. — “ Мы так не считаем, — сухо вмешался Дроздов, делая шаг вперёд и оценивающе глядя на Гарффа. — Мы прилетели сюда не для того, чтобы слушать идиотское пение, а чтобы угомонить вашего… друга, пока он не слопал пол-острова. ” — “ Молодец, Громгильда, — сказала Астрид подружке слезая из седла. — Поговори с ним. Ты у него сейчас единственный якорь. ” Громгильда неторопливо приблизилась к Гарффу, опустив голову и издав тихий, низкий звук, совсем не похожий на Песню Смерти, а в это время Иккинг, не теряя ни секунды, активировал свой огненный меч, усиленный кислотой разнокрылов, и аккуратно расплавил янтарный кокон, освобождая Смирдвага, который рухнул на землю, тяжело дыша, но всё ещё живой. —“ Эм… Иккинг, — неуверенно начал Рыбьеног, наблюдая за происходящим. — ты уж извини, но мне кажется, что это становится слишком опасно. ” —“ Он прав, — спокойно, но твёрдо поддержал его капитан-лейтенант Шишкин, внимательно следя за Гарффом и остальными драконами. — Из-за его пения под угрозой оказываются фактически все драконы, которые сейчас живут на острове, и это вопрос не эмоций, а безопасности. ” —“ Согласен, — ответил Иккинг после короткой паузы. — Он действует так, как действует взрослая Песня Смерти. Он просто следует своей природе и охотится. ” —“ Он не виноват, — мягко возразила Астрид, не сводя взгляда с двух драконов. — Он подчиняется своим инстинктам. ” —“ Я прекрасно понимаю — спокойно, почти примирительно сказал Шишкин. — Но его инстинкты представляют прямую угрозу вам, вашим драконам и всему острову. ” Пока они обсуждали возможное решение, их взгляды невольно притянули два огромных силуэта на поляне. Гарфф и Громгильда, словно забыв о недавней опасности, резвились друг с другом, обходя по кругу, размахивая крыльями и вытягивая шеи, как два малыша, только что познакомившиеся в песочнице. Они подпрыгивали на своих массивных, когтистых лапах, расправляли кожистые крылья и выглядели так, будто улыбаются друг другу — если, конечно, звериный оскал вообще можно было назвать улыбкой. —“ Не для всех драконов, — тихо сказала Астрид. — Посмотрите. Эти двое так хорошо поладили, что Песня Гарффа больше не влияет на Громгильду. ” —“ На твою подругу да, — вклинился Дроздов. — А на остальных нет. Из-за его пения драконы впадают в состояние гипноза. Взгляните. ” Он указал на других драконов, которые медленно и неотвратимо двигались к поляне, словно крысы под дудочку крысоловa, и ничто, казалось, не могло их остановить. —“ Беруши! Быстро! ” — крикнул Иккинг, изо всех сил удерживая Беззубика, стараясь не дать берушам выпасть из ушей. Даже помощь Шишкина, который бросился ему на выручку, едва помогала сдержать Ночную Фурию, тогда как Дроздов таким же образом пытался помочь Рыбьеногу Сардельке. Но слава богу пение прекратилось благодаря вмешательству Громгильде которая захотела снова проиграть с Гарффом кувыркалясь с ним. — “ Что думаешь Иккинг? ” – спросила Астрид обращаясь к Иккингу – просто скажи. — “ Возможно, пришло время найти Гарффу дом ”, — наконец сказал Иккинг, и в его голосе не было ни сомнений, ни колебаний, лишь тяжёлая, взрослая ответственность за принятое решение. — «Не временное укрытие и не очередное место, где мы будем раз за разом пытаться сдерживать его инстинкты, а настоящий, постоянный дом». Он сделал паузу, наблюдая, как Гарфф и Громгильда всё ещё возятся на поляне, и продолжил тише: — “ Дом, где он сможет быть тем, кем является, не представляя опасности для остальных“. — “Он прав, — поддержал его капитан-лейтенант Шишкин, сложив руки за спиной и обращаясь уже ко всем всадникам сразу, словно проводил короткий, но важный брифинг. — Вашему Гарффу действительно нужен собственный дом. Так долго продолжаться не может, и вы сами рассказывали нам, что разные виды драконов иногда вынуждены жить отдельно, чтобы не мешать другим и не провоцировать конфликт“. Шишкин на секунду задержал взгляд на Астрид, затем перевёл его на Иккинга. —“ Вы упоминали, что знаете несколько островов, где такие существа могут жить спокойно. Есть ли место, где Гарфф сможет не просто выживать, а чувствовать себя в безопасности — без постоянного контроля и риска для окружающих? “ — “Да, — кивнул Рыбьеног, и в его голосе прозвучала неожиданная уверенность. — Я знаю один такой остров. Он точно понравится Гарффу“. Шишкин медленно кивнул, принимая ответ, но на этом разговор не закончился. — “Тогда мы полетим с вами, — сказал он уже жёстче. —Для обеспечения безопасности я настаиваю, чтобы вместе с вами полетел взвод морской пехоты. “ Всадники переглянулись. —“ Охотники уже показали, что действуют дерзко и без всяких правил, — продолжил Шишкин, не повышая голоса, но делая акценты так, что каждое слово врезалось в память. — Мы не можем допустить, чтобы наши союзники подверглись нападению или, что ещё хуже, попали в плен. Это недопустимо — ни с вашей стороны, ни с нашей“. Наступила короткая,тишина. — “Возражения есть? “ — спросил Шишкин. Иккинг покачал головой. —“ Нет, — ответил он. — Мы принимаем ваше предложения. “ — “Тогда решено, — подвёл итог Шишкин. — После размещения объекта возвращаемся“. . . . . . . Спустя какое-то время. Полёт проходил на малой высоте над уровнем моря, и всадники на своих драконах сопровождали Гарффа к его новому дому, двигаясь ровным, стройным строем, в котором не было ни лишних разговоров, ни суеты, лишь чёткая дисциплина и сосредоточенность на цели. Внизу тянулась спокойная водная гладь, ровная как стекло, отражавшая без единого искажения чистое небо, которое было таким ясным и глубоким, что казалось олицетворением свободы, пространства без границ и правил, где каждый миг ощущался как целый мир, находящийся под контролем самого времени. Лейтенант Захаров, командир морской пехоты, занимал позицию позади Иккинга, сидя верхом на Беззубике, полностью экипированный в боевой комплект «Ратник» по стандарту Армии России, как и несколько бойцов, которые летели позади Сморкалы на Ужасном Чудовище, удерживаясь друг за друга и за крепления седла, сохраняя равновесие и готовность к любым непредвиденным обстоятельствам. Их вид был строгим, профессиональным и дисциплинированным: матовые бронешлемы, бронепластины, защитные элементы на суставах и лице, прицелы и оружие — каждый элемент говорил о готовности действовать с точностью и решимостью. Боевой комплект «Ратник» был сложной интегрированной системой защиты и выживания: общевойсковой бронешлем 6Б47 защищал голову от пуль пистолетного калибра и осколков; единый бронежилет 6Б45 с противопульными панелями пятого класса закрывал жизненно важные органы; боевой защитный комплект 6Б49 прикрывал конечности и суставы, позволяя сохранять подвижность при поражении осколками, воздействии тепловых факторов или неблагоприятных условий среды. Очки 6Б50 защищали глаза и часть лица от осколков и химически неагрессивных жидкостей, а автономные источники тепла и фильтры для воды делали бойцов самодостаточными даже в случае вынужденной задержки. Тепловизионный прицел «Шахин» обеспечивал возможность распознавания и прицельного огня в любое время суток и при любой видимости, хотя в данном полёте его роль была скорее подготовительной мерой, чем необходимостью. Рюкзаки 6Ш118 содержали элементы системы жизнеобеспечения: маскировочные комплекты, складную теплоизоляцию, съёмный утеплитель, вентиляционную футболку, жилет с отсеками для боеприпасов, коврик, палатки, спальные мешки и всё, что позволяло бойцу оставаться автономным при любых условиях. Каждый морской пехотинец был вооружён автоматом АК‑12 или 6П70, пистолетом Ярыгина МР‑443, имел при себе осколочные гранаты Ф‑1 и одноразовые гранатомёты РПГ‑26 «Аглень», с расчётом на крайние случаи, если обычное оружие окажется недостаточно эффективным. Всадники, в свою очередь, были вооружены традиционными для них булавами, мечами и секирами, а также получили по две гранаты Ф‑1, чтобы иметь возможность действовать при необходимости, при этом пистолеты им не выдавались из соображений экономии боеприпасов. Полёт продолжался в тишине и полной концентрации: ни слов, ни лишних движений, только движение к цели, осознание ответственности за каждого дракона и каждого человека, каждый из которых был одновременно союзником и объектом защиты. Лейтенант Захаров, сидя за Иккингом, контролировал строй, проверяя готовность и координацию бойцов, понимая, что любая ошибка может дорого стоить, но зная, что дисциплина и подготовка делают их готовыми к любому развитию событий. — “ Говорю вам ребята он безупречен.” – уверял Рыбъеног — “ Уверен ли ты в этом? И надеюсь, что твои данные точны? ” — спросил лейтенант Захаров, следя за движением своих морских пехотинцев, сидевших позади Сморкалы, при этом в голосе чувствовалась осторожная, но сдержанная тревога, как у профессионала, отвечающего за безопасность всего сопровождения. — “Абсолютно. Могу вас всех в этом заверить.“— без колебаний подтвердил Рыбъеног. На горизонте показался тот остров о котором упоминал всем Рыбъеног , но издалека выглядел как-то не безупречным. —“ А что по твоему он значит безупречен?” – спросила Астрид тоже сомневаясь , так как могла волноваться за Гарффа. —“ Климат и растительность очень похожи на те, что на острове Мелодии, каньоны сдерживают звук, враждебных видов не замечено. Говорю тебе, Астрид, он…“ — “ Безупречен. “ — прервала её сама Астрид, уже слышавшая это утверждение несколько раз и старающаяся подавить сомнения. Иккинг на мгновение задумался и тихо, почти себе под нос, предложил: — “Я тут подумал… зачем облетать его? Можно просто обойти, а не рисковать напрямую”. Но его слова наткнулись на молчание: ни Рыбъеног, ни Астрид не обратили внимания, и Иккинг понял, что обсуждение завершено. — “Трудно с ними — пробормотала Забияка, подлетев к Иккингу, держа дистанцию и наблюдая за остальными. — Я понимаю, каково тебе… одному, когда кажется, что тебя могут предать, когда кто-то набросится с горячей лавой, перьями или когтями…“ Но вместо утешения это лишь усилило раздражение Иккинга, потому что он не нуждался в сочувствии, а в фактах и действиях, а не в словах, которыми пытались заполнить молчание. . . . . . Гарфф с удовольствием лопал фрукты и ягоды, выращенные на деревьях, и бегал по берегу — будь то озеро или река, это было не столь важно, главное, чтобы он чувствовал себя как дома, словно на Драконьем крае, где каждый уголок был полон жизни и тепла. — “Должна сказать, Рыбъеног, это место действительно безупречно. “ — произнесла Астрид, стоя рядом с Рыбъеногом, внимательно оглядывая берега, заросли и гладь воды, которая отражала в себе мягкое сияние солнца. —“ Это точно, — согласился лейтенант морской пехоты Захаров, аккуратно расставляя вокруг себя своих морпехов, которые перегруппировались по периметру поля, образуя почти невидимый, но тщательно продуманный защитный кордон, — эти места напоминают мне о родном мире, о тех редких моментах спокойствия, когда я с семьей ездил в отпуск в Норвегию, где горы и фьорды тоже поражали своей красотой и умиротворением. “ —“ Хотелось бы побывать в вашем мире и посмотреть, как живут ваши люди. “ — с легкой улыбкой сказал Рыбъеног, оглядывая простор вокруг и словно оценивая каждую деталь местности. —“ Думаю, пора.“— сказал Иккинг, медленно приближаясь к Гарффу, прикладывая ладонь к его носу в прощальном жесте, после чего к нему присоединился Беззубик, издавая мягкие горловые звуки, словно поддерживая своего друга в его эмоциях. — “ Счастливо, Гарфф… — с трудом выдавил Рыбъеног, пытаясь сдержать эмоции, наблюдая, как из Гарффа вырастает такой потрясающий, красивый, сильный и яркий персонаж, что сердце разрывалось от нежелания расставаться; — я… нет, я не могу этого сделать… я ненавижу прощание! “ — и, не выдержав, разрыдался, устремившись прочь, чтобы скрыть свои слезы. —“ Бла! Бла! Бла! Топай, жалкий недотеп! Так принято прощаться у Йоргенсонов! Ха-ха! “ — надоедливо прокричал Сморкала, подходя к Гарффу и показывая, что его прощание, хоть и странное, но своеобразно символично. —“ Проститься нам с Гарффом предстоит! “ — запела прощальную песню Забияка, подхватывая мелодию с веселым задором. —“ Любви моей снискать! Не сможешь ты что врать! Ты ведь мне не брат! Приятель! Как мне было знааать! “ — вторил Забияка, добавляя в песню свои громкие, яркие нотки. Теперь настала очередь Астрида. —“ Привет, Гарфф, — произнесла она, обнимая своего лучшего друга, — знаешь, ты действительно очень повлиял на всех нас, особенно на мою девочку. Мы будем тебя навещать, можешь на это рассчитывать, хорошо? “ Иккинг, наблюдая за происходящим, сделал шаг к лейтенанту Захарову и, слегка наклонив голову, мягко предложил: —“ Лейтенант, думаю, вам тоже стоит попрощаться с Гарффом, — его голос был спокоен, но в нем звучала уверенность, словно он говорил не просто совет, а естественное следствие событий, — каждый из нас должен иметь возможность выразить уважение и дружбу перед тем, как расстаться, и я уверен, Гарфф будет рад видеть, что его друзья уважают его так же, как он уважает вас. “ Захаров на мгновение посмотрел на своих морпехов, которые выстроились в аккуратный периметр, и на Гарффа, который радостно мотал хвостом, ощущая, что прощание будет особенно важным. Вздохнув, он шагнул к Гарффу, слегка согнувшись, чтобы оказаться на уровне его глаз, и сдержанно улыбнулся: —“ Гарфф, — сказал лейтенант, протягивая руку для дружеского пожатия, — твоя храбрость и верность впечатляют нас всех. Ты стал настоящим другом, и мы не позволим, чтобы тебе или твоим друзьям пришлось пострадать, даже если кто-то осмелится встать у вас на пути… — он кивнул в сторону своих морпехов, показывая, что за ними — стена надежной поддержки, — обещаю, мы всегда будем рядом и не дадим вас в обиду. “ Гарфф радостно подпрыгнул, прижимаясь к лейтенанту, словно принимая эту клятву, а Иккинг, удовлетворенный, слегка кивнул: —“ Вот видишь, Захаров, это и есть настоящая честь и дружба — проститься так, чтобы слова стали обещанием. “ Как только все начали расходиться к своим драконам, тишину внезапно разорвал резкий шорох в густых кустах у кромки поля — сухие ветки хрустнули, листья дрогнули, словно кто-то осторожно, но целенаправленно подбирался ближе, выжидая момент для внезапного броска. Морпехи среагировали мгновенно, ещё до того, как остальные успели осознать опасность: бойцы резко развернулись, автоматы почти синхронно поднялись, и тёмные силуэты стволов уставились точно в сторону источника шума. —“ Внимание! Движение на два часа! “ — коротко и жёстко бросил один из морпехов. Иккинг напрягся. Сквозь листву он заметил нечто странное — мелькнул чей-то разноцветный хвост, яркий, неестественный для местной природы, и это мгновенно насторожило его сильнее любого звука. В следующую секунду кусты раздвинулись, и наружу медленно высунулось змеевидное создание с вытянутым телом, окрашенным в красно-жёлтые полосы, наложенные на широкую чёрную полосу, тянущуюся вдоль всего хребта. Его голубые глаза сверкали холодным, почти разумным блеском, а за спиной дрогнула единственная пара крыльев. Как только существо полностью показалось, оно резко раскрыло пасть и издало глухой, горловой звук — не рёв и не шипение, а нечто среднее, от чего по спине невольно пробежал холодок. —“ Твою мать!.. — выругался лейтенант удивлённым, почти ошарашенным тоном, не отрывая взгляда от прицела. — Это ещё что за х…я такая?! “ Стволы морпехов оставались неподвижны, пальцы — у спусков, а напряжение в воздухе стало таким плотным, что, казалось, его можно было резать ножом. К первому существу почти сразу присоединились ещё несколько таких же змеевидных тварей — они появлялись из кустов и высокой травы одна за другой, скользя по земле бесшумно и уверенно, словно знали, что пришли сюда не случайно. Их движения были слаженными, а холодные голубые глаза внимательно оценивали собравшихся, будто добычу. Похоже, «обед» сам пришёл к ним. Астрид была крайне удивлена появлению обитателей так называемого «дом» и сердитым выражением посмотрела на Рыбъенога который всю дорогу убеждал всех что на острове нет враждебных существ и что здесь просто безупречно. —“ Что!? Я как будто чувствовал что здесь есть гигантские змей , я их просто обожаю…ААА.” Змеевидные твари медленно смыкали кольцо вокруг гостей острова. В ответ почти одновременно раздались сухие щелчки — морпехи перевели переводчики огня на АК-12 и взяли гигантских змеев на прицел, готовые открыть огонь в любую секунду. —“ Кстати это не змей , это драконы Скользкокрылы! ” — узнал вид Иккинг. Лейтенант Захаров слегка прищурился, продолжая держать одного из приближающихся Скользкокрылов на прицеле через коллиматорный прицел ARKON Pointer 1×25D. Ствол его автомата оставался неподвижным, дыхание — ровным, как на стрельбище. —“ Скользкокрылы?.. — переспросил он глухо. — Те самые ядовитые, змеевидные драконы, которые относятся к классу «Загадочные»? “ —“ Да, всё верно. —Иккинг коротко кивнул, подтверждая слова лейтенанта. —Скользкокрылы действительно относятся к классу «Загадочные». Они очень опасные. “ Лейтенант, не опуская оружия, коротко спросил: — “Что ещё нам нужно знать? “ —“ Главное не приближаться и ни в коем случае не вступать в физический контакт. Ни в коем случае не трогайте их кожу она покрыта…” —“ Ядом? “ — тут же догадался Сморкала, перебив его. —“ Именно, — кивнул Рыбъеног. — Достаточно коснуться их кожи, и ты не проживёшь и дня. “ Сморкала первым заметил резкое движение сбоку и, панически вскрикнув, отшатнулся назад, когда один из Скользкокрылов сорвался с места и молниеносно пошёл в атаку на Астрид и Громгильду, но атака захлебнулась ещё в зародыше — морпехи среагировали мгновенно. Огонь был открыт длинными, плотными очередями, отработанными и холодными, как на учениях: с каждым попаданием тело Скользкокрыла судорожно содрогалось, пасть раскрылась в немом рёве, и из неё хлынула густая красная кровь, а грохот стрельбы заполнил всё пространство вокруг, полностью заглушая звуки леса, рёв других тварей и крики людей, оставляя в сознании лишь чёткие команды и отдачу оружия. Скользкокрыл рухнул на землю тяжёлой массой, больше не подавая признаков жизни, и из пробитой чешуи, из рваных пулевых отверстий начала вытекать кровь, быстро собираясь вокруг бездыханного тела в тёмную, расползающуюся по траве лужу. Ещё два Скользкокрыла одновременно рванулись вперёд, и морпехи вновь открыли огонь, удерживая периметр и не давая тварям сблизиться, когда Сморкала, окончательно потеряв самообладание, выдернул чеку гранаты Ф-1 и, почти не целясь, метнул её в сторону одного из драконов. Граната, пролетев несколько десятков метров, исчезла в кустах и спустя мгновение взорвалась, оставив после себя воронку и прошив чешую Скользкокрыла осколками; от боли он истерично взревел, выгибаясь всем телом, а из десятков осколочных ран потекла кровь, после чего, рыча и дёргаясь, дракон пополз на брюхе прочь, оставляя за собой длинный кровавый след и пытаясь отползти как можно дальше от места взрыва, в сторону леса. По характеру следов, по обильной кровопотере и по замедляющимся, беспорядочным движениям любому опытному солдату было сразу понятно: этот Скользкокрыл — не жилец. —“ Контроль. “— коротко и жёстко произнёс один из бойцов, истратив почти весь магазин. —“ Перезаряжаюс.“ — тут же отозвался второй, меняя магазин и вновь фиксируя сектор. От громких хлопков и грохота стрельбы половина Скользкокрылов мгновенно сорвалась с места и скрылась в тех же кустах, откуда они появились, растворяясь в листве и тени, словно призраки, тогда как другая часть стаи, поддавшись хищному инстинкту, устремилась вслед за испуганным Гарффом, который, сорвавшись с места, помчался в сторону леса, пытаясь любой ценой скрыться от преследователей. Громгильда, не раздумывая ни секунды, рванулась за ним — как настоящий преданный друг, она взмыла в воздух и направилась следом, прикрывая Гарффа своим телом и грозным силуэтом, готовая принять бой, если потребуется. Остальные действовали столь же быстро: все вскочили на своих драконов и поднялись в небо, направляясь к месту преследования, но едва они приблизились, как в воздух стремительно взмыли несколько Скользкокрылов, резко набрав высоту и перегородив им путь, расправив крылья и издав зловещие горловые звуки. Однако перехват длился недолго — в ответ почти одновременно ударили залпы Ночной Фурии, Ужасной Чудовищи и Громелля, мощные и точные, как согласованный огневой налёт, и этого оказалось более чем достаточно: Скользкокрылы, не выдержав демонстрации силы, резко отвернули, рассыпались в стороны и ушли, оставив небо и путь к Гарффу свободными. —“ Вот она!” – воскликнула Астрид увидев Громгильду закованную желто-оранжевую янтарь. —“ Вижу” – ответил Иккинг и стали к ней снижаться. Астрид спрыгнула с Ночной Фурии и подбежали к Громгильде. Опустившись рядом с Гарффом и нежно поглаживая девочку, пытаясь дать понять ей, что теперь с ней всё будет в порядке, что опасность позади, а её защищают друзья и драконы, которые ни за что не позволят обидеть её; рядом с Астрид стоял лейтенант Захаров вместе с тремя своими морпехами, все трое уверенно удерживали автоматы, плавно направляя стволы в сторону кустов и высокой травы, откуда с высокой вероятностью могли вновь появиться Скользкокрылы, и каждый из них был настороже, с сдержанной готовностью мгновенно открыть огонь, если хоть малейшее движение выдаст приближение противника, а сам Захаров чуть впереди, точно и спокойно удерживая прицел на возможной линии атаки, контролировал ситуацию и прикрывал спину Астрид. —“ Эй спокойна девочка! Спокойна! ” – сказал подбижавший Иккинг с огненным мечом , чтобы расплавить янтарь. —“ Не понимаю, - пробормотал Рыбъеног, глядя на Иккинга с недоумением. - Гарфф отличный стрелок , как он мог не попасть скользкокрылов , но задеть Громгильду? ” —“ А может быть, ваш Гарфф специально попал в Громгильду, чтобы прикрыть её от Скользкокрылов и при этом сама не пострадала? “ — выдвинул свою теорию лейтенант Захаров, не сводя взгляда с опасных кустов и держа прицел на возможной линии атаки. —“ Может, ты прав, — кивнул Иккинг, — мне тоже в голову пришла такая мысль. “ Как только Иккинг освободил Громгильду из янтаря Песни Смерти, она сразу же закружилась вокруг себя, стряхивая остатки янтаря, озираясь по сторонам, но когда Астрид попыталась подойти и успокоить её, дракон внезапно сбил хозяйку с ног, словно вовсе не узнав её, продолжая нервно оглядываться по сторонам и вести себя настолько беспокойно, напряжённо и раздражительно, что всем, кто наблюдал за происходящим, стало совершенно ясно: с Громгильдой что-то серьёзно не в порядке. —“ Ребята , думаю сколькокрылы схватили Гарффа?” – выдвинул предположение Рыбъеног разглядывая кусок янтаря. —“ Но перед этим отравили моего дракона!” – выдвинула шокирующую теорию. —“ Вы в этом уверены?” – осторожно спросил Захаров, заметно сомневаясь в столь резком выводе. —“ Да! Никто лучше меня не знает Громгильду! – дала положительный ответ Астрид – Иккинг! Я не видела ее такой прежде , посмотри на ее глаза” – обратилась Иккингу сильно волнуясь за свою подругу. —“ Она дезориентировна - сказал Иккинг посмотрев на глаза Громгильды – возможно это шок , вызванный ядом!” —“ Рыбъеног, — обратился к нему Захаров, чуть шагнув вперёд и удерживая прицел на возможной линии появления Скользкокрылов, — ты как эксперт по драконам можешь что-нибудь рассказать нам о Скользкокрылах?.” —“ Да сейчас, сейчас! — торопливо ответил Рыбъеног, поспешно вытаскивая из‑под сумки толстую пачку карточек с записями о всех известных видах драконов. — Скользкокрыл… Скользкокрыл… ну давай же! Где ты? “ — бормотал он вслух, всё больше раздражаясь и перебирая одну карточку за другой в отчаянной попытке отыскать нужную информацию среди множества заметок. —“ Скорее, Рыбъеног“! — испуганно воскликнула Астрид. От неожиданности Рыбъеног дёрнулся, и карточки рассыпались по земле. —“ Астрид! — вспыхнул он, опускаясь на колени и начиная торопливо собирать их. — У меня и так нервы на пределе, а ты всё мешаешь и мешаешь! “ —“ Прости, я… я просто…“ — тихо начала Астрид, виновато опуская взгляд. —“ Напугана, — мягче сказал Рыбъеног, поднимая последнюю карточку. — Я знаю. Мы все напуганы, но мы с этим справимся, слышишь? — он поднялся и посмотрел на неё уверенно. —“ Посмотри на меня, мы команда. Если пострадает один из нас — мы все пострадаем. “ Его слова прозвучали просто, но твёрдо, возвращая всем хоть каплю уверенности посреди нарастающего хаоса. Астрид в знак понимая кивнула Рыбъеногу , опустив голову чтобы ему помочь собрать все карточки увидела среди них картинку Скользкокрыла. —“ Нашла! Скользкокрыл! ”- воскликнула Астрид, протягивая Рыбъеногу нужную карточку. —“ Так , так , Так эм… не так много известно о том как действует яд , но , но…” —“ но что!” —“ Есть противоядие! Да!Да!Да! ” – воскликнул рыбъеног. —“ И что для этого надо? ”- спросил лейтенант. —“ Корень ангельского папоротника , сосновая смала ииии…оу!” —“ Дай угадаю – яд Скользкокрыла.” – догадался Иккинг. Вместо ответа рыбъенога лишь кивнул. В этом деле решили помочь близнецы подошедшие к разговорчикам —“ Мы далии много мерзких драконов и насколько я помню одного или трех угрей , это будет не сложно.” – заявил Задирака. —“ Только мы не можем коснуться предметами наших молочных желаний профеесор!” – сказала Забияка. —“ Это представляет серьезную проблему – согласился с сестрой – мы нуждаемся Брас-хи-титель-ном сестра – прикрытий! Это слишком много?” —“ Абсолютно, — резко прервал их Захаров, шагнув вперёд и сжав автомат, — мы не здесь для того, чтобы слушать вашу фантазии и всякую бредятину! Если не знаете, что сказать — закройте свой рты и делайте то, что вам приказывают, понятно? Сейчас каждое слово может стоить жизни, так что либо действуем строго по делу, либо оставляем решение другим. “ Он посмотрел на каждого из них твёрдым, непреклонным взглядом, где не было ни намёка на сомнение, и в этом мгновении стало понятно, что командир морской пехоты не терпит бесполезных разговоров и требует дисциплины, решительности и полного сосредоточения на задаче. —“ Ребята у нас мало времени! – сказал близнецам Иккинг – мы должны выяснить что случилось с Гарффом , так что..” —“ Дай угадаю – перебил его Сморкала – мы разделимся на группы каждую из которых будет поджидать смертельная опасность.” —“ Других вариантов нет, — жёстко вмешался Захаров. — Кто‑то должен остаться с Громгильдой и держать её под контролем. Я оставлю здесь двух своих бойцов для прикрытия, пойду с вами искать вашего товарища. “ —“ Хорошо – дал согласие Иккинг – Рыбъеног ты с близнецами найдешь ингредиент к противоядию , Астрид ты останешься с Громгильдой , ты ей нужна.” —“ Что до тебя – обратился к Сморкале – мы с тобой…” —“ Съедим мороженку!” —“ Не время для шуточек, идиот! “ — резко гаркнул лейтенант, мгновенно остужая веселье. —“ Ладно, ладно… — пробормотал Сморкала, разводя руками. — Понял, пошутить тоже нельзя.“ Затем иккинг подошел к Асриду положив свое левую руку на ее левое плечо и сказав ей утешителные слова: —“ Мы вернемся , держись Астрид! Ты нужна ей.” Захаров резко повернулся к своим бойцам и коротко, без лишних слов, отдал приказ: —“ Токарь! Серп! Вы остаётесь здесь. Организовать охрану периметра, прикрывать наездников и помочь с приготовлением противоядия. Любые подозрительные движения — немедленно докладывать. Срочно доложите о случившемся в штаб, включая угрозу Скользкокрылов. Если что‑то пойдёт не так — немедленно выходите на связь. “ —“ Есть!” —“ Волга! Ты пойдешь со мной.” —“ Есть!” Наездники оставшиеся с бойцами Шишкина провожали взглядами тех , кто уходил искать дракона или их лучшего друга по имени Гарфф.