Старые дураки

***

      На долю Леви пришлось много сложного: жизнь в Подземном городе, голод и бедность, которые в сумме давали тяжёлое детство и юношество. А о взрослой жизни и заикаться не стоило — сплошной стресс, периодически бьющий по здоровью.       Если уж мысленно все ужасы своей жизни Леви мог спокойно обмозговать наедине с чашкой ароматного чая и тихим шёпотом Ханджи, утратившей былой пыл, то значительный недостаток, всячески дающий о себе знать, был особенно обидным.       Сначала по самолюбию ударили подлые шутки покойного Кенни, а вскоре — изменения в окружающих Леви детях, обретающих черты взрослых людей. Тот же Армин обрёл мужественные линии челюсти и подбородка, Эрен стал меньше кричать и больше говорить по делу, Жан и Конни устраивали состязания по лучшей щетине, Микаса и Саша стали приковывать к себе восхищённые взгляды… Леви не хотел перечислять до бесконечности, но от прежних юнцов оставалось всё меньше и меньше черт.       И все дети каким-то чудом вымахали выше Леви. Даже Конни, который в отряде был самым мелким, теперь возвышался над Леви на целую голову.       — Что это тебя укусило? — буднично поинтересовалась Ханджи, и Леви подавил порыв вздохнуть и ретироваться от неё на склад с провизией. Тот находился настолько далеко от её кабинета и лаборатории, что Ханджи могла потерять Леви на базе. — Ты при мне никогда не носил головные уборы. И знаешь, тебе очень… идёт. Неожиданно идёт!       Леви поправил огромный цилиндр, пальцами вздёрнул воротник белой рубашки и пригладил рукава твидового пиджака. Комментарий Ханджи задел, но не так, чтобы Леви убивался. Он нечасто выходил в люди и оставался верен солдатскому долгу и форме. В цилиндре и пиджаке за врагами и чудовищами-титанами не побегаешь, если только это не миссия под прикрытием.       — Не слышу в твоём голосе искренности, — ответил Леви и вгляделся в зеркало. В цилиндре из шёлкового плюша с характерным блеском он выглядел как выходец из аристократии. Леви, выросший в трущобах, неожиданно стал напоминать знатного человека, и новый образ ему действительно шёл, прибавляя складной, но низкой фигуре больше сантиметров роста. — Всегда знал, что модные тенденции от тебя далеки.       Впрочем, как и от самого Леви, который едва-едва за ними поспевал. Время бежало слишком быстро.       — Ты прав, и всё-таки я не об этом, — фыркнула Ханджи, подкрадываясь к Леви со спины. Что-то заметив цепким взглядом, Ханджи поправила края пиджака, на которые Леви не обратил должного внимания. — Я просто никогда не думала, что твоим выбором станет цилиндр, но тебе идёт. Старый холостяк, но есть же, чем всех впечатлить! Чувствую, всех дам из делегации Хизуру ты оставишь с разбитым сердцем.       — Нужны мне их разбитые сердца, — досадливо скривился Леви. — Если они всё ещё будут увиливать от выгодных для нас условий поставок и добычи ресурсов, я их сердца вырежу клинками.       — Именно поэтому за переговоры отвечаю я, а не ты, злой коротышка, — ласково посетовала Ханджи и неловко убрала руки от Леви, сунув их в карманы шинели.       — Верно, — тихо согласился Леви, не обидевшись на прозвище. За годы общения привык. — Так всегда было правильнее: ты говоришь, а я действую. Как в старые времена.       — Как в старые времена… Да уж, — поморщившись, будто от зубной боли, вздохнула Ханджи. Тени под глазами стали глубже и темнее. Около губ, растянутых в вялой, полной горечи улыбке, наблюдались мимические складки. — Стареем, и ничего не сделаешь. Остаётся только прикрывать вымахавший молодняк и недостатки вроде роста, морщин и седых волос. Дураки мы с тобой, Леви, старые дураки… Ну, зато хоть цилиндр скроет назревающую на твоей голове проплешину!       Леви грустно усмехнулся, но промолчал. Тишина казалась тяжёлой, как и печальный взгляд Ханджи, пробирающий до мурашек. Она явно ожидала ответа, но подходящих слов у Леви так и не нашлось.