Превратности судьбы

Ближайшее прошлое. Сан

      Хонджун несколько раз за вечер звонил Сану, чтобы сказать ему о переносе завтрашнего расписания, но так и не дозвонившись, отправил ему и его менеджеру сообщение. А сам поспешил в ресторан к Уёну. Его настроение просто зашкаливало, он даже не замечал того, что мурлыкает мелодию из написанной им же песни, которую он никому пока не озвучивал, так как это был сюрприз для Уёна и она ждала своего часа.       Открыв своим ключом дверь, Хонждун торопился сообщить любимому о том, что наконец-то нашёл нужного ему человека, когда до него долетел удивлённый голос Уёна, задавшего кому-то вопрос. И гулкое «Кому?» зазвинело в ушах.       На мгновение Хонджун растерялся и замер в нерешительности. Но, сообразив, что Уён явно общается с кем-то по телефону, замедлив шаг, тихо стал красться к нему, чтобы не мешать и обрадовать своим появлением. Однако у самого проёма в зал, он остановился как вкопанный, ибо чётко услышал ответ «абонента» Уёна и узнал голос: — Ким Хонджуну, директору музыкальной компании «Креатив», — тихим, виноватым голосом ответил Сан, не зная, что и думать.       «Может менеджер облажался и компания неблагонадежна? Или наоборот, Уёну она хорошо знакома, потому что быстро набирает популярность?» — А в чём дело? — Начал паниковать Сан. — Ни в чём, — улыбнулся Уён, выглядя при этом каким-то растерянным. — Ну же, Уён, в чём дело? — не выдерживая его вида, встряхнул его за плечи Сан. — Ни в чём. У твоего менеджера отличная осведомлённость, а у тебя прекрасный вкус и интуиция, — мягко произнёс Уён, нежно гладя Сана по голове, — работая в компании Ким Хонджуна ты непременно станешь знаменитым, — добавил он, улыбаясь, и Сан облегчённо выдохнул. — Значит, ты на меня не злишься? — чуть успокоившись, заглянул Сан Уёну в глаза. — За что? — не выдержав пристального взгляда и заглядывая в свой мобильный, делая вид, что смотрит, который час, проговорил Уён, — Уже поздно…       Хонджун, наблюдавший эту сцену, выглядывая из-за стены, тихо развернулся и поторопился уйти тем же путём, что и пришёл, пока его не заметили.       Забравшись в машину Хон какое-то время просто сидел, размышляя об увиденном и услышанном. Его глаза застилали выступившие слезы, он не видел ничего, кроме развернувшейся перед ним сцены, которую он явно не должен был видеть.       «Уён знает Чхве Сана, но никогда не упоминал его в разговоре со мной. Почему? Он ведь знал, что мне нужны люди? Что я ищу певца и танцора. Но, он ведь тоже говорил, что подыскивает для ресторана постоянного работника… хотел перехватить Сана, чтобы я не знал, но Сан выбрал меня?.. Они любовники? Может поэтому Уён и не говорил Сану про меня? Не хотел, чтобы тот знал, что я его парень? Тем более, что я стал его конкурентом, перехватывая у него ребят… Он мне лгал, недоговаривал…» — тысяча вопросов разом обрушились на Хонджуна, сдавливая его грудь тяжелым обручем, не давая свободно дышать. Но вдруг, их все, одним махом заглушила одна единственная фраза. Та самая, что давно поселилась в его голове, хотя Хонджун и решил, что от неё избавился, что она уже давно осталась в прошлом. Однако… он всё ещё её помнил:

«И всё же, однажды ты сам придёшь ко мне на сеанс».

      Эта фраза прозвучала в его голове так чётко и так громко, что Хонджун мгновенно очнулся от своего мучительного транса и в буквальном смысле прозрел, потому слёзы куда-то испарились.       «Похоже, он знал! А вот я этого знать не хотел… "       Хонджун вздохнул и недрогнувшей рукой набрал номер Уёна. Все его тёплые чувства к нему куда-то внезапно исчезли, оставив лишь пустоту. Однако когда в трубке он услышал веселый, звонкий, но в тоже время мягкий и нежный голос Уёна, то его чувства вернулись, будто никуда и не исчезали.       Он так привык к этому нежному успокаивающему тону, что просто не мог ему сопротивляться. Ведь именно этот голос, казалось, уже целую вечность неустанно шептал ему, что всё будет хорошо. Именно этот голос сказал ему когда-то, что он прав. Что он не должен никого слушать или делать чего-то, чего он не хочет. Что он самый лучший, самый нежный и самый родной человек на земле. И именно вера Хонджуна в слова Уёна помогла ему стать тем, кем от стал: успешным музыкантом, бизнесменом и продюсером, реализовавшим наконец все свои мечты.       Все! Кроме одной… — Привет, солнышко! Ты уже закончил свои дела? — с нежностью спосил Хонджун и, услышав положительный ответ, добавил, — тогда закрывай ресторан и выходи. Я жду тебя на парковке.       Через пару минут Хонджун уже наблюдал сцену, которую видел тысячи раз: до боли знакомая фигура выходит через заднюю дверь ресторана, замыкает дверь и бежит к нему. — Привет, милый! — привычно целует его Уён в щёку через открытое окно, — почему не зашёл? — капризно спрашивает он. В то время как Хонджуна снова начинают терзать вопросы.       «Он выпустил его через парадную? Странно. Он ведь не мог знать, что я их видел. Что с того, что он выйдет с кем-то из своих сотрудников?» — упрямо искал Хон оправдание любимому.       «Но, он всегда выходил один», — подсказало ему подсознание, звонко разбив его никчёмный аргумент, — «…а вот я, всегда приезжал поздно…», — согласился с ним Хон. — Есть хочешь? — Что? — Очередной вопрос прервал рассуждения Хонджуна. — Ты голоден? Может зайдём и я приготовлю тебе твой любимый стейк? — Нет. Поедем домой. — Сказал Хон заезженную фразу, а в голове возникла новая тревожная мысль.       «Он уже давно не предлагал мне этого. Пытается загладить вину? Но за что? Что скрыл от меня попытку заполучить Сана, а услышав моё имя, испугался, что я всё знаю? Или за то, что хотел его, но моё имя его остановило? — но опять же, не желая этому верить, Хонджун возразил сам себе, оправдывая Уёна. — Я сам виновать в том, что он увлёкся Саном. Я ведь сам отказывался от его предложений поужинать, потому что вечно был занят и привык перекусывать на ходу». — Ладно. — В который раз обречённо произнёс Уён и в который раз, чтобы скрыть своё разочарование, добавил, — как прошёл день? — Отлично! — не скрывая радостного триумфа ответил Хонджун так торопившийся к любимому, чтобы поделиться с ним этой новостью, — я наконец-то нашёл того, кого искал! Он очень хорош! И я уверен в том, что он станет моим лучшим бриллиантом! Моей гордостью! — Вот как? Ну тогда я за тебя очень рад! — искренне улыбнулся Уён, радуясь за обоих своих парней, хотя Сан так не согласился им стать.       Ходжун привычно запустил двигатель автомобиля, а Уён, также привычно откинувшись на спинку переднего сиденья, погрузился в воспоминания о первом знакомстве с парнями.