Take me

-Чертов ублюдок! Гребаный сукин сын! Да кто ты такой, чтобы говорить мне о нулевых шансах моего замужества при незнании мной всего лишь какой-то там mandibulla maxima и fossa potentia! – кипятилась Кейт, все еще переводя дух и возбужденно жестикулируя. - Patella, Кейти, - поправила я, - если ты имеешь в виду именно надколенник, а не потенцию твоего дружка Тайлера. Хотя Тайлер и потенция - абсолютно взаимоисключающие поня... -Заткнись, Джо, - оборвала меня подруга. – Твой Рик, к слову, настолько туп, что глубоко убежден, что слово «голень» произошло от слова «гол»! Я закатила глаза. Без толку объяснять этой чертовке, что с потенцией у Рика полный порядок. Я украдкой улыбнулась, вспоминая наши недавние упражнения в его просторной спальне. - Уверена, этот препод-садист сотрет с твоего личика эту ухмылочку и завалит по полной! - злорадно воскликнула Кейт. – Без миссис Воловитц сдать будет ох как непросто, раз даже такое анатомическое светило как я провалилась. О, Джо... Ты даже не представляешь, что тебя ждет... Не уповай на свои прелестные мешки под глазами, кричащие о бессонной ночи, им не под силу растопить здоровенную глыбу льда в этой стальной... мммм…груди. Ох, какой же он мужчина... Я прыснула, едва не захлебнувшись глотком воды, ошарашенно взглянула на Кейт, прижавшую ладони к разгоряченным щекам. Стальной груди? Где моя Кейти, невозмутимая и острая на язык, когда дело касается парней? Видать она и вправду несколько обескуражена поражением или же внешностью таинственного преподавателя. Хм, а что же заставило ее оторваться от os coxae и вперить свой взор в стальные musculi? - Удачи тебе, - мрачно пожелала она, и, подобрав валявшуюся сумку, унеслась по коридору, не забыв отвесить мне легкую затрещину. Молодец Кейти. Ободряет. Воспрянув духом, я шагнула в аудиторию чуть менее решительно, чем планировала, - неимоверная усталость за ночь давала о себе знать. - Добрый день, мистер Лето. Я Джоанна Линн. Сегодня у меня зачет. Простите, я немного опоздала, - выпалила на одном дыхании. Замолчав, я медленно оглядывала помещение. Вышеупомянутого мистера нигде не было видно. Меня окружали только анатомические муляжи, скелеты, каждый из которых гордо носил свое имя, и поджидавшие меня на столе косточки, разложенные в ряд. «Сегодня вы будете моей личной преисподней», - удрученно подумалось мне, ибо височная кость и позвонки были для меня сродни слугам сатаны. Ну и где же этот доцент? Много чести мне, захудалой студенточке захудалого медицинского университета, сразу быть принятой. Ах да, забыла, я же ничтожный червь, как неустанно внушают нам преподаватели. Ну хватит, и так вся на нервах, а вдобавок томительного ожидания я не вынесу. Злорадно подмигнув косточкам я, пританцовывая, двинулась к выходу, клятвенно заверив свою неугомонную совесть выучить все-превсе, как вдруг услышала: - Мисс Линн? Простите, что заставил ждать. Неожиданно возникли неотложные дела касаемо публикаций на нашей кафедре, и мне пришлось задержаться. Но все уже улажено, и мы можем приступить к зачету. Наверное, любой нормальный здравомыслящий человек, не мешкая, дабы скорее покончить с ненавистным опросом, так и сделал бы. Любой, но не я. Впервые в жизни потеряв дар речи, словно никогда и не владея им, я стояла как вкопанная и ошалело взирала на говорящего. Ибо ошалеть было от чего. Мужественный. Очень мужественный. Казалось, что он не намного старше меня. И будь я проклята, если его телосложение уступало греческому богу. Ничуть. Геркулес на своем Олимпе бьется в припадке зависти. Черт, да я напрочь утратила способность рационально мыслить! Куда девалось мое несокрушимое самообладание? Идиотка. Зачем ты подняла глаза?! Все остатки анатомических знаний дружно сказали «счастливо оставаться». Виной всему лицо мистера... как его там? Неважно. Совсем неважно. Зелёно-карие глаза вопрошающе смотрели на меня, ибо пауза затянулась. Поднятые густые брови изогнуты, и, казалось, целиком отражали мое очевидное смятение. Плавная, соблазнительная линия губ, ярко выраженные широкие скулы, небрежная щетина и взлохмаченные темные волосы. И шея. Невероятно красивая шея. Мускулистая и одновременно изящная. Все, боги, есть вы там или нет, я пропала. И словно в подтверждение этого ощутила, как наэлектризовался воздух и какая все-таки тесная эта комната, хотя раньше - когда же это было! - она казалась мне просто необъятной. Хм, наверное, все пространство здесь занимает мое очевидное желание. - Мисс Линн? – он первым нарушил молчание своим хриплым и до дрожи сексуальным голосом. – Вы, видно, удивлены, - «Оооо, красавчик, это еще мягко сказано. Тут скорее ступор степени эдак десятой» - пронеслась эта буйная мысль у меня в голове. - Я Шеннон Лето, - представился мужчина, не получив от меня реакции на его предыдущие вопросы. - Вы готовы начать или вам нужно время? О да. Мне нужно время. Много времени, чтобы по кусочкам собрать свое самообладание и не наброситься на тебя здесь и сейчас. Но одному богу известно, как сложно подавлять подобные желания, нашедшие выход внизу живота и заставлявшие дышать чаще, что не могло ускользнуть от заинтересованного взгляда преподавателя-мучителя. Подозреваю, Кейти имела в виду вовсе не эти мучения. Боже, в этом помещении всегда царил такой полумрак или я точно схожу с ума? И какое же напряжение висит в воздухе. Его можно почувствовать кожей. Неужели все электрические поля мира собрались в этой точке и создают колоссальную разность потенциалов? Я с трудом поборола нарастающее желание закусить губу. Незачем усугублять положение. Хотя жажду именно этого. И я незаметно провела языком по пересохшим губам. Надеюсь, что незаметно. Да, я Джоанна Линн, действую вопреки логике. Даже женской. - Простите, мистер Лето. Разумеется, я готова к опросу. «Еще как готова. Да только вряд ли к опросу» - подначило меня мое подсознание. Так вот каково это, когда разум тебя мгновенно оставляет на попечение чувств. Точнее, инстинктов, неподвластных не только мне, но и вообще никому. Клубок внизу живота все сильнее давал знать о себе. Я перевела дух и вздохнула. Пожалуй, даже слишком громко. Мне позволительно, ведь я сейчас вообще не соображаю. - Ну вот и славно. Присаживайтесь, - произнес он, указывая на место перед преподавательским столом. Сам же уверенной походкой обогнул его и опустился на стул, слегка скрипнувший под тяжестью его тела. И тут я пожалела, что я не мебель. Откинув со лба непослушную прядь, я тоже присела напротив. И тут он пристально взглянул прямо на меня. Впервые в жизни я пожалела, что красива. Поймав его заинтересованный взгляд, с уверенностью осознала, что ничем хорошим это не кончится. И ничем пристойным тоже. А преподаватель без тени смущения продолжал меня изучать: окинул взглядом локоны длинных рыжеватых волос, предмет моей небольшой, но все же гордости; четко очерченный контур губ, мои зеленые глаза в обрамлении темных ресниц с миндалевидным (как утверждает Рик) разрезом, правильный овал лица, чуть смугловатую кожу и стройные, идеально выточенные (по словам того же Рика) ноги. И надо было мне именно сегодня надеть самую короткую из имеющихся юбок, намного выше колена, и блузу, слегка открывавшую верхнюю часть груди. Незамедлительно запахнула халат, который, черт его дери ПОЧЕМУ ТАКОЙ КОРОТКИЙ, пытаясь сделать это незаметно и увы, безуспешно. Потому как слишком сильно вцепилась в край стола, чтобы унять дрожь, отчего побелели костяшки пальцев, выдавая мои смешанные чувства. Господи, конечно он заметил. Ах да, конечно, не мое ли очень даже наглядное закусывание губы привлекло его внимание? Верный признак моего едва ли контролируемого порыва и еле-еле сдерживаемого влечения. Увидев моё смятение, мистер Лето иронично поднял брови и усмехнулся, будто издеваясь, тем самым вызвал у меня приступ смущения. Он лишь разжигает и без того беснующееся пламя внутри! - Итак, может начнем, наконец? – Шеннон Лето закинул ногу за ногу и разложил передо мною несколько разных видов костей, указывая на одну из них своим пальцем. – Посмотрим, мисс Линн, на уровень ваших знаний. Мой вам совет - не подведите миссис Воловиц. В необузданном гневе она воистину страшна – серьёзно заявил он и притворно содрогнулся, пряча усмешку в уголках чертовски манящего рта. «Думай об анатомии, Джо», - приказала я себе. Хотя в этот момент во мне скорее бушевала физиология. - Вы можете назвать ее, разумеется, на латыни? – он снова стал сосредоточен на анатомии. Могу ли я назвать? Дьявол, ты издеваешься? Всего моего самообладания хватает лишь на то, чтобы не застонать в голос. И вообще, нас разделяет только стол. В старшей школе я занималась легкой атлетикой и брала куда более высокие барьеры. И куда более доступные. Черт, да я полностью говорю «проваливайте» своим убеждениям. Обычно я отождествляю секс с чем-то романтичным и интимным, более близким, а не с животным желанием предаться не менее животному инстинкту. Да я готова разломать этот стол, если потребуется. А он? Как он может оставаться таким поразительно спокойным и уравновешенным? Но кое-что его всё же выдает. Он плотно, слишком плотно сжал пухлые губы, так, что они превратились в узкую полоску, а скулы выступили явственней, обозначив напряжение в лице и наверняка ниже пояса. Лицо его, напряжённое, покрытый щетиной подбородок - выглядели резкими и будто высеченными из стали. Ах, тебе косточку назвать? Пожалуй, попытаюсь, пока еще могу членораздельно говорить. Но кто же знает, сколько еще я смогу владеть собой. - Vertebra cervicalis, - выдохнула я - Не припомните ли его более точную локализацию в позвоночном столбе? – прищурив глаза и придвигаясь ближе к столу, спросил он. Как там его зовут? Не спрашивайте меня. -Первый шейный позвонок, кольцевидный, непосредственно сочленяющийся с черепом, - выдала я хриплым голосом, еще более низким, чем обычно. Первый шейный позвонок. Он же Атлант. Атланты. Греческие гиганты. Греческий бог. Непреодолимое желание обнажить свою грудь, как это с удовольствием делали все те же гречанки. Слишком много Греции. Слишком явственна напряженность. Кажется, даже воздух загустел, ощутимо изменив атмосферу вокруг, которая и без того была накалена до предела. Дура! Может тебе еще и салат греческий? Сейчас в мозгу безраздельно хозяйничают эндорфины - физиология сплошь и рядом. И вообще, я уже почти убеждена, что существуют гормоны секса. Сама живое тому доказательство. Проклятое чувство знакомой пульсации внизу живота отнюдь не желает отступать наряду с богатым воображением. Пожалуй, чересчур богатым. - Верно, - почти шепотом произнес зеленоглазый дьявол. - Будьте так добры, - откинулся он на спинку стула, слегка обнажив ворот голубой рубашки, - переведите мне остистый отросток позвонка? - Processus spinosus, - не задумываясь выпалила я. Черт, все идет слишком хорошо, если учесть, что мне ох как не до анатомии. Видит бог, думать я могу только о репродуктивной системе. В частности, о ее непослушании разуму, который, ну точно уже, оставил меня минут эдак пятнадцать назад. - А чем же отличается седьмой шейный позвонок от всех остальных? – спросил Лето, опять до жути сексуально облизав губы. - Седьмой.. – при взгляде на его до неприличия грязный и развратный рот (или это я грязная и развратная?), у меня перехватило дыхание и пересохло в горле, но, взяв себя в руки, я прохрипела жутким голосом: - Он же выступающий. Латинское название... – я запнулась, судорожно припоминая это треклятое латинское название, что крутилось на языке, отказываясь с него срываться. Чёрт! В голове ни одной приличной мысли! – Vertebra prominens, - победоносно воскликнула я, радуясь, что в голове нашёлся правильный ответ, несмотря на голое и потное тело мистера Лето в моих фантазиях. – Называется он так, потому что его остистый отросток легко прощупывается через кожу, - сказав это, я неосознанно подняла руку и коснулась своего седьмого позвонка. А потом так же неосознанно провела рукой по шее. Поймав его зацепившийся за мою руку взгляд, я шумно выдохнула. Огонь первобытной страсти охватил всё моё тело, мешая спокойно думать и трезво рассуждать, заставляя сжимать бёдра плотнее, грудь вздыматься чаще, руки мелко дрожать, а мысли путаться. Еле сдержав себя, чтобы не застонать от внезапно накатившей волны желания от одного взгляда его горящих глаз, я сильно сжала руками колени, до боли. От страха и возбуждения тряслись поджилки, к щекам приливала кровь, выдавая моё смущение и желание. В голове отчётливо отдавались слова Кейти: «Он завалит тебя по полной!» О Господи, как я хочу, чтобы мистер Лето завалил меня. Во всех смыслах. Складывалось впечатление, что я маленькая и глупенькая девочка, которая внезапно возжелала своего преподавателя. На самом деле всё так и было, но огоньки в его ореховых глазах придавали мне уверенности, что он тоже хочет меня. Ни разу воспоминание о моём парне не резануло моё сердце вспышкой боли от предательства. Наши с Риком отношения были не совсем нормальными, не лишёнными ссор и совершенно лишёнными доверия, но всё же что-то держало нас вместе. Возможно, скрепляющей нас вместе деталью был неплохой секс, но сейчас воспоминания об этом, навязчиво жужжащие где-то около уха, уплывали в далёкие дали, как совершенно ненужные. Чувственные, пухлые губы мужчины распахнулись, местами показывая ряд ровных, белых зубов. Мой разум медленно махал мне ручкой и уходил, оставляя место развратным мыслям о таком сильном желании немедля лечь на стол преподавателя и призывно раздвинуть ноги. Уговорив себя этого не делать, а испытать мистера Лето на силу его желания, я снова медленно провела ладонью по шее, прошлась ей по нежной коже, опускаясь ниже, к груди, и, испытующе глядя преподавателю в глаза, сжала её в руке. Мистер Лето в очередной раз облизал губы и судорожно дёрнулся вперёд, но затем, будто одумавшись, расслабил тело и откинулся на спинку стула. Мной овладело смятение: я отчётливо видела дикий пожар в таких красивых глазах, зачем же он его подавляет?! Телом моим будто управлял кто-то другой. Сама не заметив того, что я уже на ногах, я медленно двинулась к мистеру Лето, отчаянно виляя бёдрами, глядя ему прямо в глаза, пытаясь быть настолько развратной девочкой, насколько это вообще возможно. Подойдя ближе к мужчине, я, лихо перекинув через него ногу, села к нему на колени и подвигала тазом, усаживаясь. Почувствовав промежностью нечто твёрдое, я внутренне ликовала: каждой девушке было бы приятно, что взрослый и такой сексуальный мужчина хочет её настолько сильно, насколько хочет его и она. Погладив его сильную шею ладонями, я медленно опустилась к его лицу. И факт того, что его руки всё ежё нервно сжимали край стола, меня ни капли не смущал: возбуждённый член мистера Лето сказал всё за него. Поняв, что нужно что-то предпринять, я поцеловала его в скулы, опускаясь губами ниже, лизнув языком где-то за ухом, я жарко прошептала: - Трахните меня, мистер Лето. Издав гортанный стон, преподаватель сильно стиснул мои ягодицы в своих широких ладонях, и прижал мой таз ближе к себе, делая мне практически больно. Несдержанный мной стон сорвался с губ, обдав нас обоих разрядом тока. Мужчина начал плавно двигаться подо мной, имитируя секс, что заставило меня забыть о существовании целого мира. Преподаватель резко вскочил на ноги, поддерживая меня под ягодицы, и сбросив рукой все кости со стола, водрузил моё тело на него. Откинувшись на стол полностью, я опёрлась ногами о его край. Широко раздвинув ножки, я обвела контур бёдер ладонями, ощущая на себе его пылающий взгляд. Сдавленно рыкнув, мужчина буквально разорвал в клочья мои капроновые чулки с кружевными оборочками и отбросил их в сторону. Затем он задрал короткую юбку куда-то на талию и снял маленькие кружевные трусики, бросив их к чулкам. Я чувствовала, что я истекаю от желания, но терпеливо ждала дальнейших действий мужчины. Выгибала спину в страстных порывах, пока его тёплые ладони шарили по моей груди, заставляя меня стонать громко и безостановочно. Поднялась на локтях, позволяя мужчине снять с меня неуместную в данной ситуации блузку, что он и незамедлительно сделал. Но когда с блузкой было покончено, я не спешила ложиться на стол опять. Вместо этого я руками потянулась к его прекрасному телу и начала расстёгивать пуговички халата. Руки тряслись как у наркоманки, и, потеряв терпение, я начала стягивать его с плеч преподавателя, не до конца расстегнув их все. Переступив через упавший халат, мистер Лето быстро снял синий пиджак и голубую рубашку. Картина, открывшаяся моему взору, ошеломляла своей красотой. Я, кажется, выпала из реальности на несколько минут. Великолепной красоты мужской торс, с забавными завитушками чёрных волос, тёмными сосками, зазывно оттопырившимися от холода, захватили моё сознание настолько, что мне было сложно воспринимать реальность. На мгновение мне показалось, что это всё сон, и я сейчас проснусь в объятиях одеяла, но мужчина отказывался пропадать, что осчастливило меня настолько, что, пропищав нечто невразумительное, я холодными руками начала исследовать его торс. Немножко поёжившись от холода моих пальцев, он максимально приблизился ко мне, что позволило мне увидеть его тёмную кожу, с милыми бугорками мурашек. Его зелёные глаза смотрели на меня с откровенным желанием, заставляя разум плавиться, а кожу полыхать. Невыносимо медленно его губы приближались к моим губам, открытым и влажным. Мозг, давно покинувший меня, давал команду сердцу биться чаще, быстрее разгоняя по телу кровь, подавал импульсы каждому нервному окончанию, усиливая восприятие прикосновений преподавателя в тысячу раз. И когда я уже была готова застонать от обилия гормонов в крови и невыносимого огня внизу живота, губы мистера Лето накрыли мои. Его поцелуй заставил меня подняться в небо, а затем сильно шмякнуться на землю. Ощущения были такими сильными, что не верилось, что это происходит со мной. Страсть заставляла меня задохнуться в собственном желании, а когда воздуха перестало хватать, я, как рыба, выброшенная на лёд, оторвалась от сочных губ, чтобы насытить лёгкие кислородом. Пауза длилась всего несколько секунд, наполненных нашим прерывистым дыханием, а затем я сама потянулась к губам мужчины, желая испытать то же, что и минуту назад. Потеряв самообладание окончательно, мои руки двинулись по могучей груди вниз, к паху, где за ширинкой классических брюк находился его возбуждённый орган. Сжав на нём ладонь, я почувствовала на губах стон мистера Лето. Это послужило для меня своеобразным призывом к дальнейшим, более решительным действиям. Трясущимися руками я пыталась расстегнуть ширинку, не забывая время от времени поглаживать сквозь ткань его член. Тем временем, руки преподавателя гуляли по моей груди, возбуждая до предела. Но затем, неожиданно грубо, его руки толкнули меня на твёрдую поверхность преподавательского стола. По-звериному рыкнув, он рванул на себе ширинку, стянул брюки вместе с трусами, освобождая крепкий, возбуждённый, прямо стоящий член. Подтянув меня за бёдра ближе, он наклонился и подарил моей шее быстрые и горячие поцелуи. Я почувствовала головку члена мистера Лето у входа во влагалище. Мгновенно сжавшись от предчувствия грядущего наслаждения, я закрыла глаза, пытаясь унять дрожь и неуверенность. Что я творю? Я вообще-то зачёт сдавать пришла! Но мужчина не разделял моего сомнения и стремительно вошёл на всю длину. Издав громкий крик, я выгнулась навстречу его телу, касаясь набухшими сосками груди мистера Лето. - Вот же бляяять, - прохрипел он, касаясь лбом моей шеи, - как хорошо-о. Широко улыбнувшись, мистер Лето, начал набирать скорость, кусая мочку моего уха. Стоная и извиваясь, как самая настоящая змея, я теряла над своим телом контроль: моей попе грозило падение со стола. И видит бог, это случилось бы, если бы мужчина крепко не держал меня за бёдра. - Что же сложного в этом зачёте, Джоанна? – спросил мистер Лето, шумно выдыхая воздух куда-то в область моих ключиц, - Вот это, - он провёл влажную дорожку своим языком, - ключица, clavicula. Я шумно выдохнула и, казалось, совершенно охрипла от продолжительных страстных стонов. - А вот это, - подушечками пальцев очертил мои рёбра, - costae, рёбра. От нежных прикосновений его пальцев вкупе с жёсткими вдалбливаниями его члена, я просто трепетала. Промежность горела огнём, а на глаза наворачивались слёзы удовольствия. Но тут мистер Лето внезапно стянул меня со стола и поставил на ноги. Перевернув меня спиной к себе, он с силой нажал на мои плечи, припечатывая к столу так, что я не смела двинуться. Сильно вошёл снова, и я почувствовала, что кончаю. Серьёзно, такого взрыва я не ожидала. Меня будто рвало на куски, заставляя моё тело рассыпаться на части, а потом собираться воедино, когда я начала чувствовать, что возбуждаюсь снова. Быстрые и чёткие движения распаляли меня вновь, я подчинялась этому мужчине безраздельно, отдавалась целиком и полностью, получая взамен то же самое. - А вот это, мисс Линн, лопатка, scapula, – чмокнул поочередно в лопатки. - Processus spinosus позвонков, - пальцем провёл по выступающим позвонкам в то время, когда я выгибалась как кошка и рьяно подавалась бёдрами назад. - Но всё же, Джоанна, вы знаете недостаточно много, чтобы сдать этот зачёт, - рыкнул он, и я почувствовала, как мышцы моего влагалища быстро начали сокращаться, помогая кончить и мистеру Лето. - Так что, - задыхаясь выдала я, - я не сдала? - Нет, мисс Линн, - заулыбался этот дьявол, - придёте на пересдачу, - его улыбка превратилась в угрожающе-коварную.