Из пустыни в оазис.

После ранее описанных событий прошло две недели. Рен и Луциана усердно тренировались, уровень их фуриоку стал значительно выше, чем был, они выучили новые боевые приёмы. Понедельник, 15 сентября, 9 часов утра: Настойчиво зазвонил будильник, наполнив всю комнату резким дребезжанием. - Аааааа, да заткнись ты уже! - злобно спросонья заныла Луциана, стукнув по будильнику с такой силой, что он сломался. Девушка потянулась в кровати и решила ещё немного полежать, всё равно сегодня был свободный день, никаких тренировок не намечалось, можно было позволить себе встать чуть-чуть попозже. Тем временем за окном уже рассвело, ярко сверкало солнце, лучи которого уже пробрались в комнату сквозь шторы. Да уж, тут не уснёшь, в связи с чем Луциана встала с постели и решила что-нибудь поделать. Она достала книжку, села на кресло и стала читать слово за словом, предложение за предложением, абзац за абзацем, страница за страницей, пока снова не уснула. Рен же придерживался другого распорядка дня. Он встал раньше Луцианы и первым делом направился в спортзал, несмотря на то, что сегодня тренировок не должно было быть по определению. Шаману было всё равно, для него каждый день начинался с поднятия тяжёлых гирь, с беговой дорожки и других тренажёров, ведь он был одержим идеей одолеть Йо Асакуру в следующем поединке, и сегодня не было исключением. Рен сделал всё по своему ритуалу: отжался, поднял гири, позанимался на беговой дорожке и так далее. После небольшой тренировки синеволосый шаман отправился в душ, где провел минут двадцать. После принятия холодного душа он переоделся и пошёл завтракать. За столом уже сидела Джун. - Доброе утро, Рен, - сказала она улыбнувшись. - Доброе, - пробурчал Тао в ответ. - Луциана ещё не выходила из своей комнаты сегодня? - спросила Джун. - Не знаю. Я её не видел, наверное, ещё не проснулась, - спокойно отозвался Рен. - Сходи, позови её завтракать, - сказала сестра. - Ладно, - недовольно пробурчал синеволосый шаман. Рен поднимался по лестнице на второй этаж, где находились все спальни. "Опять Луциана дрыхнет, хоть бы раз встала вовремя", - с такими мыслями он подошёл к двери комнаты Рестон. Рен резко и громко постучал в дверь и произнес: - Эй, Луциана, выходи завтракать. Ответом была тишина. Рен постучал ещё громче. Опять никто не ответил. Тогда Тао решил просто зайти внутрь. Он повернул ручку и открыл дверь. Рен увидел Луциану, сидящую на кресле с книгой, за которой было скрыто ее лицо. - Опять читала и заснула? - Тао ухмыльнулся, он уже давно привык к этому "клубу любителей почитать". Он подошёл к Луциане и склонился над ней: - Эй, вставай, - тихо сказал Тао. - Нет, нет, не уходите, - послышалось из-под книжки, эта фраза сопровождалась тихими всхлипами. Рен понял в чём дело, он аккуратно взял книжку и положил её на стол. Шаману открылось лицо его подруги, на нём выражались напряжение и боль, она плакала внутри. Рен не стал её будить, просто сел рядом и стал ждать, пока она сама проснётся. Сейчас он на неё ни капли не злился, всё его раздражение ушло. Рен просто сидел около неё и смотрел на нее своим золотым взором, он знал, что ей снится. - Как же ты слаба для этого жестокого мира, но я не дам тебе сломаться, я защищу, - тихо сказал синеволосый шаман. Сейчас он полностью поменялся, таким он мог быть только с Луцианой, только с его подругой детства. Рестон открыла глаза, на них была пелена слёз. Рен вздрогнул: - Тебе снова снились родители? - спросил Тао тихо. - Да, - Луциана больше не могла сдерживать слёз, - я люблю видеться с ними хотя бы во сне, но они уходят раз за разом, снова и снова, а я, я остаюсь одна в темноте. - Ты не одна, - твердо сказал Рен, сжав ее руку в своей руке. Луциане нужно было сейчас услышать эти слова, как воздух. Рестон почувствовала поддержку, в которой сейчас безумно нуждалась. К глазам подступали слезы, Луциана пыталась сохранять непоколебимость, пыталась подавить рыдания, которые рвались изнутри наружу. Но эти попытки оказались тщетны, эмоции пересилила рассудок: девушка расплакалась и уткнулась лицом Рену в плечо. Шаман был немного ошеломлён, он обнял свою подругу, чувствуя, как содрогаются её плечи от рыданий. Сейчас Тао не был таким холодным и бессердечным, он обнял Луциану ещё крепче, чтобы она успокоилась. Они просидели в таком положении несколько минут, до тех пор, пока Луциане не удалось совладать с собой. - Больше не плачь, будь сильной, - сказал Тао и встал, направившись к выходу, когда Рестон окончательно успокоилась. - Спасибо, Рен, - сказала Луциана, - если бы не ты, я не знаю, как бы я справлялась... - Не благодари. Завтрак готов, - спокойно ответил Рен и вышел из комнаты.