Смейся, мне больно, или Дневник Падшего Ангела

Я опять встала раньше всех, старые привычки все-таки дают о себе знать. На часах семь утра, ребята, скорее всего, еще спят, поэтому я смело отправилась в душ. Включив теплую воду, я погрузилась в свои мысли. Он вчера был так близко… От одного воспоминания меня бросало в приятную дрожь, и кожа покрывалась мурашками, прокручивая в памяти его слова и его прикосновения. Такие чуткие, нежные… стоп, Аделина, о чем ты вообще думаешь?! Что за ужасные мысли посещают твою голову?! Тебе о жизни дальнейшей думать надо, а не о том, о чем ты сейчас! Мне самой порой становится неловко из-за своих мыслей. Не дай Бог, их кто-нибудь прочитает, я сгорю со стыда! Просто не могу удержаться, когда Влад рядом. Когда он смотрит мне в глаза, во мне как будто что-то оживает… что-то трепещущее, теплое, радостное… это, наверно, единственное, про что я не узнала в книгах. Если это происходит наяву, то что же это? Я вылезла из ванны и заметила, что забыла свою зубную щетку, не так давно приобретенную для переезда. Обмотавшись полотенцем и надеясь, что все еще спят, я вышла из ванной и направилась в гостиную, где стояли мои собранные вещи. Волосы я не успела заплести, поэтому они волнистыми прядями свисали с лица, которые постоянно приходилось убирать за уши. Наконец, я нашла щетку и тут, развернувшись, столкнулась лицом к лицу с Владом. Черт! Громко взвизгнув, я отпрыгнула от Зайченко и побежала в ванную. Закрывшись, я вздохнула и залилась краской. На мне же только полотенце было, и то, чуть задницу прикрывающее, какой позор! Все, теперь мне придется остаться тут до конца дней моих, чтобы не встречаться с Владиком глазами. И так я слишком часто краснею. -Лин, прости меня, я не хотел тебя пугать! Просто утром увидел, что тебя нет, и пошел посмотреть! – послышался голос по ту сторону двери. Я жалобно заскулила, ну как так можно?! -Ты не виноват, просто мне теперь жутко стыдно, только я могла додуматься в таком виде выйти в гостиную! – честно ответила я, закусив губу. С другой стороны двери послышался смех: -Ты серьезно?! Слушай, тебе легче станет, если я скажу, что ничего не видел и вообще не помню, что произошло? – я улыбнулась и выдохнула. -Если честно, то да. -Ну, тогда забыли! Кстати, я все-таки скажу, не обижайся: у тебя просто шикарная фигура, - не дождавшись моего ответа, Влад ушел, послышались его быстрые шаги. Наверно, ему стоило видеть мое лицо, хотя я не знаю, что в тот момент чувствовала. Вроде очень приятно, что я не такая уж уродка. Вроде и стыдно, что Влад застал меня в таком непристойном виде. А вроде и смешно, если смотреть со стороны. Как все сложно! Я не нашла, чем заплести волосы, поскольку не успела взять резинку, поэтому оделась и, перекинув волосы на одну сторону, направилась на кухню. Все уже сидели и вяло завтракали, попутно о чем-то весело болтая. Когда я зашла, Маус спросил: -Лин, ты чего так визжала с утра? Упала, что ли?! – я в панике посмотрела на Влада, тот лишь подмигнул. Опустив глаза, я села за стол и тихо сказала: -А, ну да, можно и так сказать, - эта тема больше не поднималась, и я надеюсь, что не вспомню о ней до конца своих дней. -О, кстати, Лин, Влад сказал, что тебя поздравить можно! – воскликнул Тошик, улыбаясь. -Да? С чем же, интересно? – насторожилась я. О чем он говорит? -Ну как же, ты ж теперь официальный фотограф группы «Нервы»! Я, конечно, не знаю, насколько это радостная новость, но все же! Добро пожаловать в группу! -Вот нахуя нам еще один фотограф? – обратился к Владу Мильковский, - Таня есть, чего еще надо? Она ведь даже с фотоаппаратом обращаться, наверное, не умеет! – я закусила губу и уставилась в стол. Какой же Женя все-таки противный, все ему не так! Или это все еще поет его неудовлетворенное самолюбие?! Или что ему там удовлетворить нужно... -Мек, спокойно, - начал Владик, - Танюша тоже человек, она со всем справиться не может! Тем более, тебе принципиально, кто тебя фотографировать будет?! -Вот именно, что нет! – отвечал тот, - а ставить на эту должность какую-то непонятно откуда взявшуюся малолетнюю фанатку! Обидно, даже очень. Внутри будто кровь на мгновение прекратила циркулировать по организму. Я встала из-за стола и проговорила Жеке: -Знаешь, наверное, ты прав. Я сама понимаю, что мне тут не место. А теперь, как выясняется, еще и не очень мне рады, - я вышла из комнаты и уже направилась одеваться и свалить отсюда подальше с их глаз, как меня остановила чья-то грубая хватка на запястье: -Ладно, прости, я не хотел обидеть, - послышался хриплый голос, - не уходи, Зайченко убьет меня, если я тебя отпущу, - эта фраза заставила меня развернуться. О чем он? -Что значит «убьет»? – поинтересовалась я. Я уже не злилась, ведь знала с самого начала, что он не хотел задеть. Хотя, откуда мне знать? Вот просто чувствую! Или зачем-то оправдываю этого придурка… -Потому что ты ему нравишься, вот почему. И если ты уйдешь, он меня не простит! – разъяснил Мильковский. В горле встал ком. -Что значит… то есть как… нравлюсь? – несвязно пролепетала я. Женя закатил глаза. -Зайченко, блять, будь мужиком уже, подойди и скажи все Лине! – в комнату зашел Влад, немного удивленный такой репликой. -Что сказать? Мек, все нормально?! – не могу разобрать, он правда не понимает, или это лишь напущенный вид непонимания?! -Разберитесь уже, наконец, мы через два часа выезжаем, не забудь! Реши все свои проблемы сейчас! – Женя вышел из комнаты, оставив нас одних. Нарушив тишину, Владик спросил: -Слушай, пошли, прогуляемся. Мне нужно много сказать, - я находилась в таком странном состоянии, что тупо молча кивнула, накинула куртку и вышла в подъезд. Да, чувствую, без сигарет и длинных, но нужных разговоров, не обойтись…