Смейся, мне больно, или Дневник Падшего Ангела

Я непонимающе смотрела на Женю, пока тот тем временем взял мою ладонь и положил к себе на ширинку. Примерно осознав, что от меня хотят, я стала медленно расстегивать узкие джинсы. Все еще находясь в некотором смятении, я стянула его джинсы и трусы до колен и вновь посмотрела на Мильковского. Тот тихо хмыкнул и проговорил: -Ты ведь знаешь, что я хочу, верно? Ты ведь знаешь, что делать? - я растерянно кивнула, тут Женя взял меня за волосы и посадил перед собой на колени, не отпуская моих спутавшихся прядей. Поняв, что деваться мне уже некуда и просто так меня точно не отпустят, я обхватила губами его возбужденный член, двигаясь по всей его длине, - я же знал, что можешь, когда хочешь, - или когда меня заживо заспиртовали так, что я не отдаю себе отчет в своих действиях... тем не менее, я продолжала упорно сосать, стараясь не задеть зубами нежную кожу. Но учитывая то, в каком состоянии я находилась, это не всегда получалось, и иногда я слышала тихие недовольные маты. В скором времени Мильковский решил взять руководство в свои руки, и он стал пропихивать свой член еще глубже мне в рот, отчего рвотные рефлексы во мне негодовали. А пару раз откуда-то сверху донеслись вполне четкие указания типа: "Блять, зубы, Деля, зубами-то зачем?" или "глубже, глубже бери, что ты как...". И я ведь даже не могла ничего ответить, насколько беспомощное было мое положение! Но я, не взирая на все это, послушно выполняла все его указания и прихоти. В какой-то момент я даже поймала себя на мысли, что мне это нравится. Быть под его властью, подчиняться ему... Боже, что за страшное существо все это время жило во мне? Вдруг я почувствовала, что Женя почти достиг оргазма, и через секунду он громко застонал и откинулся назад, а в рот мне залилась теплая горькая жидкость. Я вообще понятия не имела, куда деть все то количество спермы в моем рту, и я хотела уже побежать (ну или поползти, судя по моему самочувствию) в ванную, выплевывать сию вещь в раковину, но Женя остановил меня и приказным тоном сказал: -Глотай, - я жалобно посмотрела на Мильковского и помотала головой. Тут он вновь схватил меня за волосы, другой рукой зажимая мой рот, и таким же тоном добавил, - глотай, живо! - у него что, принципы есть и на этот счет?! Спросить я не решилась, поэтому, превозмогая себя, я проглотила эту гадость, от вкуса которой меня пробрала дрожь. Да, я не предполагала, на что иду, - вот и умница, - Мильковский надел штаны, поцеловал меня в лоб и добавил, - не так уж плохо! Привыкай ко вкусу, малыш! - с этими словами он вышел из комнаты. В который раз оставив меня одну. Никогда не забуду, как мне было плохо на следующее утро. Все тело ломило, голова будто чугунная, а про свою психику я вообще умолчу. Господи, почему я не забыла дурацкую вчерашнюю ночь, зачем я все помню?! Меня съедал стыд, напрочь отпало желание даже взглядом с Женей встречаться. Смотреть не могу на эту довольную рожу рядом, которая меня вчера споила и еще и опустила до уровня шалавы. Мильковский, это был же предел. Тут мысленно покалеченный мною Женя застонал и открыл глаза: -Черт, что-то вчера перебрал... доброе утро, - я смерила проснувшегося взглядом и хмыкнула: Нечего было вливать в себя столько виски. Хотя, думаю, в меня ты влил намного больше, так ведь?! - Жека удивленно посмотрел на меня, - что, прикинешься невинным мальчиком? То есть, ты меня вчера нарочно не спаивал, я это придумала?! - Мильковский отвел взгляд и схватился за голову: -Ну прости, я не рассчитал, не думал, то все так выйдет... - я закатила глаза и воскликнула: -Ты думаешь, я тебе поверю?! Я прекрасно знаю, что это все не просто так было, и отнюдь не случайно! Потому что на трезвую голову я бы на такое никогда не согласилась! - вспоминая события вчерашней ночи, я покраснела и отвернулась. -Дель, а что такого случилось-то?! Да, мне захотелось разнообразия, хоть какого-то, а ты от меня не отпихиваешься только пьяная в хлам! Для меня теперь секс раз в неделю - это уже счастье! - я усмехнулась и повернулась обратно к нему: -Ах, не нравится?! Да пожалуйста, бросай меня, найди себе фанатку-шлюху, она сама будет просить разрешения тебе отсосать! Зачем делать шалаву из меня?! - Мильковский непонимающе уставился на меня: -Причем тут шлюха? Дель, когда до тебя дойдет, что это нормально, слышишь меня, это в порядке вещей, когда парень хочет секса! И если парень просит свою девушку сделать ему минет, это не значит, что он считает ее шалавой! Ну, ты чего завелась? - он хотел меня обнять, но я отмахнулась: -А то, Мильковский, то, что ты в очередной раз воспользовался мной! Воспользовался моим положением, моей алкогольной неадекватностью! Твой эгоизм так и прет из тебя, а ты думал о том, что хотят другие?! Например, я! -Да ты хоть раз сказала, что ты хочешь?! Ни разу такого не припомню, хер слово из нее вытащишь! А если я не краснею при каждом упоминании о сексе, это не значит, что я извращенец, которому нужно от тебя только это! - я издевательски спросила: -Стоп, тебе еще что-то в жизни надо, кроме виски, наркоты и шлюх? Вот это новость, не верю своим ушам! - Мильковский шумно вздохнул и ответил на мой сарказм довольно серьезно: -Я скажу тебе, когда ты перестанешь строить из себя невинную девочку. И я не считаю тебя шлюхой, чтоб ты знала, дура! - я ничего не сказала, когда Женя хлопнул дверью и, видимо, вообще вышел из номера. Ну и пусть, пусть делает, что хочет и с кем. Кто из нас еще дура, Мильковский...