Полюби или Притворись!

- Тай, брось меня, зачем я тебе нужен такой больной? - Кита! – Гая остановился и, обойдя инвалидное кресло, присел перед парнем, беря его за руки. – Ты мне нужен любой, не важно что с тобой сейчас, что будет потом! Ты самое важное что есть у меня, – сказал он с мягкой улыбкой. - Я не шучу, я же помню, что говорил Мао, что ты говорил сам, ты любишь секс. А я, какой я сейчас? - Митсу, я тебя люблю. Прошло всего две с половиной недели как Хиро сделали операцию, конечно же, он хандрил. - Родной мой, давай договоримся, - Гая поцеловал обе ладошки. - Ты выбрасываешь из головы всю эту хрень и думаешь только о выздоровлении. - Хорошо... - согласился парень, смотря на макушку. Сегодня был первый день, когда Тайске пустили к нему, точнее первый, когда ему разрешили покинуть стерильную келью. - А мама... Где она? Тайске поднял голову и улыбнулся. - Дома сидит, очень боится тебе на глаза появиться. Выговаривает все, что о нас думает Мисе. - Плохо думает? - Не знаю, кошка молчит, как русская партизанка. Хиро улыбнулся, он бы с радостью посмеялся, но это было делать больно. Фуджигая поднялся и покатил кресло по дорожке. - Тай, а снег ещё шёл? - спросил парень, поднимая голову к небу. - А ты хочешь снега?- ответил Гая вопросом на вопрос. - А ты что же, можешь договориться с погодой? - Да я для тебя луну с неба достану. Китаяма все же рассмеялся, а потом застонал, закусывая губу. - Кита... - Тайске тут же остановился, оббежал кресло. - Все в порядке, смеяться больно. Тайске так хотел обнять его, прижать к себе, но зная, что нельзя, боролся с этим чувством. А прикасаясь, делал это нежно и осторожно, словно Китаяма был самой великим его сокровищем. -Фуджигая-кун, Китаяма-кун?- услышали они удивленный голос. К ним спешил их классный руководитель. Вставая с корточек, Тайске поклонился учителю, приветствуя его. - Сначала глазам своим не поверил, когда вас увидел. Все вас потеряли, телефоны молчат, никто из родителей и опекунов не позвонил. - Простите, сенсей, было не до этого, - ответил Гая. - Но если можно принести учебники и домашние задания, мы продолжим учиться, а когда Хиро разрешат вернуться в школу, мы напишем тесты. Сенсей со страхом посмотрел на парней, особенно на Хиромитсу,сидящего в инвалидном кресле. - Китаяма-кун, что случилось? Митсу не ответил, лишь опустил голову и закусил губу. - Ему сделали пересадку сердца, – ответил Фуджигая. – Поэтому мы некоторое время не сможем посещать школу, – говоря это, он был очень серьезен. - Вы… можете пропустить год, – Арата даже заикаться начал. Да, Китаяма серьезно болен, но Фуджигая изменился до неузнаваемости. - Все в порядке, думаю, все обойдется. Кита молчал, как и всегда, предоставляя право решать все Тайске, к тому же вдруг накатила слабость, он устало вздохнул, вздох смешался с тихим стоном. Фуджи услышал это и тут же развернул коляску и повез любимого назад. Учитель шёл рядом. - Наш директор тут, - объяснил он своё присутствие. - Ему делали шунтирование, вот, иду проведать. Если не возражаете, буду навещать и вас. - Конечно, навещайте, - ответил Тайпи. Теперь они были тут вдвоём, Казуя и Томохиса вернулись к учебе, каждый день навещал кто-то из семьи. Жил в клинике только Фуджигая, не желая оставлять любимого. Со следующего дня классный стал заходить и к ним, с учебниками и заданиями. За объяснение материала взялся Тайске. Хиро поражался как легко у парня получается объяснять тему даже по тому предмету, что он не понимает. От уроков Гаи он совсем не уставал, решать примеры устно ему всегда очень нравилось. После получаса учёбы Митсу проваливается в сон, а открывая глаза, видит Тайпи рядом. *** Подходил к концу январь, Фуджигая возобновил свои тренировки по айкидо, пользуясь тренажерным залом клиники. Как-то незаметно в посещениях больного к Сато сенсею присоединились одноклассники. Каждый день кто-нибудь приходил, рассказывая о делах в школе. Это тоже очень удивляло парней, они ведь не были любимчиками класса. Сначала Тайске это очень шокировало, но вскоре он смирился и даже включался в разговоры. - Когда вы вернетесь в школу? – спросила Кёко. Фуджи пожал плечами. - Наверное, весной будем сдавать итоговые экзамены вместе с вами. - Ого… - удивилась староста. – А Китаяме можно будет? - Так он ведь не будет напрягаться. Хиро взглянул на него, сверкая глазами и, фыркнув, отвернулся к окну. - Видишь, он уже злиться начинает, значит выздоравливает. В этой фразе Китаяма почувствовал обиду на любимого. - Тай… - прошептал он потерянно, смотря на друга. Аппаратура тут же отреагировала на смену сердечного ритма. - Кита… - Фуджи сел к нему на кровать, сдвигая учебники в сторону, и очень осторожно обнял парня. – Глупый, я не обиделся. - Он пошлость сказал, – заявила Миякэ. Хотя, пошлость больше была ее фантазией. Она, как и некоторые девочки из класса была уверена, что у Тайске и Хиромитсу роман, и, конечно же, когда он сказал «не будет напрягаться», подумала она совсем не об учебе. Сейчас она видела подтверждение слухам, ходившим в классе. - Кёко! Я же сексом не предлагаю заняться, – заявил Гая, поглаживая притихшего в его объятиях Китаяму. - Тай… - пискнул Митсу, в ответ пискнула аппаратура. - Не воспринимай все так близко к сердцу, – заявил Фуджи. – Мы же тут просто пошло шутим со старостой. - Я вас оставлю, – сказала девушка, поднимаясь. – А то ты доведешь Китаяму своими шуточками. Не возражаете, если завтра мы придем вдвоем с Огавой? - Нет, не возражаем, – ответил Фуджи. – Если ненадолго. - Я все понимаю. До завтра, мальчики, – она ушла. Тайске так и сидел, обнимая Хиромитсу. Как же давно он не чувствовал тепло любимого. Митсу так доверчиво прижимался к нему. - Ты в порядке? – Гая очень сильно беспокоился о нем. – Не сильно крепко обнимаю? - Конечно, я в порядке, – приглушенно ответил Митсу. – Мне хорошо в твоих объятиях. - Тогда наслаждайся. Этой близостью наслаждались оба, парни так истосковались друг по другу. - Тай, пусть мама придёт, - попросил Митсу. - Скажи ей, что я совсем не злюсь на неё и очень хочу видеть, скажи, что я соскучился. - Конечно, мой родной, - ответил Фуджи, гладя его по спине. - Ты сейчас отдохнешь немного, тебе поспать надо, а я позвоню твоей маме, чтобы она пришла. Аико стояла в коридоре около приоткрытой двери, по щекам её текли слёзы. Она закусила губу, чтобы не разрыдаться. Как она могла так относиться к своему сокровищу? Ведь сын единственное, что есть у неё в этой жизни. А родственники, они никто, они так быстро отвернулись от неё, как только оказалось, что их сын в беде, её тут же вынудили подписать отказ от сына. Тайске разжал объятия, помог Китаяме удобно устроиться на подушке. - Отдыхай, – он наклонился и нежно поцеловал парня в лоб. – Спи спокойно, я буду рядом. Хиро улыбнулся, кивнул и закрыл глаза. Вскоре он уже мирно спал, только лишь иногда лицо его искажалось легкой гримасой боли. Гая, сидя рядом, осторожно поглаживал пальцами его лицо, разглаживая морщинки. - Ты поправишься, ты быстро поправишься, – шептал он на ухо парню. – И все будет как раньше. Я люблю тебя, родной мой, я хочу тебя, я буду ждать, пока ты сможешь быть моим, никогда тебе не изменю, никому тебя не отдам. - Тайске… - тихо произнесла Аико, входя. Фуджи вздрогнул и встал с кровати, смотря на нее. - Прости, не хотела тебя пугать. - Все нормально. Кита хотел вас видеть. Соскучился сильно. Оба говорили шепотом. Не хотели беспокоить спящего парня. Сейчас как никогда раньше ему нужен был покой, к тому же во сне тело всегда восстанавливается быстрее. - Я в коридоре стояла, – ответила женщина смущенно. – Слышала все. - Мама, самое важное существо в жизни ребенка, – заявил Фуджигая. – Дети же всегда доверчивы, как бы мама не била их, они останутся верными ей, всегда. Надо ценить эту верность. Щеки Аико покрыл густой румянец. - Прости меня, Тайске, за то, что скинула с себя ответственность. - У него прощение попросите, – Тайске сжал пальцы Хиро. – Моя мама умерла, мне очень тяжело, никто не заменит её… - он вздохнул тяжело. – У Киты есть мама, пусть он будет счастлив, зная, что мама его любит больше всяких предрассудков. Женщина в очередной раз вздрогнула, по спине поползли мурашки. «Как этот мальчишка может быть таким взрослым? - думала она. – Но я не могу и слова сказать против того, как он отчитывает меня, будто я нашкодивший ребенок.» - Вы занимаетесь? – изумилась она, видя книги. Фуджи согласно кивнул, взяв один из учебников, он уселся в кресло взял карандаш и стал делать пометки на полях. - Мы решили не терять год, поэтому я стараюсь сделать все легким для понимания Китаямы. - Мы решили? – изумилась женщина. Ее снова передернуло, это «Мы», но она тут же взяла себя в руки, напоминая, что сын теперь ей больше не принадлежит, и то, что ей разрешили его навещать просто здорово. - Тай-кун, а это правда, что мой племянник хотел изнасиловать сына? Аико боялась даже думать об этом, но ведь дело в полиции было реально заведенным. Фуджигая кивнул, поджав губы, он сжал кулаки. - Я бы засудил вашего племянника, – прошипел он. – Или убил бы, будь у меня время. Тон парня давал понять, что он не шутит. Аико подошла к креслу и положила руку ему на плечо. «Я постараюсь принять его…» - подумала она. Женщина знала, что это будет трудно, в душе все еще не укладывалось то, что она видела в доме семьи Фудживара, до сих пор тошнило от того, что делал Тайске с ее сыном. Это было не правильно, не естественно, к тому же Митсу это очень нравилось, разве может нравиться парню, что его трахает другой парень? Она вздрогнула и, Фуджи поднял голову, смотря на нее хмуро. - Прости, Тай-кун… - Не утруждайте себя, – ответил Фуджи. – Я знаю, что вам тяжело. - Прости… - она вышла из палаты. Проводив ее взглядом, Гая взглянул на кровать, где спал Китаяма. - Надеюсь она примет меня ради тебя, – прошептал он. *** Забежав в дамскую комнату, Аико закрылась в кабинке и разрыдалась. Один бог видел как ей тяжело, в голове снова начинают зреть мысли о том, что сына нужно увезти от этого человека. Но теперь это будет считаться похищением. Эта семейка слишком влиятельна и никуда от них не скрыться. Все воспоминания были слишком свежи в её сознании, а Фуджигая подкреплял их все новыми. Вот сегодня, он так любя обнимал её сына, так нежно сжимал его пальцы. Их любовь с мужем в самом начале была такой же сильной. А потом, потом он даже завёл себе любовницу. Фуджигая поступит так же, зная о его прошлом, она была уверена в этом, Митсу будет болеть очень долго, а он скорее всего найдёт себе кого-нибудь. Ведь если у него в столь юном возрасте уже и дети есть, значит, он точно плохой человек. Для всех настали трудные времена. Началось время восстановления для Китаямы. Спустя месяц после операции ему разрешили поехать домой. Ни у кого и мыслей не возникло, что мальчики будут жить одни. Харуми приготовила им одну из самых больших комнат с кроватью и софой, прекрасно зная о том, что Тай и Хиро будут спать вместе, но второе спальное место было на всякий случай. В первый же вечер после выписки, Митсу захотел помыться, и с ним чуть истерика не случилась, когда он увидел свой шрам. Стоя обнажённый в ванне он рыдал, спрятав лицо на плече у Тайске. - Кита, не плач. - Тай, он просто чудовищный. Ты ко мне прикоснуться не захочешь. - О Ками! Не говори глупости. К тому же потом зашлифуем его лазером, и видно не будет. Доктора говорили, что перепады настроения и истерики будут случиться в первое время, ведь парень пережил серьёзный шок, которым являлась операция. - Для меня ты всегда прекрасен, перестань плакать. Тайске поднял его мордашку, смотря в мокрые глаза, потом нежно поцеловал в губы, чтобы тот перестал всхлипывать. Китаяма уже и сам понял что сморозил явно глупость и стоял, смущенно улыбаясь, правда, все ещё всхлипывая. - Вот и славно, стой, давай я тебя помою, а потом, чтобы тебе больше не лезли в голову все эти мысли, исцелую... Каждый миллиметр твоего шрама. Митсу покраснел. - Не смущай меня, - прошептал он. - Так это ты себе придумываешь невесть что. Тайске аккуратно тер его мочалкой. Сидеть в ванне было нельзя, а Гая так хотел просто сидеть в джакузи, прижимая к себе Китаяму, а он, удобно расположившись впереди, будет лежать на его груди. Член будет упираться ему в копчик, а может немного ниже, не важно, но Кита будет обязательно смущаться. В таком положении будет так удобно ласкать его грудь и соски, потом его член. От этих мыслей он начал возбуждаться, заметив это, Хиро покраснел еще больше. - Тай, ты… - прошептал он. - О, ну это мелочи, – Фуджи немного сконфуженно рассмеялся. - О ком мечтал? - О тебе, конечно же… бака! – Тайпи поцеловал его в ухо. - Я худой, со шрамом, слабый… - Снова начинаешь? - Нет, я к тому, что мне нельзя и совсем не хочется из-за лекарств. - Знаю я, и хорошо, что не хочется, ты должен побыстрее поправляться. - Мальчики, у вас все в порядке? – спросила Харуми, постучав в дверь. - Да, тетя, скоро заканчиваем,– громко сказал Фуджи, а потом тише спросил у Китаямы. – Она что думает, я тебя возьму и изнасилую тут? - Но ведь хочешь же…. – напомнил Митсу, проводя пальцами по возбужденному члену любимого. Тайске протяжно застонал, мочалка выпала из рук. Он уперся одной рукой в кафельную стену, а другую сжал в кулак, закусывая костяшку одного из пальцев. - Очень хочу тебя, Хиро… - произнес он сквозь зубы. Тело на прикосновения отреагировало мгновенно, член напрягся и теперь подрагивал. Хиро нежно улыбнулся ему и сжал напряженный член. Он был все еще слаб, силы мало на что хватало, но в этот раз он постарался, чтобы это сокровище очутилось в его руке. С губ любимого сорвался стон в отличие от первого более громкий и протяжный, Тайске прерывисто задышал, закусывая палец сильнее, прижимая кулак ко рту. - Кита, не надо… - при этом он еще и говорить пытался, хотя это больше походило на мычание. У Митсу хватило сил лишь на то, чтобы пару раз провести вверх-вниз по всей длине члена, потом рука его безвольно опустилась. Но больше и не требовалось, неожиданно даже для себя Фуджигая разрядился. - Кита, любимый… - прижав парня к себе, он стал шептать ему на ухо. - Спасибо родной мой… Митсу закрыл глаза и положил голову ему на плечо, накатила сильная усталость. Тайске уже привык чувствовать изменения в состоянии парня. - Устал? Давай я смою с тебя мыло и унесу в кровать. Вместо ответа Митсу лишь кивнул, а очутившись в кровати сразу же уснул.