Любимый котенок

- Вениамин Константинович! Вениамин Константинович, ну стойте! – кричал омега, пытаясь пробраться сквозь толпу. Как только он достигнул своей цели, крепко-накрепко вцепился в пиджак своего любимого профессора и щенячьими глазками посмотрел на свое божество. - Чего тебе, Кубиков? – нехотя спросил альфа. - Знаете, - вдруг потерял всю решимость омега, прикусил губу и опустил глаза в пол, но почувствовав, что альфа начинает двигаться, быстро пришел в себя. - Вы ведь не можете так просто уйти. - Почему это? – безразлично пожал плечами Вениамин. – Меня не интересуют шлюхи. - Но… - омега вновь растерялся. А профессор, воспользовавшись замешательством своего студента, прошмыгнул сквозь толпу. Альфа не соврал. Его совершенно не интересовали омеги. Он воспринимал их как средство для удовлетворения своих желаний, сравнивал их с алкоголем, считая, что за них тоже надо заплатить свою цену и думал, что единственное преимущество омег - это чистая голова наутро. Только вот алкоголь никогда не устроит истерику и не посмотрит полными ненависти глазами. В общем, по мнению именно этого альфы, у этих двух предметов всеобщего обожания были как преимущества, так и недостатки. Поэтому, он нашел то, что давало ему намного больше душевного удовольствия, нежели эти две вещи вместе взятые. Коты. Он до безумия любил этих пушистых животных. Они так ласкались, так нежно мяукали и одним свои присутствием дарили душевный покой. Но больше всего в них Вениамину нравилась преданность. Казалось, что коты никогда не смогут предать его, всегда будут рядом. Подняв Стевку одной рукой, а Гашика другой, альфа вошел в свою квартиру. Сперва он как обычно накормил животных, а после зашел в зал и, включив телевизор, устроился на диване вместе с домашними любимцами. Ну и что, что именно этот омега пробуждал в нем странные, доселе невиданные нежные чувства? Ну и что, что Кубиков - его пара? Вениамин и не отрицал этого факта. Если учитывать то, насколько он хотел этого несносного мальчишку, то абсолютно глупо пытаться доказать обратное. Вот только у него, Вениамина, есть правило – не спать со студентами. В принципе, на истинные пары это правило не распространялось, но альфа не был готов к серьезным отношениям. Просто использовать свою истинную он считал недопустимым. А еще он боялся. Боялся стать зависимым от брюнета с такими мягкими на первый взгляд губами и кожей нежно-розового оттенка. А ведь своей грациозностью и изяществом этот парень так напоминает... Кошку. Ух... Лучше об этом не думать. Сегодня Стевка сделал мне подарок прямо в туфли. Ну, сегодня мой день рождения. Подарок был неожиданным настолько, что я, ни с того, ни с сего отпрыгнув в сторону, ударился о полку головой. И от чего-то мне безумно захотелось найти эту сволочь. Но как назло преступник скрылся, а я опаздывал на лекцию. Подъехав к университету, я понял, что окончательно опоздал, и был абсолютно удивлен, когда застал всех своих студентов в аудитории. К моему удивлению этих сорванцов было непривычно много. Честно говоря, многих я видел впервые, но не стал разбираться, откуда столько народу появилось и начал говорить: - Сегодня мы продолжим тему... - я поднял глаза, и, наконец, лицезрел виновника моей сегодняшней популярности. На третьей парте сидел Андрей Кубиков, и лапкой чесал немного съехавшее кошачье ушко на своей голове. Погодите-погодите, кошачье ушко? Я потер глаза, пытаясь прогнать галлюцинацию, но, кажется, все это было реально. Мой омега, абсолютно не стесняясь своего внешнего вида (а стесняться явно надо было), невинно хлопая ресницами, смотрел на меня. Я мог видеть его только до пояса, но и так картинка была весьма живописная. Тоненькие ручки Андрея в белоснежных перчатках с обрезанными пальцами в целом очень напоминали элегантную кошачью лапку. На голове - обруч, мастерски замаскированный волосами, на который прикреплены кошачьи ушки. На лице Андрея - легкий макияж, благодаря которому черты лица парня стали еще больше напоминать кошачьи. Меня сразу накрыла волна возбуждения. Мелкий паршивец. - Кубиков, что это на вас? - А что? – невинно пожал плечами омега. - У нас в университете свободная форма. Или я не прав? Ведь правило номер 23 гласит: «Студенты могут являться в университет в любой форме одежды, которая не будет мешать их учебному процессу». А мне одежда не мешает. - Может потому, что ее просто нет? - возразил я. По аудитории прошелся довольный гул альф, из-за чего захотелось сразу же оградить этого сумасшедшего омегу от толпы взволнованных и явно перевозбужденных самцов. - Как это нет? – удивился омега, и почти мурлыча, встал и покрутив своей аппетитной, едва прикрытой шортами попкой, продемонстрировал свой полураздетый вид. – Видите, профессор, я одет. - На сегодня пара отменяется, - заявил я. – Все на выход. А вы, Кубиков, задержитесь. Аудитория быстро опустела. Последними выходили альфы, многозначительно смотря на мое кошачье чудо. Раздражают. - Что ты вытворяешь? - Просто пытаюсь соответствовать своему статусу. Ты же сказал, что я шлюха, а это, - он показал на свой «наряд». - Это - часть моей жизни. Теперь, как настоящая шлюха, я спокойно могу носить такое. - Что ты мне тут заливаешь? Я же чувствую твой запах, ты еще даже не спал ни с кем. - Вот сегодня и начну, - невинно заявил он мне. – Да и вообще, - начал приближаться он, - я ведь могу, - рука накрыла мою щеку. - Начать, - рука скользнула к груди. - С тебя. - И, приблизившись к моему лицу, он накрыл мои губы своими. – Если ты хочешь, чтобы я был таким, я буду таким, - едва расслышал я перед тем, как окончательно потерять самообладание. Прижав к себе желанное тело, я улыбнулся. Завоеван. Не он, а я. Ну кто же знал, что на меня так подействуют кошачьи ушки. А еще эта попка. - Теперь ты только мой, котик. Соглашаясь с моими словами, Андрей нежно целовал меня. Он, опустив свою голову к моей шее, расцеловывал каждый миллиметр, кусаясь иногда, а после - зализывая ранки. Совсем как кошка. Через пару минут он, возможно, немного испугался, по его телу прошлась легкая дрожь, кожа покрылась мурашками. Он пытался действовать смелее, но это выглядело так мило, так забавно, что хотелось овладеть им с каждым движением все больше. И как же сладки его поцелуи. Такие нежные, трогательные и совсем невинные. Мой подбородок лежит на макушке омеги, а на моих губах играет ласковая улыбка. Одна рука так и не покинула так полюбившиеся ягодицы, а другая - гладит Андрееву скулу. Омега все еще сидит на деревянной парте, под его голой попой постелено мое сильно испачкавшееся пальто. Я не вижу выражения его лица, но судя по его крепким объятьям, подниматься ему совсем не хочется. - Мы забыли закрыть дверь, - сказал я. - Я знаю, - немного грустно ответил мой омега. – С Днем Рождения, кстати. - Спасибо. - Мне, наверно, надо идти. Я еще не знаю как себя вести после всего, что произошло. Теперь мне надо найти еще кого-то. Андрей освободился от моих объятий, и быстро нацепив на себя «одежду», направился на выход. - Андрей! – окликнул его я. - Что? – с надеждой обернулся ко мне брюнет. - Видимо, придется мне завести еще одного котенка, - улыбнувшись, я раскинул руки для объятий.