Запретное не означает невозможное

Какаши был явно в шоке, но вскоре он оживился и даже, кажется, был рад. - Это просто отлично. - Что отлично? - То, что Рю-кун мой сын. - Ты же понимаешь, что это ничего не меняет. - Понимаю, но почему ты мне хотя бы это не сообщила? - Как ты себе это представляешь? Я не знала о тебе ничего, Какаши. - Как так? Ты разве не получала каждый месяц письмо, через год после моего отъезда? - Какое письмо? - Я каждый грёбанный месяц своего отсутствия присылал тебе письмо и рассказывал о том, как живу, всегда писал обратный адрес. Думал, ты на меня обиделась и не отвечаешь. - Никогда их не видела. – тут уже было моё время шокироваться. - Спроси у своего ненаглядного муженька, тогда, куда он дел все письма. - Я спрошу. А теперь нам пора домой, не проводишь? - Конечно, пошли. Мы спокойно дошли до моего дома. Он повернулся ко мне лицом, провел рукой по скуле и наклонился к лицу. - Не надо, Какаши. - Нет, солнце, пока ты мне не разрешишь, я к тебе не притронусь. – сказал он и поцеловал меня в лоб. - Рю-кун, иди сюда. – он обнял его и потрепал по голове. - Надеюсь, ты мне разрешишь общаться с сыном. - Да, конечно. - Спасибо, пока, солнце. – и он ушёл. А я осталась со своими мыслями. Вечером пришёл Митсуёши. - Привет, Мик-чан. - Привет, Сакура, как день прошёл? - Отлично, а у тебя. - Да тоже всё нормально. - Мик-чан, я хотела у тебя кое-что спросить - Слушаю. - Куда ты дел письма, которые мне присылал Какаши каждый месяц? - Не было никаких писем. - Хватит врать. – я уже вспылила. - Слушай, девочка, не переходи границы, я тебя обеспечиваю и твоего ребёнка, и вроде не требую ничего такого взамен, и уж куда девать ту макулатуру, что приходит по почте, я сам решу куда девать, тебе всё ясно? - Почему ты так кричишь? И если я тебе не нужна, зачем тогда обеспечиваешь? - Сначала я в тебя влюбился, добился тебя, сейчас у меня к тебе уже нет никаких чувств, но меня устраивает это тихая семейная жизнь, так что давай продолжать игру в эту среднестатистическую счастливую семью. - Хватит, Митсуёши, если ты ко мне ничего не испытываешь я уйду, буду жить у родителей, ничего страшного. – я хотела уйти. - Никуда ты не пойдёшь ты моя жена и точка, значит жить будешь здесь тебе всё ясно. - Нет, так не пойдёт, что за собственническое отношение? - Заткнись уже. - Всё, я ухожу. Я попыталась уйти, но он сильно схватил меня за запястья. - Пусти. - Стоять, я сказал.- он был невероятно зол и с каждой секундой усиливал хватку, я попыталась вырваться, потому что было больно. - Отпусти, мне больно. - Если отпущу, то ты уйдёшь. - Ну и вали к своему дружку Какаши. – он отпустил мои руки, но влепил сильную пощёчину. - Скотина ты. – сказала я и быстро скидала необходимые вещи в сумку взяла Рюхея и ушла к родителям, больше мне такой муж не нужен. Они приняли меня с радостью. На следующий день я пошла в институт, настроение настроением, а учёбу никто не отменял. Сегодня как раз была история, я решила рассказать Какаши, что произошло. кода кончилась пара я подошла к нему. - Какаши, мне нужно с тобой поговорить. - Да, что случилось Сакура? - Вчера я спросила у Мик-чана про письма, он на меня наорал и сказал, что ничего не видел. - Значит врёт. Что-то ещё? - Да. Я ушла от него и переехала к родителям, но это не из-за тебя. - Как ушла? - он взял мои руки в свои, от чего я поморщилась, ведь мой муж, теперь можно сказать, что уже бывший оставил нехилые синяки. И Какаши их заметил. - Это он с тобой сделал Сакура? - Да. - Я убью эту тварь, пошли. - Нет, Какаши, у меня ещё пары есть. - Хрен с ними с этими парами, я тебя отмажу, пошли быстро. Мне ничего не оставалось делать, как пойти за Какаши в нашу старую школу, вскоре мы нашли Мик-чана. - Ну что, педофил, на рукоприкладство потянуло. – скалился он. - А сам-то? Что молчишь Какаши? - Я Сакуру в жизни пальцем не тронул и не причинил ей какой-либо физической боли. - Нажаловалась, значит. - Нет, она ничего не говорила. - Ну и что ты сделаешь? - Я тебя в фарш превращу, если ты хоть раз притронешься к ней, ясно? - Яснее некуда. – спаясничал он. - Ну если ясно, то вот тебе аванс. – Какаши заехал ему по лицу кулаком, а затем пару раз пнул по рёбрам. – Чтоб я тебя ближе, чем 100 метров не видел около Сакуры, ясно? Мы вышли из школы. - Может, не надо было, Какаши? - Надо, пусть знает, как девушек обижать. А теперь по мороженке, ты не против? - Ну раз по мороженке, то можно, только позволь мне угостить в знак благодарности? - Нет не позволю, ты ни в чём не должна нуждаться, солнце.