The daybreak

I wanna see the daybreak with you. Яркие лучи только восходящего солнца ослепляют меня. Зажмуриваю глаза. Рассвет. А ведь раньше я не замечал, насколько ярким он может быть. Может, причина была в том, что ты закрывал свет своим телом, или ты так страстно целовал меня, что я не чувствовал и не видел ничего, кроме тебя? В конце концов, мы поднимались на крышу нашей квартиры, чтобы вместе встретить начало дня. Я каждое утро ощущал тепло родного тела рядом, каждое утро сжимал родную ладонь в своей. И мне было тепло, даже если в холодное осеннее утро я выходил в футболке. Так почему же сейчас я дрожу от пронизывающего ветра? Потому что легко одет? Или потому, что тебя нет рядом, не сжимаю твою ладонь в своей? - Акира, подожди, - шепчу между бесконечными поцелуями, а он, кажется, и вовсе не слышит меня. - Нас могут услышать. - А мы будем тихо, - чувствую его улыбку на собственных губах. Не могу не улыбнуться в ответ. Вот так всегда. Если Акира улыбается - улыбаюсь и я. Если он злится - злюсь и я. Мы будто делим одно настроение на двоих. - Нет, нельзя. А если твой шеф узнает? - Акира спускается к моей шее, сначала засасывает, а потом целует. Интересно, сколько всего его "следов" было на моем теле за всю нашу совместную жизнь? - Ты ведь не хочешь остаться без работы. А на моей зарплате мы долго не проживем, - он приглушенно смеется, поднимая голову и смотря своими карими глазами в мои. Я уже привык к его глазам. Привык тонуть в его особенных глазах каждый день. Это стало как... обязательное? - Я на работу опаздываю. А у тебя скоро перерыв закончится. - Дома я получу свое, - я не успеваю сказать ни слова, хотя зачем, если и так все ясно. Акира прижался к моим губам. Долго, тягуче. А потом я перестал ощущать его губы на своих, зато тепло до сих пор осталось. - Иди. Увидимся, - его улыбка, и я, кивнув, разворачиваюсь и выхожу из его кабинета. *** - Какого черта, Таканори? Что с тобой? - Акира злится. Я сижу на диване, поджав колени к груди и смотрю на него. Он стоит передо мной, скрестив руки. Наша очередная ссора. - Что со мной? Может быть, что с тобой?! Почему ты до сих пор общаешься с этим придурком?! Почему пишешь ему, что скучаешь, когда у тебя есть я? - вскакиваю с дивана и смотрю на него снизу вверх. Мой рост не позволяет смотреть на него так, как мне хотелось бы. - Я не видел его два года, Таканори. Он мой друг, в конце концов. Естественно, я буду скучать! Прекрати делать скандал на ровном месте. - Но он любил тебя! И ты его тоже. Думаешь, его чувства остыли? - Акира устало выдыхает и подходит ко мне ближе, а я все так же недоверчиво смотрю на него. - Зато я люблю тебя, Така. Койю мой друг и ничего больше. Хватит ревновать, - его голос стал более мягким, и раньше я бы немного успокоился, но моя злость наравне с ревностью так легко пропасть не может. - Я не верю. Не общайся с ним, не пиши ему, больше не ходи на встречи с ним. Чувства остаются всегда, Акира. Не такие яркие, как раньше, но они все равно остаются, - он хмурится, снова скрещивая руки на груди. Я снова что-то испортил. - Ты не имеешь права запрещать мне общаться с ним. Успокойся, мы всего лишь друзья. Твоя ревность должна знать предел, Таканори. - Ну и женись на нем! Счастья вам и умереть в один день, - кричу я и, толкнув его в грудь, бегу в спальню, громко захлопывая дверь. Падаю на нашу кровать, стараясь утихомирить свое дыхание и бешеное сердцебиение. Ревность - это просто ужас. Самое ужасное мое качество, я думаю. И самое обидное то, что я понимаю, как неправ был. Теперь мне стыдно перед Акирой. Я вел себя как ребенок. А ведь Койю действительно его друг. Нужно прекращать ревновать его ко всему живому. Акира не моя собственность. Прошло минут тридцать после нашей ссоры. Я уже готов был выходить и просить у Акиры прощения, как услышал щелчок. Дверь открылась, он зашел в спальню. Кровать прогнулась под чужим телом. - Я люблю тебя, ты ведь знаешь, - шепчет мне в спину. Я, выдохнув, поворачиваюсь к нему и обнимаю за шею. - Прости меня, Аки. Вот так всегда. *** - Акира, нам нужно поговорить. Наверное, эти слова больше всех пугают. Они заставляют голову разрываться мыслями о предположительных слов этого разговора. Само ожидание и неизвестность всегда страшнее, нежели само действие или слова. - Конечно, - Акира немного хмурится, сидя на кровати и прекращая читать газету. Я же сижу рядом, нервно теребя рукава длинной кофты. Акиры, кстати. - В чем дело? Он удивленно смотрит, когда я неожиданно обнимаю его, прижимаясь к его груди сильнее, желая сохранить в памяти тепло этого человека, надышаться его запахом, но мне всегда будет мало. Мне всегда мало Акиры. Вплетаю пальцы в его лохматые волосы, свободной рукой сжимаю его домашнюю футболку. Носом уткнулся в его шею, дыша им. Мне будет этого не хватать. Акира растерянно смотрит на меня, но обнимает в ответ, гладя по волосам. Я готов вот-вот зарыдать. Навзрыд. - Эй, Така? - и этот голос. Этого мне тоже будет не хватать. - Акира, я устал. Он замирает, его рука на моей голове останавливается. Но лишь на мгновение, на одно чертово мгновение, а потом я продолжаю чувствовать его пальцы в своих волосах. Глубоко вдохнув в себя его запах, я слышу тихое акирино "Хорошо". Ни вопросов о причинах такого решения, ни просьб остаться, ничего. Просто тихо и спокойно расстаться. Но почему? Я до сих пор прокручиваю эти причины у себя в голове. Потому что рядом с тобой мне тяжело дышать. Потому что я хочу, чтобы ты смотрел только на меня. Будь очарован мной так же, как и я тобой. Потому что я чувствую, как земля уходит из-под ног. Я чувствую, как небо рушится каждый раз, когда я с тобой. Потому что я слишком зависим от тебя. Я боюсь этой зависимости. Потому что я устал быть зависимым. Солнечный диск разгорается все ярче, поднимается все выше, рассылая во все стороны свои теплые лучи. Но мне все еще холодно. Вот уже показался полный круг, и стало до слез больно на него смотреть. Через несколько мгновений солнце будто оторвалось от земли и поплыло в голубом небе. Наступил очередной новый день. Без тебя. Почему-то этот рассвет не кажется мне таким прекрасным, как раньше. Может быть, все из-за того, что я встречаю рассвет на крыше не нашего дома. Или, может быть, просто нет рядом того единственного человека, с которым всегда встречал рассвет и только с ним видел завтрашний день. Этот рассвет холодный. Я не хочу смотреть на это негреющее солнце, я не хочу дрожать от осеннего ветра, я хочу снова любоваться с тобой когда-то любимым рассветом. Ведь когда я встречал рассвет с тобой, восходящее солнце было удивительно прекрасно.