The winner takes it all...

Иногда наши знания подвергаются серьезным испытаниям на прочность. Так, например, люди тысячи лет думали о плоской Земле, как о чем-то само собой разумеющемся, а все оказалось иначе. Так и Джаспер думал, что он в дерьме, а теперь вышло, что это только был его, дерьма, отвратный запашок. - Закуски, чай, кофе? – любезно предложила молоденькая и аппетитная в прямом смысле стюардесса. Она старалась изо всех сил. Как же поддельные удостоверения сотрудников госбезопасности США делают свое дело. Джас удивился, увидев свое фото на документах при регистрации, но не сильно. Вольтури были могущественны. И, откровенно говоря, ему вообще было все равно. - Благодарю, ничего не нужно. Вот так. Джасперу слова не давали. Но и не особенно хотелось, привыкать к бессловесности намного выгоднее во всех смыслах. Косой взгляд на спутника. Он так безмятежен, спокоен, пожалуй, даже счастлив. Оно и понятно. - Что, мышонок, кошка мышку цап? – с улыбочкой сказал ищейка, повернув к Джасперу черные линзы солнцезащитных очков. Он похож на гангстера или шпиона. Джасу не хотелось думать, на кого похож сам. Неприятная у сопроводителя улыбочка, до костей пробирает. В ответ Вольтури получит молчание и только. - Неразговорчивый? Как хочешь. – Ищейка отвернулся. Гул самолета размеренный, как поступь шагов смерти. Бесполезно думать, почему его не убили на месте, зачем везут в Италию. Когда-то Джаспер слышал, что правители клана выносят приговор сами и смотрят на казнь. Значит, только за этим. Ищейка пришел за ним как только село солнце, всего лишь вежливо постучавшись в дверь номера. По-хорошему, Джасу надо было бежать, но что-то заставило его не делать этого. Усталость или равнодушие к своей участи, какая разница? Вольтури был вежлив и обходителен, пожалуй, не самый худший вариант, потому что, когда тебе рвут ноги и руки, гораздо неприятнее. У вампиров из уст в уста передавались байки об амбале Феликсе, который легко разрывал на части трех вампиров за раз или о тщедушной девчонке Джейн, которая взглядом заставляла испытывать боль. Этот – не худший из них. Особенно, когда хочешь в такое верить. Разумеется, Джаспер держал его мозг под контролем, стараясь, чтобы опасный противник всегда был в хорошем расположении духа. Добрый враг уже почти и не враг. И в это тоже хотелось верить. Если подводить итог на этот день, то Джаспер жив и в относительном порядке. Что будет дальше, лучше не думать. Как и о том, с какой части его тела начнет Феликс. Хотелось, чтобы с головы. Наши желания не смотрят на наши возможности. Мимо прошла стюардесса. Запах. Кровь. Сумасшествие. - Ты голодный, - подал голос ищейка. Лучше промолчать. Пожар в горле был самой маленькой проблемой. - Но есть, думаю, тебе не стоит, только закуску впустую переводить, - Вольтури засмеялся. Наверное, он считает, что это смешно. - Скажу Феликсу – пусть по прибытии вырвет тебе язык, с немым не разговаривать не так обидно. Не обращать внимания. Пустые угрозы. Лучше подумать о побеге, выпрыгнуть из самолета в океан и скрыться в волнах от Вольтури. Дерьмовый план. Хватит, набегался уже так, что сам сдался, как овца. - Зря надеешься, я не шучу про язык. Джаспер на все надеется. И на все – зря. Настоящая дерьмо – куча бесплодных надежд на обломках жизни.