The winner takes it all...

За полтора часа-час до событий предыдущей трети сцены - Он идет, - сообщил Джаспер и поймал вишневый взгляд Феликса. Джас получше уселся на соломе, скрестив ноги. - Что он чувствует? – Тарантул, как и всегда, ухватывал суть и только, не разводя ненужной демагогии. - Злость, ревность, ярость, он идет убить меня, - Джаспер позволил себе усмешку. Помирать так с музыкой. - Ты можешь считывать так далеко? – удивился Феликс. Не верит. - Его эмоции.. они сильные, очень, я могу чувствовать их очень далеко. Не могу объяснить. - Мне пора, - подвел итог Вольтури. Конечно. Он же не нанимался в помощь. - Конечно, - улыбнулся Джас. Он сумеет постоять за себя. Одно дело, когда его судили, а другое сумасшедший вампир, спятивший от собственных тараканов. - Я не позволю ему тронуть тебя, - скривился Вольтури. - Не заставляй меня думать, что ты все же влюблен в меня, - мягко засмеялся Джаспер, - И все наши разговоры про тактику, обучение, солдатскую жизнь, все это общее, что есть между нами – это твое прикрытие. Феликс покачал головой. - То общее, важно для меня. Джас знал. Одиночество солдата, непонимание среди «гражданских», другой, сугубо военный, взгляд на мир, не свойственный окружению – вот что тянуло Феликса к Джасу. У Уитлока было достаточно времени подумать над этим. Более чем достаточно. Он смог сделать правильный вывод – этот Вольтури более чем достоин уважения. И почему-то Джаспер начал доверять ему. Жаль, что для этого осталось так мало времени. - Пора, - напомнил Уитлок. - Да. Феликс вышел за дверь и лязгнул засовом снаружи. Джасу опротивела тюрьма, солома, клетка. Он начал думать, что можно было и согласиться. Потому что, как оказалось, умирать вовсе не хотелось. Особенно сейчас. Засов лязгнул еще раз спустя минуту. Ненависть, злоба, ревность и прочий смрад душевных мук Деметрия окутал его, как газ в Первую мировую. Я не виноват перед тобой. Твердо мысленно сказал Джас, вклиниваясь в облако, рассекая его, как волнорез девятый вол. Успокаивая. Внушая. Настроение убийцы изменилось. Не стало лучше, просто изменилось. Непонятно, то ли Джас дал осечку из-за двери, то ли еще что, но сейчас Деметрий по-прежнему был зол, но теперь там еще была боль и решимость. Звериный вой заставил Джаспера содрогнуться. Скрежет по стене вынудил зажать уши. А потом смрад души начал удаляться. Джас сидел, анализируя эмоции убийцы. Выходила белиберда. Злость, боль, решимость.. Что это было? - Что это было? – спросил Феликс, заходя вновь. Феликс. Вот что это было. - Он хочет тебя убить, - твердо сказал Джаспер. - Чушь собачья, - ухмыльнулся Вольтури. - Я никогда не ошибаюсь, - Джас взглянул исподлобья. Феликс молча сел на пол, как будто не слышал. В камере повисло тягостное молчание. Джас смотрел из-под спутанных волос на Вольтури, тот в свою очередь застыл как статуя. - За что? – спросил Феликс как у самого себя. - Не имею понятия, - вздохнул Джас. У гомиков все сложно. Снова молчание. - Интересно, а ей что надо? – брезгливо спросил у стены Вольтури. Джас слышал легкие шаги, значит это женщина. Дверь открылась, на пороге застыла тонкая фигурка девушки-подростка. Джейн. - Феликс, Повелители хотят видеть тебя немедленно, - с перезвоном сказала девчонка. - Иду, - ровно ответил Вольтури и обернулся к Джасперу, - Спасибо за помощь. - Какую? – удивился Джас. - Теперь я знаю, что меня ждет, - усмехнулся Феликс и вышел из камеры. Засов лязгнул. Джаспер был уверен, что больше не увидит Феликса. Радости почему-то не было.