Сталью по коже

Подгоняемый реакцией Уинри, Элрик постепенно стал входить в раж и стал действовать более раскрепощённо с меньшей опаской причинить любимой боль. Её стоны становились более протяжными и томными, сама она того не подозревая насаживалась на пальцы Эда, делая проникновения более глубокими. Эти новые ощущения напрочь выбивали из головы девушки все мысли. Хотелось только одного, чтобы он никогда не останавливался и продолжал. Уинри непроизвольно подключилась — сама начала подаваться бёдрами ему на встречу. Крупица за крупицей её действия лишали парня рассудка. Теснота в штанах только подгоняли его скорее погрузиться в пучину страсти и инстинктов. Но когда он всё же уловил проскользнувший стон боли, то решил, что с опасными ласками пора заканчивать. Когда Элрик стал действовать чуть грубее, то его прикосновения стали более чувственными. Рокбелл как раз подумала, что это был своевременный переход, потому что металл уже успел нагреться. В связи со сменой сценария, удовольствие получать было не менее приятно. Постепенно ощущения стали немного болезненными, но это, как девушка решила, только должно было добавить пикантности их ласками. Но тело лучше разума знает, чего хочет, поэтому на боль и отреагировало соответственно, но мимо воли. Лёгкая истома постепенно начала накатывать на тело, а напряжение постепенно растворялось. Но она выдала разочарованный стон-выдох, когда он убрал правую руку. Левая рука ему была больше не нужна, чтобы придерживать девушку, поэтому он решил пустить её в дело. До этого он в полной мере не мог ощутить того, что она была столь мягкой и такой податливой. А главное влажной. Из-за него... И часть этой влаги у него на руке — прозрачная жидкость капельками блестела на отполированной поверхности автоброни. В голову ему пришла непристойная мысль, но он тут же отогнал в сторону все мысли о непристойности. Осуждать его некому. Уж точно не этой фетешистки — искусительнице, которая чуть было не сочла закуску за основное блюдо. Так что он без зазрения совести облизал пальцы. Её секреция на вкус оказалась слегка кисловатой. Или это металл дал ей такой привкус? Он не стал слишком долго задумываться об этом. В конце концов, рядом с ним девушка, на данный момент обделённая вниманием, поэтому недовольная, которая изнывает от нетерпения. Левая рука продолжила ласкать клитор, иногда поддразнивая вход во влагалище неглубокими проникновениями. Теперь он в полной мере мог ощутить реакцию девушки: её периодичные содрогания, волной проходящие по телу. Её манящие влажные складки, готовые в полной мере принять его всего. Больше затягивать не было смысла. Штаны уже давно трещали по швам, и тело требовало разрядки. Тем более если уж так настойчиво приглашают. Расстегнуть ремень и ширинку, приспустить штаны вместе с бельём, чтобы дать свободу отвердевшей от нетерпения плоти, не составило труда. Он пристроился, чтобы начать проникновение. Больше заставлять девушку томиться он не собирался, да и не стоило, она уже была необходимой «консистенции», чтобы всё прошло гладко. Как только он вошёл по самое основание, то услышал произнесённое девушкой сквозь стиснутые зубы: - Эдвард, не томи, - с каким придыханием, как эротично, а главное приглашающе прозвучала эта фраза, что он просто не мог отказать девушке, начиная движение. После металла, столь любимого и столь холодного ощутить внутри себя, твёрдую, но горячую плоть было чрезвычайно приятно. Поэтому когда парень вошёл до конца и на секунду замер, позволяя девушке и себе привыкнуть к новым ощущениям, Уинри не удержалась и сомкнула свои мышцы вокруг его члена. В ответ получив недовольный утробный рык, девушка тут же поспешила исправить положение, полностью расслабляясь и позволяя Элрику творить всё, что ему в голову взбредёт... Она вцепилась в столешницу так, что побелели костяшки пальцев, выгибая спину на каждый его толчок. Холодного инструментария она уже не ощущала, но ей было вполне достаточно автоборони парня, которая блуждала по её телу. Девушка уже не протяжно стонала, а хаотично хватала ртом воздух — для Элрика это означало только одно, что у Рокбелл скоро будет кульминация, поэтому поспешил ускориться, ибо у него не было «ни в одном глазу», а хотелось полнейшей идиллии... Ритм стал более рваным, а движения более грубыми, но такая жёсткая аритмия позволяла обоим партнёрам совершенно по-разному ощутить это вожделенное для каждого скольжение. Оргазм волной накрыл девушку, заставив зрение запульсировать, а тело обмякнуть безвольной куклой. Было настолько хорошо, что даже не осталось сил на стоны. Мышцы влагалища сомкнулись на чуть-чуть не дошедшем до финала члене парня. Из-за чего у него вырвался непроизвольный стон, но спустя мгновение он излился внутрь девушки. Оргазм ментальным фейерверком взорвался в мозгу. Парень обессиленный улёгся рядом с расслабившейся девушкой на столешнице: - Как тебе наказание? - спросил он, посмотрев на Рокбелл. Та помолчала, а после развернулась в сторону парня. - Касайся своей сталью моей кожи почаще! - её глаза так полыхнули решимостью, на что парень только улыбнулся и чмокнул ту в висок. - Как скажешь... Продолжим? А это уже другая история...