Малыш, у меня только ты!

Думаю многие порадуется этой главе!!!!

***

Гарри скинул мне смс, пока я ехала в такси, чтобы я подъезжала к нему. Бабушку я предупредила, что останусь у него, она, видимо, к этому уже привыкла. В квартире парня можно было найти очень много моих футболок, лосин и другую одежду. На улице похолодало, и мне было немного неуютно в шортах и легкой шифоновой блузке. Я обхватила руками плечи, по телу бегали мурашки. Осталось ехать совсем немного. Я смотрела в окно. Я стала очень часто ездить по ночному городу, мне это безумно нравилось. Огни, уличные фонари, витрины магазинов – все это меня очень завораживало. Люди, которые медленно прогуливались по городу. Город оживал совсем с другой стороны, нежели тот Лондон, который я вижу днем. Из-за своих раздумий я не заметила, как подъехала к месту назначения. Водитель остановил меня около Старбакса, после кафе я сразу хотела пойти к Гарри, путь был не далеким. Выйдя из кафе с покупками, я пошла в сторону, где находился дом Гарри. Я включила музыку в плеере и воткнула наушники в уши. Опасно! Ну, это же я! Машина задавит? Пффф. Маньяк нападет? Пффф. Я шла по дорожке тротуара, перебирая ногами в ритм песни (Madonna ft M.I.A. and Nicki Minaj – Give Me All Your Luvin'). Идти оставалось совсем не долго. Впереди себя я увидела ничем не примечательную для меня компанию, которая состояла из девушек. Лица и их одежду я не смогла разглядеть, из-за моего ужасного зрения. Я продолжала идти, как ни в чем не бывало. Я пыталась идти быстрее, так как было немного страшно. Теперь я отчетливо увидела эту компанию, передо мной встали четыре громадные девушки. Они загородили мне путь, не давая прохода. -Ой, смотрите, кто идёт! Это же девушка самого Гарри Стайлса, - с насмешкой сказала одна из них, она была блондинкой. -Не хорошо ходить ночью одной, - в таком же тоне ответила и вторая, только уже рыжая. Я поняла, что это фанатки, и они явно не довольны моим присутствием, а в ужасном случае, вообще могут избить. -Я наверное пойду, - тихо ответила я и попыталась пройти мимо них. -К любимому спешишь? Да ладно тебе, поболтай с нами, - снова ответила первая. Я снова попыталась протиснуться через них, чтобы продолжить свой путь, но они снова встали на своём пути, уже толкнув меня, я с грохотом рухнула на землю, порвав свои колготки и ободрав ногу до крови. Фанатки? Я уже сомневаюсь, что они фанатки. Звери! -Ты, что такая слабая, - наконец заговорила брюнетка. И вот после этих слов я решила по быстрому смыться домой с места, хорошо, что он был совсем поблизости. Я благополучно добежала, но нога всё ещё болела. А что было, если бы избили? В доме горел свет, значит Гарри дома. Аллилуйя! Из глаз лились слезы из-за боли и обиды. Было очень неприятно. И так теперь всегда будет? Я открыла дверь ключом и быстро забежала внутрь. Гарри был на кухне, и из нее веял чудесный запах только что приготовленной еды. Он выбежал из комнаты в розовом фартучке. Я прыснула от смеха, хоть и на лице были слезы, но сразу после и от боли. На ногу было чертовски больно наступать, не то, что ходить. Как я еще добежала? -Что случилось? И что с твоей ногой? – обеспокоенно спросил парень и забрал мою сумку. -Это.. Это... Это всё фанатки, - я неуверенно ответила, отчего на глазах, снова появились слёзы. -Я мог сразу догадаться, - ответил Гарри. Гарри пододвинулся ко мне и прижал поближе к себе. Он обнял меня, и я почувствовала биение его сердца, плавно сливающиеся с моим. Любила так проводить время, рядом с Гарри, обнимая его, быть рядом, чувствовать его прикосновения. Он резко отодвинулся и посмотрел на меня теперь строгим видом. -С кем ты там была? -Друг, – неуверенно ответила я и попыталась пройти, но Гарри закрыл мне проход. Вот уже второй раз за день, мне не дает пройти. Вы все сговорились? -Друг? Да ты что? Пресса иное пишет! -Что? Ты о чем? -Они вывернули все наоборот. «Стайлсу изменяет», «Разве это любовь», «Недолго она продержалась», - начал цитировать названия статей парень, на его лице было и боль и ревность одновременно. -Это же не правда! – я снова прижалась к нему. Подбородок положила на его грудь и продолжала смотреть на него снизу вверх. -Я знаю! – Гарри улыбнулся. -Вот и хорошо! А ревновать полезно! – я встала на носочки и потянулась к его губам. Он помог мне и направился мне навстречу. Мы слились в нежном поцелуе, который плавно переходил в более требовательный и страстный! Парень обхватил мою талию своими руками, тем самым притянув к себе намного ближе. Он немного приподнял меня, и я автоматически закинула на его пояс, парень сделал вокруг себя 180 градусов. Теперь моя спина находилась около стены, рука парня блуждала по моему телу. Я залезла руками под футболку и начала бегать пальцами по теплому торсу парня. Он протяжно простонал сквозь поцелуй. Я оторвалась от него и посмотрела в глаза. Мы оба тяжело дышали, я не собиралась слезать с парня, а он видимо не хотел отпускать меня. -Ты уверенна? Я молча кивнула, а на лице парня появилась улыбка. Он резко сдвинулся с места и направился к лестнице. Мы снова слились в поцелуе. Идя по темному коридору, в котором не было ни капли света, мы что-то сшибали по пути. Я услышал, что что-то разбилось, разлетелись какие-то бумаги. И вот мы дошли до двери спальни. Гарри толкнул ее одной ногой и уложил меня на кровать. Затем он навис надо мной и продолжил целовать мои губы. Не отрываясь от губ, он начал растягивать пуговицы моей блузки, быстро справившись с ней, он снял ее с меня и откинул куда-то в конец комнаты. Не замедляясь на одной, парень требовательно начал снимать с меня шорты. Теперь я лежала перед ним в одном белье, он отпрянул от моих губ. -Ана, ты идеальна! – прорычал он шёпотом. Руками я подобралась к ширинке Гарри и начала расстегивать его джинсы, он помог мне стянуть с него брюки, теперь бы остались лишь в белье. Он прильнул к моей шее и оставлял на коже мокрые следы, по телу проносился приятный ток из моих уст не произвольно вырывался стон. Он прикусил кожу, а затем подул на участок, который пылал. Гарри перебрался от шеи к ключицам и начал снижаться к груди, оставляя после себя дорожку влажных следов. От этих действий мое тело изгибалось и не слушалось меня. Он поглаживал мои бедра, а затем снял с меня лифчик, а уже позже и трусы. Так не пойдет. Хоть это было для меня и впервые, я потянулась руками к боксерам парня и стянула их с его бедер. Он раздвинул мои ноги и устроился между них, он продолжал поглаживать кожу на бедрах и целовать меня в губы, иногда покусывая их. -Готова!? Я кивнула и улыбнулась парню. После некоторого времени парень резко вошел в меня, отчего я вскрикнула. POV Автор Девушка вскрикнула от наслаждения и боли одновременно. Ухватившись за его мускулистые плечи, она приняла его в себя, призывая взять ее всю. Она хотела его, хотела безумно. В момент наивысшего блаженства они слились в едином движении, едином порыве. Их единство было теснее, чем просто прижавшиеся друг к другу тела, глубже, чем жаркие вдохи, тихие страстные мольбы и гортанные хрипловатые звуки несказанного наслаждения. Он поднял голову. Растерянность и страсть были в его темных глазах, пытливо вглядывавшихся в ее вспыхнувшее лицо. — Ты хочешь, чтобы я прекратил? — хрипло выдохнул он. Ана с силой затрясла головой. Нет же, нет. То, чего она хотела, было невозможно выразить словами. Улыбка, тронувшая его глаза, была какой-то неживой, и все же, прежде чем он опустил ресницы, Анастейша заметила, как в темных глубинах огромных зрачков сверкнуло удовлетворение. Гарри уткнулся в ложбинку между грудями и стал исследовать ее губами и кончиком языка. Его теплое дыхание, скользившее по коже, поднимало в девушке жгучие волны возбуждения. Гарри пристально смотрел на нее, переводя взгляд сверху вниз, не оставляя без внимания ни один изгиб ее тела. Потом тот же путь проделали его руки. С груди они скользнули на стройную талию, обхватили соблазнительные. Выражение лица Гарри было таким, словно он испытывал сильную боль. Глядя на него, Ана почувствовала, что с ней творится, что-то странное. Ану никогда не боготворили прежде, никогда не возносили и не поклонялись ей. С Гарри все происходило впервые. Никогда в жизни она не испытывала такого удивительного желания, которое охватило сейчас — отдать себя. Она хотела его, хотела делать то, что ему нравится, хотела быть такой, какая была ему нужна. В этот момент ей вдруг показалось, что она создана именно для того, чтобы отдаваться. Это был единственный способ утолить нестерпимый голод своего тела и своей души. Его настойчивые пальцы требовательно сжали ее бедра, он продолжал двигаться внутри девушка, только пока в медленном темпе, чтобы девушка привыкла. От наслаждения девушка запрокинула голову, и сверкающая волна волос упала ей на спину. От влажного и жаркого прикосновения его языка, кружившего вокруг пупка, у нее перехватило дыхание. По мышцам ее плоского живота пробежал огонь наслаждения. Боль уже уходила, и в ее теле сейчас играло только удовлетворение. Она почувствовала его дыхание, и весь мир вдруг перевернулся с ног на голову. И ее понесло куда то далеко далеко, в не отмеченную ни на какой карте страну, которой правят только чувства. Очень тщательно, ни на секунду не отрываясь от своего занятия, он исследовал подвижные складки ее кожи. Он требовал ее ответа, побуждал ее, умоляя ответить. Пальцы Аны забрались в его волосы, стали перебирать их, а он в это время продолжал двигать и увеличивать темп. Из ее уст вырвался тихий, протяжный стон. Длинными ногтями она непроизвольно впилась в его кожу и, только через несколько секунд осознав это, разжала пальцы. В ответ на это невольное движение Гарри еще сильнее сдавил ее бедра, словно хотел, чтобы эти пружинистые округлости влились в его ладони. Нахлынувшее на нее наслаждение было таким острым и неистовым, что ее дыхание, ее голос и вся эта ночь слились воедино и стали уплывать куда-то. Тело ее изогнулось, руки ослабли, по безвольно разжавшимся пальцам пробежали иголочки тока. Его ненасытные губы требовательно приникли к ее рту. Она сдалась, она уступила, с упоенным удовлетворением шепча что-то неразборчивое. Ее тело звало его, и он, ощутив призывное биение ее сердца, ответил на этот зов. Анастейша вдруг почувствовала, что сходит с ума от этого приступа возбужденной страсти, сжигавшей все ее тело. Разве можно было удержать это буйствование внутри себя и сохранить рассудок? — Как ты красива, — с тихим изумлением сказал он, скорее всего, себе самому. — Ты тоже. Ее шепот был почти не слышен, словно легкий шелест ночного ветерка.