вкус, запах и цвет .

— Не думал, что ты настолько романтичен , — рядом с Хонбином прямо на влажную после продолжительного дождя траву опустился Кен. Единорог сидел здесь один уже около часа, безнадёжно испачкав штаны мокрой землёй. Ягодицы холодила влажная растительность под ними, зато с чёрного полотна неба на Хонбина сверху вниз смотрела россыпь ярких и не очень звёзд . — Я не могу там находиться , — после непродолжительного молчания ответил единорог, подтягивая колени к груди и обхватывая их руками. Кен понимающе хмыкнул и поднял голову, всматриваясь в светлые точки звёзд. Возле костра сейчас находился только Хёк, который за время их импровизированного путешествия не произнёс ни одной полной фразы. Только односложно отвечал, либо жестом указывал направление. Хонбин думал, что они со стороны выглядят забавно: Повелитель Смерти, один из сильнейших шаманов этого мира и единорог, не обладающий магией своего народа. То есть, никаких превращений, никакого присваивания чужого облика. Он как обычный человек, только более быстрый, имеет два небольших рога по обоим сторонам лба, острые зубы и когти. И все эти существа куда-то идут . — Зачем мы выбрались из хижины? — спросил Хонбин, повернув голову к Кену. Тот посмотрел на него и усмехнулся . — Мы ещё нужны , — коротко ответил он . — Зачем? — такие ответы сегодня не устраивали единорога. Его уже достало постоянно слышать нечто пространное, двусмысленное, либо что нужно додумывать самому, мучаясь в догадках . — Как и всегда , — пожал плечами Кен . — Чтобы ждать , — он потянулся к Хонбину, рывком пододвигая его к себе . — А ожидание можно разбавить чем-нибудь более интересным , — с недвусмысленной ухмылкой произнёс Повелитель Смерти. Хон Бину стало смешно, потому что торчащие в стороны уши мужчины портили всю похотливо-пугающую картину . — Мне говорили, что Повелители Смерти не заинтересованы в плотских утехах , — хмыкнул единорог, выставив перед собой ладони и не давая Кену притянуть его ещё ближе к себе . — Ложные слухи, придуманные людьми , — отмахнулся ушастый . — Они нас чуть ли не Богами в своих сказочках сделали , — Кен убрал руки Хонбина и провёл кончиком носа по его щеке, клацая зубами возле уха . — Как насчёт зачатия Божественного ребёнка? — насмешливо прошептал Повелитель Смерти . — Ты имбицил , — сделал "комплимент" ушастому Хонбин и повернул голову, ловя его губы своими . Хёк долго всматривался в золу, оставшуюся после их ночного костра, и они не могли никуда идти без него. Кен с раздражением посматривал на тёмно-серые тяжёлые облака, медленно расползающиеся и открывающие бледно-голубое небо взорам людей и нелюдей, измученным затяжными ливнями. Курительная смесь Повелителя Смерти отсырела, и тому пришлось её выкинуть, что мало способствовало хорошему расположению духа. Настроение Кена поднималось выше планки "никакое" только в случае, если Хонбин прекращал отпихивать его от себя и просить оставить его в покое. Хёк не подавал каких-либо признаков бурной жизнедеятельности и постоянно теребил мешочек, прикреплённый к ремню. Внутри этого мешочка находился пепел — всё, что осталось от их общего знакомого, Феникса по имени Лео. Что-то пошло не так, и Стихийный не возродился из пепла, а у них с Хёком были близкие дружественные отношения. Проще говоря — шаман находился в весьма депрессивном и подавленном состоянии, благодаря своей чувствительности. Хёк младше них всех, ему не больше двадцати, поэтому неудивительно, тем более, он — человек. Кен, конечно, тоже, но Играющие лишаются части своей человечности, приобретая силу . — Идём , — неожиданно бросил Хёк, резко поднимаясь на ноги и быстро направляясь прочь. Хонбин с досадой подумал, что шаман мог бы и подождать их. Кен, даже не взглянув на единорога, последовал за Хёком, и у Хонбина просто не оставалось выбора . ' Чего мы ждём?' — с тоской подумал единорог . — ' Когда больше не будем нужны, и нас уничтожат как Лео?' — Хонбин имел догадки, что именно случилось с Фениксом. К сожалению, похоже на то, что это дело рук того, кто теперь разгуливает в теле Эна и компании ещё одного Стихийного мага — Рави. Рави был очень.. необычным, и его магия несколько инородная, разительно отличающаяся от того же Лео. Хонбин более, чем уверен, что Рави из тех же мест, что и тот, кто собрал их всех вместе. Оттуда же и Эн. Хонбин подозревал, что, возможно, существует ещё что-то за пределами этого, допустим, мира, но то, что кто-то может прийти к ним — о подобном единорог не думал. И это пугало его не меньше, чем колебания настроения Повелителя Смерти . _________________ ещё немного фэнтези-наркомании и кенбинов . всем любви .