Вне зоны доступа

По каплям, как дождь, льётся слеза, Закроется ночь, как утром гроза, Мы выёдем на небо там, где есть свет, В себя поглощая этот рассвет. По каплям уходит прочь от нас грусть, Исчезнет она в ночи, ну и пусть, Сожмёшь мои крылья в сильной руке, А голос так твой подобен реке… По каплям ты спишь, и руку твою Я тихо сожму, а боль разобью. Спи и не бойся, я ведь с тобой, Мы вместе сильны, как утром прибой.

- Что это значит? Почему я не могу играть Ариэль? Ну, извините, что родился не того пола! Чтобы бы вы знали, никто в этом захудалом театре не исполнит партии Ариэль лучше меня! – хлопнув дверью, Курт пробкой вылетел из комнаты, где весь состав театра обсуждал их новую постановку – мюзикл «Русалочка». Лицо парня было красным, горло саднило от перехода на повышенные тона. - История повторяется, - грустно подумал он, вспоминая школьные годы в Хоре. Хаммел рос в провинциальном городке Лайма штата Огайо, живя вместе с отцом, а после – с его второй женой Кэрол и её сыном Финном. Стоит ли говорить, что Курт, со своим уникальным чувством стиля, удивительно высоким для парня голосом и непривычной для этой дыры красотой, был белой вороной, как в городе, так и в школе. Если с первым он справлялся благодаря тому, что старался ходить только по центральным улицам города в светлое время суток, избавляя себя от потенциальной опасности, то со вторым было сложнее. Издевки, оскорбления, толчки в шкафчики – всё это стало неотъемлемой частью школьной жизни парня, который не считал нужным скрывать свою сексуальную ориентацию и прятаться. Хор стал для него солнечным островком среди темного бушующего океана злобы и несправедливости. Здесь он мог не опасаться выпадов со стороны ребят и нашел друзей, которые поддержали его в самые трудные моменты школьной жизни. Но даже в Хоре он не мог полностью выразить себя. Мистер Шу, руководитель кружка, был очень добрым и милым учителем, но и ему не удавалось понять страсть Курта к женским соло и неординарным выборам песен. Со временем парень понял, что мужское исполнение женской партии в мюзикле, даже если у тебя контратенор, – для Лаймы это чересчур. Поэтому подобное стремление в сознании парня было отложено до лучших времен. День, когда он получил белоснежный конверт, исписанный синими чернилами, отправителем которого значилось «НЙАДИ», стал самым счастливым в его жизни. Выступать на Бродвейской сцене – было отчаянной мечтой Курта, он грезил об этом с 4х лет, по сотне раз пересматривая любимые мюзиклы и заучивая песни. Стоя на прослушивании перед самой Кармен Тибидо, решающей его судьбу, Хаммел старался вложить в исполнение всю свою боль, всё отчаяние, с которым он хочет вырваться из этого места в далекий и прекрасный Нью-Йорк – город его мечты. В тот день его отец, Берт Хаммел, чуть не получил второй инфаркт, услышав истеричные визги и хаотичное топтание из комнаты сына. Резко подскочив из кресла в гостиной, он метеором ворвался в комнату, до смерти испугавшись за мальчика. Тот полусидел на полу, прислонившись спиной к кровати, и, не скрывая ручья слез из своих глаз, сказал отцу: "Папа, меня взяли!". Провожая на вокзал сына, который поступил в Академию вместе с Рейчел Берри – подругой сына со времен Хора и девушкой его пасынка Финна – Берт понял, что всё в их жизни кардинально изменится. И это действительно так случилось. Финн поступил в спортивный колледж в Штате Нью-Йорк и частенько бывал в квартире, которую Курт с Рейчел снимали на двоих. Первое время студенты Академии пытались жить в общежитии, но от этой затеи пришлось достаточно быстро отказаться, так как каждодневные вечеринки и частые попойки никак не способствовали учебному процессу. Стараниями родителей уже ближайшее Рождество ребята справили в собственной квартире, которую сняли в двадцати минутах ходьбы от места учебы. Стоило вырваться в Нью-Йорк – и все желания Курта начали исполняться: он учился в престижнейшем музыкальном вузе страны, где был одним из лучших на курсе, проводя выходные за шоппингом, рассматривая модные дизайнерские вещи, о которых в Огайо не мог даже мечтать. К тому же, здесь он перестал быть изгоем из-за своего стиля и ориентации. Даже более того, не было и недели, чтобы кто-нибудь не пытался познакомиться с таким симпатичным парнем. Довольно часто Курт находил в своих тетрадках записки с номерами телефонов парней, более смелые подходили знакомиться в открытую. Несколько раз, когда они с Рейчел выбирались вечером в клуб, его ловили парни и предлагали сделать друг другу приятно, уединившись в туалете, на что Хаммел отвечал решительным отказом. Он был романтиком и ждал большой чистой любви, а не быстрого перепихона в ночном клубе. Был ли Чендлер этой чистой любовью? Курт вряд ли бы смог дать вразумительный ответ. Его парень был добрым и заботливым, хоть и немного навязчивым, всегда спрашивал, чего хочет шатен, и даже в постели старался больше доставить наслаждение Хаммелу, и лишь потом себе самому. Его любили – и Курту было этого достаточно. Эта мысль заставила парня немного сконфузиться, ведь вчера он остался ночевать дома, хотя они с Чендлером собирались посмотреть вместе «Леди и бродягу» перед сном. Не желая портить отношения, Курт решил, что после работы зайдет в магазин к бойфренду, чтобы поболтать и обсудить планы на вечер. Хорошенько отдышавшись за сценой и успокоив нервы, парень все-таки решил вернуться в коллектив, чтобы уладить организационные моменты постановки. Кастинг на «Русалочку» только через несколько дней, и у парня будет время на досуге, чтобы хорошенько над этим поразмыслить. --------------------------------------------------------------------------------------------------- Рейчел вернулась домой около десяти часов вечера. У нее была дневная смена в кафе, которое стало её временным местом работы на это лето. Возможно, быть официанткой – это не слишком престижно, но возможность устраивать маленькие музыкальные представления прямо во время смены была просто потрясающим стимулом. Их музыкальное кафе располагалось прямо в центре Манхэттена, и добираться туда утром было настоящим адом. Но аплодисменты благодарной публики и хорошие чаевые были тем, что прочно привязало девушку к этому месту. Снимая в коридоре свои ярко-зеленые туфли на высоком каблуке, брюнетка бросила взгляд в зеркало и ахнула: волосы изрядно растрепались, от теней и тонального крема не осталось и следа, а блузка помялась в нескольких местах. Но всё это было мелочью по сравнению с тем, что сегодня звонил Финн. На разговор с квотербеком девушке пришлось убить большую часть обеденного перерыва, но она была просто счастлива: официальное перемирие вступало в силу незамедлительно! Рейчел распирало от желания поделиться с другом всеми подробностями воссоединения Финчела, поэтому девушка приставила ухо к двери, ведущей в комнату Курта. Так и не сумев понять, дома он или нет, Берри открыла дверь и вошла в комнату. - Милый, рада застать тебя дома! Ты не представляешь, что сегодня случи... – начала тарахтеть она. Через несколько секунд девушку оборвало на фразе. Подойдя ближе к парню, который лежал спиной на кровати и равнодушно глядел в потолок, девушка увидела, что его глаза были влажными, а из уголков глаз стекали тонкие ручейки слез. Больше ничего не говоря, Рейчел осторожно легла слева от друга, обнимая его поперек туловища и устраивая голову у него на плече. Они лежали так несколько минут, пока парень не развернулся к ней лицом, позволяя маленькой ручке стереть остатки слез с его лица. - Рассказывай, - мягко, но уверенно потребовала Рейчел. В таком состоянии шатена она не видела уже давно. - Я зашел сегодня на работу к Чену, хотел предложить заказать вечером еды из того тайского ресторанчика и посмотреть вечером «Мемуары Гейши», - относительно спокойно начал Курт, - но он устроил мне выволочку из-за пропажи телефона и выставил дураком перед всем магазином. Мы поругались, вот, - тихо закончил парень, отводя глаза в сторону. - Лапушек, не переживай, я уверена, вы обязательно помиритесь, - широко улыбнулась ему Рейчел, стараясь вернуть другу позитивный настрой. - Наверное. Знаешь, он наговорил мне столько неприятных вещей… Будто у нас с этим парнем, который нашел мой смартфон, что-то есть, - проложил Хаммел, понижая голос к концу фразы. - Хм, не думала, что твой дружок окажется таким ревнивцем, - усмехнулась девушка, легко касаясь его носа кончиком указательного пальца, - нос вверх же, да? - Ну а как иначе? Ещё и хвост пулеметом, - натягивая улыбку, произнес он. - Ты только пришла и, вероятно, хочешь хотя бы переодеться. Со спокойной душой отпускаю тебя. Я не собираюсь прыгать из окна или обдалбываться парацетамолом, и не надейся, - парень игриво подмигнул подруге. Рейчел встала с кровати, покрутив у виска в ответ на последнюю фразу шатена. Уже направляясь на выход из комнаты, девушка внезапно остановилась, возвращая взгляд в сторону кровати. - Немного странно, что тебя больше беспокоит то, что тебя выставили дураком посреди музыкального магазина, а не то, что ты поругался с парнем, - кинула она напоследок, закрывая за собой дверь. Обдумывая слова подруги, его будто ошарашило. Пытаясь разобраться в себе, он пришел к тому, что в словах брюнетки была доля истины. Но насколько большая? И почему Чендлер так взъелся из-за телефона? Его обещали вернуть, так что проблема не стоила того, чтобы её раздувать до размеров динозавра. Проговорив про себя последнее слово, Курт улыбнулся, причем гораздо более искренне, чем подруге накануне. Он почему-то вспомнил о Блейне, который говорил, что живет с двумя тираннозаврами. Тот называл парней так из-за их размеров или по какой-то другой причине? Интересно, друзья тоже придумывают ему забавные прозвища? Хаммел поймал себя на мысли, что хочет сейчас услышать его голос. Голос, подобных которому шатен ещё встречал. То есть среди студентов НЙАДИ были отличные вокалисты, много, но ещё никто не смог произвести на Курта такое впечатление, просто болтая с ним по телефону, как это сделал этот парень. «Иногда ты слишком много думаешь» - пронеслась в голове парня фраза Рейчел, которая довольно часто выступала в роли его совести, за что шатен был очень ей благодарен, хоть и не признавался в этом. Схватив с тумбочки розовую нокию, и даже не обратив внимания на то, что телефон показывал полпервого ночи, Курт сделал то, за то, возможно, он будет себя ещё долго корить. Но сейчас – плевать. Отбрасывая последние сомнения, Хаммел набрал свой собственный номер, который временно находился во владении таинственного парня с бархатистым голосом. --------------------------------------------------------------------------------------------------- Нет ничего на свете прекраснее ночного Нью-Йорка. Огромные, светящиеся неоновыми огнями небоскребы перемежаются с невысокими уютными домами, добавляя городу особое очарование. Ночное небо было усыпано звездами, как платье Перис Хилтон стразами, и Блейн в такие моменты жалел, что не был астрономом. Тогда он бы смог точно определить, что за огромная звезда, будто смотря на него, озаряет все ночное небо и окрестные дома. Огни небоскребов по сравнению с этой звездой выглядели лишь дешевой подделкой. Он бы точно знал, что за две яркие точки расположены слева от нее. В черном бархате неба эти точки, будто сливаясь друг с другом, напоминали влюбленную парочку, старающуюся ближе прижаться друг к другу. Но, нет, Блейн не был астрономом, и все, что ему оставалось – это любоваться на ночное небо, накрывшее город и заставляющее чувствовать себя маленькой песчинкой в этом безумном мире. Его размышления были прерваны внезапно появившимся в ночи голосом Леди Гаги и вибрацией в кармане джинс. Достав не принадлежащий ему смартфон, парень обратил внимание на номер звонившего. Снова разговаривать с тем странным типом, который приглашал Курта на ужин, отчаянно не хотелось. К счастью, номер на экране был другим. Сердце беспорядочно билось в груди, и брюнет, выдохнув, нажал на кнопку принятия вызова. - Алло, - сказал он тихо. - Пппривет, Блейн. Голос Курта он узнал мгновенно. Сердце забилось ещё быстрее, хотя, казалось, что это физически невозможно. По непонятным причинам Андерсон был очень рад снова слышать этот высокий голос. Собравшись с мыслями, он старался говорить четко, ибо мысли в его голове беспорядочно метались и сталкивались, мешая построить вразумительную фразу. Ещё раз взглянув на свою звезду, Блейн заговорил: - Привет, Курт. Не спится? - То есть? О черт, я тебя не разбудил? Похоже, что собеседник только сейчас взглянул на часы и заметил, что уже за полночь. Отчаянно не желая, чтобы диалог прекратился, брюнет поспешил ответить: - Учитывая, что я сейчас сижу под крышей дома и пялюсь на звезды, нет, не разбудил. - Всё нормально? Ты не собираешься оттуда прыгать? Андерсон усмехнулся. Подобные мысли никогда не посещали молодого человека. Однако, он решил немного поиграть с другим юношей: - Нет. По крайней мере до тех пор, пока не верну тебе телефон. - Очень смешно, Блейн. Сердитый ответ ещё больше развеселил его, но парень всё-таки решил сознаться: - Шучу. Просто люблю бывать здесь. За повседневными делами иногда забываешь, что ты – только часть этого прекрасного мира. Знаешь, иногда полезно вытащить голову из песка и посмотреть на мир с высоты птичьего полета. Ну, или хотя бы с высоты моей пятиэтажки. Курт попытался обдумать слова парня и, сам того не замечая, переместился с кровати на подоконник, пытаясь вглядеться в ночную темень за окном. - Из моего окна видно только какой-то мебельный магазин и старую пекарню. На крышу я поднимусь только в том случае, если Александр Ван* будет раздавать там свою новую коллекцию бесплатно. Блейн звонко рассмеялся, в очередной раз попытавшись представить себе образ Курта. Подправив свободной рукой непослушные кудри, он спросил: - В твоем телефоне есть ммс? - Вроде да, этот розовый монстр, который я себе присвоил, отобрав у Рейчел, довольно новый, несмотря на то, что похож на новогодний подарок семиклассницы. А что? - Раз ты не идешь на крышу, крыша идет к тебе! Я сделаю фото и отправлю тебе, если ты не против. Хаммел слегка улыбнулся, прислоняя голову к окну. Это выглядело романтичным. - Нет, совсем не против. Договорились. - Есть, сэр! – спаясничал Андерсон. Секундой позже в его голову пришла мысль, что обычно парни не звонят среди ночи другим парням, тем более малознакомым, чтобы просто поболтать. Осторожно он спросил: - У тебя всё в порядке? - Ммм, да. А почему ты спросил? Курт удивился проницательности парня, но пока решил не вываливать на него свои проблемы. - Сейчас почти час. Мне нравится с тобой говорить, но вряд ли бы ты просто так среди ночи позвонил незнакомцу. Брюнет попытался максимально деликатно выразить мысль. «Нравится с тобой говорить» - супер, Андерсон. Скорее, ему просто начинал нравиться Курт. - Не такому уж и незнакомцу, мы знакомы уже неделю. Прикусив язык за то, что начинает нести ахинею, Хаммел решил всё-таки поделиться своей тревогой. Собеседник с чарующим голосом уже не раз за сегодняшний день смог вызвать у него улыбку и заслужил немного доверия. - Парень, который подарил этот телефон, в общем, он наорал на меня, и мы поругались. Я не знаю, что произошло, такое не случалось раньше. Я объяснил, что телефон вернут, но он просто закатил истерику… Прости, я не должен вываливать это на тебя… - Нет, ничего страшного. Это ведь я виноват. Сегодня на твой телефон звонил какой-то парень и говорил что-то про планы на вечер. Видимо, я что-то ответил неправильно, и он бросил трубку. Блейн закусил губу, догадываясь, что этот парень – не просто знакомый или друг Курта. У брюнета засосало под ложечкой, и он стал дожидаться ответа. - Ааа, теперь понятно, почему он подумал, что мы с тобой… Резко сползающая на лицо краска не дала ему закончить предложение, и Хаммел крепче прижался к окну в надежде, что смущение пройдет. - Встречаемся? Интересная у него логика, однако. Первое слово вырвалось у брюнета спонтанно, и он был бы и рад забрать его обратно, но это было невозможно. Оставалось только надеяться, что Курт не примет это за сексуальное домогательство. - Типа того… С логикой у того парня вообще не очень. Ведь, наверное, такое в принципе не может быть, ты же… Ещё больше покраснев, Курт не смог договорить так как вот так напрямую спрашивать у парня, гей ли он, было просто ужасным. - Ну, в принципе, такое как раз может быть. Блейн передернулся от своей наглости. Решив, что хуже уже все равно не будет, он продолжил: - Потому что я – гей. Последние слова оказались будто высоковольтным проводом для Хаммела. Чтобы вывести себя из ступора, он снова пересел на край кровати и поспешил заполнить неловкую паузу: - А я не боюсь тебя. Я уже и так этим болен. Эта неловкая шутка всё-таки расслабила Блейна, который боялся реакции собеседника на его заявление. - А неделю назад ты по-другому говорил, когда просил передать смартфон с курьером. - Значит, за неделю перестал бояться. Шатен улыбнулся, откидываясь на подушке, и внезапно зевнул, не успев отвести трубку. - Ты там засыпаешь уже? - Нет-нет, просто на книгу сел. Парень удивился сам себе, какую ерунду только что сморозил. Его уже клонило в сон после продолжительной беседы с Блейном, но он не хотел, чтобы их разговор заканчивался. Этот голос действовал на него волшебно, прогоняя тревоги и заставляя чувствовать внутри какую-то радость и тепло. - Когда я был маленький и не хотел засыпать, мама пела мне колыбельную. И, даже если совсем не хотел спать, после нее всегда вырубался. - Учитывая, что через 6 часов мне нужно вставать на утреннюю репетицию, хотелось бы узнать, что это за колыбельная такая волшебная? - Она так и называется «колыбельная». Только она на немецком, моя мама родилась и провела детство в Германии, поэтому, когда я был маленьким, пела только на немецком. Курт слушал, как завороженный. Казалось, так приятно и естественно, когда Блейн рассказывает ему что-то о себе. И, чем больше он узнавал его, тем больше тот ему нравился. - Моя мама тоже пела мне в детстве. Именно благодаря маме я заинтересовался музыкой и стал ей заниматься, даже после того, как она умерла. Сердце Блейна сжалось, и он смог сказать только одно: - Мне жаль, Курт. Такая простая, но искренняя забота тронула шатена, не дав старой ране открыться снова. Поэтому он спокойно продолжил: - Всё нормально, правда. И, да, на меня никогда так не действовали колыбельные, так что со мной этот номер вряд ли бы прошел. Эта фраза лишь подзадорила брюнета и он, набравшись храбрости, сказал: - Но эта колыбельная действительно волшебная! Хочешь, спою её? Хаммел просто замер. Он влюблялся в этот голос и только сейчас подумал о том, как восхитительно этот голос может звучать в песне. Удобно разместив голову на подушке, чуть ли не задыхаясь от предвкушения, парень проговорил: - Очень хочу. Надеюсь, ты не разбудишь жильцов дома и обойдется без полиции. - Если бы знал, что буду петь для тебя, прихватил бы гитару. Как ты смотришь на а капелла?** Шатен был просто весь в волнительном предвкушении и не мог поверить, что Блейн действительно собирался спеть ему. Крепко прижав трубку к уху, парень нетерпеливо поежился: - Не томи уже, искуситель! Андерсон посмеялся и прочистил горло. Он часто пел разные песни, но эту колыбельную ещё никому. Она была для него чем-то личным, семейным, и он собирался её исполнять своим детям. Совершенно непонятно почему захотелось исполнить её для этого юноши, но он собирался сделать это максимально нежно и проникновенно. Кинув взгляд на свою сияющую звезду, Андерсон запел: Schlafe, mein Prinzchen, schlaf ein,

Спи, мой маленький принц, засыпай.

es ruhn Schäfchen und Vögelein.

Барашки и птички сейчас отдыхают,

Garten und Wiese verstummt,

Сад и луга затихли,

auch nicht ein Bienchen mehr summt.

И даже маленькая пчёлка не жужжит.

Luna mit silbernem Schein

Луна серебряным мерцанием

gucket zum Fenster herein.

Глядит к нам в окошко.

Schlafe beim silbernen Schein.

Спи в серебряном сиянии,

Schlafe, mein Prinzchen, schlaf ein.

Спи, мой маленький принц, засыпай.

Auch in dem Schlosse schon liegt

И в замке уже

alles in Schlummer gewiegt,

Всё спит безмятежным сном,

reget kein Mäuschen sich mehr,

И даже мышка не скребётся.

Keller und Küche sind leer.

Погреб и кухня пусты

Nur in der Zofe Gemach

Лишь в комнате горничной

tönet ein schmelzendes "Ach".

Слышно тоскливое "Ах!"

Was für ein "Ach" mag dies sein?

Что за вздох это может быть?

Schlafe, mein Prinzchen, schlaf ein.

Спи, мой маленький принц, засыпай.

Wer ist beglückter als du?

Кто счастливее Тебя?

Nichts als Vergnügen und Ruh!

Ничего, кроме забав и умиротворения

Spielwerk und Zucker vollauf

Игрушек и сладостей сколько душе угодно

und auch Karossen im Lauf.

И даже карета, чтобы перевозить тебя.

Alles besorgt und bereit,

Всё ухаживают за тобой и все наготове

dass nur mein Prinzchen nicht schreit .

Чтобы мой маленький принц не капризничал

Was wird das künftig erst sein?

Что же принесёт нам грядущее?

Schlafe, mein Prinzchen, schlaf ein.

Спи, мой маленький принц, засыпай. ***

Ночная тишина вернула Блейна в сознание, и он лишь тихо спросил в трубку: - Курт? В ответ ему была тишина, в которой он смог различить лишь умиротворенное сопение Хаммела. Ухмыляясь, Блейн понял, что его собеседник уснул во время песни. Поднимаясь на ноги и направляясь в сторону своей квартиры совершенно счастливый, за секунду до того, как нажатием на экран завершить телефонный разговор, он мягко произнес: - Спокойной ночи, мой принц. Задержавшись на минуту, чтобы сделать на телефон Курта фото ночного города, освещенного тысячами огней и миллионами звезд, юноша двинулся вниз по лестнице, освещая своей улыбкой, наверное, весь серый подъезд. Примечания: * Александр Ван – американский дизайнер одежды. ** а капелла – пение без музыкального сопровождения *** Текст колыбельной + перевод и примеры исполнения http://de.lyrsense.com/hayley_westenra/wiegenlied Слово автора: Приветствую читателей! Т.к. это моя первая работа, буду признательна отзывам (любым). Пишите, что думаете, мне важно знать ваше мнение. Спасибо за внимание!