Подарок для господина

Ох, ваш грешный автор вернулся с продой. У меня так сложились обстоятельства, и я легла в больницу. А когда вернулась, то сразу написала. Жду тапок в свою сторону. Спасибо тем, кто ждал и надеялся :3 Всё время в школе Ифань был спокойным, у него не было друзей: они ему незачем, мальчик просто влился в учебу, хотя часто капризничал. Богатому отпрыску не было дела до остальных, или ему вбили, что нужно учиться, дабы обеспечить будущую жизнь, или же ему просто неприятно общение с людьми. На свою игрушку он вообще не обращал должного внимания, ему было плевать, Тао для него будто не существовало. Жизнь текла в своём русле. Общение с окружающим миром у Ифаня было сведено до минимума, всё время занимали учеба и сон. В один момент он изменился кардинально, никто не знал, от чего такие перемены в характере и поведении маленького господина. Девочки, как мокрый снег на ботинки, липли к Ифаню. Да, мальчик действительно с каждым годом становился всё лучше и лучше. Но ему было противно такое внимание со стороны маленьких шлюшек, которые за внешность продадут всё. Ифаня можно было назвать странным по меркам детей и взрослых, которые знали малышей, как пять пальцев. А игрушка уже привык к такому отношению со стороны хозяина, мальчик занимался любимым делом - ушу. Это действительно приносило ему удовольствие, в спортзале он отвлекался ото всех проблем. Как только игрушка с господином возвращались домой после школы, Тао брал сумку и бежал на боевые искусства. С каждым новым годом тренер хвалил мальчика за всё новые и новые достижения, победы в некоторых конкурсах, за стремление быть лучшим и учиться. Самому Тао это только в радость, а мать Ифаня была счастлива за игрушку сына. Всё было нормально до одного дня. В один день, когда Тао и Ифань приехали в школу, всё было обычно. Детей как всегда встретил высокий мужчина у входа и провёл к классу, он что-то сказал учителю и покинул помещение с улыбкой во все тридцать два. Но женщина, сидящая за учительским столом, не была в таком прекрасном расположении духа, в отличие от этого ушастого; да, у мужчины, провожавшего детей в класс, были уши, как у эльфа. Хотя никто кроме этого ушастого не радовался. На улице дождь и мокрый снег, а сейчас только конец ноября, люди уже вытащили свои серые куртки и пуховики, это ещё больше угнетало атмосферу. Тао то и делал, что смотрел в окно и пропускал все слова Лухана сквозь уши. Ему было не интересно, у друга были какие-то проблемы с Сехуном, но это типично: переходный возраст и всё такое. А может у Ифаня тоже переходный возраст; на все мысли, крутящиеся у него в голове, Тао только устало вздыхал. Всё, что творилось с Ифанем, не нравилось его матери, и она последнее время ходила вся как на иголках. А может, у мальчика проблемы с друзьями, хотя откуда им взяться. Может, Ифань скучает по отцу. Но все эти мысли были разбиты в дребезги голосом женщины, которая ломала карандаши и ручки, части которых падали ей на стол. Она была в бешенстве. Учительница уже кричала во весь голос, потому что Лухан пытался вывести Тао из транса и раздумий, пиная и его и крича на него; такое поведение ещё одной игрушки явно не понравилось женщине, которая была готова разорвать любого, кто пойдёт против неё или помешает ей. Но что так разозлило её? Возможно, начальство пригрозило увольнением, или родители богатого чада сказали, что убьют. Ответ не заставил себя долго ждать. В дверь постучали, и руки женщины задрожали, как никогда ранее, она хотела плакать или забиться в угол и обнять свои коленки, как когда-то в детстве, когда на голове ещё были две длинные косички, а не строгая короткая стрижка Боб. Все дети обернулись на звук, и Тао словил на себе взгляд Ифаня, полный презрения и унижения. Естественно, из-за игрушки учитель взбесилась и кричала неистовым голосом, но мальчик отогнал все мысли, так как дверь распахнулась. В дверном проеме показалось три человека, двое из них - дети, а третий - всё тот же ушастый нянь этой школы. Мужчина нежно протолкнул детей в класс, а сам улыбнулся во все тридцать два и ускакал, прежде закрыв за собой дверь. Он явно был доволен собой, несмотря на то что женщина была напугана. Либо он слишком её недолюбливал, либо ему предложили её место с зарплатой получше. Дети посмотрели на учителя, застывшего в немом крике. Один из новеньких громко прокашлялся и прошёл к свободной парте, женщина проводила его пустым взглядом. Неужели этот только что прибывший так ужасен? На вид это был обыкновенный богатенький ребёнок, избалованный своими родителями, правда его кожа была темнее, чем у азиатов, учившихся в этом классе, но ведь цвет кожи не делает из человека монстра. А мальчик только улыбался, но улыбка эта скрывала за собой многое, да и была она кривой. А его игрушка, с большими глазами, полными надежды, поднесла сумку с учебниками новенькому и направилась к лавочке, где сидели остальные дети, принадлежащие богатеньким отпрыскам. Мальчик сел возле Тао. Все молчали, в том числе и учитель, пока новенький не прокашлялся ещё раз и не состроил недовольную гримасу. Это выражение лица прибывшего ребёнка заставило преподавателя выйти из транса и вернуть на лицо маску безразличия, но, хоть эмоции и отсутствовали, действия выдавали всё волнение. Мел падал на пол, на малейший шорох учитель дергалась, а Лухан уже разговаривал с новичком в их рядах на весь класс, но женщина будто не замечала этого. Под конец урока преподаватель всё же решила познакомить новенького и класс: мальчика зовут Ким Чонин, а его игрушку Кёнсу - это разузнал Лухан. Но никто не понимал, почему учитель так его боится, но как позже рассказал Кёнсу своим новым знакомым, Чонин - сын директора школы, и он проблемный мальчик. Когда уроки закончились, а Ифаня и Тао привезли домой, матери первого дома не было. Женщина снова занималась в компании бумагами и акционерами. Тао поплёлся на кухню, дабы взять себе стакан воды, сегодня у него выдался странный день, полный новых знакомств и неожиданностей, мальчик устал. Да, жить в богатом доме и иметь возможность заниматься любимым делом - это, конечно, превосходно, но он был как птица, запертая в клетке из фальшивого золота. Когда Тао закрыл за собой дверь, то услышал, как в неё полетело что-то и разбилось со звенящим звуком. Игрушка замер на месте, по спине пробежала стая мурашек от такой неожиданности, его пугало всё, что могло произойти вне кухни. Ещё больше испугал Тао Ифань, залетевший на кухню, разъярённый и точно убедившийся, что все служанки только в соседнем крыле дома, так что теперь ему ничего не мешало избить ребёнка. Хоть мальчик и занимался ушу, он не мог его использовать против господина, иначе его выпрут из дома к чёртовой матери. Он только стоял и дрожал, не зная, что будет дальше, как себя поведёт богатый хозяин. — Ты меня опозорил перед классом! Ты не мог просто заткнуться?! — Ифань пылал от ярости. Неужели ему важно, что о нём думают другие? — Да как ты посмел испортить мне репутацию? — по кухне разнёсся звук пощечины, а Тао только охнул и поднёс холодную руку к покрасневшей щеке. Кожа пылала, а Ифань смотрел на мальчика с укором и ненавистью. Спустя минуту молчания и взглядов сожаления и унижения, богатый отпрыск развернулся и ушёл прочь из кухни, где стало душно от напряжения. *** — Хей, Крис, давно не виделись! — выкрикнул Чонин, а точнее Кай (теперь его все так называли, а кто упоминал его настоящее имя, получал по роже). Парень шёл по коридору навстречу Крису. — Тебя так давно не было в школе. Где пропадал? — они встретились и дали друг другу пять в знак приветствия. — Отец в Сеул забирал, — ответил Кай, и они направились в класс. Прошло пять лет после того, как в их класс пришёл новенький. Он был дерзкий малый: постоянно лип к чужим игрушкам, а его игрушка только покорно ждала у входа, ещё он постоянно задирал учителя. Вследствие бедная женщина уволилась с нервным срывом, а на её место всё-таки поставили ту ушастую башню. Пак Чанёль был очень дружелюбен и мил до первого Каевсого слова, потом это высокое чудо превращалось в монстра, который мог убить одним взглядом. Мать Ифаня всё меньше стала уделять времени ребёнку, и Крис связался с Чонином. Теперь их парочка что-то вроде школьной банды, а им всего по четырнадцать. Но их родители были слишком влиятельны, и даже старшеклассники иногда побаивались этот дуэт. Слишком уж красиво они спелись. Крис познакомился с новеньким на следующий день его прибытия. Ему понравилось, что он не был обычным ребёнком, который играл в машинки и дул сопли из-за того, что ему не купили очередную игрушку-вертолётик. И Ифань начал с ним дружить, а в классе их начали бояться. Они были дерзкими, ядовитыми на слова и безжалостными на поступки. А девки так и липли к богатым наследникам, ища приключений на свою задницу. Родители оправдывались тем, что те ещё подростки: переходный период, первая любовь, первые разочарования и первые драки — всё в этот период новое. Тао и Кёнсу для них отошли на второй план, а Лухан только утешал и подбадривал ребят. Иногда, когда матери Ифаня не было дома, Кай приходил к ним с До-До, и ушуисту не было скучно, и новый друг не чувствовал себя одиноким. Такая жизнь уже была привычной — холодный по отношению к Тао Крис, частые издёвки Кая; тренер по ушу говорил, что парень стал растерянным. Но единственное, что воистину огорчало парня — это то, что Ифань так ни разу и не назвал его по имени. Ни разу.