Причина войны эльфов и гномов

В Невендааре горе. Лесной народ оплакивает своего бога и проклинает гномов. Из-под земли восстают орды нежити. Бетрезен, почуяв, что прекрасная и спокойная жизнь закончилась для поднебесных жителей, пытается выбраться из заточения на поверхность, призывая свой народ служить ему. Раскол. Смерть. Горе. Но никто из смертных не знает точно, с чего это началось... А дело было так. n-ное количество времени назад. Сковородка врезается в стену и падает на пол. Остроухий уже научился вовремя уклоняться от тяжелых, летающих предметов. Их траекторию легко предугадать, в отличии от скалки. Пожалуй это самое страшное оружие в кухонном арсенале у его Возлюбленной. Хотя в такой опасной ситуации Галлеан успевает любоваться Солониэль, которая даже в гневе оставалась прекрасной! Правда несколько дней назад она попробовала странный импортный крем. На этикетке значилось: "И даже мертвые будут у ваших ног!". Конечно, крем с таким лозунгом должен был иметь потрясающий эффект! Правда, Галлеан заподозрил неладное, когда, например, на фартучке появились черепа, а саму деву скоро можно было принять за богиню мертвых! За всеми этими не радужными мыслями, Галлеан пропустил удар и медленно съехал по стеночке, потирая ушибленную макушку. Для него это не могло быть смертельно, но было неприятно и ощутимо больно. - Ох... - Что, не хорошо? А каково мне, когда твои лесные дети играют рано утром на берегу? Мои несчастные осьминожки и прочая живность скоро совсем уйдет глубоко в океаны! И так уже спокойной жизни не видят они из-за кораблей людей и гномов! А тут еще им и спать не дают! Что, нечего сказать??? Возлюбленная не только была прекрасна в гневе. У нее был столь же прекрасный, но слишком громкий голос. Галлеан продолжал слушать, опустив голову. Казалось, даже кончики его ушей слегка опустились. Знал ли он, когда влюблялся, что этот голос может петь не только о любви? - А нефиг было ронять чертежи со своими музыкальными инструментами! Почему было не затерять в кустах чертежи прялки? Сейчас бы ходили они в прекрасных пуховых платках! Было бы что вывозить на экспорт. А так инструменты фиг продашь! За границами Невендаара и так полно бардов и прочих блуждающих с инструментами! Это могло продолжаться бесконечно. Поэтому, предоставляя слово любимой, эльф медленно, ползком, пробирался к двери. Нащупав за спиной порог, он вскочил и, пока Солониэль не опомнилась, выскочил из дома. - Пронесло... - выдохнул Галлеан. Но рано! Из открытого окна внезапно вылетела столь любимая скалка. Не успел эльф моргнуть, как та затерялась в кустах. - Ну вот. Зря! Зря ты так со своей любимой скалкой! - пробубнил он под нос, - не зря же говорят: "что упало, то затерялось в мире смертных"! Из дома уже доносились новые подозрительные звуки. Конечно! Ведь там, внутри, остался еще один опасный инструмент - сковородка! Не дожидаясь, пока чугунный предмет вылетит вслед за скалкой, эльф поспешил покинуть пределы сада и отправился к старому знакомому, у которого точно не было бы такого устрашающего кухонного арсенала оружия.

***

- а давай... за пррреее-красных дам! - за них уже пили... - тогда, за силу люб-ви! - уууй, не напоминай... до сих пор голова болит! Они сидели уже несколько часов подряд, постигая вкус гномьей водки. Правда только Вотан знал, что она так называется. Саму бутылку он спрятал, заранее перелив горячительную жидкость в графин из горного хрусталя. Но он никогда не бывал в той стране, откуда пришел этот замечательный напиток. Поэтому никогда бы не узнал, что его обманули, представив паленую водку за элитный алкоголь из-за границы. Не знал этого и Галлеан, сидя за высоким столом и положив голову на плечо Вотану. А если бы знал, не стал бы сейчас спокойно пытаться завывать свою любимую песню. И так получилось, что одного сгубила неизвестность, а второго доверчивость. Так они и просидели ночь. Этой ночью, Солониэль, решила поухаживать за собой, пока мужа не было дома. Чудесный крем так вкусно пах, что она слегка переусердствовала и нанесла больше положенного. Не заметив ничего тогда в зеркале, никаких изменений, она спокойно легла спать. Лишь за окном, издалека доносилась пьяная песнь Галлеана. - Значит, он снова пьет у Вотана. Ну ничего! завтра ему устрою... песенно-музыкальное пробуждение! Даже в ноты попадать не может! А утро принесло свои печали и огорчения Возлюбленным. Солониэль, проснувшись, внезапно осознала, что всегда хотела, чтобы ее называли Мортис. Да и выглядела она соответствующие. Наверное в креме были какие-то психотропные препараты, потому что взглянув на себя в зеркало, она даже оценила по достоинству свою новую красоту. А вот Галлеану было несколько хуже. Вотан смотался куда-то, оставив эльфа одного. А тот даже не смог подняться. Его состояние было ужасное. Казалось, что он скоро покинет этот свет. Голова раскалывалась, все тело болело. И ничего не могло ему помочь от дикого похмелья. Даже стаканчик воды не принес того облегчения, что ожидал эльф.

***

Бетрезен потягивал из трубочки свой любимый рассол - последний из запасов - и придумывал в голове новый план, как выбраться наружу. Конечно, ему и тут жилось неплохо. Прислуга, которая подчиняется только ему, никто не бегает рядом со скалками и криками, когда хочется побыть в одиночестве, никто не читает морали пафосным и громким голосом... Правда климат был жарковат, но и к этому он уже привык. Единственное что тянуло его наверх, это не месть, как многие думали, а желание выпить в компании. Он до сих пор вспоминал с улыбкой те времена, когда укрывшись от глаз Всевышнего и Солониэль, он вместе с Вотаном и Галлеаном распивали неплохой горячительный напиток на троих. Ах эти чудесные времена элитного алкоголя и светских бесед! После того как он попал в заточение, у него была возможность заказывать только импортную водку. Уж не знай из чего ее делали, но адское пламя после нее казалось приятным теплым родничком! Еще один минус - от этой водки жутко болела голова, поэтому ему пришлось адаптироваться. Адаптация прошла успешно только после создания чудо травки напитка - огуречного рассола... Например, сейчас, допивая последние капли, Бетрезен ощущал как ему постепенно становится хорошо, голова перестает болеть.Теперь он мог воспринимать цвета и звуки нормально. - О, как раз вовремя! - обрадовался демон, когда к нему заглянул один из слуг и принес ежедневную газетку "Под небом голубым - скандалы, интриги, расследования", повествующую о делах земных. - Посмотрим, посмотрим... какая на этот раз сенсация произошла в Невендааре. На сколько помню, последнее событие было о том, что смертные нашли какой-то артефакт, на деле оказавшийся скалкой Солониэль.. но кого это волнует! Это же как мана небесная для них... Но в этот раз его ожидало нечто особенное! "Эльфы растеряны! Галлеан не отвечает на их молитвы!" - Опять забухал с Вотаном, наверное, и чего так нервничать то? - прокомментировал Бетрезен. "... они обвиняют в этом гномов..." - Не, ну точно у Вотана зависает! "... Слезы Солониэль остались как память о горе, случившимся с ее мужем!" - О-па! чо, неужели водка паленая попалась???? "... Солониэль взяла себе новое имя - Мортис!" - А это уже что-то новенькое... "Эльфы негодуют! Они все ждут возвращения Галлеана. Но Мортис не успела спасти своего мужа..." - А за рассольчиком ко мне надо было, хотя... - Бетрезен посмотрел на опустевший стакан, - поздняк метаться! "Мортис обещала отомстить Вотану!" - Вот бабы... не дают нормально мужикам посидеть! Он отложил газету и закрыл глаза. Что ж, пожалуй, в такой суматохе можно попробовать выбраться наружу. Надо не упустить шанс!

***

Галлеан.. Хотя подождите, пожалуй теперь его надо будет называть Гилеан! Так вот, Гилеан опустился в свое кресло и расслаблено вздохнул. Пожалуй, он останется немного на Кринне. Тут явно спокойнее, чем в Невендааре. А когда там все успокоится - вернется. НАИВНЫЙ! Он дотронулся двумя пальцами до виска. Голову потихоньку отпускало. Все-таки, если нет никакого лекарства, то тишина, покой и равновесие - лучшие врачи.

The End.