espresso

У Мйара тряслись руки. Он завалился за кулисы и, прижавшись спиной к облупленной стене в зеленой штукатурке, сполз вниз, закрыв глаза рукой. Второй рукой он закрыл рот, а через какое-то время зарылся обеими ладонями во взмокшие волосы. - Ну, что, как? - спросил Камориль, присевший рядом. - Как тебе? Как ощущения? Мйар высказался. Не то чтоб нецензурно - но однозначно: - Труба. - Ну, какая ж это труба, если это контрабас? - хохотнул некромант. - Так, нечего тут сидеть, пойдем, проходу мешаем же. - Ничего, сейчас, сейчас меня отпустит, - пообещал Мйар, с трудом поднимаясь. - Нет, все было хорошо. Вполне хорошо, слажал я всего единожды... - Даже я не заметил, - поддержал Камориль. Мйар усилием воли заставил себя успокоиться, по крайней мере, внешне. Одно дело - оркестр, играющий для себя, и никакой тебе дополнительной публики. Другое - аккомпанировать группе, притом довольно известной. Репетиций было удручающе мало, ребята понадеялись на Мйарово мастерство и чутье, и, в принципе, не просчитались, однако же затея все равно была весьма рискованной. Конечно, налажай он не раз, а трижды, тоже ничего страшного не случилось бы, мир бы не перевернулся и не рухнул. В таком случае уже после выступления его бы точно так же трясло, вот только волна воодушевления и эйфории была бы полностью затенена колкой болью от этакого мало кому заметного поражения. - Пойдем-ка на свежий воздух, - Мйар стал пробираться мимо хаотично расставленной аппаратуры. - Надо бы покурить. Пока они пробирались через плохо освещенные коридоры театра, Камориль сетовал: - Вот почему ты вдруг решил портить себе здоровье сигаретами?.. Почему я бросил, а ты начал? Это что, какое-то равновесие курильщиков в природе?.. Я не понимаю... - Йер, ну надо мне сейчас, надо, - Мйар вышел под свет уличного фонаря, уже достав зажигалку. Стал шлепать себя по карманам в поисках сигарет. - Ух, тепло-то как! Лето как раз перекатывалось через середину и ночи стояли душные, сухие. В отсветах полной луны и желтого покачивающегося фонаря трепетали мошки да комары, с речки, что на два квартала южнее, доносились трели встревоженных жаб. Мйар выдыхал дым через ноздри, умудряясь держать сигарету как-то по-хулигански. Глядя на него сейчас, едва ли кто смог бы предположить, что десять минут назад он держал в руке смычок и с лицом, полным истовой сосредоточенности, выводил несложную, в принципе, партию, этой сосредоточенностью и всем своим видом совершенно загипнотизировав одного отдельно взятого некроманта из толпы. Волосы Мйара были стянуты в хвост, в свете софитов поблескивали золатунные серьги в чуть заостренных ушах. Теперь, когда регенерация перестала быть такой агрессивной, он мог позволить себе эту "роскошь". Свет, словно мед, струился по его плечам, путался в пальцах и волосах, вибрировал и рвался, когда Мйар вскидывал голову. Девочки в зале, конечно, принадлежали солисту, но взгляд янтарных нечеловеческих глаз все два с половиной часа был прикован только к нему. И вот теперь - улица, кирпичная стена, терпкий дым, выступивший на лбу пот. - Ну, что, успокоился? - спросил Камориль. - Да, - коротко ответил Мйар. - И что скажешь теперь? - Больше никогда. Камориль вздохнул. Хмыкнул. - А мне всегда нравилось. - Чего ж бросил? - Мйар затянулся. - Мне больше нечего им сказать, - Камориль развел руками. - Боюсь, счастливый и праздный я им ни к чему. - Вот это не надо вот, - Мйар ухмыльнулся, - бросил ты раньше. - Пойдем отсюда, - вместо ответа предложил Йер. - А инструменты? - Сами разберутся, - Камориль, сунув руки в карманы, двинулся прочь. Мйар скоро нагнал его, уже избавившись от сигареты. - Куда пойдем? - К морю, куда ж еще. - На набережной сейчас толпа, - Мйар приобнял Камориль за плечо. - Может, ну его? Или ты хочешь сильно? - Если ближе к мысу выйти, то особо никого не будет. К тому же, обещали салют, - Камориль, чувствуя на плечах тяжелую руку, улыбался. - Или можно забраться прямо на мыс, смотреть с него. - Ой, сдается мне, что таких "умных", кто собрался романтично пялиться на салют, и без нас чуть больше, чем дохрена. - Варианты?.. Они прошли центральную площадь и теперь двигались через один из нижних кварталов старого города. Казалось, что стрекотание сверчков способно оглушить. В окнах ближайших домов тускло горел свет, там кто-то жил и двигался, где-то мигали отсветы телевизора, а в небе над набережной мерцала дуга установленного в начале лета колеса обозрения, вращаясь так медленно, что движение трудно было уловить. - Знаю я тут один скверик, - туманно сообщил Мйар. - Боже. Словно студенты, - ответствовал Камориль. - Кто сказал, что мы планируем что-то эдакое?.. - Никто не сказал, вот только я уже внутренне готов. - На лавочке посидим. - Конечно. Именно это я и имел в виду. Скверик отыскался не то чтобы очень быстро, но порадовал несказанно пустынностью и наличием целых лавочек. - Кому памятник?.. - поинтересовался Камориль, обходя спереди стелу с чьим-то бюстом. - Так-так... Фандест Холифоксов. А, точно, этот. - Пойдем туда, где разбитый фонарь, - Мйар взял Камориль за руку и потянул за собой. - На памятник направлена камера, если что. - А туда - нет? - Да вроде. Мйар умостился на лавочку и усадил Камориль к себе на колени, обхватил его шею руками, заставляя склонить голову ближе, и без промедлений поцеловал. Пальцы обожгли скользнувшие по ним холодные металлические серьги. Волосы Камориль шелковой волной упали Мйару на плечи, когда Камориль приподнялся и уселся, прижимаясь к Мйару плотней, заставляя того откинуться на жесткую спинку лавки. Мйар уже шарил руками по груди некроманта, переходя на спину, засовывая пальцы ему под тугой ремень обтягивающих кожаных штанов. - Так, так, Мйар, погоди, у меня ж с собой никаких зелий, - взмолился Камориль, - а у меня уже... я уже плохо себя контролирую. Или ты хочешь прямо здесь?.. - А почему бы и нет?.. - А если нас увидят? - С каких это пор ты стал такой стыдливый? Круговорот стыдливости в природе?.. Мйар задрал Камориль майку и, притянув к себе за худые бока, впился поцелуем в торчащий сосок, после начав прикусывать его и одновременно массировать пальцами другой. - Мйар, ну что ж ты делаешь, - Камориль, закусив губу, выгнулся ему навстречу. - М-м... Прекращай! - Прекращу, если ты расскажешь мне, что все-таки случилось тогда, - Мйар легко приподнял Камориль и уложил на лавочку, на лопатки. - Когда - "тогда"? - беспомощно и обескураженно спросил Камориль. Он вдруг понял, что Мйар совершенно серьезен и смотрит на него сверху вниз не плавящимся взором, желанием полнящимся, как тому следовало бы быть, но резко, холодно, пронзительно, как будто хочет не съесть, а разделать на потроха и узнать, что внутри. - Тогда. Два месяца назад, в клубе "Ремора". Я искал тебя и нашел тебя, ты курил и трындел с тем беловолосым дрыщем, и от тебя несло сексом так, что ни клубная вонь, ни пот, ни сигаретный дым этого скрыть не могли. - Мйар... - Скажи мне прямо: ты его трахал? - Долго же ты ждал, чтобы у меня это спросить, - Камориль, улыбнувшись сдержанно, провел пальцем по Мйаровым губам. - Сколько зелий выпито, сколько поз освоено, сколько семени пролито, а ты все медлил?.. Мйар не стал отвечать. Он приподнялся (на секунду некроманту показалось, что он сейчас встанет и уйдет) и принялся расстегивать ремень на брюках Камориль. Некромант сел и помог расправиться с заартачившейся пряжкой. Когда он коснулся пальцев Мйара, то понял, что они дрожат. Но затем, когда пропела молния, Мйар совершенно бестрепетно и без какого-либо промедления накрыл своим ртом стоящий, как штык, член Камориль, и принялся работать руками и языком с идеально выверенной интенсивностью и нажимом, так, будто хочет, чтобы Камориль поскорее кончил. - Да что ж ты делаешь, - Камориль, вцепившись Мйару в волосы пятерней, попробовал замедлить движения его головы, - я... я же... Мйар, помедленнее, помедленнее... я сейчас... Он не выдержал и чуть было не застонал, но успел прикрыть рот запястьем. - Так что там насчет "Реморы"? - спросил Мйар, ненадолго доверив дело только рукам. Наклонился, обвел головку языком, слизывая капельку естественной смазки и затем снова погружая Камориль в состоянии путающихся мыслей и невозможности что-то еще рассказывать. - Если... ты так... хочешь это знать, то ладно уж... я расскажу, - Камориль сдул упавшую на лоб прядку. - Да. Так все и было. Мйар замедлил темп, двигаясь теперь в такт словам Камориль. - М-м... да, я трахал его. Эту белобрысую шлюшку. В гримерке. Он тощий и узкий. Я драл его сзади, по-собачьи, держась за белые, мокрые, мягкие, вихрастые патлы, и он был горячий, как только что поданный эспрессо, и стонал, будто пел, и кусал себя за руки, чтобы не стонать. - Как ты только что?.. - оторвавшись на мгновение, уточнил Мйар. - Почти, - согласился Камориль, выгибаясь вперед рефлекторно и засаживая член глубже. Мйар сжал его бедра сильными пальцами, чтобы он впредь так не делал, если не хочет напороться на все еще чуть более острые, чем следует, зубы. - Да, примерно так все и было. И я кончил в него, и алебастровая кожа была вся в крови и сперме. - Кончил куда именно?.. - осведомился Мйар, проводя губами по разгоряченной головке. - В белый... - Камориль вцепился Мйару в плечи, когда тот снова принялся за него, - в белый, жаркий, узкий... н-н... ах... рот. Мйар вытер губы тыльной стороной ладони. Камориль, расхристанный, разгоряченный, с дрожащими от напряжения разведенными коленками, на секунду замер, даже перестав дышать, вглядываясь Мйару в глаза, пугающе темные и глубокие. Мйар, расстегивая пуговицу на джинсах, спросил будто бы мимоходом: - А как же руки? Руки куда дел? Камориль хмыкнул, улыбнулся. Он знал, что Мйар ему не поверил и продолжает зачем-то свою странную игру. Проскрипел тонкий латекс, запахло айвой. Мйар решил идти до конца в этот раз. Ему, очевидно, полностью снесло башню, раз он готов делать это с Камориль здесь, в иллюзорной темноте, здесь, где их никто не застукал только благодаря какой-то сумасшедшей, лихой удаче. Камориль усадили на себя сверху и, бесцеремонно проникая в святая святых практически без всяких предварительных ласк, приказали: - А теперь двигайся, как ты это умеешь. Камориль подчинился, ощущая, как немаленьких размеров член, скользя, входит в него все глубже. Мйар ловил его стоны губами, направлял движения бедер, если он сбивался, до боли сжимал набухшие соски. - Да не было ничего, - выдохнул Камориль ему в висок, в медные мокрые волосы, и снова, не сдержавшись, застонал. Мйар перевернул его на бок так, чтобы быть сзади. Навалился, вошел глубоко, стал двигаться ритмично, медленно ускоряясь, лаская пальцами член Камориль, заново поднявшийся. Камориль изгибался и дрожал, и говорил, прерываясь на стоны, когда член Мйара входил в него особенно чувствительно: - Я... увидел тебя... н-н... издалека. Мокрого, а-ах... без майки. У меня встал. Я утащил парня... м-м... за сцену, чтоб он провел меня в гримерку. М-м. Там... там я заперся изнутри и... о-о, Мйар, не останавливайся. И я... и я думал о тебе... о том, как заняться с тобой сексом. Чтобы ты... м-м... или тебя... во всех... позах. Ну, и... надо ли говорить, чем все это закончи... о-ох. Мйар двигался быстро, жестко, не сдерживаясь. Горячая кожа была липкой и мокрой от пота и смазки. Камориль изгибался под ним, стонал, плавился воском. - Да, да, не останавливайся. Вы... а-ах, Мйар, какой же он у тебя большой, дери тебя чернодырые... о, да. О, да. Глубже. М-м. - Я сам знаю, как мне тебя иметь, - ласково и хищно отвечал Мйар, зарываясь пальцами в волосы Камориль. Подтверждая свои слова на практике, он извлекал из Камориль такие непристойные звуки, что некромант сам себе дивился и, тем не менее, не мог прекратить выгибаться или стонать пореже. Мйар судорожно толкнулся в последний раз, прижимая Камориль к себе. Вынул медленно, стянул и выбросил презерватив тут же, в ближайшую урну. Натянув и застегнув джинсы, уселся на лавочку, поджидая, пока Камориль тоже приведет себя в порядок более-менее. Некромант поставил колено на лакированные доски между Мйаровых ног. - Ну что, удовлетворен?.. Над заливом пророкотал первый из залпов праздничного фейерверка, окрашивая город попеременно то в красный, то в синий, затем в зеленый. Камориль повернул голову на звук и свет. Мйар, пробежавшись пальцами по подставленному бедру, потянулся и обнял Камориль за талию. Встал и заставил некроманта оторваться от созерцания разноцветного неба и посмотреть себе в глаза: - И все же мне кажется, ты чего-то не договариваешь. - Может, надо как-то иначе спрашивать? В какой-то... иной ситуации, например?.. Мйар усмехнулся. Поцеловал Камориль в губы, отстранился и кивнул головой, мол, пойдем. Чиркнув зажигалкой, он вдруг спохватился и глянул на Камориль смеющимися прищуренными глазами: - Я закурю?..