Встать, суд идет

Выдержка из архивов Серого Посредника: Призрак. Сексуальные контакты за прошлую неделю: капитан-лейтенант Джейн Шепард (дважды). *** — Вы признаете, что работали на «Цербер»? — Признаю. — Полностью осознавая, что сотрудничаете с террористической экстремистской организацией? — Да, но... — Сделайте пометку, что капитан-лейтенант это признает. — Жнецы представляют собой большую угрозу, чем любые террористы... — Жнецы — это выдумки! — Информация о Жнецах так и не была официально подтверждена. Зато ваша так называемая деятельность в системах Термина — вся — была задокументирована. Желаете ознакомиться с голофайлами, капитан-лейтенант? — Нет, сэр. — Тогда продолжим. Признаете ли вы, что получали указания непосредственно от главы «Цербера», более известного как Призрак? — Признаю. Но если моя деятельность в системах Термина была задокументирована, вы знаете, что я проводила расследование и нашла ответственного за исчезновение ряда колоний в Пограничных Системах. Коллекционеры... — Коллекционеры — неизученная раса... — Вынуждена возразить вам, сэр. Я скопировала данные с аналитического компьютера «Нормандии» SR-2, подтверждающие, что Коллекционеры — не неизученная раса, а генетически измененные протеане. — Оптический диск, который вы предоставили, находится в ужасном состоянии. Вероятность того, что мы сможем использовать содержащиеся на нем материалы, очень невелика. Продолжим. Коллекционеры мирно существовали с обитателями станции Омега веками. «Цербер» мог спровоцировать их нападение, вы так не считаете? — Нет. Это безумие, сэр. — Мы говорим о террористах, о террористах, черт подери! Призрак пойдет на что угодно, лишь бы мы плясали под его дудку! И вообще — откуда мы знаем, что перед нами настоящая Шепард, а не киборг-синтетик с управляющим чипом в подкорке? — Капитан-лейтенант прошла комплексные тесты и ряд исследований, позволивший нам установить ее личность. Мы можем с уверенностью утверждать, что она — Джейн Шепард. — Спасибо, сэр. Я бы хотела подчеркнуть, что сотрудничество с «Цербером» было вынужденным... — Не настолько вынужденным — у нас есть другая информация. Капитан-лейтенант Джейн Шепард, вы признаете, что состояли с Призраком, главой «Цербера», в сексуальной связи? — На основании чего вы это говорите? — На основании информации из файлов так называемого Серого Посредника, которую наши сотрудники извлекли из его серверов, когда «Цербер» разгромил его базу. — Не «Цербер», а «Нормандия» SR-2 под моим командованием, сэр. — Напоминаю, что «Нормандия» SR-2 не являлась и не является кораблем ВКС Альянса: это судно «Цербера». Прошу продемонстрировать улику номер один. На записи видны вы и сопровождающие вас лица. Вы можете перечислить их, капитан-лейтенант? — Это Миранда Лоусон, ассистент и доверенное лицо Призрака. И Джейкоб Тейлор, бывший служащий ВКС Альянса, биотик. В настоящий момент — боец «Цербера». — Что вы делаете? — Мы поднимаемся на борт челнока. — Куда вы летите? — Не могу знать, сэр. У меня никогда не было доступа к навикомпьютеру. Лоусон и Тейлор следили за тем, чтобы я не попыталась его получить. — Скопируйте голозапись ответа коммандера: одну в архив, другую прикрепите к делу. Теперь — улику номер два, пожалуйста. Вы узнаете лица на записи? — Да, сэр. — Назовите их. — Это я и Призрак. — Вы признаете, что в указанное на записи время находились в спальном отсеке неизвестного крейсера с Призраком? — Я не уверена... — Да или нет, Шепард. Попытки увиливать от ответа ни к чему не приведут. — Скорее всего... да. Да, сэр, находилась. — И улика номер три. Обстоятельства, при которых была сделана эта запись, недвусмысленны и исключают возможность иной трактовки. Итак, вещественных доказательств вполне достаточно для того, чтобы обвинить вас в измене, передаче засекреченных данных врагу... — Я не передавала «Церберу» никаких секретных данных, сэр. — Это нам еще предстоит выяснить, капитан-лейтенант. Вы свободны. Лейтенант Вега, сопроводите капитана-лейтенанта Шепард в жилой блок. *** Шепард кажется Веге слишком спокойной. Она идет ровным шагом, мерно дышит. Кибернетические имплантаты в ее зрачках прокручиваются, словно две крошечные шестеренки, а трещины на щеках слабо светятся изнутри: коммандер не очень похожа на человека. Уже не человек, но все еще красивая баба. Интересно, каково Призраку было ее трахать? — Ты считаешь меня предателем, лейтенант? — спрашивает она Вегу, когда они заходят в турболифт. Ее руки закованы в наручники и вытянуты вдоль боков, локти прижаты к животу — Вега защелкивает наручники так, чтобы она не смогла в случае чего огреть его сложенными в замок руками. Шепард редко с ним заговаривает, но Вега не показывает, что удивлен. Он пожимает плечами: — Не могу знать, мэ’эм, — он следит за ее отражением в боковине лифта. Шепард молчит, опустив голову, и пристально смотрит на свои ботинки. — Хорошо, — она кивает каким-то своим мыслям. Героиня и церберовская шлюха — все это плохо укладывается у Веги в голове. Вега заходит с ней в камеру, по инструкции опускает одну дверь и через инструментрон поднимает другую. Шепард протягивает руки, и он снимает с нее наручники. Не удержавшись, он заглядывает ей в глаза: — Каково это — быть церберовской подстилкой, мэ’эм? Шепард — сильный биотик. Была когда-то. Хотя сейчас имплантаты ей вынули и заменили на ингибиторный ошейник, так что она всей своей биотикой и стакана поднять не сможет, Вега слышал об Элизиуме. Еще Вега смотрел репортажи о нападении на Цитадель. О поимке Сарена Артериуса. Кто не знает Шепард — Шепард знают все. Почему-то думая о ней и о Призраке Вега чувствует себя обманутым ребенком, которому сказали, что папочка и есть Санта. Шепард — это Альянс, Альянс — это Шепард. Два года ее лицо смотрело на рукиз с агитплакатов. А она взяла и продалась «Церберу». Вега хочет помериться с Шепард силами. Впечатать ее голову в стену так, чтобы след остался. След ее головы с дюрастиловой пластиной под кожей вместо лобной кости. Шепард смотрит на Вегу исподлобья и молчит, растирая запястья. Она разворачивается на каблуках и уходит в жилой отсек, и дверь закрывается за ней. Вега опять чувствует себя обманутым, на этот раз — сильнее. Блокируя замок на дверях отсека, Вега хочет стереть из системы видеонаблюдения свой разговор с Шепард как что-то постыдное. Может быть, она и шлюха, да только он — солдат. *** Джейн Шепард медленно подходит к окну, боком садится на кровать и устало запускает пальцы в тонкие, ломкие волосы, проводя ладонями ото лба к затылку. Волосы у нее такие хрупкие, что не верится, что настоящие. Иногда Джейн выдергивает волосок и поджигает, принюхиваясь — не пахнет ли пластмассой? Вроде бы не пахнет, но Джейн уже ничему не верит. «Алиса в Стране Чудес», — подсказывает память голосом Джека Харпера. — «Я это или не я? Или уже не совсем я?» Миранда признается, что хотела имплантировать Джейн управляющий чип, и с тех пор Джейн подумывает ее убить, но не убивает — а ведь на базе Коллекционеров была возможность толкнуть ее биотикой под перекрестный огонь. Хорошие люди так не делают, а Джейн Шепард — хороший человек. С хорошей памятью. Она помнит, как Альянс отмахнулся от нее и услал на Алкеру — все знают, чем это закончилось? Поэтому Джейн не верит Альянсу и заводит друзей в «Цербере». (Мама всегда говорила, что никогда не поздно заводить новых друзей.) Кто же знал, что друзья в «Цербере» малость рехнутся и ей придется сбежать обратно в Альянс? Хорошо хоть, что Шепард подготовилась и прихватила с собой тот оптический диск с данными. Нечитаемый, испорченный — это все отговорки. Однажды Альянсу придется его восстановить, и больше они не смогут от нее отмахиваться. Тогда все будет по-другому. Совсем по-другому. А Вега... Что, Вега. Вега — щенок, кривит губы Шепард. Еще молочный совсем, а все туда же. Да что ты знаешь, сучонок, думает Шепард, плюхаясь на кровать и закидывая руки за голову, что ты вообще знаешь. Героями становятся не от хорошей жизни, а потому, что деваться некуда. У героя вечно связаны руки и он только и может, что болтаться на орбите какой-нибудь захолустной планетки, дожидаясь пока его подвзорвут лазерным лучом. Призрак вот не герой, Призрак жестокий и расчетливый мудак. Зато Призрак понимает, что Жнецы — это не шутки. И Призрак не требует от Шепард решать какие-то невнятные проблемы с Советом и Альянсом, а просто позволяет ей быть Шепард — быть солдатом. У них обоих — кибернетические глаза. У Призрака — стальные, у Шепард — зеленоватые. Она хотела чтобы глаза были как живые, а до первой смерти они у нее были зеленые. «Я синтетик?» Призрак наклоняет голову на бок и внимательно смотрит на Шепард: «Смотря кем вы сама себя считаете, коммандер. 65% вашего тела — все еще органика». Он целует ее и Шепард с пронзительной ясностью понимает, что секс с Призраком — это еще один гвоздь в крышку ее гроба. Ей и после «Лазаря»-то непросто будет оправдаться, а тут... Призрак вкусно целуется, как будто вгрызается в спелый нектарин. А она — что? Джейн на 35% машина. Но 65% женщины хотят этого мужчину, пусть даже с ним будут трахаться и 35% машины тоже. Джейн Шепард пока не знает, как отмазаться от «церберовской подстилки», но уверена, что со временем придумает — как. В конце концов, она — Джейн Шепард. Джейн Шепард, которая все еще любит Джека Харпера.